Тихая Бездна, Мятежный Рассвет.

Эта встреча обещала стать настоящим испытанием на прочность. Зал заседаний в особняке Нерца был окутан густым дымом дорогих сигар и ледяным напряжением. За массивным столом собрались все тузы преступного мира, включая Мадам Коваль. Эта низкорослая женщина с вызывающе широкими бедрами и пышной грудью, затянутой в тесный корсет, сидела прямо напротив Вэнда, то и дело бросая жадные взгляды на его «льва». Прошло уже пять часов. Дискуссии о поставках и долях рынка ходили по кругу, но атмосфера накалилась до предела, когда Коваль в очередной раз позволила себе лишнего. Рэй стоял за правым плечом Вэнда. Несмотря на бледность после ранения, он был при полном параде: та самая темно-синяя шелковая рубашка (Вэнд приказал достать новую из той же партии) и сверху — нахально распахнутая толстовка со стразами. Рэй заметно берег левое плечо, но его стальной взгляд был острее любого ножа. — Вэнд, дорогой, — пропела Коваль, облизывая ярко-красные губы и в упор глядя на Рэя. — Твой мальчик сегодня выглядит... особенно аппетитно. Эта бледность ему к лицу. Может, уступишь его мне на пару вечеров в счет скидки на партию кокаина? Я умею лечить такие раны... очень нежно. В зале повисла мертвая тишина. Лукас, стоявший чуть поодаль, побелел, а поставщики затаили дыхание. Вэнд медленно откинулся на спинку своего огромного кресла. Его рост в 203 сантиметра позволял ему доминировать над всеми присутствующими даже сидя. Он не спеша повернул серебряный перстень на пальце, и его голубые глаза превратились в две арктические льдины. — Мадам Коваль, — голос Вэнда прозвучал как хруст костей. — Я уже говорил тебе год назад, и повторю последний раз. Рэй — не товар. И он не мой «мальчик». Вэнд властно протянул руку назад, и Рэй, не раздумывая ни секунды, вложил свою ладонь в руку Хозяина. Вэнд сжал его пальцы так сильно, что костяшки Рэя побелели, и притянул его ближе к себе, заставляя льва почти прижаться бедром к подлокотнику кресла. — Рэй абсолютно, до последней капли крови и последнего вдоха, принадлежит мне, — отчеканил Вэнд, глядя Коваль прямо в глаза. — Каждая его деталь, каждый шрам и каждая прядь волос — моя собственность. Если ты еще раз позволишь своему языку коснуться его имени в таком ключе... я вырву этот язык лично. Рэй, вместо того чтобы смутиться, лишь нагло ухмыльнулся Мадам Коваль. Он демонстративно наклонился и потерся щекой о плечо Вэнда, глядя на женщину со смесью торжества и презрения. — Слышала? — промурлыкал Рэй, поправляя свой золотой чокер свободной рукой. — Я не люблю «нежное» лечение. Мой Хозяин лечит меня гораздо... эффективнее. А твои бедра слишком широки для моих кинжалов — не промахнусь. Коваль вспыхнула от ярости и унижения, но, встретившись с обещанием скорой смерти в глазах Вэнда, предпочла уткнуться в свои бумаги. На шестом часу переговоров воздух в зале стал настолько плотным, что его можно было резать ножом. Рэй, всё это время непоколебимо стоявший за плечом Вэнда, начал сдавать. Его лицо приобрело восковой оттенок, а стальные глаза затуманились. Вэнд почувствовал это кожей: он ощутил, как левое плечо Рэя едва заметно дрогнуло, а колено предательски подогнулось. Вэнд не стал ждать, пока его лев рухнет. Резким, властным движением он схватил Рэя за бедро и потянул на себя. За столом послышались сдавленные вздохи, когда огромный Глава мафии усадил 194-сантиметрового киллера к себе на колени, по-хозяйски обхватив его за талию и прижимая к своей широкой груди. Рэй, чей хвост окончательно растрепался, не сопротивлялся — он с облегчением выдохнул, уткнувшись носом в шею Хозяина, чувствуя родной запах. По залу пронесся ядовитый шепот. — Ты посмотри на это... — шипела Мадам Коваль своему соседу. — Как эта сучка, «самый опасный маньяк» города, превратился в комнатную собачку? Как он вообще стал любовником Вэнда, имея столько крови на руках? Вэнд проигнорировал шепот, но его пальцы на талии Рэя сжались крепче. Однако один из поставщиков, старый и зажравшийся торговец контрабандой по фамилии Гросс, решил, что пять часов за столом дают ему право на «дружескую» шутку. Гросс вальяжно откинулся в кресле, стряхивая пепел прямо на дорогой ковер, и окинул Рэя, сидящего на коленях Вэнда, липким, оценивающим взглядом. — Господин Вэнд, — проскрежетал старик, кривя рот в ухмылке. — Мадам Коваль задала верный вектор, но я выражусь точнее. Мы все ценим породистых псов, но ваш «лев» выглядит так, будто он слишком часто... гнётся под вашим весом. Скажите, он всё ещё способен перегрызать глотки, или вы настолько основательно его «объездили», что теперь он годен только для того, чтобы греть вашу постель и принимать вас до самого основания? Стоит ли нам вообще бояться калеку, который даже на ногах стоять не может без вашей помощи? Это был момент, когда «домашний лев» мгновенно превратился в того самого маньяка, чье имя заставляло город содрогаться. Когда слова Гросса повисли в воздухе, Рэй замер на секунду, а затем Вэнд почувствовал, как мышцы под синим шелком рубашки превратились в стальные канаты. Вэнд попытался удержать его, сильнее сжав ладонь на его талии, но Рэй, проигнорировав вспышку боли в раненом плече, рывком вывернулся из объятий Хозяина. Он не просто встал — он метнулся к Гроссу с быстротой атакующей кобры. Прежде чем старик успел хотя бы моргнуть, ладонь Рэя сомкнулась на его горле. С диким рыком Рэй рванул его на себя и с силой впечатал затылком в мраморный пол. Грохот удара заставил Мадам Коваль вскрикнуть и вжаться в кресло. Рэй выхватил пистолет из кобуры на поясе Гросса. БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! Четыре выстрела прошили тишину зала. Пули раздробили колени и локти Гросса, лишая его всякой возможности пошевелиться. Старик зашелся в захлебывающемся крике, но Рэй не дал ему закончить. Смертоносный лев шагнул вперед и тяжело наступил Гроссу прямо на грудную клетку. Все 194 сантиметра роста и жилистый вес Рэя сосредоточились на одной точке. По залу разнесся отчетливый, сухой хруст ломающихся ребер. — Ну что, Гросс? — прошипел Рэй, наклоняясь ниже. Его распущенная каштановая грива закрыла его лицо, словно занавес, из-под которого лихорадочно блестели стальные глаза. — Как тебе глубина моей ярости? Хорошо гнется твоя грудина? Рэй надавил еще сильнее, и изо рта Гросса брызнула кровь. Рэй зажмурился от удовольствия, буквально смакуя каждый звук ломающихся костей и каждый хрип умирающего. В этот момент он не был любовником или подчиненным — он был воплощением чистой, первобытной жестокости. Вэнд сидел в своем кресле, не шелохнувшись. Он подпер подбородок рукой, украшенной перстнем, и с холодным восхищением наблюдал за этой расправой. Его лев защищал свою честь, и Вэнду это чертовски нравилось. — Рэй, — негромко позвал Вэнд, когда Гросс перестал даже хрипеть, превратившись в месиво под ногами маньяка. — Достаточно. Ты его раздавил его раньше, чем он успел осознать все свои ошибки. Рэй медленно обернулся к Вэнду. На его щеке, прямо поверх старых шрамов, алела капля чужой крови. Он нагло оскалился, тяжело дыша, и его пресс под рубашкой напряженно ходил ходуном. — Ты прав, Хозяюшка, — Рэй лениво вытер пистолет о штанину и отбросил его в сторону. — Он слишком быстро ломается. Скучно. Он вернулся к Вэнду и, игнорируя онемевших от ужаса поставщиков, снова бесцеремонно забрался к нему на колени, пачкая его костюм кровью Гросса. — Теперь можем продолжать? — спросил Рэй, обводя зал ледяным взглядом. — Или у кого-то еще есть вопросы о моем «основании»? Мадам Коваль, которая до этого момента считала себя королевой интриг, выглядела так, будто ей в глотку засунули кусок льда. Её пухлые, ярко-красные губы дрожали, а тщательно напудренное лицо приобрело землистый оттенок. Она видела много смертей, но такая звериная, почти интимная жестокость Рэя на глазах у всех заставила её корсет казаться слишком тесным. Она судорожно сжала пальцами края стола, стараясь не смотреть на то, что осталось от Гросса под сапогами Рэя. — Я… я полагаю, вопрос исчерпан, — выдавила она сорванным голосом, не смея поднять глаз на Вэнда. — Мои условия… те же. Я принимаю все твои требования, Вэнд. Без правок. Коваль понимала: если она сейчас не замолчит, следующим на этом столе может оказаться её собственное тело. Она увидела, как Рэй, сидя на коленях Хозяина, лениво слизывает каплю чужой крови со своего пальца, глядя на неё с обещанием скорой расправы. Вэнд холодно усмехнулся, чувствуя, как его лев расслабляется в его руках после вспышки насилия. — Вот и отлично, — Вэнд поднялся, легко удерживая Рэя на руках, словно тот ничего не весил. — На сегодня всё. Лукас, убери этот мусор, — он кивнул на тело Гросса. — И проследи, чтобы Мадам Коваль благополучно доехала до своего отеля. Без лишних... остановок. В зале повисла тяжелая тишина, пока Вэнд широкими шагами выносил Рэя из помещения. Как только двери за ними закрылись, Коваль шумно выдохнула и залпом осушила бокал виски, который стоял перед ней. Её руки всё еще заметно тряслись. — Безумцы… — прошептала она, обращаясь к пустоте. — Они оба абсолютно, чертовски безумны. Двери массивного лифта бесшумно сомкнулись, отсекая их от холодного зала заседаний и трупного запаха Гросса. Как только они остались одни в тесном пространстве, обитом темным деревом и зеркалами, атмосфера в секунду сгустилась до предела. Вэнд всё еще держал Рэя на руках, прижимая его к своей широкой груди. Рэй, чей адреналин после убийства зашкаливал, не собирался вести себя как послушный раненый. Он обхватил шею Вэнда руками, впиваясь пальцами в затылок Хозяина и запутываясь в его коротких серых волосах. — Ты видел их лица, Вэнд? — прошептал Рэй прямо в губы Хозяина. Его стальные глаза лихорадочно блестели, а зрачки были расширены так, что почти закрывали радужку. — Они теперь дышать боятся в твоем присутствии. Рэй нагло, по-хозяйски лизнул челюсть Вэнда, оставляя влажный след, и потерся носом о его щеку, игнорируя резкую боль в простреленном плече. Тёмно-синий шёлк его рубашки, испачканный кровью Гросса, неприятно лип к телу, но Рэю было плевать. Он чувствовал себя живым как никогда. — Ты сорвался с цепи, Лев, — голос Вэнда прозвучал низко и вибрирующе. Он прижал Рэя спиной к зеркальной стенке лифта, не выпуская его ног. — Ты устроил бойню прямо на глазах у моих партнеров. Ты понимаешь, что мне теперь придется заново выстраивать их лояльность на страхе? — А разве ты любишь другой вид лояльности? — Рэй дерзко ухмыльнулся, подаваясь вперед и вжимаясь своим прессом в живот Вэнда. — Тебе же понравилось. Я видел, как ты смотрел, когда я ломал ему ребра. Твой взгляд... он был таким же, как когда ты берешь меня по ночам. Вэнд сузил глаза. Девять сантиметров разницы в росте позволяли ему нависать над Рэем, даже когда тот был прижат к стене. Он перехватил Рэя за бедра крепче, чувствуя, как тот дрожит — то ли от слабости, то ли от возбуждения. — Ты слишком много на себя берешь для раненого маньяка, — Вэнд прикусил золотой чокер на шее Рэя, заставляя того издать хриплый, сдавленный стон. — Ты сейчас должен лежать в постели под капельницей, а не искушать меня в лифте. — Тогда донеси меня до кровати, — выдохнул Рэй, кусая Вэнда за мочку уха и обжигая кожу горячим дыханием. — Донеси и покажи, насколько сильно ты злишься за сорванные переговоры. Я хочу чувствовать каждую секунду твоей ярости, Вэнд. Лифт звякнул, оповещая о прибытии на жилой этаж, но ни один из них не пошевелился. Вэнд смотрел в глаза своего льва, видя в них отражение собственного безумия. Двери лифта разъехались, открывая вид на длинный, уставленный антиквариатом коридор, ведущий к их спальне. Вэнд сделал шаг наружу, всё еще неся Рэя на руках, но «лев» не собирался облегчать ему путь. Рэй, чувствуя, что Вэнд заведен не меньше него, стал действовать еще наглее. Он резко выгнулся в руках Хозяина, заставляя того напрячься, чтобы не уронить его, и впился зубами в плечо Вэнда прямо через дорогую ткань пиджака. При этом его здоровая рука скользнула вниз, бесцеремонно и грубо сминая пах Вэнда сквозь брюки. — Рэй, прекрати, — выдохнул Вэнд, остановившись посреди коридора. Его голос дрогнул, теряя привычную сталь. — Охрана наблюдает через камеры. Ты позоришь своего Хозяина. — О, пусть смотрят, — прохрипел Рэй, отрываясь от его плеча и оставляя на ткани мокрое пятно. Его стальные глаза горели вызовом. — Пусть знают, что их великий босс не может справиться с одним раненым маньяком. Что ты сделаешь, Вэнд? Ударишь меня? Или позволишь мне продолжить прямо здесь, на глазах у всех твоих людей? Рэй нагло прикусил губу и начал расстегивать пуговицы на рубашке Вэнда, обнажая его грудь со старыми шрамами, один из которых оставил он сам. Его пальцы, испачканные кровью Гросса, оставляли алые разводы на коже Хозяина. Вэнд почувствовал, как остатки его самообладания сгорают в этом бешеном ритме сердца Рэя. Он резко впечатал Рэя спиной в одну из колонн коридора, перехватывая его руки и прижимая их над головой маньяка. Разница в девять сантиметров позволила Вэнду буквально накрыть его своим телом, блокируя любые движения. — Ты хочешь шоу, Рэй? — Вэнд наклонился к его уху, обжигая дыханием. Его рука властно легла на горло Рэя, прямо поверх золотого чокера, слегка сдавливая. — Ты хочешь, чтобы они видели, как ты скулишь под моими руками, забыв о своей гордости? Я могу это устроить. Прямо сейчас. На этом холодном полу. Рэй вместо страха выдал тихий, гортанный смешок. Он подался бедрами вперед, втираясь в Вэнда с такой силой, что у того потемнело в глазах. — Сделай это, — выдохнул Рэй, глядя в голубые глаза Хозяина с абсолютным, безумным обожанием. — Покажи им, чья я сучка на самом деле. Разбей их представление о «смертоносном маньяке». Я хочу, чтобы они видели, как я принадлежу тебе. Вэнд рыкнул, окончательно теряя контроль, и сорвал с Рэя остатки тёмно-синей рубашки, обнажая его пресс и бинты на плече.