Тихая Бездна, Мятежный Рассвет.

Терминал встретил их мертвой тишиной, разрезаемой лишь воем сирен где-то вдалеке. Спецотдел «Зеро» оцепил ангар, направив стволы на единственный вход. Когда бронированный автомобиль замер, и из него вышел Вэнд, окруженный облаком холодного спокойствия, федералы невольно попятились. Рэй шел справа. Его синяя шелковая рубашка зловеще мерцала под лампами, а распущенная грива волос, густая и пушистая, металась по плечам от сквозняка. Стальные глаза маньяка не мигая смотрели на прокурора, стоявшего в центре оцепления. — Господин прокурор, — голос Вэнда прозвучал обманчиво мягко, когда он подошел вплотную к заграждению. — Вы прервали мой завтрак. Надеюсь, у вас есть не только ордер, но и завещание. Прокурор, худощавый мужчина с дергающимся глазом, попытался выпрямиться. — Ваши игры закончены, Вэнд. У нас есть доказательства. И этот ваш... цепной пес, — он брезгливо кивнул в сторону Рэя, — сегодня отправится в клетку, из которой не выходят. Вэнд усмехнулся, бросив мимолетный взгляд на Рэя. Золотой чокер на шее льва блеснул, словно подтверждая статус своего владельца. — В клетку? — Вэнд сделал шаг вперед, подавляя прокурора своим ростом. — Видите ли, Рэй не любит клетки. Он любит... порядок. А вы сейчас нарушаете гармонию моего города. Рэй, кажется, господин прокурор считает, что ты потерял хватку. Это был не просто приказ — это был спускной крючок. Рэй не стал ждать. Он сорвался с места так быстро, что человеческий глаз едва уловил движение синего шелка. Первый нож, выхваченный из скрытого чехла, пропел в воздухе, и через секунду рука одного из спецназовцев, державшая автомат, оказалась пригвождена к ящику. Крик утонул в грохоте падающего оружия. — Клетка? — прорычал Рэй, оказываясь за спиной прокурора за долю секунды. — Ты хочешь запереть то, что не можешь даже увидеть? Начался настоящий хаос. Рэй двигался среди вооруженных людей как танцор. Его бледная кожа в свете прожекторов казалась призрачной, а на правой щеке зловеще выделялись старые шрамы. Он не просто убивал — он превращал это в кровавое искусство. Ножи летали из рук в руки, разрезая сухожилия и находя щели в бронежилетах. Каждый его выпад был хирургически точен и смертоносен. Спецназовцы палили в пустоту: Рэй был повсюду и нигде одновременно. Синяя рубашка мелькала среди теней, а густые волосы шлейфом летели за ним, смешиваясь с брызгами алого. Вэнд стоял неподвижно в самом центре бойни, даже не поправив манжеты. Он смотрел на своего льва с гордостью и любовью, пока вокруг него падали тела «элиты» закона. Когда последний боец из группы захвата упал, Рэй остановился перед дрожащим прокурором. Рэй медленно вытер окровавленное лезвие о лацкан дорогого пиджака чиновника, оставив на бледной руке след от укуса — метку своего хозяина, которую он специально выставил напоказ, закатав рукав. — Передай остальным, — прошептал Рэй, и его серые глаза сверкнули безумием, — что лев сегодня был очень ласков. Только потому, что хозяин не велел мне пачкать пол слишком сильно. Вэнд подошел к ним, кладя руку на затылок тяжело дышащего Рэя, успокаивая его дикий порыв. — Иди в машину, — тихо сказал он. — Я сам закончу формальности. Рэй уже почти развернулся, чтобы уйти, но слова прокурора про «клетку» всё еще ядовито звенели в его ушах. Он медленно обернулся, и его распущенные волосы зловеще колыхнулись, закрывая половину лица, из-за чего один стальной глаз хищно блеснул в прорези прядей. Вэнд заметил это мимолётное движение и лишь слегка приподнял бровь, не собираясь останавливать своего зверя. Рэй подошел к прокурору вплотную. Тот застыл, не смея даже дышать, когда бледные пальцы маньяка, испачканные в свежей крови, коснулись его лица. Рэй обвел контуром губы мужчины, а затем резко, почти неуловимо для глаза, взмахнул коротким тонким лезвием. Раздался короткий, захлебывающийся крик. Рэй провел ножом от самого уха прокурора вниз к челюсти, повторяя контур своего собственного шрама на правой щеке. Глубокий, рваный порез мгновенно окрасил воротничок чиновника в ярко-алый. — Это чтобы ты не забыл, как выглядит свобода, — прошептал Рэй, слизывая каплю крови с кончика ножа. — Каждый раз, глядя в зеркало, ты будешь видеть меня. Ты будешь помнить, что я позволил тебе дышать. Рэй оттолкнул скулящего от боли мужчину и вернулся к Вэнду. Его синяя шелковая рубашка теперь была окончательно испорчена брызгами, но он выглядел абсолютно удовлетворенным. Вэнд положил руку Рэю на поясницу, собственническим жестом направляя его к машине. — Теперь ты доволен, мой лев? — негромко спросил он, когда они садились в прохладный салон автомобиля. — Вполне, — выдохнул Рэй, откидываясь на сиденье и чувствуя, как адреналин сменяется привычной преданной истомой. — Но рубашку придется сжечь. Жаль, она тебе так нравилась. Вэнд усмехнулся, глядя, как машина покидает территорию терминала, оставляя позади разрушенную репутацию спецотдела и одного меченого прокурора. — Я куплю тебе десять таких. Главное, что ты вернул мне мой покой. Автомобиль плавно скользил по шоссе, отрезая их от хаоса, оставленного в терминале. В салоне пахло кожей и едва уловимым ароматом пороха, который всегда сопровождал Рэя. Вэнд сидел вполоборота, не сводя глаз со своего спутника. Рэй откинулся на сиденье, тяжело дыша; его бледная грудь мерно вздымалась под испорченным синим шелком, а распущенные волосы, пушистые и все еще немного влажные после душа, разметались по кожаной обивке. — Ты даже не представляешь, как чертовски хорошо ты выглядишь в этой рубашке, когда она залита кровью тех, кто посмел бросить нам вызов, — тихо произнес Вэнд. Его голос был полон не холодной власти, а искреннего, почти пугающего восхищения. — Этот контраст... твоя бледность, синий шелк и алые пятна. Ты — самое прекрасное и опасное, что есть в этом городе, Рэй. Рэй повернул голову, и в его стальных глазах мелькнуло мягкое удовольствие от похвалы. — Для тебя я готов пачкать шелк хоть каждый день, — прохрипел он, протягивая руку и накрывая ладонь Вэнда своей. Когда они въехали в ворота особняка, солнце уже стояло высоко. Чувство голода, о котором они забыли в пылу боя, настигло их одновременно. Вэнд проигнорировал столовую и повел Рэя прямо в их малую гостиную, где Лукас, уже успевший вернуться и прийти в себя, оставил свежий завтрак. — Садись, — приказал Вэнд, но на этот раз в его голосе была только забота. Он усадил Рэя в глубокое кресло и сам придвинул столик. Вэнд взял небольшую шпажку с кусочком спелого инжира и сыра и, вместо того чтобы есть самому, поднес её к губам Рэя. Рэй на мгновение замер, глядя на своего хозяина с немой преданностью, а затем послушно принял угощение. Так прошел их запоздалый завтрак: самый властный человек города, не спеша, кусочек за кусочком, кормил своего «смертоносного льва», бережно вытирая салфеткой капли сока с его губ. В этом жесте было больше интимности, чем в любой физической близости. Здесь, в тишине дома, они снова были просто партнерами, залечивающими раны друг друга тишиной и заботой. — На сегодня точно всё, — прошептал Вэнд, поглаживая Рэя по щеке, прямо по старым шрамам. — Теперь только отдых. Рэй, разомлевший от еды и тепла, исходящего от Вэнда, сполз с кресла и устроился на ковре прямо у ног хозяина, положив голову ему на колени. Тяжелая грива темно-коричневых волос накрыла бедра Вэнда, и Рэй прикрыл глаза, чувствуя себя в полной безопасности. Вэнд отставил пустую тарелку и, не говоря ни слова, запустил пальцы в волосы Рэя. Он медленно, прядь за прядью, начал выпутывать из них мелкие соринки и остатки той пыли, что они принесли с терминала. Его бледные, изящные пальцы действовали удивительно нежно, массируя кожу головы и заставляя Рэя тихо, едва слышно урчать от удовольствия. — Ты совсем как настоящий зверь, — негромко заметил Вэнд, перебирая пушистые локоны. — Весь день рычишь на мир, а дома готов замурчать от одного прикосновения. — Только под твоей рукой, — отозвался Рэй, не открывая глаз. — Другим я бы перегрыз глотку за такую фамильярность. Вэнд на мгновение замер, а затем наклонился и коснулся губами макушки Рэя, вдыхая запах его волос — смесь шампуня и едва уловимого запаха стали. Он нащупал золотой чокер на шее льва и слегка погладил его большим пальцем, чувствуя под металлом сильный, размеренный пульс. — Иди ко мне, — Вэнд чуть потянул его вверх. Рэй послушно поднялся и перебрался на диван, сворачиваясь клубком рядом с Вэндом и закидывая ноги на его колени. Вэнд накинул на них мягкий кашемировый плед, укрывая обоих от внешнего мира. Он взял с журнального столика ту самую книгу, которую обещал дочитать, и открыл её на середине. Рэй уткнулся носом в плечо Вэнда, наблюдая за тем, как длинные пальцы хозяина переворачивают страницы. В этой комнате, залитой мягким дневным светом, шрамы на их телах больше не казались знаками войны — они были просто частью их общей истории, которая наконец-то нашла свою тихую гавань. — Читай вслух, — попросил Рэй, засыпая под мерный, бархатистый голос человека, который был для него всем миром. Вэнд начал читать, и его голос заполнял пространство, вытесняя из памяти крики прокурора и звон ножей. В этот момент в особняке не было мафии и маньяков — были только двое мужчин, нашедших друг друга в хаосе этого жестокого города.