Тихая Бездна, Мятежный Рассвет.

Рэй вышел на северный периметр один. На нем была та самая темно-синяя шелковая рубашка, которая при лунном свете отливала сталью, и черные брюки, идеально подчеркивающие длину его ног. Волосы были распущены — густая темно-коричневая грива тяжелым каскадом спадала на плечи, закрывая золотой чокер. В каждой руке он держал по тонкому хирургическому скальпелю. Наемники Соколова — двенадцать человек в полном снаряжении — замерли, когда из тени парка к ним неспешно вышел один-единственный человек. — Вы совершили ошибку, выбрав эту ночь, — голос Рэя был тихим и пугающе спокойным. В нем не осталось ни капли той нежности, которую он дарил Вэнду час назад. Первый наемник вскинул автомат, но Рэй исчез из поля зрения раньше, чем палец коснулся спускового крючка. Шелковая рубашка мелькнула синей вспышкой. Рэй двигался как призрачный зверь: его сухие, жесткие мышцы работали на пределе. Первый удар скальпелем пришелся точно в сонную артерию, второй — под колено. Он не просто убивал, он танцевал среди пуль. Адреналин полностью выжег из его тела «отклик»; сейчас внутри него была лишь холодная, звенящая пустота. Рэй проскользнул за спину массивного бойца, его длинные волосы мазнули того по лицу за секунду до того, как сталь перерезала горло. — Это всё? — Рэй обернулся к оставшейся пятерке, слизывая каплю чужой крови с губы. На его правой щеке старые шрамы побелели от ярости. — Я даже не успел попотеть. Последние выжившие в панике открыли беспорядочный огонь, но Рэй уже был среди них. Синий шелк рубашки намок от крови врагов, а распущенные волосы липли к лицу, придавая ему вид демона. Пять минут — и на северном периметре воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием маньяка и тихим звоном его скальпелей, когда он стряхивал с них лишнее. Рэй стоял посреди тел, его взгляд был ледяным и пустым. Сейчас он был самым смертоносным оружием Империи Нерц, в котором не осталось ничего человеческого. Вэнд вышел на крыльцо, небрежно накинув на плечи пиджак. Запах пороха и железа ударил в ноздри, но его взгляд был прикован только к одной фигуре. Рэй стоял в центре кровавого хаоса, тяжело дыша; его грудь под мокрым темно-синим шелком рубашки бурно вздымалась. Когда Вэнд подошел вплотную, Рэй резко обернулся. Его стальные глаза всё еще были сужены, зрачки расширены до предела от адреналина. В этом состоянии он был диким зверем, не знающим пощады. Но как только он узнал запах своего хозяина, его ярость мгновенно трансформировалась в другое, не менее опасное чувство — первобытный, агрессивный голод. — Биг... — прохрипел Рэй, и его голос сорвался на рычание. Он буквально бросился на Вэнда, впиваясь в его губы жестким, почти болезненным поцелуем. Его руки, испачканные в чужой крови, судорожно сжали плечи Главы мафии. Рэй терся о мужа всем телом, требуя, умоляя, пытаясь почувствовать ту самую близость, которая вернет его из бездны безумия. Но тело подводило его. Несмотря на зашкаливающее возбуждение, внутри было пусто и «сухо». Адреналин держал мышцы в стальном замке, блокируя «отклик Белого Льва». Организм всё еще был в режиме войны, и этот контраст между пылающим разумом и физической сухостью приводил Рэя в исступление. — Почему... почему оно не работает?! — простонал Рэй в губы Вэнду, яростно толкаясь бедрами в его пах. — Я хочу тебя так, что готов разорвать, но я... я не могу... Биг, сделай что-нибудь! Вэнд властно обхватил лицо мужа ладонями, заставляя его смотреть прямо в глаза. — Твое тело еще на войне, лев, — спокойно произнес он, игнорируя кровь, которая теперь пачкала его собственное лицо. — Успокой сердце. Почувствуй мои руки. Твой Хозяин здесь, и никто больше не умрет сегодня. Вэнд начал медленно поглаживать Рэя по спине, прямо по мокрому шелку, постепенно спускаясь ниже, к самому источнику напряжения. Он знал: чтобы «разморозить» эту способность, нужно сначала укротить маньяка. Вэнд не сдвинулся с места, удерживая Рэя за талию и не давая ему сорвать с себя остатки рубашки. Его взгляд оставался холодным и непоколебимым, пока маньяк буквально извивался в его руках, рыча от неудовлетворенного желания. — Биг! Зачем?! — Рэй почти взвизгнул, ударив кулаком в грудь Вэнда, оставляя на белой ткани кровавый отпечаток ладони. — Мы же всегда трахались, даже когда были по уши в крови! Нам плевать было на чистоту! Тем более, раз уж оно сейчас не работает, можно было использовать хоть смазку! Я хочу тебя сейчас, здесь, пока я еще чувствую вкус их страха! Вэнд резко перехватил его за запястья, прижимая к себе так плотно, что Рэй почувствовал каждую пуговицу на его пиджаке. — Именно поэтому, лев, — отрезал Вэнд. — Сейчас ты хочешь меня как убийца. А я хочу своего мужа. Твое тело превратилось в камень, и я не собираюсь использовать химию, чтобы заменить то, что ты должен дарить мне сам. Он развернул Рэя спиной к себе и, не обращая внимания на его возмущенное нытье и попытки вырваться, потащил в сторону дома. — Мы идем в душ. Я буду отмывать тебя до тех пор, пока из твоих глаз не исчезнет этот стальной блеск, а мышцы не станут мягкими, как шелк на этой рубашке. Только когда ты полностью расслабишься и твой «отклик» вернется ко мне сам — тогда ты получишь то, о чем просишь. Рэй продолжал ворчать, спотыкаясь и волоча ноги по мраморным ступеням. — Ты слишком правильный, папочка... Это просто кровь! Я бы и так тебя обслужил... — он картинно шмыгнул носом, но когда они вошли в ванную и Вэнд начал включать горячую воду, Рэй притих. Запах пара и спокойные, уверенные движения хозяина начали потихоньку пробивать броню адреналина. Рэй стоял посреди ванной, глядя на свое отражение — синяя рубашка прилипла к телу, волосы спутались, а на шее среди рубинов запеклась багровая корка. Вэнд завел Рэя в просторную душевую кабину и включил воду. Горячие струи ударили по плечам, мгновенно превращая запекшуюся кровь на темно-синем шелке в бледно-розовые ручьи. Рэй всё еще тяжело дышал, его пальцы судорожно сжимались в кулаки, а тело подрагивало от остаточного адреналина. — Слишком долго… Биг, это слишком долго… — капризно прошептал Рэй, пока Вэнд медленно, одну за другой, расстегивал пуговицы на его рубашке. Вэнд не отвечал. Он аккуратно стянул мокрый шелк с плеч Рэя, обнажая его бледную кожу, покрытую мелкими царапинами и пятнами чужой крови. Когда рубашка упала к ногам, Вэнд взял губку, густо намылил её и начал медленно водить по груди мужа, стирая грязь и копоть. Его движения были гипнотически спокойными. Он смывал не просто кровь, он смывал маньяка, возвращая домой своего «льва». Рэй почувствовал, как стальной зажим внутри него начинает давать трещину. Жар воды, запах дорогого мыла и уверенные прикосновения хозяина заставили его мышцы наконец-то обмякнуть. Он прислонился лбом к холодному кафелю, закрыв глаза, и издал первый за вечер глубокий, расслабленный вздох. — Вот так, — тихо произнес Вэнд, откидывая губку и проводя ладонью по его бедру. И в этот момент природа взяла свое. Как только мозг Рэя осознал, что он в безопасности и полностью во власти Бига, его уникальная физиология сработала как спусковой крючок. Внутри разлилось то самое томительное, густое тепло. Внизу, смешиваясь с потоками прозрачной воды, стекающими по ногам Рэя, появилась первая перламутровая струйка. Она была густой, мутной и сияла в свете ламп, как жидкий жемчуг. Жидкость медленно поползла по внутренней стороне бедра, ярко выделяясь на фоне смываемой багровой воды. — О-ох… — выдохнул Рэй, его колени подогнулись, и он едва не сполз по стенке, если бы Вэнд не подхватил его. — Оно… оно вернулось, папочка. Я снова… весь теку для тебя. Вэнд посмотрел вниз, на то, как жемчужный нектар смешивается с водой у их ног, создавая причудливые разводы. Запах сладкого мускуса мгновенно заполнил душевую кабину, окончательно вытесняя запах пороха. — Теперь я вижу, что ты дома, — прохрипел Вэнд, прижимая Рэя к себе и чувствуя, насколько тот стал невероятно скользким и податливым. Вэнд выключил воду, но не дал Рэю даже потянуться за полотенцем. Он накинул на его влажные, пахнущие мускусом плечи тяжелый банный халат, но не завязал пояс, позволяя ткани лишь слегка прикрывать разгоряченное тело. Подхватив Рэя на руки, он вынес его из ванной. Рэй был абсолютно обмякшим; его длинные волосы оставляли мокрый след на полу, а ноги, всё еще покрытые скользким перламутровым нектаром, беспомощно свисали. Адреналин окончательно сменился глубочайшим изнеможением и бесконечным вожделением. В спальне Вэнд опустил его на свежие, идеально выглаженные шелковые простыни. Контраст между прохладой ткани и жаром тела Рэя заставил маньяка вздрогнуть. Жемчужная жидкость продолжала выделяться, пачкая шелк и заставляя Рэя чувствовать себя самым пошлым украшением этой комнаты. — Ты такой чистый… и такой грязный внутри, лев, — прошептал Вэнд, нависая над ним и разводя его скользкие бедра. — Биг… пожалуйста… заполни меня сейчас, — умолял Рэй, его стальные глаза были подернуты влажной дымкой. — Больше никакого адреналина… только ты. Я весь твой… выпей меня досуха. Вэнд вошел в него медленно, смакуя каждый миллиметр. Благодаря «отклику» и горячей воде, Рэй был настолько податливым, что казалось, будто он сделан из мягкого воска. Вэнд двигался глубоко и страстно, перемешивая свое возбуждение с перламутровым нектаром Рэя, создавая внутри него ту самую тягучую, невыносимо приятную смесь. Рэй стонал, зарываясь лицом в подушки, и его рубиновое колье ритмично позвякивало, отмечая каждый толчок хозяина. Это было искупление за всю ту кровь, что он пролил на периметре. Утро в Империи Нерц началось с холодного делового ритма, который Рэй ненавидел всей душой. Вэнд уже был в строгом костюме, поправляя на ходу серебряный перстень. Переговоры с портовыми картелями были слишком важными, чтобы откладывать их даже ради «льва», который всё еще пребывал в пограничном состоянии. Рэй лежал на измятых шелковых простынях, и его вид был воплощением измученного вожделения. Несмотря на ночной марафон, его организм, раззадоренный вчерашним «откликом», не собирался успокаиваться. Из него всё еще медленно вытекала та самая перламутровая жидкость, пачкая бедра, а член стоял, отзываясь пульсирующей болью на каждое движение. — Биг… ты не можешь так просто уйти, — прохрипел Рэй, пытаясь приподняться. Его волосы разметались по подушкам, а рубины на колье тускло блестели в утреннем свете. — Посмотри на меня… я же сейчас с ума сойду. Внутри всё горит, оно… оно не останавливается! Вэнд остановился у самой двери, бросив на мужа тяжелый, собственнический взгляд. Он видел, как Рэй извивается, пытаясь найти облегчение, и как жемчужный нектар блестит на его коже. — У меня нет времени, Рэй. Эти люди не будут ждать, пока я в очередной раз тебя «успокою», — отрезал Вэнд, хотя в его голосе промелькнула искра сочувствия к своему мученику. — Оставайся в кровати. Мучайся. Пусть твое тело запомнит, что бывает, когда ты слишком сильно разжигаешь во мне аппетит. — Ты чудовище! — выкрикнул Рэй, когда дверь за Вэндом закрылась и послышался поворот ключа. Рэй рухнул обратно, сжимая подушку зубами, чтобы не закричать от досады. Он чувствовал себя брошенным на произвол собственной биологии. Ноги всё еще были ватными, в животе тянуло, а «отклик» продолжал прибывать, делая каждое прикосновение простыни к чувствительной плоти невыносимым. Он слышал, как во дворе взревели моторы кортежа. Биг уехал. Рэй остался один в огромной спальне со своим «стояком» и перламутровыми следами на шелке. Он начал медленно гладить свои бедра, пытаясь хоть как-то унять этот зуд, но собственные пальцы не приносили того облегчения, которое дарили руки Вэнда. Рэй метался по кровати, впиваясь ногтями в шёлковые простыни. Гордость маньяка и преданность «льва» боролись с первобытной нуждой, которую Вэнд оставил неутолённой. Сознание, затуманенное вязким мускусным ароматом собственного «отклика», окончательно поплыло. Рэй никогда не делал этого сам — ему всегда было достаточно рук Хозяина, его власти и его воли. Но сейчас внутри всё пульсировало так неистово, что казалось, он просто взорвётся. — Чёрт… Биг, ты издеваешься надо мной… — прохрипел он, задыхаясь. В памяти всплыл недавний «урок» для Лукаса. Рэй вспомнил, как его собственные пальцы входили в податливое тело помощника, как они страстно перемешивали всё внутри. Если с «очкариком» это сработало так сокрушительно, то что же будет с ним самим? Дрожащая рука Рэя, украшенная кольцом с черными бриллиантами, медленно скользнула вниз. Он коснулся входа, который был безумно горячим и буквально залитым перламутровым нектаром. Скольжение было идеальным. Рэй прикусил губу до крови, когда первый палец вошёл внутрь. Это было… странно. Совсем не так, как у Вэнда. Не было той грубой мужской силы, но была ювелирная точность маньяка. Рэй добавил второй палец, затем третий, начиная имитировать те самые тягучие, круговые движения, которыми Вэнд доводил его до исступления. — Ах… боже… — Рэй выгнулся дугой, его пушистые волосы разметались по подушке, а рубиновое колье заходилось в бешеном ритме вместе с его прерывистым дыханием. Он сам, своими руками, начал перемешивать внутри себя тугую смесь из перламутровой жидкости и собственного вожделения. Хлюпающие, пошлые звуки заполнили тишину спальни. Рэй чувствовал себя абсолютно порочным: он лежал в пустой комнате, доставляя себе удовольствие и представляя, что это Вэнд наказывает его за дерзость. Дверь спальни распахнулась с резким щелчком — Вэнд действительно вернулся. Он забыл папку с контрактами, но то, что он увидел, заставило его забыть даже собственное имя. Рэй лежал в центре огромной кровати, полностью погруженный в собственное бесстыдство. Его пальцы, перепачканные густым перламутровым нектаром, двигались внутри с лихорадочной скоростью, а лицо было искажено гримасой сладкой муки. Увидев мужа, Рэй не замер и не попытался прикрыться. Напротив, он замер в самой откровенной позе, не вынимая руки, и посмотрел на Вэнда сквозь пелену слез, вызванных невыносимым, зудящим возбуждением. — Биг... — голос Рэя надломился, превратившись в жалобный всхлип. — Ты вернулся... Пожалуйста, не уходи больше. Я пытался... я честно пытался сам, но мне не нужно это, если это не ты... Слезы медленно покатились по его щекам, затекая в старые шрамы. Рэй выглядел сломленным и бесконечно преданным — маньяк, чья единственная слабость сейчас стояла в дверях в дорогом костюме. Из него продолжало течь, пачкая простыни жемчужными разводами, и этот вид был для Вэнда мощнее любого выстрела в упор. Вэнд молча отбросил папку в сторону. Его ледяное спокойствие рухнуло. Он медленно подошел к кровати, на ходу стягивая пиджак и расстегивая запонки. — Ты наказан, Рэй, — прохрипел Вэнд, хватая мужа за щиколотку и рывком подтягивая его к краю матраса. — За то, что посмел касаться себя без моего приказа. Теперь ты не выйдешь из этой комнаты до самого вечера, и мне плевать на все портовые картели мира. Рэй лишь всхлипнул от облегчения, чувствуя, как тяжелая рука хозяина ложится на его бедро, вытесняя его собственные пальцы. Теперь, когда Биг был здесь, «отклик» Рэя вспыхнул с новой, удвоенной силой, превращая кровать в океан из перламутра и страсти. Телефон Вэнда, брошенный на прикроватную тумбочку, разрывался от настойчивых звонков Эдриана. Глава мафии даже не смотрел в ту сторону — он был слишком занят тем, что заставлял Рэя захлебываться в собственных стонах, перемешивая внутри него вязкий перламутр. Рэй, чьи глаза горели безумным азартом сквозь слезы экстаза, дотянулся дрожащей рукой до аппарата. — Дай... дай мне, Биг... — прохрипел он, ловя губами воздух. Вэнд коротко усмехнулся и, не прерывая движений, позволил Рэю принять вызов. Рэй нажал на кнопку «принять» и поднес телефон к губам, пока Вэнд мощно вколачивался в него, заставляя рубины на колье звенеть. — Вэнд! Где тебя черти носят?! — раздался ледяной и раздраженный голос Эдриана из динамика. — Представители картелей уже дважды спрашивали о твоем отсутствии. Ты хоть понимаешь, что на кону миллионы... — А-а-ах!.. Эдри... Эдриан, — выдохнул Рэй в микрофон, и его голос, сорванный и влажный, явно дал брату понять, что происходит. — Биг... занят. Он сейчас... инспектирует свои личные владения. Очень глубоко... инспектирует. На том конце провода повисла гробовая тишина. Было слышно, как Эдриан на выдохе поправляет очки. — Рэй, — голос адвоката стал еще холоднее. — Передай своему мужу, что если он не явится через час, я засужу его за срыв сделки. И перестань стонать мне в трубку, это непрофессионально. — Приди и... заставь меня... замолчать... — дерзко выдохнул Рэй и, не выдержав очередного толчка Вэнда, громко закричал прямо в трубку, прежде чем сбросить вызов. Вэнд перехватил телефон и отбросил его в угол комнаты. — Слишком много болтаешь с адвокатами, лев. Теперь я сделаю так, чтобы ты вообще не мог говорить до завтрашнего утра. Рэй лишь счастливо зажмурился, чувствуя, как внутри него всё плавится от этой дикой смеси власти, ревности и перламутрового «отклика», который теперь заливал всё вокруг. Эдриан никогда не отличался терпением, когда дело касалось бизнеса. Ровно через час двери особняка содрогнулись, и адвокат в своем безупречном сером костюме стремительно поднялся на второй этаж. Он проигнорировал попытки Марка его остановить — как брат Рэя и законник Империи, он считал, что имеет право на любые ответы. — Вэнд, это уже переходит все гра... — Эдриан толкнул незапертую дверь спальни и замер как вкопанный. Воздух в комнате был тяжелым, пропитанным дурманящим ароматом мускуса. Но то, что заставило Эдриана поправить очки и широко раскрыть глаза, была не сама сцена близости, а то, как это выглядело. Рэй лежал на краю кровати, свесив одну ногу, и вся его кожа — от бедер до кончиков пальцев — была покрыта густой, переливающейся перламутром жидкостью. Она была настолько обильной, что жемчужные капли медленно падали на ковер, создавая сюрреалистичную картину. В свете дня «отклик» Рэя сиял так ярко, что казалось, маньяк сделан из живого шелка. — Что это за... — Эдриан на секунду потерял свою юридическую невозмутимость. — Вэнд, ты что, облил его литрами какой-то химии? Это биологическая атака? Рэй, тяжело дыша и едва фокусируя взгляд на брате, лишь лениво и пошло улыбнулся, не пытаясь прикрыться. Его рубины на шее горели на фоне белого перламутра. — Это... это просто любовь, братец, — прохрипел Рэй, и новая порция «нектара» толкнулась изнутри, стекая по его бедру. — Моё тело просто слишком... радо Бигу. Завидуй молча. Эдриан брезгливо и в то же время завороженно посмотрел на лужицу жемчужной жидкости у своих ног. Как адвокат и ученый ум, он не мог понять, как организм 37-летнего мужчины способен на такое. — Это физиологически невозможно, — констатировал Эдриан, стараясь не смотреть на то, как Вэнд собственнически поглаживает скользкое колено Рэя. — Вэнд, ты понимаешь, что твой муж теперь буквально истекает драгоценностями? Если об этом узнает Снежок, он заставит его сдать литр этого «нектара» на анализы. Вэнд поднял голову, его взгляд был темным и довольным. — Пусть только попробует. Весь этот перламутр принадлежит мне. А теперь выйди, Эдриан. Мы еще не закончили... инспекцию. Эдриан, будучи человеком науки и сухих фактов, не мог просто так оставить это «биологическое недоразумение» без внимания. Профессиональное любопытство адвоката взяло верх над брезгливостью. Он вышел в коридор и, достав телефон, коротким сообщением вызвал Снежка в гостиную. — Снежок, бери свои портативные сканеры и биоанализатор. У нас в главной спальне произошел... «выброс» неизвестного генетического материала, — холодно произнес Эдриан в трубку. Спустя пять минут Снежок уже стоял у дверей спальни. Хакер выглядел как всегда беспристрастно, но когда он увидел Рэя, всё еще лежащего в луже перламутра, его стальные глаза — точная копия глаз «Ма» — расширились. Он медленно подошел к кровати, открыл планшет и направил датчик на стекающую по ноге Рэя жидкость. — Показатели возбуждения зашкаливают. Вязкость субстанции в три раза выше нормы для обычной секреции, — пробормотал Снежок, выводя графики на экран. — Это не аномалия, Эдриан. Это гипертрофированный отклик регенеративной системы. По сути, тело Рэя настолько привыкло к травматичному и интенсивному воздействию Вэнда, что начало вырабатывать этот «нектар» как идеальный лубрикант и защитный барьер одновременно. Рэй, слушая это, только хихикнул и потянулся, демонстрируя, как перламутр тянется за его кожей. — Слышал, Биг? Я — идеальный механизм для твоего удовольствия. Даже Снежинка подтвердил. Снежок тем временем достал стерильную пробирку и осторожно собрал каплю жидкости с края простыни. — Я заберу это в лабораторию. Если мне удастся синтезировать этот состав, Марк и Лукас будут первыми в очереди на покупку, — совершенно серьезно добавил хакер. Эдриан потер переносицу, чувствуя, как у него начинает болеть голова. — Поверить не могу, что я обсуждаю смазку собственного брата с его генетическим клоном и его мужем-мафиози. Вэнд, подпиши уже эти чертовы бумаги, пока Рэй не начал светиться в темноте от избытка этого жемчуга! Вэнд, усмехаясь, чиркнул подпись в документах прямо на спине Рэя, используя его скользкое тело вместо подставки, чем вызвал у того очередной довольный стон. Снежок закончил тесты и, листая данные на планшете, подтвердил теорию: — Биг, эта жидкость — идеальный внутренний барьер. Пока ты внутри, она не вытекает наружу, потому что ты перекрываешь собой всё пространство. Внутри Рэй под защитой этого нектара, и ты не причинишь ему вреда, как бы глубоко ни заходил. Но есть нюанс. Снежок увеличил изображение микротрещин на экране. — Прямо в точке входа, там, где трение максимально, защиты почти нет. Если ты сорвешься на слишком дикий темп, эта смазка просто не успеет там скопиться. Ты можешь серьезно повредить его снаружи, даже если внутри ему будет безумно приятно. Вэнд внимательно посмотрел на Рэя, который всё еще лежал в изнеможении, чувствуя ту самую тягучую, сладкую боль в пояснице и глубоко внутри. Рэй перехватил взгляд мужа и слабо улыбнулся, хотя в его глазах читалось понимание того, насколько тонкую грань они только что перешли. — Слышал, папочка? — прошептал Рэй, его голос был совсем хриплым. — Внутри я весь твой, там я могу выдержать любой твой напор. Но снаружи… снаружи тебе придется быть моим защитником, а не только мафиозником. Иначе твой лев просто сломается. Вэнд медленно накрыл ладонью бедро Рэя, там, где кожа была раздражена от сильного трения. Он почувствовал, как Рэй непроизвольно вздрогнул. — Я понял тебя, Снежок, — сухо бросил Вэнд. — Теперь это моя забота. Он наклонился к Рэю, целуя его в шрам на щеке, и его рука, обычно такая жесткая, теперь едва касалась поврежденного места, успокаивая боль. Вэнд принес аптечку и сел на край кровати. Его движения были скупыми и точными: он выдавил на пальцы прохладный прозрачный гель, предназначенный для заживления слизистых и кожи после сильных повреждений. Несмотря на то, что внутри Рэй плавился от нектара и «уютной» полноты после Вэнда, снаружи кожа горела от того самого трения, которое Снежок назвал критическим. Как только ледяные пальцы хозяина коснулись нежного и раздраженного места, Рэй непроизвольно выгнулся, но тут же расслабился, чувствуя мгновенное облегчение. И, конечно, он не был бы собой, если бы промолчал. — О-о-ох… Биг, какая нежность, — промурлыкал Рэй, зарываясь лицом в подушку, но косясь на мужа лукавым стальным глазом. — Неужели наш грозный Глава мафии испугался лекций Снежка? Смотри, как ты стараешься… А ведь ещё десять минут назад ты вколачивал меня в матрас так, будто хотел оставить от меня только мокрое пятно. Вэнд проигнорировал подколку, продолжая медленно и аккуратно втирать гель, хотя желваки на его челюсти едва заметно дрогнули. — Если ты не замолчишь, лев, я оставлю тебя обрабатывать раны самому, — спокойно отозвался Вэнд, хотя его рука задержалась на бедре Рэя чуть дольше необходимого. — Ты не оставишь, — хихикнул Рэй, чувствуя, как боль сменяется приятным холодком. — Ты же теперь знаешь: снаружи я хрупкий, как твои черные бриллианты. Тебе придется пылинки с меня сдувать, чтобы я не сломался. Биг, а этот гель… он ведь на водной основе? Если мы добавим его к моему «перламутру» в следующий раз, может, мы сможем побить рекорд по скорости? Вэнд наконец поднял взгляд на мужа. — Твоя наглость заживает быстрее, чем твоя задница, Рэй. Лежи смирно. Рэй довольно зажмурился, чувствуя, как хозяин осторожно накрывает его одеялом, пряча от прохлады комнаты. Внутри него всё ещё пульсировало то самое перламутровое тепло, и он знал, что как только кожа заживет, он снова сделает всё, чтобы довести Вэнда до того самого «опасного» предела. Спустя пару дней кожа полностью затянулась, и Рэй, чувствуя себя вновь в полной боевой готовности, решил устроить Бигу ту самую обещанную проверку на прочность. Местом действия была выбрана общая гостиная. Вэнд сидел в глубоком кресле, обсуждая с Марком и Лукасом план усиления охраны после налета наемников. Рэй, облаченный в свои любимые шелковые брюки, которые едва держались на бедрах, лениво прохаживался по комнате, делая вид, что ищет какую-то книгу. Проходя мимо кресла Вэнда, он «случайно» задел плечо мужа, а затем, словно ища опору, положил ладонь на его колено. Внутри Рэя уже начало разгораться знакомое пламя. Из-за того, что он только начал «разогреваться», его знаменитый отклик работал вполсилы: перламутровая жидкость лишь слегка увлажнила бедра, не превращаясь в океан, но создавая ту самую вязкую и горячую среду, которую Вэнд чувствовал даже через ткань. — Биг, ты не видел мой скальпель с гравировкой? — промурлыкал Рэй, наклоняясь так низко, что его пушистые волосы коснулись лица Вэнда. Он намеренно качнул бедрами, и Вэнд почувствовал, как рука Рэя на его колене чуть дрогнула. Глава мафии замер на полуслове, его взгляд мгновенно потемнел. Он почувствовал этот тонкий, едва уловимый аромат сладкого мускуса, который означал только одно — лев начал «подтекать». Лукас, заметив, как замолчал босс, нервно поправил очки. Марк же понимающе отвел глаза, заметив, как пальцы Вэнда до белизны в костяшках впились в подлокотник. — Рэй, сядь на место, — голос Вэнда прозвучал как предупредительный выстрел — низко и угрожающе. — Ой, ну что ты такой бука, папочка? — Рэй хитро прищурился и, проигнорировав приказ, медленно опустился на пол прямо между ног Вэнда, прижимаясь спиной к его коленям. — Я просто ищу свою вещь. Маркуша, Лу-Лу, не обращайте на меня внимания, продолжайте. Я буду сидеть тихо... ну, почти. Он специально чуть поерзал, заставляя влажную ткань своих брюк соприкоснуться с ногой Вэнда. Внутри Рэя всё сладко тянуло, и он чувствовал, как с каждой секундой «нектара» становится чуть больше, делая его движения постыдно мягкими. Вэнд чувствовал, как внутри него закипает ярость, смешанная с диким желанием сорваться и прямо здесь, на глазах у подчиненных, показать Рэю, что бывает за такие игры. Но он держался, давя в себе рык. Вэнд держался до последнего, но когда Рэй, издав тихий, почти невинный вздох, медленно опустил голову ему на пах, самообладанию Главы Империи пришел конец. Он почувствовал через ткань брюк жар тела Рэя и ту самую вязкую, пугающую влажность, которая уже начала пропитывать шелк брюк маньяка. Это было прямое нападение на его авторитет и выдержку. — Марк, Лукас. Вон, — голос Вэнда был похож на хруст ломающегося льда. Парни не заставили себя ждать. Лукас подскочил, едва не перевернув столик, и Марк практически вытолкнул его из гостиной, плотно закрыв за собой массивные дубовые двери. Как только щелкнул замок, Вэнд железной хваткой вцепился в пушистые волосы Рэя, заставляя его резко закинуть голову и посмотреть прямо в потемневшие от вожделения глаза Хозяина. — Ты своего добился, лев, — прорычал Вэнд, рывком поднимая его с пола и швыряя на диван. — Ты хотел проверить, сорвусь ли я? Смотри внимательно. Вэнд не стал снимать с него брюки полностью — он лишь рванул их вниз, открывая вид на то, как перламутровая жидкость, пока еще тонкой, но уверенной струйкой, блестит на его бедрах. Он вошел в него без предупреждения, жестко и глубоко, заставляя Рэя вскрикнуть от неожиданности и дикого удовольствия. — Ах! Биг! — Рэй вцепился в плечи мужа, его стальные глаза закатились. — Я знал... я знал, что ты не выдержишь! Вэнд двигался яростно, но помнил о недавних ранах, поэтому его напор был направлен вглубь, туда, где Рэй был защищен своим нектаром. Он буквально вбивал Рэя в подушки дивана, превращая гостиную в место своего триумфа. — Теперь ты будешь течь так, как я этого хочу, — выдохнул Вэнд, кусая Рэя за плечо. — И до самого вечера ты не встанешь с этого дивана. Рэй лишь счастливо хрипел, чувствуя, как от каждого толчка «отклик» прибывает, превращая его изначальный план в полноценный океан наслаждения. Вэнд рывком подхватил Рэя под бедра и, не разрывая контакта, перенес его из гостиной в спальню. Он бросил его на кровать, и Рэй, тяжело дыша, тут же перевернулся на четвереньки, выгибая спину. Его шелковые брюки валялись где-то в коридоре, а рубиновое колье ярко горело на бледной коже. — Биг... дай мне... — прохрипел Рэй, оборачиваясь через плечо. — Я хочу сам. Позволь твоему льву показать, как сильно он тебя ждал. Вэнд молча откинулся на подушки, позволяя Рэю взять контроль. Его взгляд был тяжелым и предвкушающим. Рэй, не теряя ни секунды, оседлал мужа, но на этот раз он развернулся к нему спиной, как тогда, во время их самого извращенного утра. — Смотри внимательно, папочка, — прошептал Рэй, выгибая поясницу и упираясь ладонями в свои колени. Он начал двигаться. Это были мучительно медленные, тягучие подъемы. Рэй поднимался на самую вершину, замирая в тот момент, когда член Вэнда вот-вот готов был выскользнуть из его тела. Именно в эту секунду, из-за отсутствия «пробки», накопленный внутри перламутровый нектар обильно выплескивался наружу. Густая, мутная жидкость жемчужными нитями стекала вниз, попадая прямо на живот и бедра Вэнда. Рэй намеренно дразнил его, чувствуя, как внутри всё пульсирует от этой медленной пытки. Он опускался обратно так же неспешно, заставляя Вэнда издавать низкий, гортанный рык. — Тебе нравится этот вид, Биг? — Рэй обернулся, его стальные глаза сияли пошлым триумфом. — Посмотри, как я пачкаю тебя собой... Каждая капля — это то, как сильно я тебя хочу. Вэнд впился пальцами в простыни, глядя на то, как расслабленное и мокрое нутро Рэя жадно принимает его обратно после каждого подъема. Вид вытекающего нектара, который теперь блестел на его собственной коже, окончательно выжигал остатки самообладания. — Ты... извращенный дьявол, Рэй, — выдохнул Вэнд, едва сдерживаясь, чтобы не перехватить инициативу и не вколотить этого льва в матрас. Рэй лишь сладко застонал, продолжая свою медленную игру, наслаждаясь тем, как жемчужная влага превращает их близость в нечто запредельно влажное и порочное. Вэнд не выдержал. Его терпение лопнуло с хриплым рыком, и он железной хваткой вцепился в талию Рэя, рывком разворачивая его к себе лицом, но не давая слезть. Рэй, оказавшись лицом к хозяину, увидел в его глазах настоящий шторм — темный, первобытный и беспощадный. — Хватит играть, лев, — выдохнул Вэнд прямо в его губы. Он мощно толкнулся вверх, переходя на бешеный, сокрушительный темп. Рэй мгновенно потерял опору под ногами. Из-за того, что Вэнд был в полулежачем положении, каждый его выпад уходил максимально глубоко, достигая самых потаенных точек. Рэй вскрикнул, его спина выгнулась дугой, а голова запрокинулась назад. Его стальные глаза закатились, оставляя лишь белки — он физически чувствовал, как Вэнд буквально протыкает его насквозь, заполняя всё существование этой жесткой, ритмичной болью-наслаждением. Перламутровый нектар вперемешку со смазкой разлетался мелкими брызгами, пачкая их обоих. Рэй был на грани, его тело содрогалось в конвульсиях. В момент наивысшего пика, когда Вэнд сделал финальный, самый глубокий толчок, Рэй сорвался. Он кончил мощно и резко, и из-за их положения горячие струи попали прямо на лицо Вэнда — на его скулы, щеки и губы. Глава мафии даже не моргнул, принимая этот дар своего льва. Рэй, полностью обессиленный, рухнул на грудь мужа, тяжело и влажно дыша. — Биг... мой Биг... — прохрипел он. Рэй приподнялся на дрожащих руках, глядя на то, как его собственное семя медленно стекает по губам Вэнда. В его взгляде не было стыда — только бесконечное, извращенное обожание. Он медленно наклонился и начал нежно, с каким-то сакральным трепетом слизывать жидкость с губ хозяина, пробуя на вкус плоды их общей страсти. Вэнд перехватил его за шею, прямо над золотым чокером, и вовлек в глубокий, соленый поцелуй, окончательно смешивая их сущности в одно целое. Рэй лежал на груди Вэнда, чувствуя, как его сердце колотится о ребра мужа в унисон с его собственным. Тягучий аромат мускуса и жемчужный блеск на простынях красноречиво говорили о том, что этот эксперимент удался на все сто процентов. — Это было… — Рэй облизал губы, чувствуя на них привкус соли и нектара. — Это было моё лучшее выступление, папочка. Однозначно вносим в «золотой фонд». Вэнд лениво перебирал влажные, пушистые волосы мужа, глядя в потолок с выражением мрачного удовлетворения. Он понимал, что теперь эта порочная игра с медленным вытеканием перламутра и последующим взрывным финалом станет обязательной частью их «программы». — Вносим, — коротко подтвердил Вэнд, и его голос всё еще вибрировал от перенесенного удовольствия. — Но не надейся, что я всегда буду давать тебе играть в медлительность. Иногда мне будет плевать на твои «виды», и я буду брать тебя так, чтобы ты забывал, как дышать. Рэй хихикнул, кусая хозяина за ключицу прямо над шрамом. — Я только за, Биг. Разнообразие — залог крепкого брака мафиози. Сегодня — тягучий перламутр, завтра — жесткий адреналин. Главное, что результат всегда один и тот же… я полностью принадлежу тебе. Он удобнее устроился в объятиях Вэнда, чувствуя, как приятная тяжесть в теле обещает долгий и крепкий сон. Перламутровый «отклик» постепенно затихал, оставляя лишь влажные следы на коже, которые напоминали о том, насколько далеко они зашли в своем извращенном единстве.