Братский интерес

10. Дождь громко барабанит по кипарисовой крыше, ещё больше нагоняя тревогу. На душе неспокойно, поэтому выхожу из своей комнаты и стучусь к младшему: — Мару, можно войти? Стою и жду хотя бы одно слово, хотя бы что-нибудь. Отвечает через дверь: — Нет! Ты испортил вечер и испортил мне настроение. — Открой, пожалуйста, и я всё объясню. Вряд ли он вообще закрывался, но мне важно и нужно, чтобы он сам захотел меня впустить. Дверь приоткрывается, а далее я уже сам толкаю её. Делаю два шага вперёд. Судя по всему, это мой максимум. Дальше меня не пропускают, и Ранмару преграждает путь собой. Я сглатываю, ведь он то ли не успел одеться, то ли наоборот раздевался, но стоял передо мной лишь в нижнем белье. — Говори! — Такаши… Он хотел подложить под меня свою сестру… Брат удивлённо вскидывает бровь и ждёт объяснений. — …Сначала спросил, нравится ли она мне, а потом сказал, что разрешит мне лишить её девственности, но взамен… — запнулся и долго решал, а должен ли я рассказывать дальше. — …Но взамен?.. — младший в ожидании ответа хмурит брови. — …Исаяма спрашивал у меня разрешения, чтобы трахнуть тебя… — едва смог выговорить; захотелось сразу вымыть рот. Толкает меня в плечо и злится: — Так и в чём проблема? Тебе же нравится Мио! Что вы с ней там вытворяли, пока мы пытались смотреть фильм? Думаешь, не понятно было? К слову, Такаши тоже не дурак и догадался. А я бы с удовольствием трахнулся с ним. Ты видел его член? Членище! Как же меня ревностью обожгло, будто кислотой разъело все внутренности, начиная с сердца и заканчивая ногами. Едва устоял на месте. Яростью резануло, точно лезвием по запястьям так, что чуть не умер. Кому я вру? Умер! Показалось, что и сердце биться перестало. — Мне похуй на его член! Я запрещаю тебе с ним общаться, видеться и тем более трахаться! Ты меня понял? — ору на него и сам себя не узнаю. Это хорошо, что родителей не было дома, так бы они уже прибежали на шум. — Это тебя не касается и не тебе решать, с кем мне это делать! — тоже повышает голос и толкает меня. Чувствую, ещё одно слово, ещё одно его движение — и мы сцепимся в драке. — Как раз мне! Я твой старший брат и это решать мне! И насчёт метро… Ты в своём уме вообще? О чём ты думал? Тот мудак бы тебя изнасиловал и даже не посмотрел на то, что ты несовершеннолетний. Ранмару начинает смеяться. Ненавижу этот тип его смеха. — Ни себе, ни людям! А может, я как раз-таки этого и хотел? Тебе, значит, можно трахаться, а мне нет? С хуя ли? Брат тоже закипает и отталкивает меня двумя руками в дверь. — Да ни с кем я не трахался! С чего ты взял? Мой максимум — рот Мицуко и ляжки Мио… Брат перебивает и не хочет меня слушать: — Свали из моей комнаты, Рэн! Мне уже не семь лет и твоя гиперопека мне не нужна! Разворачивается ко мне спиной и хочет идти к тансу. А меня так задевают его слова, что я, не отдавая отчёт своим действиям, хватаю его за шею, а затем тяну за волосы и таким образом прижимаю к себе. Шепчу ему в ухо: — Нужна, Мару! Моя опека тебе нужна, как и моя защита тоже. Ты — мой брат, и я люблю тебя, а ещё я… Не могу признаться ему, что чертовски ревную, ведь это было бы уже чересчур. Я уже одной ногой переступил ту черту, которую сам же и провёл для нашего с ним блага. Губами касаюсь его шеи. Замирает. Не двигается. А по телу несётся табун мурашек, ведь я чувствую их собственными пальцами. Соски брата твердеют от холода, и он даже встрепенулся. — Ты будешь слушаться меня, Ранмару! И если я не хочу, чтобы ты ложился под Такаши, то ты не будешь этого делать, понял? А сейчас делай уроки и ложись спать! Отпускаю его. Мару так и остался недвижимо стоять. Он не повернулся ко мне и ничего не ответил. Я вышел из его комнаты. Бесконечно злюсь на себя и вообще за всю эту ситуацию. Это то, чего я боялся наиболее. Не могу сосредоточиться на английском, ведь всё пытаюсь понять… А если бы это был не Исаяма, а кто-то другой? Была бы у меня такая же реакция, если бы на горизонте появился кто-то другой, кто понравился бы Ранмару? Чикана в расчёт не беру, ведь я действительно испугался, что он может изнасиловать брата и сломать ему психику. Кстати, насчёт психики… Вероятно, у меня она сломается быстрее. С горем пополам сделал домашку, почистил зубы, пообщался по телефону с родителями, которые остались в лаборатории сверхурочно и лёг спать. Только вот сон как рукой сняло, ведь мне даже прислушиваться не пришлось, когда я услышал: — Ммм… Вот так… Х-хорошо! Глубже, Такаши! Трахай меня ещё глубже! Такаши-и-и-и! Вот же мелкий говнюк! Ну специально же это делает! Сначала подумал, что он играет, хотя стоны очень похожи на настоящие. — Ох, вот так! Своим толстым членом… Ммх! Подрываюсь с постели, и в мгновение оказываюсь у двери брата. В этот раз без стука и предупреждения врываюсь к нему в комнату. — Прекрати! — ору на него, думая, что он прикалывается и играет, но… Но наблюдаю, как младший яростно насаживается на весьма реалистичную силиконовую игрушку. До этого я не видел у него ничего, кроме того цветного вибратора. Он буквально скакал на этом дилдо, игнорируя моё присутствие. Думаю, он даже не смутился — по крайней мере, я не заметил, чтобы покраснел. Лишь сказал мне выйти и деловито добавил, что я нарушаю его личное пространство. — Ты тоже нарушаешь моё личное… звуковое пространство! Перестань так громко стонать и произносить его имя! — Умх! Такашиии… — игнорирует мою просьбу и насаживается на резиновый член с присоской, прикреплённый к полу. — Не зли меня! — Отвали, Рэн! Д-дай мне потрахаться! Ты не имеешь п-права запрещать мне называть мою игрушку так, как я хочу! — Любое другое имя, но не это… — Ох, Такаши, вот так! Охренеть, как глубоко! — Да закройся ты! — подбегаю к нему и плотно прижимаю свою ладонь к его губам. Затыкаю его, но он не останавливается ни на секунду. Продолжает двигать бёдрами и насаживается задом на дилдо. Мычит в мою ладонь. Мычит так волнующе и сексуально, что я не могу уйти. Я не хочу уходить. Мне уже плевать на всё. Я хочу смотреть! Он пытается взяться за член, чтобы довести себя до финала, но я хватаю его руку и не позволяю ему. Мычит теперь недовольно и прекращает двигаться. Я убираю ладонь с его рта и перехватываю сразу обе его руки, не позволяя коснуться себя. — Да как ты смеешь? — возмущается и пытается вырваться. Меня это умиляет… Он оборачивается, злится, краснеет. — Блять, Рэн, отвали! Какого хера вообще? — Не отвалю! Ты не кончишь с его именем на своих губах… Ранмару на секунду оцепенел, но почти сразу же продолжил двигаться на резиновом члене. Ещё через пару секунд меня ждал новый сюрприз, а именно: — Ммм! Рэн… Как охуенно! Как хорошо! Твой член такой огромный! Рэн… Ох! Глубже т-трахай м-меня… Я в ахуе! Его слова выбивают меня из колеи. Я ослабляю хват. Я теряюсь. Чувствую, как начинает пульсировать мой хер. Этого ещё не хватало! Это звучит настолько приятно, насколько и опасно. — Что ты несёшь? Замолчи! Другое имя придумай, придурок! — Рэн, какой же огромный! Ещё быстрее! Б-быстрее, Рэн! Входи в меня глубже… Я сейчас с ума сойду… Не могу это выдерживать, поэтому снова зажимаю ладонью рот брата, чтобы он заткнулся. Тем временем он хватает свой член свободной рукой, начинает надрачивать себе и просто в безумном темпе скачет на этой огромной резиновой елде. Мычит в мою ладонь. Каких-то тридцать-сорок секунд времени и этот ненормальный содрогается в оргазме. Стреляет спермой на свой футон и обессиленно соскальзывает с силиконовой игрушки, буквально падая на меня и опираясь головой о мою грудь. Освобождаю его рот от своей ладони. Он говорит устало, но довольно: — Охуенно кончил! — Придурок… Нет… Ты… Ты извращенец, Ранмару! Брат хохочет и говорит, что я не лучше. И он абсолютно прав! Я отвратительный брат и ужасный человек! Мне стало плохо. Реально плохо от всего произошедшего. — Извини! — говорю лишь одно слово и пулей вылетаю из его комнаты. Меня даже трусить начало. Я перегнул палку. Я применил силу к брату, начиная с того момента, как схватил его за шею и потянул за волосы и заканчивая тем, что не позволял ему кончить. Это плохо! Это всё очень плохо… Если я так реагирую на его шутки, то что было бы, если бы он действительно занялся сексом с Такаши? Даже представить страшно! Пишу ему сообщение: -"Прости меня! Я не должен был… Я не имел права применять силу…просто я…"- -"Просто ты… Продолжи!"- -"Просто я, видимо, как и Такаши…"- -"?????"- -"Я ревную тебя! Это так тупо и бессмысленно. Я не имею права, но… как есть…"- Брат не отвечает, и я уже надумал себе всякой хуйни, что аж сердце разболелось. Прошло не больше двух минут и младший приоткрывает дверь. Робко заглядывает и тихонько: — Можно? Не дожидается моего ответа и сам заходит. Присаживается рядом на футон и у нас начинается диалог. — Скажи мне это в глаза, Рэн! — Что? — как кретин переспрашиваю, хотя прекрасно понимаю, о чём он говорит. — То, о чём только что написал… У меня холодеют ладони и пересыхает во рту, но я, глядя ему в глаза, произношу то, что писал в сообщении. — Я ревную тебя! Рев-ну-ю! — повторяю по слогам. — Спасибо! — отвечает коротко. Больше ничего не говорит, но вдруг наклоняется ко мне и мягко, осторожно целует меня в щёку. У меня не только внутри всё упало, но будто вся моя комната обрушилась прямо на меня. Кожа вспыхнула, хотя это просто невесомый поцелуй в щёку, но для меня он был откровеннее всех самых непристойных поцелуев в губы. После этого Ранмару ничего не сказал. Он молча поднялся и ушёл в свою комнату, а я так и остался сидеть в непонимании, что это было. Что он хотел этим сказать? Зачем поцеловал в щёку? Быстро строчу новое сообщение: -"Это значит, что ты простил меня?"- Не ответил. Я промучился всю ночь. Заснул только в начале пятого. Ответ прочитал уже утром, когда ехал в школу на автобусе. Брат не разбудил меня, и я опоздал, поэтому ехал уже на следующем за Ранмару. -"Мне не за что тебя прощать! Ты ничего такого не сделал."- Вот и весь его ответ. В школе всё было слегка напряжённо. Брат сидел отдельно от меня, собственно и от Такаши тоже. Тот даже не пытался подходить ко мне или к Мару, хотя короткие взгляды бросал, а в конце дня, не выдержав эту мрачную атмосферу написал мне сообщение. -"Рэн, слушай, я всё понял! Всё получилось весьма паскудно и очень некрасиво. Не хочу ругаться с тобой накануне твоего Дня Рождения. К Ранмару не подойду и даже не посмотрю в его сторону, хотя это будет крайне сложно… Он у тебя охренеть красивый какой! В общем, жду хотя бы какой-то ответ. Мио ж меня заколебает и домой не пустит, если я с тобой не помирюсь. Хотя уже вот заколебала своими сообщениями…"- Невольно улыбаюсь от последних фраз. Уже представляю, как его сестрёнка бегает за ним по всему дому и закидывает его вопросами о том, помирились мы или нет. Это в её духе! Перевожу взгляд на Такаши. Тоже легонько улыбается. Смотрю на своего брата и удивляюсь, ведь и он тянет уголки губ вверх. Неужели Такаши и ему что-то написал? Любопытно, что именно? Ладно, потом разузнаю, а пока пишу ответ другу: -"Да уж… Всё получилось не очень хорошо. Да и я что-то перегнул и вспылил. И насчёт Мио прости. Мне не стоило лезть не в своё дело. Наговорил тебе кучу всякого. Извинись перед ней за меня, ладно?"- -"О’кей! Подарок готовить? На приглашение можно рассчитывать?)))"- -"Можно!)))"- -"Отлично! Тогда откладываю деньги ;-)"- Такаши слово сдержал. К Ранмару не подходил и не общался с ним. По крайней мере, при мне. Я успокоился и расслабился. К слову, и мой младший тоже игнорировал Исаяму. Они даже не здоровались, и всё вернулось на круги своя.