Право дышать

Глава 5 Тэхён брёл по улицам, не разбирая дороги. Глаза потухшие, в груди — выжженная пустыня. Лямка спортивной сумки натёрла плечо, пальто путалось в ногах, но он, кажется, ничего не замечал. Голод дал о себе знать протяжным звуком. В животе заурчало. «Жемчужинка хочет есть», — мелькнула первая, почти рефлекторная мысль. Он остановился. Прямо посреди тротуара. Осознание нахлынуло волной — ледяной, сбивающей с ног. Больше некого кормить. Некому говорить «доброе утро». Обещать, что папа всё-всё для него сделает. Слёзы брызнули из глаз. Тэхён опустился на корточки прямо посреди улицы и закрыл лицо руками. Плечи тряслись, из горла вырывались сдавленные всхлипы. Прохожие начали замедлять шаг. Кто-то остановился. Голос спросил: — Молодой человек, с вами всё в порядке? Тэхён только замотал головой, не отнимая ладоней от лица. «Нет. Ничего не в порядке. И уже никогда не будет». Через несколько минут он заставил себя подняться. Вытер лицо рукавом пальто и побрёл дальше. Город вокруг сверкал огнями, завлекал яркими вывесками, гудел голосами и музыкой. Но Тэхён видел только серую, шумную массу. Звуки доносились как сквозь вату. Всё, что имело значение, осталось там, в больничной палате. Постепенно многоэтажки стали попадаться реже. Яркий центр уступал место тихим, спальным районам. Пафосные вывески сменялись обшарпанными витринами. Тэхён остановился. «Где это я?» Он огляделся. И вдруг заметил на другой стороне улицы неказистую двухэтажную гостиницу. Краска со стен облупилась, штукатурка кое-где осыпалась, а старая деревянная вывеска гласила: «Приют путника». Тэхён усмехнулся — горько, одними уголками губ. Лучшего названия и быть не могло. Именно это ему сейчас и нужно — приют. Тихое, уединённое место, где можно остаться одному. Где можно без свидетелей попрощаться со своими мечтами, надеждами и разрушенной жизнью. Он пересёк дорогу и остановился у дверей. «Совместные карты заблокированы», — вспомнил он слова Ёнхо. Тэхён достал телефон. Посмотрел на потухший экран. Затем снял чехол. Там, под чехлом, была спрятана его личная карта. Та самая, на которую приходили гонорары за редкие консультации и мелкие проекты. Та, о которой Сонхо не знал. С неё Тэхён покупал мужу подарки. На день рождения. На годовщину. На Новый год. Сувениры для его родителей. Должно было ещё что-то остаться. Особенно после последнего проекта — кофейни в Инсадоне. Тэхён решительно толкнул дверь. Та жалобно скрипнула, но поддалась, выпуская на улицу тёплый, пахнущий деревом и временем воздух. И пропуская омегу внутрь. Тэхён снял одноместный номер на три дня. Цена оказалась небольшой — здесь явно не привыкли к гостям с большими запросами. Он взял ключ и поднялся по скрипучей лестнице на второй этаж. Дверь открылась с тихим скрипом. Он остановился на пороге, огляделся. Скромно: одноместная кровать, застеленная ветхим, но чистым бельём. Письменный стол у окна. Тумбочка с облупившейся краской. Занавески, чуть пожелтевшие от времени. Но чисто. И тихо. Тэхён снял с плеча сумку, поморщился, растирая натёртую кожу. Разулся, аккуратно поставил обувь у двери и прошёл к кровати. Сел. Подобрал ноги, обнял колени руками и уставился в стену напротив. Тишина. Вот чего ему не хватало. Не просто отсутствия звуков — а того, что можно ни перед кем не притворяться. Не держать спину. Не улыбаться через силу. Он сидел и думал. Не о том, что потерял — об этом он уже выплакал всё. А о том, как всё начиналось. Почему они вообще сошлись? Сонхо не был лучшим альфой на курсе. Ходили слухи, что вместо занятий он предпочитал вечеринки. Что у него постоянно кто-то был — то один омега, то другой. Почему тогда? А потому что это был первый раз. Первый раз, когда за ним ухаживали. Первые цветы. Первый поцелуй. Первая близость. Всё — с Сонхо. И этого оказалось достаточно, чтобы принять внимание за любовь. — Ты был наивным и глупым, Тэ, — прошептал он в тишину. Теперь, оглядываясь назад, он видел чётко, как никогда. Сонхо никогда его не любил. Тэхён был приложением. Удобной вещью, всегда под рукой. Помощником. Тенью. И только теперь, сидя в чужой гостинице на окраине города, он наконец это понял. Тэхён провёл в «Приюте путника» три дня. Первый день он просто лежал. Смотрел в потолок и вспоминал. Восемь лет жизни с человеком, который его никогда не любил. Жемчужинку, которую не уберёг. Бумаги о разводе, которые подписал, не понимая. Иногда он плакал, но слёзы быстро кончались, и оставалась только сухость в глазах и гулкая пустота в груди. На второй день он спустился вниз и купил рамён в автомате. Есть не хотелось, но тело требовало. Он жевал без вкуса и смотрел в окно на серое небо. На третий день он открыл ноутбук. Тэхён сидел на кровати в темноте гостиничного номера. Свет от экрана ноутбука падал на его лицо, выхватывая из мрака уставшие, но сухие глаза. За окном далеко внизу изредка проезжали машины, но здесь, на втором этаже «Приюта путника», было тихо, как на дне колодца. Он открывал файлы один за другим. Проекты. Все, что он сделал за последние четыре года. Так много. Вот дизайн-концепция отеля в Пусане. Сонхо тогда получил премию за лучший проект года — Тэхён помнил, как муж вернулся домой с цветами (не для него, для себя) и сказал: «Оценили». Кому в голову могло прийти, что проект от начала до конца создавал его муж-омега? Вот проект частной школы. А это — детский сад. Тэхён задержался на этом файле дольше. Детский сад. Он рисовал яркие стены, безопасные лестницы, игровые зоны. Мечтал, что когда-нибудь приведёт сюда своего малыша. Жемчужинку. Он закрыл файл быстрее, чем открыл. Городские проекты от мэрии, за которые Сонхо получал награды. Банкеты, на которых Тэхён ни разу не был. Благодарственные письма, которые вешали на стену в кабинете Сонхо. Всё это сделано его руками. Его талантом. Его бессонными ночами. Как так получилось, что он — блестящий студент с большими перспективами — сам загнал себя в тень? Как он позволил превратить себя в приложение к чужой жизни? Ответа не было. Только тишина. И файлы, которые свидетельствовали: он всё может. Он закрыл папку с проектами и открыл поисковик. Пальцы зависли над клавиатурой. Чего он хотел? О чём мечтал когда-то, до Сонхо? До того, как стал тенью чужого успеха? Студия. Своя дизайнерская студия. Маленькая, уютная, с большими окнами и растениями на подоконниках. Он представлял её ещё на третьем курсе, когда профессор сказал: «Ким Тэхён, у вас талант. Не зарывайте его в землю». Зарыл. Он набрал в поиске: «аренда помещения для студии дизайна». Просмотрел несколько вариантов. Дорого. Но не невозможно. Если взять пару проектов для начала, если не бояться, если поверить в себя... «Если». Он откинулся на подушку и закрыл глаза. В голове, впервые за долгое время, звучал не голос Сонхо. Не насмешка Ёнхо. Не плач по Жемчужинке. А тихий, робкий, почти забытый голос его собственной мечты. — Я попробую, — прошептал он в темноту. — Ради себя. Тэхён открыл сайт с вакансиями и пробежался глазами по списку. Дизайнер интерьеров. Требуется в... да куда только не требуется. Он скопировал текст резюме, прикрепил портфолио — то, которое не имело отношения к Baekho Holdings, только его собственные работы, сделанные за последние годы для мелких клиентов, — и начал рассылать. Одна компания. Вторая. Третья. Четвёртая. Он действовал механически, почти не вчитываясь в названия. Студия дизайна в Мёндоне. Архитектурное бюро в Каннаме. Крупный холдинг — что-то связанное с недвижимостью. Ещё один. Ещё. Среди списка мелькнуло знакомое название — Baekho Holdings. Сердце на секунду сжалось, но Тэхён только плечами пожал. Он знал, что Сонхо работает там. Знал, что Ёнхо — тоже. Но сейчас это не имело значения. — Попробуй, — прошептал он и нажал «Отправить». А через секунду отправил резюме ещё в три места, не глядя. Пальцы дрожали от усталости, но внутри разливалось странное, почти забытое чувство. Он что-то делал. Он действовал. Он больше не сидел и не ждал. Чай давно остыл. Тэхён закрыл ноутбук и откинулся на подушку. Завтра будет новый день. Может быть, кто-то ответит. Может быть — нет. Но он попробовал. И это уже было больше, чем он делал за последние восемь лет. После, Тэхён спустился вниз, к стойке администратора. — Я хочу продлить номер ещё на три дня, — сказал он, протягивая карту. Администратор — пожилой бета с уставшими глазами — молча кивнул и провёл оплату. Тэхён взял обновлённый ключ и вернулся в номер. Три дня. За это время нужно найти работу. Или хотя бы понять, куда двигаться дальше. _______________ Тэхён проснулся рано. За окном только-только занимался серый рассвет, и в номере было холодно. Он потянулся к ноутбуку, открыл его, включил. Компании начинают работу с девяти. Сейчас же... Он бросил взгляд на часы в углу экрана. 7:23. Слишком рано. Никто ещё не видел его резюме. Никто не ответил. Да и неизвестно, ответит ли вообще хоть кто-то. Он уже собирался закрыть ноутбук и пойти за чаем, когда заметил значок входящего письма. Маленький жёлтый конвертик в углу экрана. — Хм... Опять реклама, что ли? — пробормотал он и кликнул. Это было письмо от Baekho Holdings. Самое первое. И пока что единственное. «Уважаемый Ким Тэхён. Ваше портфолио произвело на нас сильное впечатление. Приглашаем вас на собеседование...» Тэхён долго смотрел на экран. Сердце колотилось где-то в горле. Он знал, чей это холдинг. Знал, кто там работает. И на секунду — всего на одну секунду — захотел удалить письмо и забыть. А потом перевёл взгляд на время отправки: шесть утра. Брови сами собой поползли вверх. Кажется, в Baekho Holdings начинают рабочий день раньше всех. Или просто очень хотят его заполучить. В любом случае, это было... почти приятно. Он зло усмехнулся. — Да пошло оно всё. Я не боюсь. И нажал «Ответить».

***

Хосок заглянул в кабинет брата ближе к полудню. Постучал — скорее для проформы, потому что знал: если тот не хочет никого видеть, дверь была бы заперта, а охрана — предупреждена. Но сегодня дверь была открыта. — Ты обедал? — спросил он с порога, проходя внутрь без приглашения. — Потому что у меня есть час, и я планирую украсть у тебя немного времени. И еды. У тебя тут кормят лучше, чем у меня. Белый Тигр оторвался от бумаг и бросил на брата короткий взгляд. Выглядел он уставшим — последние дни поиски Тэхёна не давали результата, и это выматывало больше, чем любые деловые переговоры. — Садись. Что хотел? Хосок плюхнулся в кресло напротив и принялся рассказывать о текущих делах: новый тендер, переговоры с мэрией, отчёт за последний квартал. Брат слушал вполуха, кивая, подписывая бумаги. Мысли его были далеко — там, где потерялся омега с жасминовым запахом. А потом Хосок вдруг оживился и сменил тон: — Слушай, кстати. У нас тут такое... Ты не поверишь. Сегодня в шесть утра мне звонит наш HR-директор. В шесть утра, представляешь? Я думал, пожар. Реакция альфы осталась прежней — нулевой. Мало ли о чём там болтают в отделе кадров. Но из вежливости (или просто по привычке) он всё же задал вопрос: — И что же такого важного у HR-директора, что ты пришёл рассказывать мне об этом лично? — Да я сам в шоке! — Хосок развёл руками. — Он там захлёбывался от восторга и кричал в трубку, что нашёл бриллиант. Настоящий, говорит, бриллиант среди дизайнеров. И что надо срочно хватать его, пока другие не увели. Я уже отправил ему приглашение, говорит, но действовать надо быстро. Он сделал драматическую паузу. Брат продолжал смотреть на него с непроницаемым лицом. Хосок, поняв, что эффекта не будет, выдохнул и продолжил уже нормальным тоном: — Короче. Они получили резюме от одного омеги. Выпускник с отличием. Лучший на потоке. Проекты — один другого круче. Говорят, портфолио — просто бомба. HR-директор уже трясётся: вдруг упустим. Белый Тигр наконец поднял глаза от бумаг. Внутри что-то дрогнуло — предчувствие, интуиция, или просто усталость, которая заставляла сердце биться быстрее от любого упоминания нового человека, которого можно было бы проверить. — Имя, — коротко сказал он. — Что? — Имя этого омеги, — повторил Чонгук, и в его голосе зазвучал металл. Хосок на мгновение растерялся. — Ким Тэхён. А что, знакомое имя? Тишина. Всего на мгновение, но этого хватило, чтобы Хосок заметил, как изменилось лицо брата. — Ты знаешь его? Белый Тигр не ответил сразу. Он смотрел куда-то сквозь Хосока, и на его лице промелькнуло что-то странное — словно тень от давнего воспоминания. Наконец он заговорил: — Возьми его на работу. На любых условиях. Хосок нахмурился. — Но у нас конкурс, собеседования, проверка службы безопасности... — Мне всё равно, — перебил его брат. — Он должен быть здесь. И проследи, чтобы никто в корпорации не вздумал его трогать. Ни словом, ни делом. Хосок медленно кивнул. — Как скажешь. Я распоряжусь. Он направился к двери, но на пороге обернулся: — Знаешь, я не знаю, кто этот Ким Тэхён. Но, похоже, он впечатлил не только HR-директора. Дверь закрылась. Белый Тигр остался один. Он сидел, глядя перед собой, и впервые за много дней внутри разливалось не отчаяние, а надежда. Тэхён. Здесь. В его корпорации. В безопасности. — Наконец-то, — прошептал он.

***

Тэхён получил ответ от Baekho Holdings утром, а уже к обеду ему назначили собеседование. На завтра. В десять утра. Он сидел на кровати в номере и смотрел на письмо. Завтра. В десять. У него есть только один вечер на подготовку. Портфолио было в порядке. Одежда — та самая, что собрал Сонхо: тёмно-синий костюм трёхгодичной давности, белая рубашка, классические ботинки. Ничего нового. Ничего особенного. Но ему нечего было больше надеть. Он аккуратно повесил костюм на спинку стула, разложил рубашку, проверил сумку. Телефон поставил на зарядку. А потом лёг в постель и уставился в потолок. Сон не шёл. Мысли крутились по кругу: «А вдруг они передумают? А вдруг я не справлюсь? А вдруг там Сонхо? А вдруг...» — Да пошло оно всё, — прошептал он в темноту и закрыл глаза. __________ Будильник прозвенел в шесть утра. За окном ещё было темно. Тэхён полежал минуту, собираясь с силами, потом встал. Душ. Холодная вода помогла проснуться. Он стоял, уперевшись ладонями в кафельную стену, и смотрел, как капли стекают по старой плитке. — Соберись. Просто собеседование. Ты справишься. Одевался медленно, как привык за последние дни — тело ещё не до конца восстановилось, слабость давала о себе знать. Застегнул пуговицы на рубашке. Поправил галстук. Костюм сидел чуть свободнее, чем раньше — он похудел, но это было незаметно под пиджаком. В зеркале отражался бледный, серьёзный омега с тёмными кругами под глазами. Но взгляд... взгляд был другой. Не потухший. Собранный. — Ничего, — сказал он своему отражению. — Прорвёмся. Он взял сумку с ноутбуком и вышел. __________ Метро, пересадка, снова метро. Почти два часа в пути. Тэхён сидел у окна, прислонившись виском к холодному стеклу, и смотрел, как за окном проносятся станции. Рядом с ним на сиденье лежала папка с портфолио — аккуратно распечатанные страницы. Люди входили и выходили. Город просыпался. А Тэхён думал о том, что сегодня — первый день его новой жизни. Когда поезд прибыл на нужную станцию, он вышел, поправил галстук и направился к выходу. _________ Здание Baekho Holdings возвышалось над деловым кварталом — стекло, бетон, зеркальные панели. Тэхён запрокинул голову, разглядывая верхние этажи, и на мгновение замер. Где-то там работал Сонхо. А теперь будет работать и он. — Да пошло оно всё, — прошептал он в третий раз за эти дни и толкнул стеклянную дверь.

***

Он тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, и вошёл внутрь. Охрана сверила его имя со списком, выдала гостевой пропуск и указала на лифты. Тэхён поднялся на нужный этаж и оказался в просторной приёмной с панорамными окнами и живыми растениями в кадках. — Господин Ким Тэхён? — молодой бета за стойкой ресепшена приветливо улыбнулся. — Проходите, господин Ли ждёт вас. Господин Ли оказался немолодым омегой в элегантном костюме и с острым, изучающим взглядом. Он указал Тэхёну на кресло напротив и открыл папку с резюме. — Ваше портфолио впечатляет, — начал он без долгих предисловий. — Честно говоря, когда я его увидел, я подумал: «Либо этот человек — гений, либо он прислал чужие работы». Но я проверил. Исходные файлы, даты создания, стиль — всё ваше. Тэхён молчал. Он не привык к похвале. За восемь лет никто не говорил ему, что он гений. Только Сонхо — но тот хвалил не его, а себя, когда получал награды. — У вас за плечами проекты, которые сделали бы честь любому дизайнеру с двадцатилетним стажем, — продолжал господин Ли. — И при этом вы... — он заглянул в резюме, — последние годы работали удалённо? Без официального оформления? — Да, — тихо ответил Тэхён. — Я... помогал мужу. Господин Ли кивнул, не вдаваясь в подробности. Он был слишком опытным HR-директором, чтобы лезть в личную жизнь кандидата. — Что ж. Baekho Holdings заинтересованы в вас. Мы готовы предложить вам должность дизайнера интерьеров в нашем профильном отделе. Тэхён моргнул. — Вы... вы серьёзно? — Абсолютно, — господин Ли подвинул к нему лист с условиями. — Испытательный срок — три месяца. Зарплата... скажем так, она вас приятно удивит. Тэхён опустил взгляд на цифры. И замер. — Это... это ошибка? — выдохнул он. — Здесь сумма почти как у руководителя отдела. — Это не ошибка, — господин Ли позволил себе лёгкую улыбку. — Мы ценим таланты. И не хотим, чтобы наши конкуренты переманили вас через неделю. Тэхён смотрел на цифры и чувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Это были не просто деньги. Это было признание. Впервые за восемь лет кто-то говорил ему: «Ты ценен. Ты важен. Ты нужен». — Я... — он сглотнул. — Я согласен. — Вот и отлично, — господин Ли поднялся и протянул руку. — Добро пожаловать в Baekho Holdings, господин Ким. Завтра ждём вас на оформление. А через два дня — первый рабочий день. Тэхён пожал его руку, всё ещё не веря в происходящее. А когда вышел из кабинета, прислонился к стене в коридоре и закрыл глаза. — Получилось, — прошептал он. — Жемчужинка... у папы получилось. Он осёкся. Но на этот раз не заплакал. Просто постоял так минуту, а потом выпрямился и пошёл к лифту. Впереди был долгий путь обратно в гостиницу. Но теперь этот путь уже не казался бесконечным. __________ Позже, в бухгалтерии, кто-то из сотрудников случайно опрокинул кофе на документы, увидев сумму, которую HR–директор утвердил для нового дизайнера. — Он что, золотой? — прошептал бухгалтер, протирая очки. Никто ему не ответил. Приказ спустили сверху. А приказы сверху в Baekho Holdings не обсуждались.

***

Джин сидел дома, на кухне, всё ещё в больничной одежде после смены. Перед ним на столе лежала старая, чуть пожелтевшая визитка. Намджун, сидя напротив, молча пододвинул к нему чашку с чаем и не задавал вопросов. Он знал: когда муж так смотрит на клочок бумаги — лучше просто быть рядом. А Джин вспоминал. Это было почти пять лет назад. Тэхён тогда только начал обследоваться в их центре — молодой омега, полный надежд, который мечтал стать папой. И в тот же день к Джину подошёл один из партнёров больницы — немолодой альфа с военной выправкой, представлявший интересы какого-то крупного холдинга. Он положил на стол эту визитку и сказал: «Доктор Ким. Мой работодатель просил передать: если с этим омегой — с Ким Тэхёном — что-то случится, позвоните по этому номеру. В любое время дня и ночи. Без колебаний. Вы даже не представляете, насколько серьёзные люди за ним присматривают». Тогда Джин удивился, но визитку сохранил. С тех пор прошло пять лет, но этот момент отпечатался в памяти навсегда — потому что таким тоном не разбрасываются словами. И вот теперь Тэхён пропал. А в его крови — мифегин. Джин глубоко вздохнул и набрал номер. После третьего гудка ответил низкий, сдержанный голос: — Да. — Здравствуйте. Это Ким Сокджин, заведующий омегологией Медицинского центра «Ханган». Пять лет назад мне передали эту визитку и сказали, что если с Ким Тэхёном что-то случится... — Я слушаю, — голос на том конце стал жёстче. — Он пропал. Четыре дня назад ушёл из больницы, и с тех пор я не могу его найти. Я обзвонил все больницы, все... — Джин осёкся. — Но главное — в его крови обнаружили мифегин. Абортивное средство. Он не мог принять его сам. Кто-то дал его ему. Тишина. А потом ледяной голос произнёс: — Вы знаете, кто это сделал? — Я не знаю наверняка. Но с ним были двое. Муж — Сонхо. И его «коллега» — Ёнхо. Они были там, когда Тэхёна привезли. Они же привезли документы на развод. И... — Джин на мгновение замолчал. — Я звоню вам не для того, чтобы вы просто нашли его. Я звоню, потому что боюсь: те, кто это сделал, могут навредить ему снова. А полиция не сможет защитить его так, как сможете вы. Снова тишина. Но теперь в ней было что-то другое. Не напряжение. Скорее — холодная, собранная ярость. — Спасибо за звонок, Сокджин-щи, — произнёс Белый Тигр. — Дальше я сам. Джин медленно опустил телефон на стол. Намджун молча взял его за руку. — Ты всё правильно сделал, — тихо сказал он. Джин кивнул, но внутри всё ещё дрожало. Он только что вручил судьбу Тэхёна человеку, чьего имени даже не знал. И почему-то верил, что это правильно. __________ Белый Тигр отключился и медленно опустил руку с телефоном. Несколько секунд он сидел неподвижно, глядя перед собой. «Мифегин». Он знал из отчётов, что Тэхён несколько лет пытался забеременеть. Прошёл все круги ада на этом пути. Врачи, обследования, бессонные ночи, давление родителей мужа. И теперь — это. Он был согласен с Сокджином. Тэхён не мог принять препарат сам. Никогда. Ни за что. Тогда кто? Рука потянулась к селектору. — Ган. Зайди ко мне. Сейчас. Через две минуты дверь в кабинет открылась. Начальник службы личной безопасности застыл в трёх шагах от стола — высокий, с военной выправкой, с абсолютно непроницаемым лицом. — Слушаю, босс. Белый Тигр подвинул папку в его сторону. — Ким Тэхён. Двадцать восемь лет. Омега. Четыре дня назад попал в больницу. Выкидыш на раннем сроке. В крови обнаружен мифегин — препарат, который он не мог принять сам. Он сжал кулак так, что побелели костяшки. — Я хочу знать. Кто. Гану не нужно было повторять дважды. Он понимал своего босса с полувзгляда. — Понял, — он потянулся за папкой. — Когда нужен отчёт? — Вчера, — коротко ответил Белый Тигр. — Можешь идти. Ган кивнул, взял папку и вышел из кабинета. Дверь закрылась с мягким щелчком. Альфа остался один. Он опустил взгляд на свою руку — ту, что всё ещё сжимала ручку. Пластик хрустнул, и две половинки упали на стол. — Я выясню, кто это сделал, — прошептал он в тишину. — Я выясню. И тогда... Он не закончил. Незачем...

***

Тэхён вернулся в номер, сел на кровать и огляделся. На ближайший месяц это его пристанище — пока не получит первую зарплату. Тогда можно будет подумать о том, чтобы снять небольшую квартиру-студию ближе к работе. Он впервые за эти дни улыбнулся. Чимин. Надо ему позвонить. Хотя... Где они сейчас? А вдруг у них там уже ночь? «Напишу сообщение», — решил Тэхён и упал спиной на кровать, раскинув руки в стороны. Завтра оформление. Он вспомнил, как господин Ли провожал его до дверей кабинета. «Завтра ждём вас на оформление. Служба безопасности должна проверить документы, но это формальность. Приказ уже подписан». Тэхён тогда просто кивнул. А теперь, лёжа на кровати в дешёвом номере, вдруг осознал: это не формальность. Это его новая жизнь.

***

А в это время в пентхаусе на сорок седьмом этаже горел свет. День клонился к вечеру, но в гостиной было тихо и спокойно. Сонхо сидел на диване и лениво просматривал какие-то бумаги. Рядом, в кресле, удобно устроился Ёнхо. На нём был всё тот же шёлковый халат, и выглядел он как человек, который наконец получил то, чего так долго добивался. — Ну вот, — произнёс Ёнхо, и в его голосе слышалось глубокое, почти мурлыкающее удовлетворение. — Четыре дня — и никаких проблем. Он не объявлялся, скандалов нет, твои родители спокойны. Я же говорил: всё пройдёт гладко. Сонхо не отрываясь смотрел в бумаги. — Да, — сухо ответил он. — Ты был прав. — Я всегда прав, — Ёнхо потянулся. — Теперь осталось последнее. Послезавтра совет директоров. Ты покажешь им новый проект, и вопрос с должностью исполнительного директора будет решён окончательно. Он сделал паузу, а потом добавил почти лениво, но с той особой интонацией, которая не терпела возражений: — Ты ведь подготовил проект? — Он готов, — Сонхо наконец поднял глаза. — Всё, как ты просил. Цифры, расчёты, концепция. Ёнхо улыбнулся и кивнул. — Вот и славно. Он поднялся и, проходя мимо Сонхо, легко провёл ладонью по его плечу. — Ты даже не представляешь, что тебя ждёт, — прошептал он. — Ты будешь на самом верху. Там, где тебе и место. Сонхо посмотрел на него. В глубине души он понимал, что этот блестящий омега сделал для него больше, чем кто-либо за всю жизнь. И что без него он бы навсегда остался просто руководителем отдела, женатым на бесплодном тихом супруге. — Спасибо, — тихо сказал он. — Не за что, — Ёнхо улыбнулся. — Просто не подведи меня. Он ушёл в гостиную, а Сонхо остался сидеть в тишине. Он и не подозревал, что в эту самую минуту где-то на другом конце города его бывший муж улыбался, глядя в потолок дешёвого гостиничного номера, и думал о том, что жизнь только начинается. И никто из них ещё не знал, что уже совсем скоро они встретятся снова. В одном здании. На одном этаже. В одном отделе.