Подмастерье и Некромант

Северус задумчиво разглядывал пергамент, рассеянно барабаня по губам правым указательным пальцем. — Кажется, я припоминаю слухи о том, что у невыразимцев есть доступ к просмотру телеграфной ленты. Прости за вопрос, Поттер, но почему я все ещё жив? — ГАРРИ! — закричала Гермиона. — Ты же не веришь в эту чушь? Гарри проигнорировал её и устремил на Снейпа уверенный взгляд. Затем он усмехнулся и убрал волшебную палочку обратно в кобуру. — Если бы я верил в это, ты не думаешь, что тогда моя палочка прямо сейчас была бы прижата к твоей шее? Снейп фыркнул. — На самом деле, если бы это было так, я бы скорее ожидал, что умру, едва ты войдешь в комнату. Весьма… непредсказуемо с твоей стороны, Поттер. Так поздно набраться-таки здравого смысла. Гарри лишь пожал плечами. — Я всегда был немного поздним цветочком. Гермионе показалось, что она уловила едва заметный намек на озорной блеск в его глазах. Северус, должно быть, тоже увидел, поскольку его правая бровь в удивлении изогнулась. В остальном же выражение его лица оставалось каменным, и только почти неуловимая смена позы выдавала некое напряжение. — Ожидать ли, что завтра ко мне в квартиры попытается вломиться мистер Уизли? Не дожидаясь приглашения, Гарри плюхнулся в кресло рядом с Северусом. — Рон — наименьшая из твоих проблем, уж поверь мне. Или даже эта чертова газетенка. Тебе известно, что Драко начал работать в Департаменте Обеспечения Магического Правопорядка? Северус покачал головой. — Андромеда ясно дала понять, что не хочет, чтобы он контактировал со мной, и Драко уважает желания своей тетушки. Как ни странно, Гарри не разразился тирадой о справедливости и вместо этого лишь вздохнул. — Драко весьма хорошо удается подлизываться к самым отвратительным типам в Министерстве. А ещё лучше у него получается узнавать обо всем раньше всех, несмотря на… или, возможно, благодаря…его происхождению. Впервые Гарри посмотрел на Гермиону. Она поняла, что он не хотел встречаться с ней взглядом, потому что боялся, что выражение лица выдаст его чувства. Тревога, горевшая в его глазах, ударила её, словно кулаком в живот. — Гермиона, присядь, — голос Северуса, казалось, донесся откуда-то издалека. Каким-то образом она оказалась в третьем кресле, развернутом к окнам с прекрасным видом на озеро, где можно было приятно скоротать время над книгой. — Надежные источники сообщили, что законность вашего брака будет обжалована. Вы получите уведомление за месяц, затем вас раздельно допросят. С применением Сыворотки Правды. Они хотят, чтобы вы потерпели неудачу. — Хм, — Северус оставался невозмутимым. Словно ничего из сказанного Гарри его не касалось. — Это заняло немного больше времени, чем я ожидал. Пальцы его теперь блуждали по переносице, там, где внезапно появилась вертикальная складка между бровей. — Очень хорошо. Что ты предлагаешь, Поттер? — Я? Предлагаю? — заморгал захваченный врасплох спокойной реакцией Снейпа Гарри. — Уверен, если бы тебе удалось обуздать свой неуместный порыв к совершению бессмысленных актов мученичества, тебя бы здесь не было. Было настолько очевидно, что Гарри потерял дар речи, что губы Северуса изогнулись в слабой улыбке. — Больше никаких остроумных ответов, Поттер? Молодой маг беспомощно покачал головой. — Мне пока далеко до вас, сэр. — Вот именно. — Ну, что ж, — голос Гарри снова стал деловым и как-то странно взрослым. Гермиона удивленно уставилась на своего старого друга. Он очень изменился. Да и все они изменились. — Вам двоим необходимо воспользоваться этим заблаговременным предупреждением, чтобы подготовиться. Если ничего не выйдет, я буду обсуждать защиту в Визенгамоте вместе с Айси Локсвейлд-Спэлт. Также я предлагаю встретиться с Роном, Лойс и Алиной, но это решение я, конечно же, оставляю за вами. Что бы вы ни решили, я поговорю с Роном. Не стоит беспокоиться о любых летучемышиных сглазах — от того или иного Уизли. Думаю, это я могу обещать. Гарри вздохнул. — На данный момент это действительно все, что я могу предложить. Северус, казалось, обдумывал эти предложения. В конце концов, он кивнул. — Более чем достаточно, Поттер. Я подумаю об этом. А теперь…надеюсь, ты нас извинишь? Мне хотелось бы побыть наедине с…со своей женой. * * * И снова удивление: крепко обняв Гермиону и вежливо кивнув Северусу, Гарри просто ушёл — почти также быстро, как появился. — Иди сюда, — произнес Северус после ухода Гарри. Когда она просто села и посмотрела на него, он повторил, чуть более властно: — Иди ко мне, Гермиона. Она подчинилась, едва стоя на ногах от головокружения. Потянувшись к ней, он привлек её к себе, пока она не очутилась у него на коленях, опираясь об его плечо. Правой рукой он обнял её, а левой принялся гладить по волосам. Долгое время Северус молчал, прижимаясь головой к её голове, пока его пальцы нежно прокладывали себе дорожки в её волосах, исследуя форму черепа. Медленные, спокойные движения сделали то, чего никогда не сделали бы слова. Они успокоили её. Наконец, его пальцы замерли. — Спасибо тебе, — пробормотал он. * * * 9 мая 2000 года, во вторник утром песочные часы Пуффендуя были наполнены 387 янтарными шариками. Во вторник вечером, после того, как Джоханнес Фламель беспричинно оскорбил профессора Снейпа, прошествовав прямо к тому за ланчем и сказав: «П-П-Про-с-с-тите, сэр. Н-н-но в-в-вы м-мерзавец, сэр», песочные часы содержали 337 янтарных шариков. Выдав истерически хихикающему пуффендуйцу-первокурснику обильную дозу успокоительного, мадам Помфри испытала зловещее предчувствие, которое посетило её отнюдь не по причине открывшегося ей дара предвидения, а в результате многолетнего опыта работы в качестве главной матроны Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. Что-то произошло или скоро произойдет. И она понятия не имела: хорошее или плохое. Однако если бы в её привычки входило делать ставки, она поставила бы на «плохое».