Тихая Бездна, Мятежный Рассвет.

Рэй не собирался давать Сашке время на самокопание и депрессию. Он слишком хорошо знал: если дать тьме внутри застояться, она начнет пожирать тебя изнутри. Лучший способ забыть старую привязанность — это новая, еще более острая и подчиненная. — Посмотри на него, Биг, — прошептал Рэй, нежно поглаживая Вэнда по щеке, пока сам сидел у него на коленях. — У нашего львенка глаза почернели от тоски. Ему нужно на кого-то выплескивать свою силу, иначе он сорвется на своих же. Вэнд лениво перебирал волосы мужа, вдыхая его мускусный аромат. — И что ты предлагаешь, лев? Снова подсунуть ему очередного «принца»? — В этот раз мы возьмем кого-то попроще, но покрепче, — Рэй хищно оскалился. — Я уже присмотрел одного из тех недобитков, которых Марк притащил с завода. Молодой, дерзкий, из бывших наемников. У него нет этой фальшивой «фарфоровой» хрупкости, как у Нико. Он выдержит хватку Сашки. Через пару дней в тренировочном зале Сашка остервенело избивал боксерскую грушу, когда вошел Рэй. Маньяк был в своем любимом шелковом халате, попивая кофе и лениво поправляя золотой чокер. За его спиной двое охранников вели парня — лет 19, со спутанными светлыми волосами и затравленным, но яростным взглядом. — Хватит мучить неодушевленные предметы, львенок, — громко произнес Рэй. — Я принес тебе новую игрушку. Его зовут Ян. Он пытался прострелить мне колено на заводе, так что характер у него есть. Сашка остановился, тяжело дыша. Пот градом катился по его торсу. Он окинул пленного безразличным, ледяным взглядом. — Зачем он мне, Ма? — глухо спросил Сашка. — Я не хочу больше никого «воспитывать». Рэй подошел к Сашке вплотную, обдавая его запахом мускуса и власти. — Это не просьба, Саш. Это рецепт твоего выживания. Нико был ошибкой, химической подделкой. А этот... этот настоящий. Сломай его. Сделай своим. Заставь его дышать только тогда, когда ты разрешишь. Тебе нужно это, чтобы не сойти с ума от тишины в своей постели. Рэй кивнул охранникам, и те пристегнули Яна к гимнастическому снаряду в углу зала. — Папочка одобрил этот «подарок», — добавил Рэй, подмигивая Сашке. — Так что не разочаруй нас. Вечером загляну проверить, насколько громко он будет умолять о пощаде. Рэй развернулся и вышел, оставив Сашку наедине с его новой жертвой. Сашка медленно подошел к пленному, и в его глазах впервые за эти дни вспыхнул опасный, хищный интерес. Сашка медленно обходил Яна по кругу, словно хищник, изучающий добычу. В зале стояла тяжелая тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием пленного. Ян, несмотря на скованные руки, скалился, как загнанный волк. Сашка подошел вплотную и, не говоря ни слова, резким рывком вцепился в ворот чужой футболки. Ткань с треском разошлась под пальцами, обнажая крепкое, жилистое тело Яна, покрытое ссадинами. — Тварь мафиозная! — выплюнул Ян и, извернувшись, нанес Сашке хлесткий удар головой в челюсть. Сашка лишь качнул головой. Боль была мимолетной, но она подействовала как искра на разлитый бензин. Он слизнул каплю крови с губы, и его глаза потемнели от внезапного, острого возбуждения. Сопротивление Нико всегда было слезливым и жалким, но этот парень... этот кусался по-настоящему. Сашка ударил его под дых, заставляя согнуться, и тут же сорвал остатки одежды, оставляя Яна полностью беззащитным в холодном свете ламп. — Кричи, дерись, пытайся меня убить, — прошептал Сашка, прижимаясь всем телом к дрожащему от ярости наемнику. — Чем больше ты сопротивляешься, тем приятнее мне будет тебя ломать. В коридоре Рэй стоял у дверей, прислушиваясь к звукам борьбы и первым выкрикам Яна. На его плече висел Ари, который с явным любопытством пытался заглянуть в щель. — Ма, а почему ему можно, а мне нет? — надулся Ари, кивая в сторону зала. — Я тоже хочу себе кого-нибудь для тренировок. Вон, Снежок нашел в сети какого-то хакера-неудачника, он бы мне подошел. Рэй лениво отхлебнул кофе, поправляя золотой чокер, и посмотрел на сына с той самой смесью нежности и строгости, которая была присуща только ему. — Мелкий, тебе двенадцать, — осадил он его, и его голос стал на тон ниже. — Таких игрушек, как Ян, воспитывают не только кулаками и ножами. Есть и второй метод — физическое подчинение через постель, а до этого ты еще не дорос. Ни морально, ни... технически. Рэй усмехнулся, потрепав Ари по густым волосам. — Будет тебе хотя бы семнадцать, тогда поговорим о твоих личных «хакерах». А пока иди к Марку, он обещал показать тебе, как правильно уходить от захвата сзади. Это тебе сейчас полезнее, чем живые куклы. Ари недовольно фыркнул, но спорить не стал — авторитет «Ма» был непререкаем. Когда сын скрылся в конце коридора, Рэй обернулся на звук за дверью. Там как раз раздался первый по-настоящему надрывный стон Яна. Рэй хищно улыбнулся и отправился в кабинет к Вэнду. Ему не терпелось рассказать папочке, что его план по «реабилитации» Сашки работает идеально. Вэнд медленно поднялся из-за своего стола, поправляя манжеты. Его лицо оставалось беспристрастным, но в глазах зажегся интерес хищника, наблюдающего за ростом своего наследника. — Пойдем, лев, — негромко сказал Вэнд. — Посмотрим, не перехлестнул ли адреналин через край. Сашка должен уметь держать себя в руках, даже когда кровь кипит. Рэй, уже предвкушая зрелище, хищно улыбнулся и первым зашагал к тренировочному залу. Его халат едва заметно шуршал по полу, а новый опал на пальце таинственно мерцал. В тренировочном зале Когда они вошли, в зале стоял тяжелый запах пота, борьбы и того самого первобытного напряжения, которое всегда сопровождает ломку воли. Сашка был полностью вовлечен в процесс. Он прижимал Яна к тренировочному мату, жестко и глубоко вбиваясь в него. Ян был потрясающим экземпляром. Даже сейчас, когда его тело должно было обмякнуть от боли и удовольствия, он продолжал огрызаться. Извернувшись всем торсом, Ян попытался ударить Сашку локтем в лицо прямо в момент очередного толчка. Сашка перехватил его руку в воздухе, с силой впечатывая ее в мат над головой пленного. — Ты... всё еще... не понял? — прорычал Сашка, усиливая напор. — Ты мой, пока я не решу иначе! Вэнд и Рэй замерли у входа, наблюдая из тени. Вэнд оценивающе смотрел на то, как Сашка сохраняет контроль над ситуацией, несмотря на яростное сопротивление наемника. А Рэй... Рэй просто наслаждался картинкой. Ему нравилось, что Сашке достался крепкий орешек — это значило, что «обучение» будет долгим и качественным. — Видишь, папочка? — прошептал Рэй на ухо Вэнду, прижимаясь к его плечу. — Ян не сдается. Он будет пытаться убить его даже во время оргазма. Это именно то, что нужно Сашке, чтобы забыть о слезах Нико. Вэнд молча кивнул, а затем сделал шаг вперед, выходя на свет. — Сашка, достаточно на сегодня, — его голос прозвучал как удар хлыста. — Ты доказал, что можешь его удержать. Теперь отведи его в блок и приставь охрану. Мне не нужно, чтобы ты выдохся раньше времени. Сашка замер, тяжело дыша. Он медленно отстранился от Яна, который тут же предпринял попытку ударить его ногой, но Сашка просто лениво увернулся, уже не глядя на пленного. — Да, Босс, — выдохнул Сашка, вытирая пот со лба. Рэй подошел к Яну, который лежал на мате, тяжело хрипя и сверкая глазами. Рэй наклонился к нему, обдавая ароматом своего мускуса. — Хороший мальчик, — промурлыкал Рэй. — Продолжай в том же духе. Сашке нравятся строптивые. Если выживешь в эту неделю — я лично подарю тебе что-нибудь... из стали. Сашка собственноручно затащил Яна в специально подготовленный блок. Наемник был измотан, его тело горело от ссадин и недавней близости, но взгляд оставался всё таким же волчьим. Когда Сашка застегивал кандалы на его щиколотках, Ян попытался плюнуть ему в лицо, но сил хватило лишь на то, чтобы хрипло рассмеяться. — Думаешь... приручил? — прохрипел Ян, сползая по холодной стене. — Ты просто... еще один ублюдок с пушкой. Сашка выпрямился, вытирая руки полотенцем. Он посмотрел на Яна сверху вниз, и в его глазах промелькнуло нечто странное — не просто жажда обладания, а искра уважения к чужой стойкости. Нико бы уже давно рыдал и молил о прощении, а этот парень всё еще скалил зубы. — Отдыхай, Ян, — холодно бросил Сашка. — Завтра мы продолжим. И поверь, у меня хватит терпения, чтобы научить тебя подчиняться. Выходя из камеры, Сашка почувствовал, как адреналин сменяется странным, тягучим ожиданием. Этот наемник зацепил его сильнее, чем он готов был признать даже самому себе. Его сопротивление разжигало в Сашке огонь, который не гас даже после разрядки. В коридоре особняка Сашка шел к своей комнате, когда из тени ниши внезапно вынырнул Ари. Двенадцатилетний наследник выглядел непривычно серьезным, он прислонился к стене, копируя позу Вэнда. — Ну и как он? — спросил Ари, преграждая путь. — Слышал, он пытался тебя вырубить прямо во время «процесса». Сашка остановился, тяжело вздохнув. — Тебе не положено знать подробности, мелкий. Ма же ясно сказал: иди тренируйся с Марком. — Да ладно тебе, Саш, — Ари подошел ближе, его голубые глаза блеснули любопытством. — Ма сказал, что я «не дорос технически». Что это значит? Этот твой «второй метод»... он действительно ломает лучше, чем нож? Я видел, как Ян смотрел на тебя. В его глазах был страх, смешанный с чем-то... другим. Сашка усмехнулся, глядя на брата. Он видел в Ари ту же породу, что и в Рэе — сочетание детской непосредственности и зачатков жестокого хищника. — Это значит, Ари, что когда ты подчиняешь чье-то тело таким образом, ты забираешь его душу, — Сашка наклонился к уху мальчика. — Но чтобы делать это, ты должен сам быть из стали. Иначе игрушка сломает тебя самого. Иди спать. И не вздумай соваться в камеру к Яну. Он перекусит твое горло быстрее, чем ты успеешь сказать «Ма». Ари фыркнул, но в его взгляде читалось, что информация принята к сведению. Он проводил Сашку взглядом, а затем посмотрел в сторону подвалов, где сидел Ян. Тем временем в спальне родителей: Рэй, уже принявший душ, лежал на кровати, пока Вэнд лениво расчесывал его влажные густые волосы. — Папочка... — промурлыкал Рэй, блаженно закрывая глаза. — Тебе не кажется, что Ари слишком сильно заинтересовался методами Сашки? Он ведь подглядывал. — Он наследник, лев, — спокойно ответил Вэнд. — Ему нужно знать всё. Но Сашка прав — ему еще рано. Марк никогда не одобрял «игры» Рэя с подбором пассий для Сашки, а после того, как «портовый принц» Нико едва не подставил всю семью, его терпение лопнуло. Пока Сашка спал тяжелым сном после изнурительной ночи, а Рэй нежился в объятиях Вэнда, Марк решил, что пришло время для старой доброй школы допросов — без сантиментов и постельных сцен. В камере Яна Ян едва успел забыться тревожным сном, когда дверь камеры распахнулась. Вместо Сашки на пороге стоял Марк — огромная, холодная скала в камуфляже и бронежилете. Он не улыбался и не пах афродизиаками. От него веяло порохом и дисциплиной. Марк молча подошел к прикованному наемнику, бросил на пол тяжелую сумку с инструментами и вытащил складной стул. — Слушай меня внимательно, парень, — голос Марка был низким и сухим. — Сашка — мальчишка, он играет в любовь и доминирование. Рэй — маньяк, ему нравится эстетика боли. Но я — начальник безопасности этого дома. И мне плевать, как технично ты кусаешься во время секса. Мне нужны коды доступа к зашифрованным каналам «Шакалов», которые были прошиты в твоем жетоне. Ян сплюнул кровь на ботинок Марка. — Пошел ты... Огромный пес на поводке. Марк даже не изменился в лице. Он просто схватил Яна за поврежденное Сашкой плечо и сжал его так, что кости затрещали. — Ты думаешь, то, что делал Сашка — это больно? — Марк достал из сумки электрошокер и пару зажимов. — Сашка хотел твое тело. Я хочу информацию. И я выжму ее из тебя, даже если к утру от тебя останется только кусок обугленного мяса. Через час Рэй проснулся от странного предчувствия. Его «отклик» уловил волну холодной, методичной агрессии, идущей из подвалов. Он накинул халат и, не завязывая пояс, вышел из спальни. В коридоре он столкнулся с Ари, который уже вовсю прислушивался к доносящимся снизу крикам — на этот раз не полным страсти, а чистой, животной боли. — Ма, кажется, Маркуша решил, что Сашка слишком нежничает, — прошептал Ари, в глазах которого читался азарт. Рэй нахмурился. Его «львенок» Сашка только начал привязываться к новой игрушке, и если Марк его сломает окончательно или убьет — это будет катастрофа. Рэй ворвался в подвал именно тогда, когда Марк собирался применить ток. Ян висел на цепях, едва дыша, его лицо превратилось в сплошной синяк. — Марк, мать твою! — рявкнул Рэй, подходя ближе. Его мускусный запах мгновенно заполнил комнату, подавляя запах озона. — Ты что творишь? Я обещал Сашке эту игрушку целой! Марк обернулся, его взгляд был ледяным. — Эта игрушка знает, где «Шакалы» прячут мобильные лаборатории, Рэй. Твой Сашка за всю ночь узнал только, как громко Ян умеет стонать. Семья в опасности, а вы играете в бордель. В этот момент за спиной Рэя появился Вэнд. Он прислонился к косяку, наблюдая за конфликтом своих лучших людей. — Марк прав, — негромко произнес Вэнд. — Безопасность прежде всего. Но и Рэй прав — Сашке нужен этот парень живым для стабилизации. Вэнд перевел взгляд на Яна. — Дадим ему выбор. Или он говорит сейчас всё Марку, или я отдаю его Рэю на «личное обследование». А ты знаешь, Ян... Рэй не такой добрый, как Сашка. Ян посмотрел на Рэя, и в этот момент его наемничья выправка окончательно дала трещину. Он видел в своей жизни много жестокости, но взгляд «Белого Льва» — безумный, стальной и голодный — пугал его больше, чем электрошокер Марка. Рэй стоял в распахнутом халате, от него исходил тяжелый, дурманящий запах мускуса, а на пальце зловеще мерцал черный опал. Ян понял: если этот человек возьмется за него, он не просто умрет, он потеряет рассудок. — Ладно... ладно! — прохрипел Ян, сплевывая кровь. — Хватит. Я всё скажу. Лаборатории на старой мебельной фабрике в пригороде... Склад номер четыре, подвал замаскирован под систему вентиляции. Только уберите от меня этого психа! Рэй хищно оскалился и облизнул губы, явно разочарованный тем, что «веселье» закончилось, так и не начавшись. — Ну вот, Маркуша, — промурлыкал Рэй, поправляя золотой чокер. — Стоило мне просто войти, как наш волчонок стал послушным песиком. А ты всё — ток, зажимы... Скучно работаешь. Марк лишь хмуро кивнул, записывая координаты. Он бросил на Яна презрительный взгляд и начал собирать свои инструменты. — Снежок проверит координаты через пять минут. Если ты наврал, парень, я лично вернусь и закончу начатое. Вэнд оттолкнулся от косяка, его взгляд был холодным и расчетливым. — Хорошая работа, Марк. Рэй, уведи своего «львенка» Сашку в кабинет, когда он проснется. Нам нужно обсудить план налета. А Яна... приведите в порядок. Не хочу, чтобы Сашка видел его в таком разобранном состоянии. Через два часа в комнате Сашки Сашка проснулся от резкого запаха антисептика и звука шагов. Он вскочил, мгновенно потянувшись к пистолету под подушкой, но увидел перед собой Рэя. — Спокойно, Саш, — Рэй сидел в кресле, закинув ногу на ногу и лениво потягивая кофе. — Твой Ян оказался очень разговорчивым. Марк немного... «помог» ему настроиться на нужный лад. Сашка замер, его лицо исказилось. — Марк тронул его? Ма, я же просил! — Не кипятись, — отрезал Рэй. — Марк сделал свою работу, а Ян сохранил жизнь. Он сейчас в лазарете, его подлатают. Но у нас есть дело поважнее. Папочка ждет нас. Мы нашли лаборатории «Шакалов». Сашка сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает ярость на Марка, но он понимал, что спорить с Вэндом и Рэем бесполезно. — Я иду, — бросил Сашка, быстро одеваясь. — Но если Марк еще раз сунется к моему пленному без моего разрешения — я за себя не ручаюсь. Налёт на мебельную фабрику превратился в настоящую симфонию смерти. Рэй и Сашка ворвались в здание, как два изголодавшихся демона. Для Рэя это был способ размять мышцы после «домашнего ареста» от папочки, а для Сашки — возможность выплеснуть ярость за избитого Яна и предательство Нико. — Кто последний до центрального зала, тот чистит пушки Марку весь месяц! — выкрикнул Рэй, срываясь с места. Его нож мелькал в воздухе, оставляя за собой лишь тишину и осевшие на пол тела. Рэй двигался грациозно, его длинные волосы выбились из хвоста, а в стальных глазах горел азарт маньяка. Сашка не отставал: он работал жестко, всаживая пулю за пулей в каждого, кто осмеливался поднять оружие. Они буквально соревновались в жестокости, превращая зачистку в кровавое шоу. К моменту, когда они достигли подвала, коридоры были залиты багрянцем. В центре лаборатории, забившись под стол, дрожал Глава «Шакалов» — тот самый человек, который отдавал приказы о налетах на порты Нерцев. Рэй подошел к нему, на ходу вытирая окровавленное лицо краем рукава. — Ну привет, смертник, — промурлыкал Рэй, хватая его за шиворот. — Папочка сказал, что ты должен быть живым. Тебе очень повезло... или очень не повезло. Смотря как на это взглянуть. Пару дней спустя. Площадь перед особняком. Вэнд решил, что пора напомнить городу, кто здесь настоящий Хозяин. Глава «Шакалов» был прикован к позорному столбу прямо перед воротами. Весь город, через камеры и слухи, наблюдал за этим «публичным уроком». Вэнд стоял на балконе, лениво потирая перстень. Рэй, облаченный в свой самый дорогой шелк и золотой чокер, стоял рядом, положив голову на плечо мужа. — Смотрите и запоминайте, — голос Вэнда, усиленный динамиками, разносился над площадью. — Каждый, кто посягнет на мою семью или мои интересы, закончит так же. Рэй спустился вниз. На глазах у всех он подошел к пленному. Маньяк действовал медленно, со смаком. Он не убил его сразу. Он делал глубокие, аккуратные надрезы, превращая тело лидера «Шакалов» в живое предупреждение. Кровь стекала на асфальт, а Рэй, чувствуя на себе взгляд Вэнда, ощущал, как его «отклик» снова начинает сладко пульсировать. — Это за Сашку, это за порт, а это — просто потому, что у меня было плохое настроение на прошлой неделе, — шептал Рэй на ухо умирающему. Вечер после казни Сашка, все эти дни не находивший себе места, наконец спустился в лазарет к Яну. Пленный наемник был перебинтован, его лицо всё еще было в синяках после допроса Марка, но в глазах застыло угрюмое ожидание. Сашка сел на край его койки. Он долго молчал, глядя на свои руки, которые всё еще пахли порохом и железом. — Мы их уничтожили, Ян, — тихо сказал Сашка. — Всех. Твои бывшие хозяева больше не существуют. Теперь у тебя нет прошлого. Только это место. И я. Он протянул руку и осторожно, почти боясь причинить боль, коснулся здорового плеча Яна. Наемник вздрогнул, но не отстранился. Тьма, которую Сашка выплеснул на фабрике, немного утихла, сменившись тяжелым, почти болезненным желанием привязать к себе этого строптивого парня навсегда. Ян, глядя на Сашку, который сидел перед ним — весь в запахе пороха и свинцовой тишины в глазах, — впервые за всё время перестал скалиться. Он видел казнь своего босса по монитору в лазарете. У него больше не было стороны, за которую стоило воевать. Он медленно накрыл ладонь Сашки своей, позволяя тому коснуться себя без привычной борьбы. Это было молчаливое признание: теперь он часть этой темноты. В спальне Хозяина Но если в лазарете царила тихая меланхолия, то в покоях Вэнда воздух вибрировал от напряжения. Рэй вернулся после зачистки и публичной казни в состоянии абсолютного, неконтролируемого безумия. На его лице всё еще виднелись мелкие брызги крови, а золотой чокер казался раскаленным. Когда за дверью щелкнул замок, Рэй буквально сорвал с себя пропитанную смертью одежду, оставаясь перед мужем полностью обнаженным. Его «отклик» бушевал: мускусный аромат был настолько густым, что кружилась голова. Тело маньяка, разгоряченное убийствами 50-ти человек, требовало разрядки, соразмерной этой бойне. — Папочка... — прохрипел Рэй, и его голос был низким, почти звериным. — Мне мало... Мне катастрофически мало того, что я сделал на фабрике. Я хочу, чтобы ты вытравил из меня этот запах смерти своим телом. Вэнд, понимая, что сегодня Рэй — это оголенный провод, не стал медлить. Он знал это состояние «кровавого голода» своего Льва. Марафон длился долгие часы. Вэнд не щадил его, вбиваясь в податливое, истекающее нектаром тело с такой силой, что кровать ходила ходуном. Рэй был ненасытен. Он жадно ловил каждый толчок, выгибаясь и требуя еще и еще. Его перламутровый секрет заливал всё вокруг, становясь естественным топливом для этой одержимости. Когда спустя четыре часа Вэнд, тяжело дыша, попытался отстраниться, чтобы дать им обоим передохнуть, Рэй мертвой хваткой вцепился в его плечи, притягивая обратно. Его стальные глаза, затуманенные похотью, горели безумным огнем. — Нет... — простонал Рэй, содрогаясь в очередной конвульсии «отклика». — Не смей уходить. Я хочу еще. Сделай со мной что угодно, папочка, но не останавливайся... Я хочу чувствовать тебя внутри до самого утра. Вэнд лишь коротко усмехнулся, видя эту бесконечную жадность своего маньяка. Он снова перехватил его бедра, начиная новый круг их личного ада и рая. Утро в спальне было тяжелым и влажным. Воздух, пропитанный концентрированным ароматом мускуса и отголосками ночного безумия, казался почти осязаемым. Рэй лежал на груди Вэнда, лениво перебирая пальцами край шелковой простыни. Его тело, измотанное многочасовым марафоном, все еще подрагивало от остаточного эха удовольствия, а по бедрам продолжал медленно сочиться нектар. В дверь робко, едва слышно постучали. — Войди, — низко отозвался Вэнд, даже не потрудившись прикрыться. Он знал, что в этом доме его нагота — лишь еще один символ власти. В дверях появился Лукас. В руках он судорожно сжимал стопку документов, которые нужно было подписать еще вчера. Стоило секретарю переступить порог и вдохнуть густой, животный запах, стоящий в комнате, как его лицо мгновенно залило пунцовой краской. Его зрачки расширились, а руки мелко задрожали, из-за чего бумаги опасно зашуршали. — Б-босс... отчеты по порту... и счета за чистку мебельной фабрики... — пролепетал Лукас, стараясь смотреть куда угодно, только не на переплетенные тела на кровати. Рэй приподнял голову, и на его губах заиграла та самая хищная, издевательская ухмылка. Он почуял это первым. Воздух в комнате прорезала резкая, отчетливая нота горького миндаля. — Ой, посмотри на него, папочка... — промурлыкал Рэй, щурясь как сытый кот. — Наш Лу-Лу, кажется, слишком впечатлительный сегодня. Лукас, не выдержав пристального взгляда маньяка, быстро положил папку на крайний комод и, пробормотав что-то нечленораздельное, буквально вылетел из комнаты. Рэй, чей взгляд был заточен на такие детали, успел заметить то, что скрылось от глаз Вэнда: на серых форменных брюках секретаря, ровно в том самом месте, расплывалось небольшое, но отчетливое темное пятно. Лукас «потек» мгновенно, не выдержав ауры доминирования, которая заполнила спальню. Когда дверь захлопнулась, Вэнд нахмурился, втягивая носом воздух. — Миндаль, — констатировал он, переводя взгляд на дверь. — Марку явно стоит получше присматривать за своим мужем. Он фонит так, будто я брал его прямо здесь. — Он просто слишком хорошо знает, каков ты в деле, Биг, — Рэй хрипло рассмеялся, сильнее прижимаясь к Вэнду. — Его тело реагирует на твою силу даже сквозь стены. Но посмотри на это с другой стороны... теперь Маркуше будет чем заняться в обеденный перерыв. Вэнд усмехнулся и притянул Рэя за затылок, заставляя его замолчать долгим поцелуем. — Пусть занимаются чем хотят. Сейчас меня волнует только то, почему мой лев до сих пор не попросил новую побрякушку за сорок трупов на фабрике. У тебя жар? Рэй хищно прищурился, его пальцы с новым опалом медленно вычерчивали узоры на груди Вэнда. В голове маньяка уже зрел план, пропитанный азартом и легким садизмом. — Яхты и камни — это прекрасно, папочка, но мне скучно сидеть в золотой клетке, пока наш «миндальный» секретарь краснеет от каждого твоего вздоха, — Рэй приподнялся на локтях, обдавая Вэнда жаром своего тела. — Давай устроим «двойное свидание»? Вывезем Марка и Лукаса в тот закрытый клуб в порту. Я хочу посмотреть, как Маркуша будет пытаться сохранять лицо, когда ты начнешь ломать меня прямо у него на глазах. А я, в свою очередь, помогу Лукасу окончательно признать свою природу... под твоим присмотром, конечно. Вэнд усмехнулся, эта идея явно пришлась ему по вкусу. Вид того, как его идеальный охранник теряет контроль, всегда его забавлял. — Хочешь устроить публичный урок воспитания, лев? — Вэнд притянул Рэя за золотой чокер, заставляя его склониться к самым губам. — Хорошо. Пусть Марк увидит, как должен вести себя настоящий пассив, когда его Хозяин берет свое. И пусть Лукас поймет, что его «миндаль» — это не позор, а пропуск в наш мир. Вечер того же дня. Закрытый клуб мафии в порту. Зал был пуст — Вэнд выкупил его целиком. В центре, за массивным столом, стояли кожаные кресла. Марк выглядел непривычно напряженным в гражданском костюме, а Лукас, сидевший рядом с ним, казался воплощением испуга. Он уже сменил брюки, но его аромат всё равно выдавал его — запах миндаля витал вокруг него тонким шлейфом. Рэй вошел в зал под руку с Вэндом. На маньяке был только шелковый жилет на голое тело и узкие брюки. Он специально не стал надевать белье, зная, что «отклик» после вчерашнего марафона всё еще не утих. — Ну что, молодежь? — Рэй лениво опустился на колени у ног Вэнда, игнорируя кресло. — Готовы к небольшому уроку биологии? Вэнд по-хозяйски положил руку на голову Рэя, запуская пальцы в его густую гриву. — Марк, расслабься. Мы здесь не для отчетов. Я хочу, чтобы ты посмотрел, как Рэй принимает мою власть. И я хочу, чтобы ты научил своего мужа не прятать пятна на штанах, а гордиться ими. Рэй бросил на Лукаса многозначительный взгляд и медленно, с вызывающим стоном, начал расстегивать жилет, обнажая плечи и живот, всё еще покрытые следами зубов и засохшего нектара. — Смотри внимательно, Лу-Лу, — прошептал Рэй. — Сейчас твой Босс покажет, зачем нам на самом деле нужны эти «отклики». В зале повисло густое, осязаемое напряжение. Вэнд не стал тратить время на светские беседы. Он рывком подтянул Рэя к себе, заставляя его развернуться спиной и упереться ладонями в лакированную поверхность стола — прямо перед лицом застывшего Марка. — Смотри, Марк. Это то, к чему твой Лукас должен прийти, если не хочет сгореть от собственного секрета, — голос Вэнда был ровным и беспощадным. Рэй, чувствуя на себе взгляд четверых глаз, выдал протяжный, глубокий стон. Его тело мгновенно отозвалось: перламутровый нектар начал сочиться, марая стол и наполняя зал тяжелым ароматом мускуса. Вэнд вошел в него без предисловий, жестко и уверенно, заставляя Рэя содрогаться при каждом толчке. — Лу-Лу… — прохрипел Рэй, поворачивая голову к секретарю. Его глаза были подернуты дымкой экстаза. — Видишь? Это… это не боль. Это свобода. Марк, чего ты ждешь? Твой муж уже пахнет так, что в порту чайки дохнут. Раздень его. Живо! Марк сжал кулаки так, что костяшки побелели. Он смотрел на то, как Босс методично берет Рэя, как маньяк плавится под этой властью, и внутри охранника что-то надломилось. Животный инстинкт доминирования, подогретый запахом чужого секса, ударил в голову. Марк рывком притянул к себе Лукаса, который уже едва дышал от возбуждения и страха. Охранник не стал уходить на диван — он сорвал с мужа рубашку прямо там, на соседнем кресле. — Босс прав, — прорычал Марк, вжимаясь лицом в шею Лукаса, где миндальный аромат был самым резким. — Ты слишком долго это прятал. Вэнд продолжал брать Рэя, наблюдая за ними. — Хорошо, Марк. Теперь покажи ему, кто его Хозяин. Рэй, дай им совет… ты ведь у нас эксперт по «глубокому погружению». Рэй, содрогаясь под ритмичными толчками Вэнда, протянул руку и вцепился в волосы Лукаса, заставляя его смотреть на Марка. — Не сопротивляйся, очкарик… Просто дай ему сломать твою гордость. Папочка, скажи им… скажи, как это приятно — быть никем в твоих руках… В эту ночь в закрытом клубе границы были стерты. Два «льва» подчинялись своим Хозяевам под аккомпанемент смешавшихся запахов мускуса и миндаля. Вэнд направлял Марка, Рэй направлял Лукаса, превращая это «свидание» в масштабный акт тотального переформатирования личностей. К утру в клубе воцарилась тяжелая, сонная тишина. Лукас лежал на груди Марка, совершенно обессиленный. Его «миндальный» отклик, который годами копился внутри как яд, наконец-то выплеснулся полностью, оставив после себя непривычную легкость. Он больше не чувствовал стыда — только глубокое, животное признание того, что власть Марка (и незримое одобрение Вэнда) — это единственное, что ему нужно для жизни. Рэй сидел на коленях Вэнда, лениво перебирая пушистые пряди своих волос, пропитанных потом и мускусом. Он с победной ухмылкой наблюдал за парой напротив. — Видишь, Маркуша? — промурлыкал Рэй, поправляя золотой чокер. — Твой «цветочек» больше не дрожит от страха. Теперь он дрожит только от предвкушения. Марк молча прижал Лукаса к себе крепче. Он видел, что его муж изменился. Теперь Лукас не пытался скрыть влажные пятна на одежде — он открыто вдыхал аромат секса, витающий в зале, и его тело тут же отзывалось новой волной горького миндаля. Запах Рэя и Вэнда стал для него своего рода катализатором: теперь Лукас «тек» просто от присутствия маньяка, окончательно признав в нем своего «наставника» по подчинению. В особняке, несколько часов спустя Когда они вернулись домой, идиллия была прервана Ари. Он поджидал их в холле, скрестив руки на груди и переводя взгляд с расслабленного Рэя на совершенно «размазанного» Лукаса. — Ма, Пап, ну вы и навели шороху, — фыркнул Ари. — От вас за милю несет так, будто вы в бассейне с афродизиаками искупались. Даже Ян в своей камере голову поднял, учуяв запах. Рэй лениво потянулся, чувствуя, как внутри него всё еще перекатывается тепло папочки. — Привыкай, мелкий. Это запах стабильности в нашей семье. Лукас, — Рэй обернулся к секретарю, который стоял рядом с Марком, — иди в архив. И не смей переодеваться. Я хочу, чтобы Сашка и Ян чувствовали, как именно заканчиваются «двойные свидания» в нашем доме. Лукас лишь послушно кивнул, даже не покраснев — он принял новые правила игры. Вэнд и Марк уехали через час после возвращения. Дела мафии не ждали, а перехваченный груз с редкими камнями, предназначавшимися Рэю, был слишком веским поводом для личной зачистки. Оставив особняк на попечение охраны и Снежка, «папочки» скрылись в реве моторов, оставив своих «львов» восстанавливаться. Рэй и Лукас остались в гостиной, представляя собой довольно жалкое, но по-своему эстетичное зрелище. Рэй практически сполз с дивана на ковер, не в силах даже держать спину прямо. Его мышцы ныли, а внутри всё еще ощущалась тягучая тяжесть после Вэнда. Лукас сидел в кресле напротив, вцепившись пальцами в подлокотники. Его ноги мелко дрожали, а лицо застыло в выражении какого-то блаженного шока. — Ну что, Лу-Лу… — прохрипел Рэй, пытаясь поправить растрепанную гриву, но рука бессильно упала на колено. — Вижу, Маркуша сегодня не скромничал. Лукас не ответил, он лишь судорожно вздохнул. Запах мускуса, исходящий от Рэя (и от самого Лукаса после ночи), смешивался с резкой, почти дурманящей волной миндаля. Лукас чувствовал, что он снова «течет», и на этот раз это было не от страха, а от остаточного резонанса. Его организм, сломленный и переформатированный ночью, теперь реагировал на любой шорох, на само присутствие Рэя. — От тебя несет за версту, очкарик, — Рэй хищно усмехнулся, глядя на мокрое пятно, которое снова начало проступать на брюках секретаря. — И на этот раз это не мой аромат. Ты сам стал ходячим афродизиаком. — Я… я не могу это остановить, Рэй, — голос Лукаса сорвался. — Я чувствую запах Марка… твой запах… и тело просто сходит с ума. Рэй, превозмогая слабость, подполз к креслу Лукаса и положил голову ему на колени, вдыхая густой миндальный аромат. — И не останавливай. Папочка будет доволен, когда вернется и обнаружит, что его секретарь превратился в лужицу удовольствия. Давай просто посидим так… пока наши мужики разрывают город на части ради моих новых камушков. В этот момент в дверях появился Ари. Он посмотрел на двух «мамочек», которые едва дышали от переизбытка гормонов и запахов, и закатил глаза. — Ну и семейка. Снежок просил передать, что он отключил датчики запаха в вентиляции, а то система начала выдавать ошибку «биологическая угроза». Ма, тебе письмо от Эдриана пришло, но я так понимаю, читать ты его будешь завтра? Рэй тяжело выдохнул, удобнее устраивая голову на коленях Лукаса. Тишина особняка, нарушаемая лишь далеким гулом серверов Снежка, обволакивала их, давая секундную передышку. — Знаешь, Лу-Лу... — Рэй прикрыл глаза, чувствуя, как от тепла чужого тела его собственный «нектар» продолжает лениво пачкать ковер. — Раньше я думал, что свобода — это когда ты можешь убить любого и тебе за это ничего не будет. А теперь... теперь я понимаю, что настоящая свобода — это когда ты можешь вот так валяться, полностью выжатый своим Хозяином, и знать, что он сейчас разносит город в щепки просто потому, что кто-то тронул твою блестяшку. Лукас осторожно, почти невесомо коснулся волос Рэя. Его пальцы всё еще подрагивали. — Я всегда боялся Марка, — тихо признался секретарь, и в воздухе снова усилился запах горького миндаля. — Боялся его силы, его тяжелого взгляда. А сегодня ночью... когда Босс заставил нас быть рядом... я вдруг понял, что без этой тяжести я просто рассыплюсь. Это как наркотик, Рэй. Чем сильнее они нас ломают, тем больше хочется принадлежать им. Рэй хрипло рассмеялся, и золотой чокер на его шее тускло блеснул. — Это не наркотик, очкарик. Это природа. Мы — их Львы. А льву нужен вожак, который будет кусать за загривок, напоминая, кто здесь главный. Посмотри на себя: ты же сейчас весь светишься от этого миндаля. Маркуша сделал из тебя идеальную подстилку, и тебе это чертовски нравится. Лукас не стал отрицать. Он просто закрыл глаза, впитывая запах мускуса, исходящий от Рэя. — Рэй... а ты не боишься, что однажды Вэнд... ну, перегнет палку? Плечо заживало долго. Рэй открыл один глаз, и в нем на секунду мелькнула сталь. — Пусть перегибает. Моё тело — его собственность. Если он захочет его сломать — я позволю. Потому что я знаю: после того, как он сломает, он будет сам меня собирать, вылизывать каждую рану и называть «своей душой». Это и есть наша сделка. Мы отдаем им свою волю, а они отдают нам весь мир. В этот момент за окнами послышался далекий звук вертолетных лопастей. Рэй хищно улыбнулся, несмотря на слабость. — Слышишь? Папочки возвращаются. Пора приводить себя в порядок, Лу-Лу, а то Марк решит, что я тебя тут без него окончательно испортил. Рэй не позволил Лукасу даже пошевелиться. Каждый раз, когда секретарь пытался робко подняться, чтобы хотя бы протереть очки или скрыть влажные следы, Рэй лишь сильнее прижимал затылок к его колену, заставляя парня оставаться в этом порочном, расслабленном положении. — Сиди, Лу-Лу, — мурлыкал Рэй, вдыхая густой аромат миндаля. — Пусть видят плоды своих трудов сразу с порога. Когда тяжелые двери гостиной распахнулись, в комнату ворвался запах холодного ночного воздуха, пороха и дорогого табака. Вэнд и Марк вошли стремительно, всё еще наэлектризованные после зачистки. Вэнд бросил тяжелый металлический кейс прямо к ногам Рэя — глухой удар о ковер возвестил о возвращении добычи. Марк замер первым. Он увидел своего мужа, сидящего в кресле с широко раздвинутыми ногами; его домашние штаны насквозь пропитались перламутровым секретом, образовав под ним настоящий океан миндального нектара. Вэнд же не сводил взгляда со своего Льва. Рэй, не поднимаясь с пола, лениво откинул голову назад, глядя на мужа снизу вверх вызывающим, томным взглядом. — Папочка вернулся... — хрипло прошептал Рэй. — Ты принес мне мои игрушки? Вместо ответа Вэнд подошел вплотную, возвышаясь над ним как скала. Рэй, хищно ухмыльнувшись, медленно потянул за полы своего шелкового халата, приподнимая его. Он продемонстрировал Вэнду свои бедра, блестящие от обильного мускусного нектара, который продолжал сочиться, пачкая ковер рядом с кейсом. — Смотри, Биг... — голос Рэя вибрировал от вожделения. — Мы с Лу-Лу тут совсем заждались. Ты даже не представляешь, как сильно твой лев течет без твоего внимания. Вэнд почувствовал, как в зале смешались два мощнейших афродизиака — мускус и миндаль. Его взгляд потемнел, становясь почти черным от собственнической ярости и страсти. — Я вижу, — процедил Вэнд, хватая Рэя за золотой чокер и заставляя его встать на колени. — Марк, кажется, твоему секретарю нужно напомнить правила этикета прямо здесь, в этой луже. А ты, Рэй... ты сейчас откроешь этот кейс и будешь выбирать себе камни, пока я буду выбивать из тебя эту капризную спесь. В гостиной особняка Нерц повисла тяжелая, густая атмосфера, пропитанная запахами пороха, мускуса и миндаля. Вэнд властным движением открыл кейс, и на ковер, прямо в лужи нектара, посыпались необработанные бриллианты, изумруды и платиновые цепи. — Сашка! Ян! Живо сюда! — гаркнул Рэй, и его голос, сорванный и хриплый, эхом разнесся по коридорам. — Папочка привез добычу! Вся стая должна видеть, как мы празднуем! Через минуту в дверях появились Сашка, всё еще пахнущий недавней тренировкой, и Ян, прихрамывающий, но сохранивший свой волчий взгляд. Они замерли, видя представшую картину: Рэя на коленях у ног Вэнда среди россыпи камней и Лукаса, который под тяжелым весом Марка уже окончательно потерял связь с реальностью. — Смотрите внимательно, — Вэнд схватил Рэя за волосы, заставляя его прогнуться в спине и подставить горло. — Вот так выглядит преданность. Сашка, возьми своего наемника и найди себе место. Сегодня здесь нет тайн. Только мы и то, что принадлежит нам по праву силы. Рэй хищно оскалился, загребая горсть холодных бриллиантов и прижимая их к своей горячей, липкой от нектара коже. — Слышали Папочку? — прохрипел маньяк, пока Вэнд рывком входил в него, заставляя камни под телом Рэя разлетаться в стороны. — Сегодня мы все утонем в этом нектаре! Зал превратился в первобытную арену. Вэнд методично и жестко брал Рэя прямо на россыпи драгоценностей. Бриллианты впивались в шрамы на спине маньяка, но он лишь громче стонал, чувствуя каждое движение своего Хозяина. Рядом Марк вбивал Лукаса в диван, заставляя того захлебываться миндальным секретом, а Сашка, воодушевленный примером «Ма», повалил Яна на соседний ковер, доказывая наемнику, что его сопротивление окончательно сломлено. Это было пиршество плоти и золота. Рэй стонал, выкрикивая имя Вэнда, и в какой-то момент, на самом пике, он схватил самый крупный изумруд и вставил его себе в рот, чтобы не закричать слишком громко, когда «папочка» окончательно заполнил его своим семенем. Утро в гостиной особняка Нерц выглядело как кадр из фильма о падении империи: в лучах рассветного солнца на дорогом персидском ковре вперемешку валялись гильзы, пустые бокалы и россыпь ослепительных камней. Вэнд проснулся первым. Он медленно приподнялся на локтях, чувствуя, как затекли мышцы после бесконечного марафона на полу. Его взгляд упал на Рэя. Тот спал мертвым сном, разметав густые коричневые волосы по ковру. Его тело, всё еще липкое от высохшего мускусного нектара, было покрыто мелкими красными царапинами и отметинами от острых граней бриллиантов, на которых они провели ночь. В кулаке маньяк намертво сжимал тяжелое платиновое колье, словно даже во сне боялся, что его сокровище исчезнет. Вэнд тихо усмехнулся, коснувшись пальцем шрама на плече мужа. Несмотря на внешнюю хрупкость момента, он знал, что под этой кожей скрывается сталь. Рэй зашевелился и приоткрыл один глаз. Стальной блеск мгновенно вернулся в его взгляд. Он нехотя разжал кулак, любуясь игрой света на камнях колье, а затем посмотрел на спящих неподалеку Сашку и Яна. — Папочка... — хрипло прошептал Рэй, потягиваясь так, что золотой чокер натянулся на горле. — Посмотри на них. Наш наемник сегодня вел себя... на удивление тихо. Рэй медленно сел, игнорируя саднящие порезы на бедрах. Он выбрал из кучи два крупных, идеально ограненных рубина и, перехватив взгляд Вэнда, хищно улыбнулся. — Как «Ма» этой сумасшедшей стаи, я должен поощрять послушание, — Рэй подполз к Яну и, не разбудив его, вложил камни в его раскрытую ладонь. — Это тебе, волчонок. За то, что не стал позорить Сашку перед нами. Носи и помни: в этом доме золото получают только те, кто умеет вовремя прикусить язык. Вэнд одобрительно кивнул. Он ценил эту черту в Рэе: маньяк мог быть капризным эгоистом, но когда дело касалось целостности семьи, он становился самым преданным и заботливым защитником. — Ты слишком щедр сегодня, лев, — Вэнд притянул Рэя к себе за талию, вдыхая остатки его мускусного аромата. — Надеюсь, у тебя осталось место в шкатулке для остального? — Для твоих подарков у меня всегда есть место... и на теле, и в сердце, — Рэй потерся носом о щеку мужа. — А теперь неси меня в душ, папочка. Я весь в крови и камнях, и мне кажется, пара бриллиантов застряла у меня в волосах.