Тихая Бездна, Мятежный Рассвет.

Прошел месяц. Шрам на плече Рэя затянулся, превратившись в неровную багровую отметину, которая на его и без того «украшенном» теле смотрелась как очередной почетный орден. Вечер после очередной зачистки порта выдался жарким. Рэй, пошатываясь от адреналина, стоял посреди разгромленного склада, вытирая окровавленный нож о штанину. Его взгляд упал на витрину ювелирного магазина в паре кварталов отсюда, мимо которой они проезжали. В голове маньяка, обожавшего золото и камни почти так же сильно, как власть своего мужа, что-то щелкнуло. Когда они сели в лимузин, Рэй прижался к Вэнду, вдыхая запах его дорогого парфюма, и промурлыкал, потираясь щекой о плечо Хозяина: — Биг... я сегодня был таким хорошим мальчиком. Перерезал глотки всем, кто косо смотрел на твои грузы. Мне кажется, мой золотой чокер выглядит как-то одиноко... Нам нужно заехать в тот бутик на углу. Я видел там потрясающее кольцо с изумрудом, оно идеально подойдет к моим глазам, когда я в ярости. Вэнд даже не поднял взгляда от планшета. — Нет, Рэй. Сейчас не до этого. Снежок засёк подозрительную активность у северных ворот особняка, нам нужно быть дома немедленно. Потерпишь до завтра. Рэй замер. Его стальные глаза сузились. Такого ответа он не ожидал. — Потерплю? — переспросил он, и в его голосе прорезался опасный холодок. — Ты отказываешь своему Льву в маленькой награде за гору трупов? — Я сказал — нет, — отрезал Вэнд, захлопывая планшет. — Домой. Рэй отстранился, демонстративно отодвигаясь на другой край сиденья. Он скрестил руки на груди, и его «грива» пушистых волос закрыла лицо. — Хорошо, Хозяин, — процедил Рэй с ядовитой вежливостью. — Раз у тебя нет времени на мои «блестяшки», у меня нет времени на твои желания. Объявляю забастовку. Пока на моем пальце или шее не появится новая побрякушка — я для тебя официально закрытая зона. Не надейся даже прикоснуться к моему заду, а про свой любимый «нектар» вообще забудь. Можешь спать с Марком, если он позволит, или обниматься со своими отчетами. Вэнд медленно повернул голову к мужу, прищурившись. — Ты сейчас серьезно, Рэй? Ты ставишь мне условия? — Абсолютно, — Рэй вскинул подбородок, поправляя золотой чокер. — Никакого доступа к телу. Я ухожу в «монастырь» до тех пор, пока мы не посетим ювелирный. Можешь даже не пробовать использовать свою «власть» — я буду сухим и жестким, как наждачная бумага. Эта неделя в особняке Нерц была похожа на затянувшееся пребывание в морге: холодно, тихо и жутко. Вэнд и Рэй превратились в двух призраков, которые перемещались по одним и тем же комнатам, но упорно не замечали друг друга. Рэй с ледяным спокойствием пил кофе на кухне, глядя сквозь Вэнда, а тот, в свою очередь, отдавал приказы через Лукаса, даже если муж сидел в полуметре от него. Рэй держался на чистом упрямстве. Его «отклик» бушевал внутри, требуя прикосновений Хозяина, но маньяк лишь сильнее затягивал пояс халата и гордо вскидывал подбородок, потирая пустую ключицу, где так и не появилось обновки. На седьмой день терпение Вэнда лопнуло. Рэй лежал на их огромной кровати, делая вид, что крайне заинтересован чтением какого-то сомнительного журнала по оружию. Когда дверь распахнулась с едва слышным, но опасным щелчком, он даже не шелохнулся, хотя сердце пропустило удар. Вэнд подошел к кровати стремительно. Без лишних слов он швырнул на шелковое покрывало бархатную коробочку. Она подпрыгнула и раскрылась, явив миру массивный перстень из платины с редким, иссиня-черным опалом, который мерцал в полумраке, как глаз демона. Рэй мельком глянул на побрякушку, но тут же вернул взгляд к журналу, хотя внутри всё уже кричало от восторга. — Хватит ломать комедию, лев, — голос Вэнда был низким, сорванным от долгого воздержания. Он резко схватил Рэя за бедра, рывком подтягивая его к краю кровати. Рэй вскрикнул от неожиданности, выронив журнал, но всё еще пытался смотреть в потолок. — Прости, что заставил твою жадную натуру ждать, — прошептал Вэнд, вжимаясь лицом в пространство между его бедер. — Но если ты еще хоть на день закроешь от меня свой сладкий зад, я сожгу все ювелирные лавки в этом городе, чтобы тебе не на что было менять мою выдержку. Рэй, уже надевая кольцо на палец и любуясь тем, как опал играет на свету, наконец соизволил опустить взгляд на Хозяина. — Извинения приняты, Биг... — выдохнул он, чувствуя, как тело мгновенно предательски «потекло». Вэнд не стал ждать. Он рывком стянул с мужа домашний халат и белье, отбрасывая их в сторону. Усевшись на пол прямо между разведенных ног Рэя, он увидел то, по чему так изголодался за эту неделю. Перламутровый нектар со вкусом мускуса уже густо покрывал кожу Рэя, стекая вниз по бедрам к коленям. Вэнд подался вперед, жадно приникая языком к его коже, слизывая сладкую, липкую секрецию. Рэй закинул голову назад, вцепляясь пальцами в свои же густые волосы, и громко застонал. Его «забастовка» закончилась полной капитуляцией обоих. — Больше... Биг... — прохрипел маньяк, чувствуя, как Вэнд добирается до самого эпицентра его отклика. Вэнд двигался с пугающей, почти гипнотической медлительностью. После недели ледяного игнорирования эта вязкая, обволакивающая нежность была для Рэя изощренной пыткой. Его тело, изголодавшееся по грубости и бешеным ритмам, буквально вибрировало от напряжения, а «отклик» работал на пределе возможностей, заливая всё вокруг мускусным нектаром. — Биг... ну же... быстрее... — хрипел Рэй, выгибаясь и впиваясь пальцами с новым кольцом в плечи Вэнда. — Хватит меня мучить, сорвись уже! Но Вэнд лишь низко рассмеялся, обжигая дыханием ухо маньяка. Он полностью вошел в него, заполняя до предела, но вместо того чтобы начать привычный марафон, он замер. Рэй сдавленно охнул, чувствуя это невыносимое распирание и тишину внутри себя. Вэнд приподнялся на локтях, глядя прямо в затуманенные, полные слез и желания глаза своего Льва. Он медленно протянул руку вниз и, найдя точку соприкосновения их тел, вставил палец внутрь, аккуратно подцепив край входа. Этим движением он словно открыл невидимую плотину. Рывок — и скопившийся внутри густой, перламутровый нектар хлынул наружу, горячей волной омывая член Хозяина. Рэй вскрикнул, его тело сотрясло мощной судорогой от этого резкого облегчения и одновременного всплеска чувствительности. Смазка текла обильно, делая каждое последующее микродвижение Вэнда невероятно скользким и глубоким. — Посмотри, как много ты накопил для меня за эту неделю, — прошептал Вэнд, наблюдая, как перламутровые капли пачкают простыни. — Твое тело просто кричит о том, как сильно оно скучало. Рэй был на грани безумия. Нежность Вэнда, смешанная с этим техничным, собственническим контролем над его «откликом», выжигала всё изнутри. Он был переполнен нектаром и любовью своего Бига, и в эту ночь он понял, что никакие побрякушки не заменят ему этого чувства абсолютной принадлежности. Настойчивый скрежет в дверь вырвал Рэя из блаженной полудремы. Он недовольно зарычал, зарываясь лицом в изгиб шеи Вэнда. Тело было тяжелым, расслабленным и всё еще пульсировало от ночного марафона. Внутри ощущалась приятная полнота — семя Хозяина, смешанное с остатками нектара. — Ма! Рэй! Пожалуйста, это срочно! — голос Сашки за дверью звучал на грани паники. — Нико... он заперся в ванной с ножом и орет, что если я подойду, он вскроется! Рэй резко открыл глаза. Стальной блеск вернулся в них мгновенно. Он медленно сел на кровати, чувствуя, как внутри него колышется тепло. Вэнд лениво приподнялся на локтях, наблюдая за мужем. — Иди, лев. Разберись со своим «подарком». Только сначала приведи себя в порядок. Рэй бросил взгляд на ванную, затем на Вэнда и хищно оскалился. Он встал, даже не пытаясь скрыть то, как по его бедрам медленно стекают густые, белесые капли вперемешку с перламутровым мускусом. — Нет, Биг. Я не буду это смывать. Хочу, чтобы этот придурок чувствовал запах моего Хозяина и понимал, чья власть здесь абсолютна. Вымоешь меня сам, когда я вернусь. Это твое право... и твоя обязанность. Рэй подцепил с пола черный шелковый халат и набросил его прямо на голое, влажное тело. Пояс он затянул небрежно, так что при каждом шаге полы халата распахивались, обнажая крепкие ноги, по которым продолжало течь. На его пальце вызывающе мерцал новый перстень с опалом. Он распахнул дверь спальни. Сашка, стоявший в коридоре, мгновенно отпрянул, сбитый с толку и оглушенный тяжелым, почти осязаемым ароматом секса и мускуса, который буквально выплеснулся из комнаты вслед за Рэем. — Веди, львенок, — процедил Рэй, поправляя гриву волос. — Посмотрим, насколько глубоко твой принц решил засунуть себе в зад свою гордость на этот раз. У дверей комнаты Сашки и Нико Из-за закрытой двери ванной доносился звон разбитого стекла и надрывный крик Нико. Рэй подошел к двери и, не раздумывая, с силой выбил ее ногой. Нико сидел на полу, прижимая к горлу осколок зеркала. Его глаза были дикими. Но как только в комнату ворвался Рэй — огромный, пахнущий Вэндом, с влажными следами на бедрах, которые он даже не потрудился скрыть — Нико замер. Этот первобытный запах доминирования ударил ему в нос, подавляя волю сильнее любого наркотика. — Ты на кого руку поднял, кусок пластика? — Рэй подошел вплотную, игнорируя осколок у горла парня. — Ты думаешь, твоя жалкая жизнь стоит того, чтобы ты прерывал мой отдых с Хозяином? Рэй схватил Нико за волосы и заставил посмотреть вниз, на свои ноги, по которым всё еще медленно стекало семя Вэнда. — Смотри внимательно. Вот это — верность. Вот это — принадлежность. А ты... ты просто капризная девка, которая боится признать, что Сашка тебя сломал. Брось стекло. Сейчас же. Нико, дрожа всем телом, разжал пальцы. Осколок с тихим звоном упал на кафель. Сашка тут же подлетел к нему, перехватывая руки. — Умой его, Саш, — бросил Рэй через плечо. — И если он еще раз решит поиграть в драму — я сам его вскрою. Но медленно. Возвращение в спальню Рэй вернулся в спальню через пятнадцать минут. Вэнд всё еще был в постели, лениво перелистывая каналы на мониторе. Рэй сбросил халат у входа и, оставаясь полностью обнаженным, подошел к кровати. Его кожа была липкой, а аромат мускуса стал еще резче. — Я закончил, Биг, — прошептал Рэй, забираясь на кровать и подползая к мужу. — Теперь я весь твой. Как и обещал... вымой меня. Вэнд отложил пульт, его глаза потемнели от вожделения, когда он увидел, что Рэй действительно сохранил на себе все следы их ночи. Он медленно поднялся, подхватил Рэя под бедра и понес в ванную. Вэнд не спешил нести его в воду. Он усадил Рэя на широкий мраморный бортик ванны, разводя его колени в стороны. В полумраке ванной комнаты, освещенной лишь мягкой подсветкой, Рэй выглядел как сошедшее с ума божество: растрепанный, с влажной от пота и нектара кожей, на которой тускло мерцал новый перстень. Вэнд опустился на колени между его ног. Его руки властно легли на внутреннюю сторону бедер Рэя, слегка надавливая. — Ты так гордо нес на себе мои следы перед всем домом, — тихо произнес Вэнд, глядя снизу вверх в стальные глаза мужа. — Но теперь я заберу их обратно. До последней капли. Вэнд подался вперед, приникая языком к бедрам Рэя, собирая густой, сладкий мускус и белесые дорожки семени. Рэй судорожно выдохнул, его пальцы вцепились в края мрамора, а спина выгнулась. Это было не просто очищение — это было продолжение их ночи, еще более интимное. Когда Вэнд добрался до самого центра, он начал медленно и тщательно вымывать всё то, что оставил внутри Рэя несколько часов назад. Рэй стонал, закидывая голову назад, чувствуя горячий язык Хозяина и то, как его тело, уже казавшееся опустошенным, снова начинает вибрировать от удовольствия. Вэнд действовал жадно, словно не хотел отдавать воде ни грамма того, что принадлежало только ему. Закончив, Вэнд поднялся, слизывая с губ остатки нектара. На его лице не было привычной маски жестокости — только спокойное, глубокое удовлетворение. Он включил воду, наполняя ванну теплой пеной, и аккуратно подхватил Рэя на руки. Опустив своего «льва» в воду, Вэнд остался сидеть рядом на краю. Он смотрел, как Рэй расслабленно растекается в пене, как его длинные волосы плавают по поверхности темным пятном. Вэнд мягко улыбнулся — той редкой, предназначенной только для Рэя улыбкой, в которой читалась бесконечная привязанность. Он протянул руку и нежно провел ладонью по мокрой щеке мужа, задевая старый шрам. — Отдыхай, лев, — прошептал он. — Ты сегодня заслужил и это кольцо, и этот покой. Рэй прикрыл глаза, чувствуя, как теплая вода уносит остатки напряжения. — С тобой я всегда отдыхаю, Биг... даже когда ты меня ломаешь. Вэнд недолго оставался просто наблюдателем. Глядя на то, как Рэй — огромный, шрамированный, но сейчас такой податливый и сонный — расслабленно откинул голову на бортик, Глава мафии медленно стянул с себя одежду. Вода в просторной ванне всколыхнулась, когда Вэнд забрался внутрь, устраиваясь позади Рэя. Он притянул маньяка к себе, заставляя его спину прижаться к своей широкой груди. Рэй издал довольный, почти кошачий звук, чувствуя, как крепкие руки мужа смыкаются на его животе, а горячая вода, смешанная с ароматной пеной, укрывает их обоих. — Ты слишком тихий, лев, — прошептал Вэнд, целуя Рэя в мокрое плечо, прямо рядом со шрамом. — Неужели я наконец-то тебя утомил? Рэй лениво переплел свои пальцы с пальцами Вэнда, любуясь тем, как в воде поблескивают их кольца. — Ты меня не утомил, Биг... Ты меня наполнил. До краев. Сашка был в шоке, когда я вышел к нему в таком виде. Он, кажется, впервые понял, что его «Ма» — это не только машина для убийств, но и твоя личная... грелка. Вэнд внезапно замер, и его хватка на талии Рэя стала более серьезной и властной. Он развернул Рэя к себе лицом, заставляя его посмотреть прямо в свои голубые глаза, в которых сейчас не было и тени привычной жестокости. — Ты — мой муж, Рэй, а не грелка и не шлюха, — твердо и очень серьезно произнес Вэнд. Он коснулся ладонью лица маньяка, стирая капли воды. — Никогда не называй себя так. Ты — единственное, что делает меня человеком в этом аду. И я тебя люблю всей душой... Рэй на мгновение потерял дар речи. Услышать такие слова от холодного Главы мафии было ценнее любого золота и всех черных бриллиантов мира. Его сердце пропустило удар, а в стальных глазах мелькнуло искреннее умиление и нежность. Рэй мягко улыбнулся и, подавшись вперед, нежно поцеловал Вэнда в щеку. — Я знаю, Биг... Я тоже тебя люблю. Больше, чем свою жизнь. Вэнд обнял его, прижимая к себе, и они затихли в теплой воде, наслаждаясь этим редким моментом абсолютного мира. Прошло ещё немного времени. В особняке воцарился привычный ритм, где холодная сталь мафиозных дел переплеталась с душной, собственнической атмосферой внутри семьи. Рэй, несмотря на недавнюю идиллию, не изменил себе: он остался тем же капризным и наглым «львом», который знает, что за каждый его «кусь» папочка Вэнд готов купить ему весь ювелирный квартал. Отчёт Сашки Вэнд сидел в своём кабинете, когда в дверь постучали. Вошёл Сашка. Он выглядел более уверенным, чем месяц назад, — тьма в его глазах окончательно прижилась. — Босс, Ма... — Сашка кивнул Рэю, который лениво развалился на кожаном диване, закинув ноги на подлокотник и играя новым кольцом. — Нико пришёл в себя. Он полностью детоксицирован и... — Сашка сделал паузу, — ...очень послушен. Он готов выполнять любое поручение. Я приставил его к работе с портовыми накладными под присмотром Снежка. Рэй приподнял бровь, не отрываясь от созерцания опала. — Надеюсь, ты хорошо его «закрепил», Саш. Мне не нужны сюрпризы, когда мы начнём расширять поставки. — Он знает своё место, Ма, — твердо ответил Сашка. — Я позаботился о том, чтобы у него даже мыслей о «Нуле» или бунте не возникало. Рэй и до этого звал Вэнда «папочкой» — это было частью их личного, интимного словаря, признанием абсолютной власти Вэнда. Но в этот раз, когда за Сашкой закрылась дверь, голос маньяка изменился. Он стал на тон ниже, приобретая ту самую вибрирующую, бархатистую хрипотцу, от которой у Вэнда всегда пробегал холодок по позвоночнику. — Слышал, папочка? — Рэй медленно поднялся с дивана. Халат скользнул по его плечам, обнажая золотой чокер и бледную кожу, на которой еще виднелись следы вчерашнего обладания. Он подошел к Вэнду почти вплотную, сокращая дистанцию до критической. — Наши птенцы оперились. Сашка научился ломать, а Нико — подчиняться. Это значит, что твой самый опасный лев может позволить себе немного больше твоего внимания, — Рэй коснулся пальцами пряжки ремня Вэнда, продолжая говорить этим новым, глубоким голосом. — Ты же сам учил меня, что за хорошую работу полагается награда... папочка. Вэнд почувствовал, как воздух в кабинете мгновенно наэлектризовался. Этот низкий голос Рэя действовал на него безотказно, заставляя забыть о делах мафии и отчетах Снежка. — Твоя наглость растет вместе с твоим аппетитом на блестяшки, — Вэнд властно перехватил руку Рэя, прижимая его к краю рабочего стола. — Но этот голос... Ты же знаешь, что он делает со мной. Ты намеренно напрашиваешься, чтобы я снова запер тебя здесь до самого утра? Рэй лишь дерзко улыбнулся, обвивая шею мужа руками. — О да... Я хочу, чтобы ты выбил из меня эту наглость. Ты же знаешь, я люблю, когда ты доказываешь, кто здесь главный... Биг. Вэнд не стал дожидаться второго приглашения. Когда Рэй произносил это «папочка» своим новым, низким и тягучим голосом, любая выдержка Главы мафии рассыпалась в прах. Вэнд рывком усадил маньяка на край массивного дубового стола, сметая на пол стопку важных документов и дорогую перьевую ручку. Ему было плевать — сейчас в этой комнате существовал только этот капризный, пахнущий мускусом зверь. — Ты слишком часто повторяешь это слово сегодня, Рэй, — прорычал Вэнд, разводя колени мужа и вклиниваясь между них. — Хочешь проверить, насколько суровым может быть твой папочка, когда его отвлекают от дел? Рэй лишь громче выдохнул, закидывая голову назад и подставляя шею с золотым чокером. — О да... проверь меня, папочка... — прохрипел он, впиваясь пальцами в плечи Вэнда. Вэнд действовал быстро и властно. Он не стал снимать халат с Рэя полностью, лишь спустил его с плеч, связывая руки маньяка его же поясом. Это был урок доминирования. Рэй, чувствуя холод лакированного дерева под собой и жар тела Вэнда перед собой, начал «течь» мгновенно. Перламутровый нектар густо мазал по бедрам, пачкая столешницу, по которой когда-то подписывались смертные приговоры. — Ты будешь звать меня так до тех пор, пока у тебя не кончится голос, — шептал Вэнд, входя в него одним резким, сокрушительным толчком. Рэй вскрикнул, его стальные глаза закатились, а тело содрогнулось в первой конвульсии удовольствия. Каждое движение Вэнда на этом столе было заявлением о праве собственности. — Папочка... Биг... быстрее... — Рэй не затыкался ни на секунду, его голос становился всё более сорванным и хриплым. Даже в самые пиковые моменты, когда боль и наслаждение смешивались в неразличимый коктейль, он продолжал шептать это обращение, смакуя свою полную, безоговорочную зависимость. Вэнд был неумолим. Он выбивал из него наглость, одновременно наполняя его собой, пока Рэй не превратился в дрожащую массу мускуса и любви. На столе мафии, среди отчетов о миллионных сделках, самый опасный маньяк города в очередной раз подтвердил, чьим «львом» он является. Тяжелая дубовая дверь кабинета приоткрылась со знакомым скрипом. Ари, не дождавшись ответа на стук, привычно вошел внутрь. Он слишком хорошо знал повадки своих отцов, чтобы пугаться запаха мускуса или беспорядка, но представшая картина заставила его лишь насмешливо вскинуть бровь. Рэй всё еще полулежал на столе, задыхаясь и пытаясь привести в порядок разметавшиеся волосы. Его руки были связаны поясом от халата, а по лакированному дереву стекали последние капли перламутрового нектара. Вэнд, застегивая ремень, обернулся к сыну с таким видом, будто его прервали на обсуждении скучного финансового отчета. — Ма, Пап, вы бы хоть замок на защелку закрывали, — лениво бросил Ари, проходя к креслу и закидывая ногу на ногу. — Я, конечно, понимаю, что у вас тут очередное «воспитание», но у нас в порту проблемы. Рэй, наконец восстановив дыхание, дернул связанными руками и ехидно посмотрел на сына. — Мелкий засранец, ты когда-нибудь научишься уважать личное пространство своего папочки? — прохрипел он тем самым низким голосом, в котором всё еще вибрировало недавнее удовольствие. Ари только хмыкнул. Он с детства слышал это обращение и давно понял, что для Рэя «папочка» — это высшая степень признания власти Вэнда, такая же интимная и нерушимая, как золотой чокер на шее. Его это не смущало: в семье, где один отец — смертоносный маньяк-«мама», а второй — ледяной Глава мафии, подобные «клички» были нормой жизни. — Рэй, прекрати паясничать, — Вэнд подошел к мужу и одним резким движением развязал узел на его запястьях, тут же притягивая к себе за затылок. — Ари, что там в порту? — Нико, — коротко ответил Ари, его голубые глаза стали холодными, как у Вэнда. — Снежок засек, что он звонил кому-то из старой охраны «Шакалов». Сашка сейчас держит его в ангаре, ждет твоего слова. Ма, кажется, твой «принц» всё-таки решил проверить, насколько остро затачивают ножи в этом доме. Рэй медленно сполз со стола, чувствуя, как внутри него всё еще перекатывается тепло Вэнда. Его лицо мгновенно преобразилось — капризный «лев» исчез, уступив место сухому и опасному маньяку. — Неужели? — Рэй хищно оскалился, поправляя халат и потирая затекшие запястья. — Папочка, кажется, наш семейный ужин переносится в пыточную. Я лично хочу посмотреть, как «портовый принц» будет объяснять свои звонки, когда я начну снимать с него кожу слой за слоем. Вэнд властно положил руку на плечо Рэя, заставляя его сесть обратно на диван. Взгляд Главы мафии не терпел возражений. — Нет, Рэй. Ты остаешься дома. Твой «отклик» еще слишком силен, и я не хочу, чтобы ты в таком состоянии светился перед рядовыми бойцами в порту, — тон Вэнда был стальным. — Марк! Марк, который, казалось, материализовался из тени коридора по первому зову, зашел в кабинет. Он коротко кивнул Ари и замер в ожидании приказа. — Возьми группу зачистки. Отправляйся в ангар к Сашке. Нико нужно изолировать и... — Вэнд сделал паузу, — допросить без лишнего шума. Если Сашка начнет мешать — напомни ему, кто платит за его безопасность. Мне нужны имена тех, кому звонил этот мальчишка. — Понял, Босс, — Марк развернулся, на ходу проверяя магазин пистолета. Рэй недовольно надул губы, картинно откинувшись на подушки дивана. Его всё еще потряхивало от недавней близости, а по бедрам под халатом продолжало мазать липкое тепло, подтверждая правоту Вэнда — в таком виде на допросы не ходят. — Ну папочка... — протянул Рэй, вкладывая в это слово всю свою капризную натуру. — Ты лишаешь меня самого интересного. Сашка же его просто зацелует до смерти, а Маркуша слишком правильный для настоящих пыток. Ари, стоя у двери, лишь насмешливо фыркнул. — Не переживай, Ма. Если Марк не справится, я сам прослежу, чтобы Нико заговорил. У меня свои методы, попроще твоих, но не менее эффективные. Когда Ари и Марк ушли, в кабинете снова стало тихо. Вэнд подошел к Рэю, садясь рядом и притягивая его голову к своему плечу. — Успокойся, лев. Твое дело — быть красивым и смертоносным здесь, рядом со мной. А с грязью в порту разберутся те, кому за это платят. Марк прибыл в ангар как раз в тот момент, когда тишину порта разорвал звук одиночного выстрела, а за ним — тяжелый, надрывный всхлип. В центре пустого помещения, залитого тусклым светом ламп, стоял Сашка. Его руки дрожали, а в пальцах он сжимал свой верный пистолет, от ствола которого еще шел тонкий сизый дымок. У его ног, на грязном бетонном полу, лежал Нико. «Портовый принц» был мертв мгновенно — пуля прошла точно в сердце, не оставив шанса ни на признание, ни на мольбу. Марк замер, жестом остановив группу зачистки. Он видел много смертей, но то, с какой ледяной решимостью Сашка поставил точку в этой истории, заставило даже его на секунду напрячься. — Он хотел сказать что-то важное? — тихо спросил Марк, подходя к парню. Сашка медленно поднял взгляд. В его глазах не было слез — только та самая выжженная пустота, которую он перенял у Рэя. — Он хотел сказать, что любит меня, — голос Сашки был на удивление ровным. — Но он звонил «Шакалам», чтобы сдать наши склады в обмен на свою свободу. Любовь не дает права на предательство семьи Нерц. Рэй учил, что крыс не допрашивают. Их уничтожают. Марк молча положил руку на плечо парня. — Ты сделал правильный выбор, Саш. Жесткий, но правильный. Возвращайся в особняк. Я закончу здесь всё сам. В особняке Рэй всё еще полулежал в объятиях Вэнда на диване в кабинете, когда дверь распахнулась. Вошел Сашка. Он был в крови — мелкие брызги осели на его лице и рубашке. Рэй мгновенно подобрался, его стальные глаза сканировали «львенка». — Я закончил, Ма, — глухо сказал Сашка, глядя в пол. — Нико мертв. Я сам это сделал. Рэй на мгновение замер, а затем медленно поднялся, не обращая внимания на то, как халат распахнулся, обнажая следы «нектара». Он подошел к Сашке и, вопреки ожиданиям, не стал его ругать за самоуправство. Вместо этого он крепко обнял парня, прижимая его голову к своему плечу. — Ты молодец, львенок, — прошептал Рэй, и в его голосе послышалась редкая, почти материнская гордость. — Ты выбрал стаю. Теперь ты по-настоящему один из нас. Вэнд наблюдал за этой сценой со своего места. Он видел, как его семья становится единым, беспощадным механизмом. — Иди умойся, Сашка. Завтра ты займешь место Нико в порту. Теперь это твоя территория. Когда Сашка вышел, Рэй обернулся к Вэнду. Его капризность исчезла, уступив место тяжелой усталости. — Видишь, папочка? — Рэй подошел к мужу и сел к нему на колени, обхватывая шею руками. — Мы вырастили монстра. Точно такого же, как мы сами.