Храм на Чеспи

Темнота. Единственное, что сейчас окружало его. Холодная, глухая, молчаливая. Она сопровождала его шаги, его силуэт, каждое движение. Она же станет безмолвным свидетелем его выбора. Фимор Дерэра старался сосредоточиться на собственном плане, нежели на угасающей Силе, угасающей связи с ней. Тревога, необоснованный страх, самые худшие мысли и, главное, голод потихоньку подступали к нему со всех сторон. Парень почти физически ощущал, как с каждым пройденным метром он отдаляется не только от своего учителя, но и от Силы. И это было страшно. Он бывал в местах, где когда-то господствовали ситхи, на планетах, где воздух кровоточил от боли и страданий, видел ужасные и необъяснимые вещи, но всегда, всегда мог обратиться к Силе. Даже если её окрашивала жестокость, Тьма и ненависть. Но она всегда была с ним. Всегда была его опорой. А сейчас она ускользала от него, как дым сквозь пальцы, вынуждая порывами хвататься за неё в страхе, как утопающий за соломинку. И чем меньше он её чувствовал, тем сильнее в нём поднималась паника. "Так оно охотится, – пришла мысль. – И чем яростнее я борюсь, тем больше выдаю своё присутствие". Он мог закрыться, отгородиться от Силы, положиться на свои навыки, но ситуация требовала обратного. Оно должно почувствовать его: его страх, его присутствие, его Силу... Он был живцом, приманкой, тем, чья задача – загнать существо в капкан, и не имело значения выживет он при этом или нет. В этом был план, в этом был выбор. Очень отдалённо это напоминало тревогу перед особо сложным экзаменом, когда ты вроде и знаешь, на что идёшь, и одновременно боишься момента, когда переступишь порог аудитории... Вот только Фимор прекрасно знал, что его ждёт. Джедай всегда должен быть готов к смерти, в каком бы виде она ни пришла, не бояться её, зная, что умрёт лишь тело, а его сознание станет частью великой Силы. Но смерть не должна быть напрасной. Не должна случится лишь потому, что на воле бродит пожирающая Силу сущность. Голографии тех оболочек стояли у падавана перед глазами его собственным будущем: Фимор понимал, что не выживет. Знал, что всё, что от него требуется – это продержаться достаточно, чтобы привести Безымянного в ловушку, где его уже поджидал охотник. Если напоследок удастся встретиться взглядами с учителем... Воображение уже рисовало его финал: тело пустой оболочкой рухнет и рассыпется пылью за секунды до того, как будет убита сама тварь. У мастера будет одна попытка, и он воспользуется ею сполна. Он – они – отомстят за всех тех, кого погубили Шрии-ка-рей. Смерть Фимора не будет напрасной. Горько усмехнулся: хорошо, что учитель не слышит, иначе не дал бы и шага сделать из тех залов. Несмотря на то, что Квай-Гон согласился, пришлось ещё час уговаривать мастера дать ему полную свободу для "лучшего результата". И ещё столько же пошагово разбирать каждый ход. Они несколько раз обошли те залы вдоль и поперёк, пока не смогли полностью в них ориентироваться даже в таком полумраке. Фимор почти воочию ощущал, как скрипело на сердце у наставника, когда они разошлись. Знал, чувствовал, что Квай-Гон не сводил с него глаз, пока падаван не растворился в тенях. Они подняли щиты, оставив между собой лишь крохотную нить, которая, Фимор чувствовал, уже перетирается. Потянулся за Силой – она стала подобна пылинкам в лучах солнца. Солнца, чей свет не проникал сюда, чьё тепло осталось где-то там, многими уровнями выше, где осталась жизнь – а он оставит свою здесь, в холоде и мраке... "Солнце моё!". Грудную клетку кольнуло, он даже остановился на пару мгновений. Зажмурился, до боли сжав челюсть: он больше её никогда не увидит, никогда не услышит её голос. "И хорошо, – пронеслось тихое в голове. – Она не твоя и никогда не стала бы. Сам виноват, что предал их доверие и позволил себе мечтать". Фимор глубоко вздохнул и отпустил эмоции в... куда бы то ни было. У них есть задание, и они его выполнят. Бессмысленно сейчас о чём-то сожалеть. Когда впереди показалось уже знакомое отверстие в полу, по телу забегали острые мурашки, а при вдохе лёгкие словно морозным воздухом наполнились. Нестерпимо захотелось развернуться и убежать. "Обязательно, – сказал себе Фимор, – надо лишь убедиться, что оно побежит следом". Дерэра осторожно опустился перед дырой. Как шаг в аудиторию. Экзамен начинается. И Фимор точно знает, какой билет вытянет. Задержал дыхание, собрал все остатки Силы, которые только смог поймать, и прыгнул во тьму. *** Голова закружилась, – и не только от боли прыжка с большой высоты – ему не хватило Силы для торможения – желудок стянуло узлом. Падаван пошатнулся, по инерции ища опору. Ноги стали слабыми, как у маленького ребёнка, и юноша упал на колени. Попытался сделать вдох, но кислорода не хватало. На любом другом задании он бы успокоил себя, что это всё из-за глубины и стоящей здесь холодной духоты... Он не видел совершенно ничего вокруг, даже пальцев собственной руки, когда с трудом поднёс её к лицу. Сознание заволакивал туман, соблазняя просто свернуться клубком и забыться. Всё начало казаться бессмысленным, сосредоточиться на чём-либо стоило огромных усилий. Нереальным... Фимор поймал момент, когда начались галлюцинации. Картина разрушенного Храма сменилась родным Корусантским и обратно. Погребённые во мгле залы то наполнялись голосами десятков джедаев, то вновь оглушали тишиной. Рассудок мельтешил, будто неисправная голограмма, переключаясь между прошлым и настоящим, между фронтиром и столицей. Между жизнью и смертью. Сквозь гул в ушах он услышал шорохи со стороны. Фимор чувствовал всё и ничего одновременно. Слышал, как перемешиваются сплошным потоком голоса убитых нигилами и живых, медленно сводя его с ума. Единственное, чего сейчас хотелось – поддаться, рухнуть на пол, перестать думать, чувствовать, быть. Он слышал, как хрипло дышит эта тварь, слышал, как лапы ступают по камню. Увидел две едва заметные и такие яркие красные точки. Глаза. "Мы голодны." "Накорми нас." "Накорми нас!.." Шрии-ка-рей... Шрии-ка-рей... Шрии-ка-рей... Тьма окружала его. Тьма проникла внутрь, поглощая сознание, ужасом расползаясь под кожей. Тьма сузила всю остальную галактику до этого момента, до этой секунды, до его гибели. Тьма... Тьма. Тёмная Сторона. Связь. Мастер!.. Он – наживка, учитель – ловушка. Задание!.. Из последних сил сосредоточился на едва ощутимой нити между разумами... и схватившись за неё, дёрнул. Прошло меньше секунды, когда Сила наполнила его, обожгла Тьмой, открыла резервуары бесконечной энергии и мощи другой Стороны. Фимору понадобился миг, чтобы вскочить на ноги и побежать. Со страшным, не поддающимся описанию воем Безымянный прыгнул вперёд, но такая лакомая добыча вновь ускользнула. Сила осветила пространство, Фимор резко затормозил, развернулся, меняя курс, и, добежав до ближайшей вертикальной поверхности, оттолкнулся от неё, успев зацепиться пальцами за края дыры, подтянулся и выскочил наружу. Здешний полумрак показался слишком ярким, будто в коридорах вновь горели лампы. Или они и горели?.. Галлюцинации, опять, и как кстати. Прошлое и настоящее сменяли друг друга, даря проекцию, показывая путь. Но сейчас было не важно, видит он куда бежит или нет. Существо выбралось следом и бросилось в погоню. И он должен убедиться, что оно не потеряет его из виду. *** Обратный отсчёт. С учётом разрухи, расстояния и нынешней скорости бега у Фимора есть ещё несколько минут в запасе. В остатке. Парень горько усмехнулся, преодолев череду поворотов. В глубине души он понимал, что сподвигло его на... самоубийство. Когда в первые годы узнавали кто выбрал его себе в падаваны, люди поначалу ему не верили. А сверстники, – некоторые из них – Фим был почти уверен, втайне ненавидели его, завидуя тихоне, который внезапно стал учеником легендарного отрицателя правил. И он стал верить шепоткам, втайне сомневаясь в своем месте – действительно, что такого в нём разглядел рыцарь, зачем, ведь очевидно, он лишь мешает им с нурийкой. Чем так приглянулся Джинну?!.. Фимор никогда не спрашивал – и, видимо, уже и не спросит. "МЫ ГОЛОДНЫ!" То немногое, что ещё осталось от Силы, вспыхнуло волной животной ярости и голода. Жгучий ужас дотянулся до ученика, впечатав его в стену, намертво придавив, не позволяя пошевелиться. Фимора затошнило, мир перед глазами стал вращаться с бешеной скоростью, лицо и тело болели от острых выступов в стене. Он не увидел. Услышал как оно догнало его, как тяжело, со свистом дышало... Дерэра пытался скосить глаза, рассмотреть его облик, но едва тварь попала в поле зрения, монотонный сумрак сменился мириадами ярких, стремительно чередующихся пятен. Плохо. Страшно. Нет смерти – есть Сила... Он почувствовал, как будто из него стали вытягивать... что-то... медленно, но так уверенно. Больно. Как больно, как хочется закричать, заплакать! Но он не мог. Ещё рано, он же не успел привести... Страх сковал мышцы... Страх. Гнев. Ненависть. Тёмная Сторона. Глаза Фимора расширились от осознания открывшейся ему силы, а после загорелись диким, уверенным огнём. Он завершит свою миссию, и только тогда, когда будет уверен, что следующий удар нанесёт мастер. Падаван позволил своей уверенности, своему страху, своей боли дойти до самых глубин сознания. Впитаться под корку мозга, стать единственными его ориентирами. Преобразиться в жгучий, неуправляемый поток чистых эмоций и со всей мощью вонзиться в оставшиеся крупицы Силы. Девственно чистая Тёмная Сторона теперь не просто лилась по связи с мастером, она исходила из души самого ученика, готовая наброситься на кого и что угодно. - Не... возь... мёшь!.. – рыкнул Дерэра, обращаясь к Безымянному. Тварь словно ощутила перемену и, явно не понимая, откуда у добычи взялись силы, замешкалась. Секунда, но её было достаточно. Падаван упёрся руками в стену, оттолкнулся и в крутом развороте выпустил Тёмный поток прямо в морду чудовищу. Мёртвые коридоры наполнились жутким, пробирающим до дрожи воем. Фимор с трудом стоял на ногах – вспышка адреналина долго не продлится. Тем более – его всего трясло от такого мощного слияния с Тьмой. Путаясь в собственных ногах, чувствуя, как по лицу ручьём льётся пот, Дерэра рванул вперёд, налетая на стены и с трудом сохраняя дыхание ровным. Бешенство подпитывало голод, превращая его в слепое стремление уничтожить, разорвать, убить противника. Убить добычу. Фимор чувствовал, будто параллельно с ученической по Силе теперь течёт и связь с этим существом. То, о чём предупреждал мастер: Шрии-ка-рей "схватил" его. Ощутил вкус его Силы и теперь не успокоится, пока от падавана не останется лишь пыль. Ужас сдавливал горло, удушая, не давая вдохнуть, у него кружилась голова. Было холодно. Не так, как обычно – холод, Тьма, вкусили молодой, необученной Силы и теперь ненавязчиво напоминали о себе. Коридоры кружились в мерцающей карусели, он бежал уже не разбирая дороги, слепо следуя Тёмной нити в Силе. В любую минуту ожидая, как сознание вновь скуёт тот ужас, та пустота и на этот раз у него даже на Тёмную Сторону сил не хватит. "Лишь бы... я должен... ещё немного..." Тварь за один прыжок оказалась прямо у него за спиной. Вход в залы прямо перед ним. Он чувствовал мастера. Рядом. Так близко. Капкан. Ловушка для монстра. Фимор выскочил в просторные помещения, и тут Шрии-ка-рей наконец-то достиг желаемого. Всё существо падавана заволок неконтролируемый ужас, ноги отказались дальше слушаться, тонкая нить в Силе оборвалась. Парень споткнулся. Закатываясь, глаза уловили ярко-зелёную вспышку. "Получилось..." Мгла заглотила его раньше, чем тело рухнуло на пол.