Одно дыхание на двоих.

Флавиус остался в бейлике. Орхан-бей, верный своему слову, принял его с открытыми дверями. Ему выделили комнату в восточном крыле — небольшую, скромную, но чистую и светлую. Дали одежду. Место за столом. Право голоса на советах. А потом он принял ислам. Это не было политическим решением. Не было попыткой угодить новым союзникам. Это было возвращением-к корням, к крови, к истине, которую у него украли в детстве. Когда имам произнёс слова шахады, а он повторил их-впервые на языке своих предков,- что-то внутри него перевернулось. Будто долгая, тёмная ночь наконец закончилась. Орхан стоял рядом. Халиме улыбалась. Алаэддин, Гонджа и Нилюфер взглядом поддержали его. Мать Фатмы, старая Валиде, положила руку ему на плечо и сказала: -Добро пожаловать домой, сын. Он склонил голову. Слов не было. Фатмы на церемонии не было. Она сказалась больной. Никто не настаивал. Дни потекли своим чередом. Флавиус- теперь уже не византийский командир, а просто воин в войске Орхан-бея - ходил на советы. Участвовал в битвах. Сражался плечом к плечу с теми, кого ещё недавно считал врагами. Его уважали. К его словам прислушивались. Он стал своим. Но ночами, когда двери закрывались и он оставался один, всё менялось