… is it casual now? / теперь это обычное дело?

Август Звук домофона эхом отдался в ушах Минхо, когда он толкнул дверь подъезда и почти бегом взлетел по лестнице. По дороге к квартире Джисона он совершил огромную ошибку — позволил себе слишком ярко представлять его. Его судорожные вздохи и тихие всхлипы. То, как Джисон цепляется за плечи Минхо, пытаясь удержаться, когда тот прихватывает губами его шею. Как сжимает бёдра старшего между своими ногами в отчаянной попытке получить хоть немного трения — и краснеет из-за этого, но всё равно не может остановиться. С каждым шагом знакомое тёплое напряжение внизу живота становилось всё сильнее. Дверь квартиры ещё даже не успела захлопнуться за его спиной, а пальцы Минхо уже зарылись в волосы Джисона, а губы накрыли чужие. Младший глухо застонал ему в рот, и у Минхо невольно вырвался тихий жалобный выдох. Джисон был таким чертовски горячим. Почти потерявшись в поцелуях и этих сладких, сводящих с ума звуках, Минхо вдруг кое-что вспомнил. Он слегка согнул колени, обхватил Джисона под бёдра и резко поднял его, прижимая к стене. Младший взвизгнул так громко и неожиданно, что Минхо даже дёрнулся. — Мин! Ты вообще что творишь?! С его губ сорвался ошарашенный смех. И… ладно. В голове Минхо это выглядело совсем иначе. Там Джисон цеплялся за него, задыхаясь от возбуждения, сильнее целовал его и бесстыдно тёрся бёдрами. Но сейчас к жару возбуждения примешалось жгучее смущение, потому что Джисон смотрел на него с явным весельем и недоумением. — Эм… я… я видел такое в порно. И подумал, что это очень горячо. Решил, может, тебе понравится? — Минхо совершенно не хотел знать, насколько сейчас красные у него щёки. На лице Джисона расплылась яркая улыбка, а в глазах заплясали дразнящие искры. — О-о-о, ты думал обо мне, пока смотрел порно? Это так мило! Он взъерошил Минхо волосы, и тот попытался посмотреть на него сердито. Что было почти невозможно, когда Джисон улыбался вот так. — Заткнись! — Минхо тут же наклонился и укусил его за шею, заставляя Джисона снова взвизгнуть и дёрнуть ногами. Позже, когда Минхо донёс его до кровати и уронил на матрас, он навис сверху — и с тихим удовольствием почувствовал, как Джисон снова обвивает ногами его талию, прижимаясь ближе. И Минхо серьёзно нужно было перестать фантазировать в машине, потому что как он вообще успел настолько завестись? Он прервал поцелуй и вопросительно посмотрел на Джисона. Тот молча кивнул и поднял руки, позволяя снять с себя футболку. Целуя шею, грудь и живот Джисона, Минхо заставлял себя двигаться медленнее. Всё равно было куда приятнее довести его почти до мольбы. Поэтому он не спешил. Оставлял между поцелуями лёгкие укусы, от которых с губ Джисона срывались тихие всхлипы. Усмехнувшись, Минхо опустился ниже, повторяя ту же пытку на внутренней стороне его бёдер, царапая ногтями выступающие тазовые косточки — и чувствовал, как Джисон нетерпеливо ёрзает под ним. Тихие всхлипы давно превратились в красивые, громкие стоны. Минхо позволил себе поднять взгляд. Джисон лежал, запрокинув голову на подушку, с закрытыми глазами. — Пожалуйста… е-ещё… — выдохнул он срывающимся голосом. И Минхо хотелось подарить ему целую вселенную. Но вместо этого он только вскинул бровь с хитрой усмешкой. — Значит, тебе всё-таки понравилось, когда я прижал тебя к стене? Джисон снова уронил голову на подушку и тихо рассмеялся. — Господи, Мин. Просто трахни меня уже. Повторять дважды Минхо не пришлось. Прохладная поверхность подушек приятно касалась разгорячённой кожи Минхо. Рядом лежал Джисон, лениво прикрыв глаза. Несколько секунд Минхо просто рассматривал его лицо. Ресницы дрожали на пухлых щеках, одна из которых смешно примялась о подушку, а полные губы были чуть приоткрыты. — Ты свободен на выходных? — наконец спросил Минхо. Джисон тут же открыл глаза, и на его лице появилась такая яркая, счастливая улыбка, что лёгкое разочарование в груди Минхо почти исчезло. — Вообще-то нет! Мы с Феликсом идём на концерт! —в его голосе звенело такое искреннее воодушевление, что Минхо невольно улыбнулся. — О, круто. На какой? — “One Ok Rock”! Мы слушаем их ещё с подросткового возраста. У них просто невероятные живые выступления, — глаза Джисона буквально сияли. Минхо тихо усмехнулся. — Я знаю пару их песен. Хёнджину они тоже очень нравятся. — Правда? А он тоже идёт на концерт? — Не думаю. Он бы, наверное, сказал мне. — В следующий раз, когда они поедут в тур, давай сходим все вместе! Вчетвером, да? Что-то неприятно кольнуло Минхо где-то под рёбрами, будто невидимая нитка потянула прямо за сердце. Но он всё равно кивнул. — А какой у Хёнджина любимый альбом? Минхо перевернулся на спину, закинув руку под голову. — Не знаю. Спрошу у него при встрече. А твой? — Определенно “Eye of the Storm”! Точно! И я серьёзно — НИ ОДИН альбом никогда не будет настолько хорош, как “Eye of the Storm”! Лучший чёртов альбом в истории музыки! Там каждый трек — просто шедевр! Они ездили с ним в тур в 2019-м, и я бы тогда буквально всё отдал, чтобы попасть на концерт. Но я учился в универе и был без денег. Так что всё пропустил… Он трагично вздохнул так, словно переживал старую душевную травму, и Минхо невольно стало его немного жаль. Следующие несколько минут Джисон без остановки рассказывал про “One Ok Rock” — про музыку, участников группы, бесконечные альбомы (Господи, у них правда было слишком много альбомов), про то, что собирается надеть на концерт, какие песни надеется услышать и ещё тысячу мелочей. Постепенно разговор растворился в уютной тишине. В комнате слышалось только их спокойное дыхание. Минхо покосился на Джисона. Потом снова уставился в потолок. Потом опять на Джисона. Он прикусил губу и тихо выдохнул. — Эй, Сони? — Мм? Минхо нервно потёр край одеяла между пальцами. — Помнишь, мы говорили о прошлых отношениях? Ну… о том, что в них пошло не так? — Помню. Минхо никак не мог заставить себя посмотреть ему в глаза. — Ну… — он откашлялся и почесал затылок. — Ты тогда сказал… что больше всего скучаешь по поцелуям просто ради поцелуев. Когда целуешься не потому, что это должно закончиться сексом. — Да, говорил. Минхо глубоко вдохнул. — Может… ты бы хотел попробовать это? Со мной? Когда он всё-таки поднял взгляд, то увидел на лице Джисона удивление. Тот уже собирался что-то ответить, но Минхо поспешно перебил: — Я просто хочу понять, как это ощущается. Потому что ты… ты так об этом говорил… Повисла тишина. А потом Джисон тихо произнёс: — Вообще-то это правда очень здорово. Минхо коротко усмехнулся. — Ну так? Воздух в комнате будто стал тяжелее. — Я не знаю… — почти шёпотом ответил Джисон. — Мы не обязаны, если ты не хочешь! — Я знаю. Просто… дело не в том, что я не хочу. Это против правил… У Минхо вырвался растерянный смешок. — Сони, вообще-то мы сами эти правила придумали. Хотим — соблюдаем, хотим — нет. Никто же не вызовет полицию. Джисон тихо рассмеялся, и Минхо продолжил уже мягче: — Если нас обоих всё устраивает… можно немного их нарушить. Младший ещё несколько секунд о чём-то думал, а потом улыбнулся так широко, что глаза превратились в полумесяцы. Он подполз ближе и навис над Минхо, осторожно коснувшись ладонью его щеки. — Можно я тебя поцелую? И в этот момент у Минхо будто исчезли все слова. Он смог только кивнуть. Джисон был прав. Это действительно ощущалось иначе. Не так, как обычно — жадно, горячо и торопливо. Сейчас всё было мягким и нежным. Язык Джисона медленно скользнул по нижней губе Минхо, а рука с его щеки перебралась в волосы. Только вместо того чтобы тянуть за них, Джисон осторожно царапал ногтями кожу головы. Минхо вздрогнул. Он почувствовал, как Джисон улыбается прямо в поцелуй, и внутри у него всё болезненно перепуталось. Все мысли исчезли. В мире остался только Джисон. Сладкий, красивый Джисон, который целовал его так бережно, словно Минхо был чем-то драгоценным. Чем-то, что заслуживает такой нежности. Тихий смешок прервал поцелуй. Минхо медленно открыл глаза — и снова увидел улыбку Джисона. Только теперь в ней явно читалось поддразнивание. — А ты ведь очень любишь целоваться, да? — Не издевайся… — Минхо совсем не хотел, чтобы это прозвучало так жалобно. Правда не хотел. — Я не издеваюсь. Просто это очень мило — сначала ты так сопротивлялся, а теперь тебе всё мало. Уши Минхо вспыхнули жаром. — И чья это вообще вина? Джисон снова хихикнул и легко поцеловал его в щёку. У Минхо закружилась голова.