Правда Ллойда

      Ллойд.       Вторник.       Солнце уже давно спряталось за горизонт, погружая шумные улочки Перекрёстка во мрак и несвойственную ему тишину. Кажется сегодня, город действительно спал или по крайней мере прикидывался, чтобы не видеть то, что твориться прямо у него под носом.       Как я и догадывался, арена находилась на центральной круговой развязке, в том узком переулке, где я был в прошлый раз. Билет, который я выкупил у Лина обошёлся дешевле, чем мне представлялось.       С одной стороны это хорошо, а с другой люди перестают бояться смерти, решая, что её можно так дешево подкупить. Увы, это не так.       За пару дней до представления, я вновь увиделся с Уайтом в баре «Вишнёвая долина». Это был обычный обшарпанный бар на окраине Перекрёстка с местным колоритом и необычными яствами.       Нам выделили ВИП ложу с лучшим обзором и безлимитной выпивкой. Я бы хотел солгать, что меня это не порадовало… Но их вино было таким прекрасным и сладким, что у меня перехватывало дыхание.       Результатом того весёлого вечера стало наше взаимное тактическое соглашение с господином Уайтом.       Да, сотрудничество с криминальными лицом не самое моё лучшее решение, но в данный момент это лучше, чем ничего. У Уайта было всё, что мне нужно: карта обустройства арены, личные информаторы, материальная помощь.       К тому же, после выполнения плана, он обещал покинуть Перекрёсток, вне зависимости от того поедет с ним хозяйка или нет. Однако Уайт конечно же надеется на первый вариант, иначе бы не стал вступать в столь опасную игру.       Наша стратегия была до ужаса проста — убить репутацию хозяйки. Сделать это можно с помощью двух вещей: слухов и разоблачающих инцидентов. Первое возьмёт на себя Уайт. Я же займусь более грязной физической работой в силу своей профессиональной деятельности.       После, когда хозяйка потеряет свой авторитет перед зрителями и бизнес-партнёрами, Уайт надавит на неё каким-то старым долгом. С его слов, к тому моменту она уже не сможет его выплатить и вероятно согласиться на предложение.       Если же нет, то он оставляет её на меня и полицию, которую девушка более не будет обеспечивать.       Конечно, мне слабо вериться во всю эту историю с влюблённостью Уайта. Но разве он совершает что-то противозаконное, желая обладать ей?       Что такого в том, что он хочет подарить лучшую жизнь той, кого любит, а она от строптивости отказывается?       Да, возможно, это не совсем любовь, но это выход.       Уж всяко лучше, чем тюрьма, которая ей грозит за несанкционированные бои и убийства. Или долги за бессмысленные попытки удержаться на плаву.       В прочем, для меня главное — закончить этот беспредел на Перекрёстке. А что дальше будет с хозяйкой уже не имеет значения, как бы жестоко это не звучало.       Повернув за угол, я оказываюсь в знакомом переулке, сталкиваясь лицом к лицу с двумя охранниками. Их грозный вид не внушает ничего хорошего.       — Потерялся? — с насмешкой спросил один из них, поправляя ту самую чёрную маску, которую носили парни из промзоны.       — Нет, — сухо ответил я, протягивая билет.       Мужчины одобрительно хмыкнули и провели меня к стене, которая вмиг растворилась, являя проход вниз.       Иллюзии? Неужели хозяйка обладает и такой силой?       — Приятного просмотра, — проворчал один из охранников, подталкивая меня внутрь.       Схватившись за перила, я принялся спускаться по крутому узкому коридору вниз. Изредка мне на пути встречались паутины, добавляющие ужасающий антураж. А вместе с ними и факела, отбрасывающие зловещие тени на каменную стену.       Я повидал достаточно подобных мест, так что меня это уже не удивляло.       Однако нет смысла отрицать, в какой шок я впал, как только туннель закончился, и просторная пещера, отделанная с шиком и изыском, предстала передо мной во всей красе.       Не смотря на грубый камень по всюду, это место напоминало настоящий театр, куда нас водил Мастер Ву, когда мы были ещё совсем юнцами.       Мягкие сиденья, отделанные алым бархатом, тянулись с самого потолка до усыпанной песком сцены внизу. Рядом с сиденьями расположились небольшие столики со скатертью в тон и бумажными фонариками, которые, если мне не изменяет память, расписывали ремесленники в Ниндзяго-Сити.       Неужели хозяйка прибыла оттуда?       Конечно, эта мысль ничего не меняла, но могла значительно снизить круг подозреваемых.       Я прошёл дальше внутрь и обнаружил вокруг сцены огромные столы с выпивкой и фуршетными закусками. Желая немного перевести дух и перекусить, я закинул оливку в рот, наслаждаясь её кислым привкусом.       Хотел бы я сказать, что мне нравится то, что я вижу вокруг себя, но это было бы ложью. Хозяйка знает толк в изыске и демонстрации своего богатства.       Даже жаль, что скоро это всё закончиться.       — Господин, — послышался ласковый голос сзади.       Я обернулся и увидел перед собой совершенное создание. Девушку, чьи длинные светлые волосы прикрывали обнажённую спину.       — Скоро начнётся бой, столы будут перенесены в другой зал.       — Тут два зала?       Девушка хихикнула и взяв меня за руку, повела в укромный коридор между рядов.       За этим коридором таилась большая тёмная комната, украшенная различными коврами, балдахинами и маленькими фонарями, создающими приятный полумрак. Вместо скамеек или диванов, тут были разбросаны огромные подушки, на которых хорошо одетые люди в масках кормили местных нимф виноградом.       — Наслаждайтесь, — прошептала девушка, упорхнув подобно бабочке.       Что ж, это всё совсем не так как я себе представлял. А где же кровь, мясо, кандалы?       Здесь слишком красиво для места, в котором убивают людей на потеху толпе.       Ведомый приятными чувствами, я сел на гору подушек в углу, откуда открывался лучший обзор на зал. Девушки кружили в незамысловатых танцах, музицировали, наливали вина — делали всё, чтобы заворожить гостей. И у них это несомненно получалось.       — Добрый вечер, — тихо представилась одна из них, одёргивая штору, за которой я находился.       — Здравствуй, — улыбнулся я, отодвигаясь подальше, чтобы она села рядом.       Но вместо этого, она опустилась прямо у моих ног, создавая некую дистанцию в иерархии.       — Кто ты? Как тебя зовут? — начал я как можно доброжелательнее, чувствуя, как её цветочный аромат закутывает меня в своеобразное одеяло.       — Камелия. Я одна из юдзё. Вы тут впервые, не так ли?       Меня словно током ударили стоило мне услышать слово «юдзё». Уж слишком много меня с ними связывала жизнь, чтобы относится к девушкам в этой сфере так равнодушно.       — Да, ваша хозяйка вас наняла?       От столь прямого вопроса Камелия смутилась и посмотрела куда-то вдаль.       Чёрт, мне не стоило спрашивать так резко.       — Я имею ввиду, что таких девушек как ты, я встречал ещё в своём мире. Ещё до Слияния.       — Правда? Да, я тоже из Ниндзяго. Как и все мы в принципе.       Отлично. Теперь не остается сомнений, что хозяйка точно моя землячка.       — Рад это слышать, Камелия. У вас чудесное имя, — девушка покраснела и только теперь я сосредоточился на том, чтобы рассмотреть её.       Конечно, юдзё всегда были хороши собой, но меня интересовало не это. Смотря на ещё округлые щёки девушки и столь светлые глаза, мне показалось, что она слишком юна для такой работы.       На вид, я бы не дал ей больше пятнадцати.       — Сколько вам лет, Камелия?       — Прошу прощения, хозяйка и моя мадам запретили мне об этом говорить, — вновь смутилась Камелия.       Ну конечно. Действительно юна. Иначе бы не стала скрывать.       — Не желаете фруктов? — спросил у неё я, дотягиваясь до маленького столика с фруктами рядом.       — Буду рада.       Девушка взяла сливу и начала аккуратно её поедать, облизывая пальцы.       Она точно была ребёнком. Во всех смыслах.       И я не собираюсь становиться тем, кто сделает её женщиной по двум причинам: первая — я не монстр и уже слишком взрослый для неё, вторая — у меня всё ещё где-то есть непутевая Ян.       — Может желаете сделать ставку? Если тот, на кого вы ставите победит, к вашей сумме прибавиться ещё двадцать процентов.       А она смешная.        У меня в карманах только горстка монет, которые я и то планирую отдать ей.       — Не сегодня, — она коротко кивнула и продолжила поедать сливы.       И так как никакой информации у Камелии больше не было, я попросил её проводить меня до своего места в главном зале.       К счастью, Лин, обеспечил меня не самым дешёвым билетом. Да, это не партер с его первыми рядами и не настенные закрытые ложи, но тоже хорошо.       — Держи, — я протянул Камелии маленький свёрток с монетами.       — Но я даже ничего не сделала. Может, вы хотите, чтобы я осталась с вами до конца боя?       — Нет, — слишком яро заверил её я, — Не нужно. Идите, Камелия.       Она смущённо поклонилась и наконец ушла, дав мне спокойно расположиться на своём сиденье.       Я бросил взгляд вниз, оглядывая сцену, место боя и смерти. Она красиво подсвечивалась с помощью прожекторов, как в профессиональном театре. Пол на круглой арене был засыпан песком, чтобы бойцы не скользили и не оставляли крови на дорогом камне. А по периметру вместо столов, уже сидели девушки с различными музыкальными инструментами.       Бой скоро начнётся…       Увы, только сейчас эйфория от окружающей меня красоты начала наконец рассеиваться, являя истинное лицо этого места и мероприятия.       Хозяйка умело превращала смерть в благородное и эстетичное представление, помогая даже правильным душой и сердцем людям сбиться с пути.       Что за чертовщина?! Как они могли так легко запудрить мне голову?       Может дело в странном запахе, которой витает в воздухе?       Не желая более размышлять об этом, я всё же занял своё место рядом с другими зрителями и принялся ждать. Однако дождался я совсем не того, что ожидал…       На арену вышла хрупкая девушка, разодетая в длинную лёгкую юбку и топ. В своих руках она держала сямисэн, который бережно положила на песок, чтобы было легче поклониться. Следом за ней вышли и другие девушки-музыканты, повторив тот же самый ритуал.       Спустя мгновения заиграла приятная игривая мелодия, зачаровывающая каждого в этом зале. На сцену, полную песка, выбежали ещё совсем юные девушки в довольно откровенных одеждах, дабы исполнить какой-то традиционный танец Ниндзяго. Я знаю его, я точно видел, как это делала Харуми…       Нет.       Нет это не может быть она.       Всё, что она делала в тот год разлуки до Слияния, это пряталась и вела тихую жизнь, стараясь не отсвечивать лишний раз.       Я знаю и не верю в то, что она могла вновь вернуться в криминальный мир после всего, что было. Однако, её могли бы заманить сюда также как и меня…       Тем временем вдоль рядов к нам спустились другие девушки, явно более зрелые и опытные. Могла ли Харуми быть среди них?       — Эй, погоди, красотка, — раздался выклик справа от меня, — Покажи, что у тебя в корзинке.       Девушка наигранно хихикнула и протянула через меня поднос с каким-то напитком и сигарой       — Простите, что это? — аккуратно поинтересовался я, глядя как мужчина в такой же маске зажигает сигару, выпуская пары дыма в потолок.       — Шёпот. Отменная вещь, помогает расслабить разум.       Я принюхался и понял, от чего так сквозило. Шёпот, один из дурманов Уайта, который притупляет сознание и размягчает тело.       Что ж, это многое объясняет.       — Хозяйка, — неожиданно продолжил мужчина, указывая сигарой куда-то наверх, — Она хороша. Знает, как нужно принимать гостей.       — Она сегодня здесь?       — Ага, вон там.       Палец незнакомца указал на маленький балкон под самым потолком. В отличие от всех остальных он был застеклён тонированным стеклом и разглядеть черты силуэта, величественно восседавшего на троне, было не просто.       — Вы знаете её настоящее имя? — неожиданно даже для самого себя поинтересовался я.       Я не спрашивал этот вопрос ни у Лина, ни у Уайта, который наверняка знает. Мне казалось это неважным и незначительным. Но теперь, когда я уверен в том, что хозяйка из Ниндзяго мне важно знать, кто она.       — Никто не знает, парень. И прекрати пялиться, говорят она это не любит.       Я хмыкнул и отвёл взгляд, возвращая всё внимание на арену.       Наконец, когда музыка затихла, на сцену вышел тот самый гекл Отто, держа в руках микрофон и папку с какими-то листами.       — Дорогие гости, рады приветствовать вас на очередном бою. Надеюсь, наши девочки и угощения пришлись вам по вкусу.       В ответ зрители оживлённо захлопали, всячески демонстрируя неприличный восторг и энтузиазм. Отто лишь ухмыльнулся, бросая украдкой взгляд на хозяйскую ложу.       — Сегодня на нашей арене знаменитый Коготь сразиться против непобедимого Лучника из самой Преисподней. Пожелаем им удачи.       Постепенно свет в зале померк. На арену вышли два гиганта: крепкий Манс и скелет с четырьмя руками. Я чувствовал их страх и соперничество. Для бедняг эта арена была способом выжить, а для всех, кто был со мной по эту сторону, развлечься.       Мерзкое ощущение бесполезности одолело меня быстрее, чем я мог подумать.       И не желая больше смотреть на кровавую бойню, я тихо ускользнул к выходу, мысленно вспоминая карту служебных помещений от Уайта.       Пришло время для моей маленькой шалости.              Харуми.       Воздух в моей ложе был густым и едким, словно яд, который попадает в лёгкие и медленно разъедает их изнутри. Мне хотелось убежать, быть где угодно, только не здесь. Но я не могла покинуть дом, в котором была единственной полноправной хозяйкой.       Вопреки слухам, смерть никогда не доставляла мне удовольствия. Не смотря на все мои попытки обличить её в нечто красивое и приятное глазу, смерть по-прежнему оставалась для меня чем-то страшным и печальным.       Увы, камень в красивой обёртке никогда не станет конфетой.       Но этим придуркам в масках нравится, а это значит, что сегодня у меня и моих работников будет еда, кров и безопасность — всё, чего так не хватает в новом мире.       Прошло уже три года с того дня, как я открыла арену. Сначала это был обычный кабак с боями до первого падения. Потом ставки поднялись — люди жаждали зрелищ, желали соприкоснуться со смертью и взять над ней мнимый контроль.       Те, кто находился по другую сторону арены, также не понимали масштаба бедствия. Да, я увеличила выигрыш до баснословных сумм, но и проиграв, они теперь не отделаются парой синяков. Им придётся заплатить своей жизнью.       В плюсе остаётся только посредник. Но довольна ли я тем, что даю жителям Объединённых земель такую жестокую площадку для игр?       Я стараюсь не думать об этом слишком много и часто. На мне и так чрезмерно много ответственности и обязанностей. Если к этому подключиться ещё и совесть, то я рано или поздно просто сойду с ума.       Шея неприятно заныла. Который раз за день, она напоминает мне о напряжении, скопившемся в теле. И если раньше мне неплохо помогали парни из мотелей, то теперь их тоже уже недостаточно.       А повышать порцию Луни себе дороже. Никто не знает, какие могут быть у этого будут последствия.       — Хозяйка, вы дрожите. Мне принести накидку? — тихий голос Камелии вывел меня из транса.       Девочке было не больше пятнадцати и выпустить её в зал значит отправить на верную смерть. Будь моя воля, я бы выкупила её и сделала личной служанкой. Но мадам Тика делает на неё большие ставки из-за столь миленькой внешности.       Я не могу мешать другой женщине строить её же бизнес.       — Да, я оставила её у мадам. Сходишь?       — Конечно, — поклонившись девушка выбежала из моей ложи.       Однако чувство того, что за мной кто-то наблюдает никуда не делось. Оно, наоборот, усилилось. Я обвела зал взглядом, пытаясь найти источник проблемы.       Но всё было тщетно.       — Добрый вечер, — раздался за спиной знакомый баритон Уайта, — Рад видеть тебя с моим подарком.       Я обернулась, приветливо кивнув ему и провела кончиками пальцев по колье, которое мужчина подарил мне в прошлую нашу встречу. Я не хотела его надевать, но сейчас это было необходимо.       Мой долг сам себя не выплатит, а злить кредитора заведомо плохая идея.       — Я люблю красивые вещи, тебе ли не знать? — ласково протянула я, напоминая парню о ничтожности подарка.       Что ж, если Уайт с помощью этих побрякушек собирался сделать меня своей чёртовой жёнушкой, то он ещё больший идиот, чем я думала.       Не будь он моим бизнес-партнёром, я бы давно избавилась от этих навязчивых ухаживаний и нелепых предложений руки и сердца. Но, увы, я не могу.       На его постоянный вопрос «Почему нет?» у меня всегда были разные ответы, но все они означают одно и тоже.       Клеймо Ян — настоящие кандалы, в которые я добровольно себя заковала и которые до сих пор не могу снять самостоятельно. Даже не соблюдая всю эту клятвенную чушь и традиции, статус чьей-то жены внушает чувство несвободы и заточения.       И от этого не избавиться, перебрав даже сотню мужчин.       Для разрыва клятвы нужны двое и знатный писарь из Облачного королевства. Так написано в книге Мистаке.       А раз ни того, ни другого у меня нет, мне пришлось смириться. Конечно, Облачное королевство можно постараться найти, но говорить с Ллойдом — последнее, что я сейчас хочу.       Этот обманщик заслуживает полное разочарование в своей жене…       Но даже если бы я была свободной, то никогда не согласилась бы на эти узы повторно. Особенно с Уайтом.       Арена оказалась для меня в разы проще и понятнее брака. Здесь есть всё, что мне нужно: чёткая система, правила и простота. Никаких чувств и смятений.       — Я отдам тебе долг сразу после боя.       — Ну что ты только о работе? — он подошёл ближе, кладя руку на спинку моего кресла, — Попробуй расслабиться. Сегодня ты настоящая хозяйка положения. Все готовы пресмыкаться перед тобой.       — Разве я такая только сегодня?       — Ну знаешь, дорогая, каждой девушке иногда хочется почувствовать себя слабой. Уверен у тебя есть дни, когда ты устаешь от постоянного контроля над всеми и хочешь побыть слегка уязвимой.       Технически он прав. Но чтобы потерять контроль, мне достаточно трёх капель Луни и мятного чая, а не его компании.       — Нет, я всегда предпочитала контроль. Не вижу смысла, что-либо менять.       Уайт лишь хмыкнул, делая вид, что соглашается со мной.       — Бой начинается, — кивнула я в сторону арены, на которую восходил Отто, — Тебе пора в свою ложу.       — Позволь насладиться этим вечером вместе, — Уайт подозвал своего охранника с креслом, усаживаясь подле меня.       О нет. Прощай прекрасное одиночество.       — С удовольствием, — улыбнулась я через силу.       Сегодня на арене было довольно скучно. Противники уже знакомые мне и остальным гостям. Два титана — Коготь и Лучник. На счету каждого больше пяти побед, больше пяти трупов.       Коготь был тем, кто убил Ириса неделю назад прямо на этой арене. Почему-то вся эта история с семьянином не отпускала меня до сих пор.       — Возможно потому, что из-за своей жалости к его семье, ты теперь в долгу перед Уайтом? — подсказывало внутреннее «Я».       Нет, дело было не в этом. А в чём-то более сложном и глубоком. В том, в чем я плохо разбираюсь.       Яркий возглас толпы прервал мои мысли, заставив поднять голову, и осмотреть кровавое действо внизу. Коготь наносил удары точно и с огромной силой, существенной всем Мансам. Он не жалел противника, выбивая из него всё больше и больше крови.       Если бы я делала ставки, то точно бы поставила на него. Он никогда не проигрывает. А порой выходит с ринга целым и невредимым.       Но то кровавое месиво, которое он любит устраивать не очень устраивало меня. Поэтому я отвела взгляд в сторону зрителей и начала вспоминать что-то более приятное.       Скажем того парня из мотеля. С ним было неплохо…       Неожиданно свет во всём зале резко потух, погрузив бойцов и остальных присутствующих в кромешную тьму. По телу прошёлся холодок.       — Отто останови бой, — быстро приказала ему я в рядом стоящий микрофон — Дин выясни, что происходит.       Не успела я отдать ещё один приказ, как вдруг дорогостоящие люстры и прожектора вновь зажглись. Зрители внизу были в полном недоумении: кто-то оглядывался по сторонам в поисках причины поломки, кто-то дёргал бедных юдзё за юбки, требуя деньги обратно, кто-то в попыхах собирал вещи и стремился покинуть амфитеатр.       И тут прожектора, освещающие сцену театра, упали.       Бойцы, едва успевшие отскочить от центра поля боя, уже спустились вниз и скрылись в своих комнатах. Пламя, охватившее аппаратуру, напугало зрителей ещё сильнее, однако вопреки всеобщей панике оно не рассеялось дальше из-за песка.       Отто пытался успокоить бунтовщиков, но те, кто находился под дурманами и алкоголем отказывались кого-либо слушать.       В мою ложу ворвалась Камелия.       — Хозяйка, они требуют вернуть деньги, — испуганно пролепетала девушка, — По крайней мере за ставки точно.       — Хорошо. Передай Отто и Ксавьеру заняться этим вопросом. Сегодня представление отменяется, — сдержанно, но с испугом в голосе ответила я.       Я уже хотела спуститься вниз и поручить охране расследовать это дело, дабы наказать виновных, как вдруг Уайт схватил меня за локоть и наклонившись к уху тихо прошептал:       — Процент растёт, дорогая.       Я вырвалась из его хватки и молча скрылась в своём кабинете. Нет времени на панику. Нужно быстро замять данный вопрос, пока люди не распространили слухи.       Если кто-то узнает, что инцидент был спровоцирован не случайно, то я потеряю доверие важных партнёров и высокопоставленных лиц, которые приходят насладиться представлением в тайне от своих клиентов и народа.       Не будет их — не будет спонсоров и денег.       — Хозяйка, вам стоит это увидеть, — личный охранник Дин показался в дверном проёме, отвлекая меня от попытки сосчитать расходы на этот вечер.       Без лишних слов я двинулась вслед за ним в комнату с техническим оборудованием. В углу маленькой тёмной комнатушки расположился световик, имя которого я не знала. Его глаза были завязаны, во рту находился кляп из старой бумаги, запястья и лодыжки обвивала клейкая лента.       Я вытащила кляп из его рта и сбросила повязку.       — Говори.       — На меня напали. Я не видел, кто он. Это был парень. Он закрыл мне глаза. Прошу пощадите, — мальчишка продолжал лепетать что-то себе под нос, пока я была полностью сосредоточена на комнате.       Всё в ней было в полном порядке, даже главный компьютер.       Это до ужаса странно.       — Кажется кто-то подпилил тросы, — доложил другой охранник.       — Да, при плохом креплении прожектора могли упасть от малейшего движения. Он спрашивал меня, какие кнопки отвечают за это, — судорожно прошептал мальчишка, которого почему-то всё ещё не развязали.       — И ты рассказал?       — Прошу, хозяйка, он угрожал меня убить. Я не мог иначе.       — Уведите его с глаз долой и пусть он больше не возвращается на арену, — коротко кивнула я Дину, не желая больше слушать чужое нытьё.       — Тем не менее, никто ничего не украл, — вмешался Отто со скучающим видом наблюдая за охраной и орущим мальчиком, — Это были не грабители.       Что ж, ситуация становится всё более странной. Какой-то парень проник на арену, удивительным образом пройдя всю мою охрану, чтобы что? Поиграться со светом? Напугать меня?       Он ничего не украл, никому не навредил. Какой у него был мотив?       — Отто, что говорят информаторы?       — Мы их распустили.       Чёрт, точно.       Вот об этом я и говорила. Будь у меня глаза и уши, я бы немедленно выяснила, кто это сделал. А пока остаётся только усилить охрану и вернуть всё заработанное обратно.       — А ещё Мадам Тика требует компенсации… — тихо пролепетал маленький гекл, явно чувствуя, как во мне закипает гнев.       — Что она требует? — тихо переспросила я.       — Компенсации за моральный ущерб.       — Но никто не пострадал! Это старая… совсем голову потеряла. И так цену повысила за аренду своих девочек, так теперь ещё и сверх меры требует., — проворчала я, запахивая накидку сильнее, — Прямо сейчас помоги Ксавьеру выдать деньги гостям, а вы — я обратилась к Дину и его охранникам, — Выпроводите всех немедленно, проследите, чтобы они держали язык за зубами.       — Что делать с бойцами и инквизиторами? — так они между собой называли компанию парней, которая занималась зачисткой трупов и останков от боя.       — Сегодня их услуги не потребуются. Гонорара бойцам также не достанется. Пусть довольствуются жизнью, пока могут.       Они коротко кивнули и убежали вниз к сцене, где сейчас толпились разъярённые зрители.       Я же, желая хоть немного прийти в себя, вернулась в свой кабинет, судорожно ища в сумке заветный пузырёк.       — Это ищешь? — проворковал Уайт, рассматривая мой антидот с наигранной внимательностью.       Я повернула голову и увидела, как он сидит на моём кресле в самом центре стола.       — Мне сейчас не до твоих игр, — резко бросила я, ничуть не пожалев об этом.       — А кто играет, Харуми?       — Я проклинаю тот день, когда сказала тебе своё имя.       — Неужели? В том баре ты была более открытой и расслабленной. Помнишь?       Эту ночь будет трудно забыть.       Как только дела в моём кабаке пошли в гору, я стала чаще посещать другие ночные заведения, дабы побыстрее влиться в круг торговцев и найти там полезные связи.       Так, однажды, я была проездом в баре «Вишнёвая долина». Их вино было безупречным, даже вкуснее Шинтарского. А хозяин, мужчина средних лет, с удовольствием преподал мне пару уроков о ведении бизнеса, заодно познакомив с Уайтом.       Не смотря на свой внешний холодный облик, он оказался очень пылким внутри. Бокал за бокалом, ему удалось разговорить меня, а позже вытащить на танцпол, забавляясь со мной, как кошка с мышкой.       Я была слишком неопытна, чтобы раскусить его. Чем он и воспользовался, начав со мной долговременное сотрудничество.       — Я просто не знала, кто ты.       — Ну и кто же я, дорогая? — он наклонился вперёд, ставя локти на стол.       — Если я отвечу на этот вопрос, то ты убьёшь меня.       — Что ты… Я бы не посмел причинить тебе вред. Я может и жесток, но я всё ещё мужчина.       — Одно не исключает другого, знаешь ли, — буркнула я под нос, — Но раз так, то почему бы тебе не убрать проценты?       Я подошла к нему чуть ближе, наклоняя голову так, чтобы волосы приоткрыли шею, обрамлённую в его колье. Казалось бы, невинный жест, но какой же эффект он оказывает на многих мужчин…       — Не пытайся, я не какой-нибудь парень из клуба, которого ты желаешь развести на коктейли.       Ну нет. Где моя удача сегодня?       — Однако способ есть, — с хитрой ухмылкой продолжил он, — Прими моё предложение, и я закрою все твои долги. В том числе и перед Мадам Тикой.       — Откуда ты…       Не успела я договорить, как он поднялся с моего кресла, оказавшись неприлично близко. Настолько, что его дыхание опаляло мои губы.       — У меня всё ещё есть информаторы, в отличие от некоторых.       Уайт вложил в мою ладонь колбочку Луни, игриво подмигивая. А позже пошёл прочь, насвистывая себе под нос незамысловатую мелодию.       Я же осталась стоять одна в этом урагане из хаоса, не до конца понимая, что делать. И вот теперь желание принять Луни и расслабиться уже не кажется таким хорошим.       Ты по уши в проблемах, Харуми. Пора их разгребать.