Право дышать

Глава 7 Утром перед работой. Ган вошёл без стука — в такие моменты церемонии были излишни. Он сел напротив. — Босс. Отчёт по препарату «Мифегин». Чонгук подался вперёд. На лице — ни единой эмоции, только желваки заиграли на скулах. — Говори. Ган открыл папку и начал — сухо, по-военному: — В середине рабочего дня Ёнхо покинул компанию «по личному распоряжению руководителя». Через полчаса он посетил частную клинику, где встретился со своим знакомым — врачом из Японии, доктором Такахаси. Тот выписал рецепт на имя Ёнхо. Затем Ёнхо направился в учреждение «Больница Святой Марии» при научном центре. Там по рецепту получил препарат «Мифегин». За час до окончания рабочего дня он уже вернулся в компанию. Ещё через час Ёнхо и Сонхо покинули здание и отправились домой — в пентхаус в районе Ханнам-дон. Чонгук не шевелился. Только пальцы медленно сжались в кулак. — Около полуночи в Медицинский центр «Ханган» поступил омега — Ким Тэхён. Обильное кровотечение. Выкидыш. Операцию проводил заведующий отделением омегологии Ким Сокджин. Ребёнка спасти не удалось. Ган перевернул страницу. — Судя по дате на документах, бумаги о разводе были подписаны сразу после операции. На следующий день Ёнхо лично принёс в палату вещи Ким Тэхёна и подписанное соглашение о разводе. Пробыл недолго, быстро ушёл. — Мы также проверили финансовые счета Ким Тэхёна, — продолжил Ган. — Все совместные карты, привязанные к счетам Сонхо, были заблокированы утром того дня, когда Ёнхо посетил больницу. Код на входной двери пентхауса сменён в ту же ночь, сразу после возвращения Сонхо и Ёнхо из больницы. Омегу буквально выбросили на улицу, не оставив ни денег, ни доступа к жилью. — На следующий день Ким Тэхён покинул медицинский центр, — продолжил Ган. — Мы отследили его маршрут. Он добрался до окраины города и снял номер в гостинице «Приют путника». Там он находится до сих пор. Мы не вмешивались. В кабинете повисла тишина. Чонгук смотрел на закрытую папку, и в его глазах медленно разгоралось что-то тёмное. Холодная, расчётливая решимость. Та самая, от которой у самых сильных альф подгибались колени. — Всё? — голос прозвучал ровно. Но Ган знал: это затишье перед бурей. — На данный момент это все сведения, которыми я располагаю. Ган захлопнул папку и положил её на стол перед Чонгуком. Тот не притронулся к ней. Просто смотрел перед собой, и мысли его были далеко — там, где в дешёвом гостиничном номере на окраине города теперь жил его омега. Его Тэхён. Которого он не уберёг. Которого предали. Которого пытались уничтожить. — Спасибо, Ган, — наконец произнёс Чонгук. — Ты хорошо поработал. Теперь иди. Ган кивнул, поднялся и вышел из кабинета, оставив Белого Тигра наедине с папкой. Чонгук бросил взгляд на часы — 8:54. Через шесть минут он должен стоять в отделе дизайна как новый курьер. Хоби ещё накануне созвонился с господином Ли и отдал чёткое распоряжение: «Возьмёшь парнишку курьером. Без лишних вопросов. Бумаги оформишь потом, задним числом». Господин Ли, наученный многолетним опытом, вопросов не задавал. Чонгук бросился в гардеробную, располагавшуюся тут же, в его кабинете. Джинсы, серая толстовка, чёрная кожаная куртка— никаких костюмов, никакого лоска. Через пять минут он уже бежал по коридору в отдел дизайна интерьеров. Он не опоздает. Ни за что.

***

— Что там за шум? — Ёнхо поднялся из-за стола и выглянул из приёмной в опенспейс. Господин Ли представлял коллективу молодого альфу — высокого, широкоплечего, с растрёпанными волосами и яркой улыбкой. Джинсы, толстовка, кожаная куртка — явно не из офисных пижонов, но что-то в нём было. Что-то, что заставило Ёнхо замереть и вглядеться пристальнее. «Красивый, — мелькнула мысль, пока он оглядывал незнакомца с ног до головы своим цепким, оценивающим взглядом. — И мощный. Чувствуется сила. Интересно, каков он в постели?» Ёнхо усмехнулся собственным мыслям, поправляя безупречный шёлковый платок на шее. «Сонхо в последние дни сдаёт позиции. Ноет, рефлексирует, смотрит в стену. А этот... этот может стать отличным развлечением. Молодой, горячий, явно не из тех, кто будет задавать лишние вопросы. Надо будет присмотреться к нему поближе». Он ещё раз скользнул взглядом по фигуре альфы и вернулся в приёмную. Пока господин Ли объявлял имя «курьера», Ёнхо уже строил планы на нового сотрудника. — Ёнхо, зайди ко мне, — раздался голос Сонхо из селектора. Ёнхо нехотя поднялся из-за стола и, поправив манжеты, не спеша прошёл в кабинет. Сонхо стоял у стола, перебирая какие-то бумаги, и выглядел непривычно собранным. Даже слишком. — Я сейчас отлучусь на пару часов, — бросил он, не поднимая глаз. — Записывай звонки. Если что-то срочное — звони. — Понял, — лениво отозвался Ёнхо, прислонившись плечом к дверному косяку. — Кстати... там, в опенспейсе, представляют нового сотрудника. Не хочешь взглянуть? Сонхо наконец оторвался от бумаг и поднял голову. — Нового сотрудника? В моём отделе? Без моего ведома? — Видимо, господин Ли решил, что ты слишком занят, чтобы отвлекаться на такие пустяки, — Ёнхо пожал плечами. — Там ещё и курьер новый. Молодой, кстати. Очень... перспективный. Сонхо нахмурился и поднялся с кресла. — И правда стоит посмотреть, — процедил он, обходя стол. — Кого это взяли в обход меня. Он двинулся к выходу, и в его походке чувствовалась та особая, хищная уверенность, которую Ёнхо так ценил в нём в начале их отношений. Но сейчас эта уверенность была напускной — Ёнхо слишком хорошо знал Сонхо, чтобы не заметить, как напряглись его плечи и как пальцы чуть сжались в кулак. — Только не устраивай сцен, дорогой, — бросил Ёнхо ему в спину с лёгкой усмешкой. — Не стоит пугать коллектив. Сонхо ничего не ответил. Он открыл дверь и шагнул в коридор, ведущий в опенспейс. В зале было тихо. Сотрудники уже разошлись по рабочим местам, и только господин Ли стоял в центре, заканчивая разговор с новенькими. — Господин Ли, здравствуйте, — поздоровался Сонхо, выходя из коридора в зал. — А, господин Сонхо! Здравствуйте. — Какими судьбами в моём отделе? — спросил Сонхо, растягивая губы в улыбке. Получилось не очень — он чуть не скрипнул зубами от злости. — Да вот, привёл новых сотрудников, — господин Ли указал жестом на Чонгука. — Наш новый курьер. И, — он перевёл взгляд на стоящего у окна омегу, — новый дизайнер отдела. Ким Тэхён. Сонхо замер, будто налетел на невидимую стену. Дыхание перехватило, кровь отхлынула от лица. Он медленно, как в кошмарном сне, повернул голову туда, куда указывал господин Ли. Тэхён. Его бывший муж. Его «бесполезный омега». Человек, которого он собственноручно выбросил на улицу, лишив ребёнка, дома и будущего. Тэхён смотрел на него в упор. Спокойно. Без страха. Без дрожи. И уголки его губ едва заметно приподнялись в усмешке. Сонхо судорожно сглотнул. В висках застучало. Ни один из них не заметил, как новый курьер, стоящий у стены, внимательно наблюдает за ними обоими. Его взгляд был холоден и расчётлив. Он видел, как побледнел Сонхо. Видел, как гордо выпрямился Тэхён. И запомнил каждую деталь. Сонхо быстро взял себя в руки. В несколько шагов преодолел расстояние до Тэхёна и крепко схватил его за руку. — Идём со мной, — прошипел он в лицо омеге и потащил за собой. Чонгук было дёрнулся вслед, но вовремя остановился. Сонхо пролетел с упирающимся Тэхёном через приёмную, даже не взглянув на Ёнхо. Тот подскочил с кресла, как только увидел, кого тащит его босс. Сонхо втянул Тэхёна в кабинет и закрыл дверь на ключ. И только тогда отпустил его руку. — Ты что здесь делаешь? — зло спросил он. — Ты устроился сюда, чтобы умолять меня взять тебя обратно? — он остановился у стола, упёрся ладонями в столешницу, тяжело дыша. — Во-первых, здравствуй, Сонхо, — сказал Тэхён, растирая запястье. На коже уже проступали красные пятна — завтра точно будут синяки. Он мельком взглянул на них, но тут же отдёрнул руку и продолжил: — Во-вторых, не льсти себе. После того, что ты сделал, я не испытываю к тебе никаких чувств кроме ненависти. В-третьих, я пришёл сюда работать. Тэхён одёрнул пиджак, прошёл мимо Сонхо и сел в кресло, закинув ногу на ногу. — Не хочешь мне ничего объяснить? — спросил он, слегка покачивая ногой. Сонхо смотрел на него и не узнавал. Вроде всё тот же Тэхён. Но... другой? Что изменилось? Где робость? Где покорность? Он тряхнул головой. — Что я должен тебе объяснять? — зло спросил он. — Ну, хотя бы то, почему ты и твой любовник подсунули мне бумаги на развод, когда я ещё не отошёл от наркоза? Боялся, что я не подпишу? Разучился разговаривать по-человечески? Сонхо сжал кулаки. «Знает или не знает, что это был не просто выкидыш?» — Не хотел слушать твои истерики. — Вот как, — Тэхён усмехнулся. — Значит, простой человеческий разговор ты называешь истерикой. Забавно. — Что тебя так забавляет? — выплюнул Сонхо. Его трясло, руки подрагивали, но он всеми силами старался не показывать этого перед бывшим мужем. — Ты так боишься простого человеческого разговора... — Тэхён чуть склонил голову набок, разглядывая Сонхо, как редкий экспонат в музее. — Почему, Сонхо? Что ты скрываешь? В кабинете повисла тишина. Сонхо смотрел на Тэхёна и не мог выдавить ни слова. Где-то там, за дверью, сидел Ёнхо — его сообщник. А здесь, в кресле для посетителей, сидел его бывший муж — и задавал вопросы, на которые у него не было ответов. Впервые за долгое время Сонхо почувствовал себя загнанным в угол. — Молчишь. Нечего сказать? — Тэхён медленно поднялся, выпрямился и посмотрел на бывшего мужа в упор. — Хорошо. Тогда скажу один раз: не мешай мне работать. Он обошёл застывшего Сонхо, подошёл к двери, открыл замок и вышел. Прошёл через приёмную мимо ошарашенного Ёнхо, даже не взглянув в его сторону. Дверь в опенспейс открылась и закрылась за ним с мягким щелчком. А в кабинете остался Сонхо. Он стоял, глядя на закрытую дверь, и впервые за долгое время не знал, что сказать. Тэхён вышел в общий зал и на мгновение замер, переводя дыхание. Сердце всё ещё колотилось где-то в горле, но внешне он был абсолютно спокоен. Господин Ли и Чонгук всё ещё стояли там. — Тэхён-щи, всё в порядке? — спросил господин Ли, и в его голосе слышалось искреннее беспокойство. — Что от вас хотел господин Сонхо? Чонгук напрягся. Его взгляд быстро пробежался по фигуре Тэхёна — и остановился на запястье, где под тканью рубашки проступали красные следы от хватки. Он ничего не сказал, но пальцы сами собой сжались в кулак. — Всё хорошо, господин Ли, — улыбнулся Тэхён, и это была настоящая, живая улыбка. Не та, застывшая, а лёгкая, почти счастливая. — И пожалуйста, прошу вас, обращайтесь ко мне без формальностей. — Договорились, Тэхён, — улыбнулся в ответ господин Ли, и от этой простой, человеческой улыбки на душе у Тэхёна стало чуточку теплее. — Простите, я ещё не очень хорошо тут ориентируюсь, — он чуть смутился. — Подскажите, пожалуйста, где здесь уборная для омег? — Пойдёмте, — спохватился господин Ли. — Я вас провожу. Они направились к выходу из опенспейса, а Чонгук остался стоять на месте, провожая их взглядом. Красные следы на запястье Тэхёна всё ещё стояли у него перед глазами. И он уже знал, что этот разговор с Сонхо будет иметь последствия. Но не сейчас. Сейчас он просто смотрел вслед своему омеге. Тому, кто только что вышел победителем из логова врага. И даже не заметил этого. Господин Ли довёл Тэхёна до двери уборной и, кивнув на прощание, удалился по своим делам. Тэхён толкнул дверь, вошёл внутрь и заперся в ближайшей кабинке. Прислонился спиной к холодной стене и только тогда, в полной, абсолютной тишине, позволил себе выдохнуть. Дыхание сбилось. Он пытался дышать ровно, но воздух вырывался из груди короткими, рваными толчками. Руки дрожали — мелко, противно, не слушаясь. Сердце колотилось где-то в горле, гулко отдаваясь в висках. Он сжал пальцы в кулак, потом разжал, снова сжал — бесполезно. Дрожь не унималась. А потом на глаза навернулись слёзы. Не от слабости. От напряжения, которое наконец-то можно было выпустить. Он не мог показать это перед Сонхо. Не мог показать перед Ёнхо. Только не при них. Они не должны были видеть, как ему страшно. Как больно. Как внутри всё сжимается от одной только мысли, что он стоит в двух шагах от человека, который разрушил его жизнь. Но сейчас, в этой тесной кабинке, вдали от чужих глаз, он мог дать себе минуту. Всего одну минуту. Чтобы дрожь утихла. Чтобы сердце перестало колотиться. Чтобы слёзы высохли. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Раз. Другой. Третий. Дрожь начала отступать. Сердце замедлилось. Тэхён открыл глаза, отпер дверь кабинки и подошел к раковине. Включил холодную воду и подставил под неё руки. Ледяная вода обожгла пальцы, но это было именно то, что нужно — отрезвляюще, ясно. Он подержал руки под струей, чувствуя, как вместе с холодом уходит нервная дрожь, а мысли становятся четкими. Затем он умыл лицо. Холодная вода смыла соль со щёк и усталость из глаз. Он вытерся бумажным полотенцем и посмотрел на своё отражение в маленьком зеркале над раковиной. Глаза всё ещё красные. Лицо бледное. Но взгляд — прежний. Твёрдый. — Ты справился, — прошептал он своему отражению. — Ты молодец. Он поправил воротник, одёрнул пиджак и вышел из уборной. Никто не заметил, что он плакал. Никто, кроме него самого. Тэхён только успел вернуться из уборной и сесть за свой стол, как тишину опенспейса прорезал звонкий голос: — Эй, новенький! — кажется, это был Юджин, молодой дизайнер, сидящий ближе всех к двери. — Ты же курьер? Принеси мне кофе, латте, пожалуйста. — И мне, только американо без сахара, — добавил кто-то ещё. Просьбы посыпались со всех сторон. Чонгук улыбнулся — той самой открытой, немного застенчивой улыбкой, которая так шла к его растрёпанному виду, — и поднял руки в примирительном жесте. — Хорошо, хорошо, я всем принесу. Только давайте я запишу, а то перепутаю. Мне ещё ваши имена выучить надо, я тут первый день вообще-то. По опенспейсу прокатился лёгкий смех. Чонгук достал маленький потрёпанный блокнот и двинулся по рядам, записывая заказы, а заодно спрашивая имена и старательно помечая их в блокноте. Наконец он остановился у стола Тэхёна. — А вам? — спросил он, держа ручку наготове. Тэхён поднял глаза. Чонгук смотрел на него чёрными омутами, спокойно, доброжелательно, без тени неловкости. — Зелёный чай, если можно. - голос чуть дрогнул. — Зелёный чай, — записал Чонгук. — Понял. Он направился к кухонной зоне в углу опенспейса. Зашумел кофейный аппарат, закипел электрический чайник. Через несколько минут Чонгук уже расставлял напитки по столам, сверяясь со своим блокнотом. Перед Тэхёном он поставил чашку с зелёным чаем. — Вот, ваш чай. Приятного рабочего дня. — Спасибо, — Тэхён обхватил тёплую чашку ладонями. — И вам... удачного первого дня. Чонгук улыбнулся — и пошёл дальше, к следующему столу, сердце колотилось где-то в горле. А Тэхён поймал себя на мысли, что всё ещё смотрит ему вслед. «Забавный... Интересно, откуда он?»

***

Как только за Тэхёном закрылась дверь, Ёнхо подскочил с кресла и ворвался в кабинет к Сонхо. Лицо его — обычно такое холёное, невозмутимое — сейчас исказилось от злости и растерянности. — Что это такое?! — выпалил он, даже не потрудившись закрыть за собой дверь. — Откуда он здесь взялся?! Сонхо поднял на него тяжёлый, мутный взгляд. В этом взгляде не было ни злости, ни страха — только глухая, бессильная ярость человека, которого загнали в угол. — Он теперь новый дизайнер в моём отделе, — произнёс он глухо. — Что?! Как такое... Сонхо ничего не ответил. Он поднялся из-за стола, обогнул остолбеневшего Ёнхо, даже не взглянув на него, и направился к двери. — Ты куда? — бросил Ёнхо ему в спину. — К господину Ли, — сухо ответил Сонхо, не оборачиваясь. — Выяснять, какого чёрта здесь происходит. Дверь за ним захлопнулась, оставив Ёнхо одного посреди кабинета. Тот стоял, сжимая кулаки, и в его голове уже крутились мысли — злые, лихорадочные, просчитывающие. «Этого не должно было случиться. Мы избавились от него. Как он посмел вернуться?!» Дверь в кабинет господина Ли распахнулась без стука. Сонхо влетел внутрь, тяжело дыша. Лица на нём не было — бледный, с бешено колотящимся сердцем и трясущимися руками. — Я требую немедленно уволить Ким Тэхëна! — выпалил он. — Вы слышите? Уволить! Господин Ли, сидевший за столом с чашкой чая, медленно поднял глаза. Он не вздрогнул. Не удивился. Казалось, он ждал этого визита. — Простите, господин Сонхо, но это не вам решать, — произнёс он спокойно и сделал глоток чая. Сонхо опешил. Всего на секунду — но этого хватило, чтобы господин Ли продолжил: — Ким Тэхён — талантливый дизайнер с блестящим портфолио. Его квалификация не вызывает сомнений. Я лично проводил собеседование. — Вы хоть понимаете, кто это?! — взорвался Сонхо, уперев руки в стол. — Он мой бывший муж! Вы не имели права брать его в отдел без моего согласия! Я руководитель отдела, чёрт возьми! Господин Ли и бровью не повёл. — Господин Сонхо. Я напомню вам, что решение о найме Ким Тэхёна было принято наверху. Лично господином Хосоком. Если у вас есть вопросы — вы можете обратиться к нему. Но я бы не советовал. В кабинете повисла тишина. Сонхо открыл рот, но не произнёс ни звука. Господин Хосок. Правая рука Белого Тигра. Публичное лицо холдинга. Тот, с кем не спорили даже исполнительные директора. — Но... — начал Сонхо и осёкся. — Я понимаю, что ситуация для вас деликатная, — продолжил господин Ли, и в его голосе проскользнула лёгкая, почти незаметная ирония. — Однако трудовой договор подписан. Ким Тэхён — полноправный сотрудник Baekho Holdings. И я настоятельно рекомендую вам относиться к нему с тем же уважением, что и к любому другому дизайнеру вашего отдела. Сонхо стоял, сжимая кулаки. Кровь стучала в висках. Он хотел кричать, но понимал: бесполезно. Всё уже решено. Без него. За его спиной. — Это ещё не конец, — процедил он, развернулся и вышел из кабинета. Господин Ли проводил его взглядом, сделал ещё один глоток чая и тихо произнёс в пустоту: — О нет, господин Сонхо. Это только начало.

***

Сонхо вернулся от господина Ли. Вид у него был такой, будто он проглотил раскалённый гвоздь. Он прошёл через опенспейс, и сотрудники, занятые работой, поднимали головы и тут же опускали, чувствуя, что к ним движется гроза. Тэхён сидел за своим столом, изучая файлы на мониторе. Он заметил приближение бывшего мужа, но не шелохнулся. Только пальцы, лежащие на мышке, чуть напряглись. Сонхо остановился у его стола. Навис сверху, уперев руки в столешницу. — Ты, может, думаешь, что раз тебя взяли через голову руководства, то ты здесь особенный? — прошипел он, наклоняясь ближе. — Запомни раз и навсегда: я — руководитель этого отдела. И ты работаешь на меня. Не на господина Ли, не на кого-то там ещё. На меня. И если ты думаешь, что можешь просто прийти сюда и делать вид, что ничего не случилось, ты глубоко ошибаешься. Тэхён медленно поднял голову. Встретил взгляд Сонхо — спокойный, ровный, без страха. — Я помню, кто ты, Сонхо, — сказал он тихо, чтобы слышал только бывший муж. — И я не делаю вид. Я работаю. И тебе советую заняться тем же. Сонхо выпрямился, будто его ударили. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то — то ли ярость, то ли недоумение. Он открыл рот, чтобы ответить, но осёкся. Слишком много глаз смотрело на них из-за перегородок. — Хорошо, — процедил он. — Работай. Посмотрим, надолго ли тебя хватит. Он развернулся и направился в свою приёмную. Сотрудники тут же уткнулись в мониторы, делая вид, что ничего не видели. Тэхён проводил его взглядом и вернулся к работе. Пальцы не дрожали. Сердце билось ровно. Впервые за долгое время он не испытывал страха перед собственным мужем. Бывшим мужем. __________ Сонхо вошёл в кабинет и с грохотом захлопнул за собой дверь. Ёнхо уже ждал его, сидя в кресле для посетителей. Вид у него был напряжённый, но собранный. Он успел взять себя в руки за те несколько минут, что Сонхо отсутствовал. — Ну? — спросил он, поднимая бровь. — Что сказал господин Ли? Сонхо прошёл к столу, но садиться не стал. Встал у окна, глядя на город. — Он сказал, что решение о найме принимал лично господин Хосок, — глухо ответил он. — И что это не моё дело. Ёнхо побледнел. Господин Хосок. Это имя меняло всё. — Но... как?! — он вскочил с кресла. — Откуда Хосок вообще знает о Тэхёне?! Кто ему рассказал?! — Понятия не имею, — Сонхо сжал пальцы в кулак. — Но факт остаётся фактом: он здесь. И мы ничего не можем с этим сделать. Пока. Ёнхо медленно опустился обратно в кресло. Его глаза сузились, превратившись в две ледяные щёлки. — Пока? — переспросил он. — Значит, ты уже думаешь над тем, как от него избавиться? Сонхо повернулся от окна. На его лице застыла холодная, расчётливая усмешка. — Я — руководитель этого отдела. И здесь действуют мои правила. Если Ким Тэхён думает, что он может просто прийти и работать, пусть попробует. Я сделаю так, что он сам захочет уйти. Без скандалов. Без увольнений. Просто... поймёт, что ему здесь не место. Ёнхо слушал, и на его губах медленно расцветала знакомая, хищная улыбка. — Вот это уже похоже на того Сонхо, которого я знаю, — промурлыкал он. — Рассказывай. Что ты задумал?

***

— Ган, — тихо произнёс Чонгук, прижимая телефон к уху. Он стоял в коридоре у кофейного автомата, делая вид, что выбирает напиток, но глаза его были холодны и сосредоточены. — Мне нужна информация. — Слушаю, босс, — раздался в трубке сухой, деловой голос. — Все проекты, которые вёл отдел Сонхо за последние четыре года. Особенно те, за которые он получал награды и повышения. Кто реально их делал. Исходные файлы, чертежи, правки — всё, что можно найти. — Понял. — Дальше. Вся подноготная на семью Сонхо и семью Ёнхо. Финансы, связи, слабые места. Мне нужно знать, кто за ними стоит, у кого они занимают деньги, какие скелеты прячут в шкафах. — Босс, — в голосе Гана послышалось лёгкое недоумение, — я могу решить этот вопрос... быстрее. Без бумаг. Чонгук усмехнулся — коротко, одними уголками губ. — Я знаю, что можешь. Но пока — только информация. Я хочу, чтобы эти двое сами вырыли себе яму. А когда они окажутся на самом дне... Вот тогда мы и посмотрим, кто из них выплывет. Ган помолчал, переваривая услышанное. — Понял, босс. Будет сделано. — И ещё, — Чонгук чуть понизил голос. — Всё, что ты найдёшь, должно остаться в тайне. Никто не должен знать, что я интересуюсь этим отделом. Пока — никто. — Разумеется, босс. Чонгук отключился и убрал телефон в карман. Взял стаканчик с кофе и направился обратно в опенспейс. Он мог бы стереть их в порошок. Прямо сейчас. Одним звонком. Но это было бы слишком просто. И Тэхён... Тэхён не узнал бы, что справедливость восторжествовала. А Чонгук хотел, чтобы он узнал. И увидел. Своими глазами.

***

Прошла неделя. Тэхён держался. Работал, изучал проекты, выполнял поручения Пака. Сонхо не беспокоил его — точнее, делал вид, что не замечает. Но Тэхён знал: это затишье перед бурей. Буря началась в понедельник утром. Он стоял у кофейного автомата, наливая себе зелёный чай, когда за спиной раздался знакомый, тягучий голос: — А я смотрю, вы уже неделю в одном и том же костюме, господин Ким. Тэхён обернулся. Ёнхо стоял у входа в кухонную зону, прислонившись плечом к косяку. На нём, как всегда, был безупречный шёлковый костюм и сверкающие запонки. На губах играла знакомая, снисходительная улыбка. — Да, понимаю, — продолжил Ёнхо, окидывая Тэхёна оценивающим взглядом. — Вас ведь взяли стажёром, зарплата, наверное, совсем маленькая. Только на еду и хватает. Не до обновок. Тэхён спокойно взял чашку и сделал глоток, не отводя взгляда. — Вас это не касается, Ёнхо. — Ну почему же, — тот шагнул ближе. — Мне как личному помощнику руководителя отдела важно, чтобы сотрудники выглядели достойно. А вы... — он сделал паузу, наслаждаясь моментом, — выглядите так, будто ночуете в ночлежке для бездомных. Тэхён почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Но не показал. Поставил чашку на стол и повернулся к Ёнхо. — Я выгляжу опрятно. Этого достаточно. А если вас смущает мой костюм, можете подарить мне новый. У вас, судя по всему, денег хватает. Ёнхо на мгновение растерялся — явно не ожидал такого ответа. Но быстро взял себя в руки и усмехнулся. — Дерзко. Но это вам не поможет. Сонхо сказал, что вы просили отдать оставшиеся вещи. Не советую ждать. Он, кажется, уже отправил их на благотворительность. Тэхён сжал зубы. Вещи. Его вещи. Те, что он покупал на свои деньги. Те, что хранили запах жасмина. Отправлены на благотворительность. — Это всё? — спросил он ровным голосом. — Я могу идти работать? Ёнхо пожал плечами и отошёл. А Тэхён вернулся к своему столу, стараясь дышать ровно. __________ Прошло ещё несколько дней. Тэхён втянулся в работу. Проекты, которые показывал Пак-сонбэ, были интересными, сложными, требовали полной отдачи. Он приходил рано, уходил поздно, но не жаловался. Ему нравилось. Впервые за долгое время он чувствовал, что занимается своим делом. Но Сонхо не оставлял его в покое. Это началось во вторник, за полчаса до конца рабочего дня. Тэхён уже собирался выключить компьютер, когда на его столе с глухим стуком приземлилась толстая папка с документами. — Ким Тэхён, — голос Сонхо раздался над самым ухом. Холодный. Официальный. — Это нужно сделать к завтрашнему утру. Концепция оформления конференц-зала для совета директоров. Сроки сжатые, так что постарайтесь. Тэхён поднял глаза. — К завтрашнему утру? — переспросил он, глядя на объём папки. — Сонхо-щи, здесь работы на два дня минимум. Может быть, кто-то из других дизайнеров... — Другие дизайнеры заняты, — резко оборвал его Сонхо. — Это поручено вам. Или вы считаете, что не справляетесь? Он смотрел сверху вниз, ожидая реакции. Ждал, что Тэхён начнёт оправдываться. Или возмущаться. Или просить пощады. Но Тэхён просто открыл папку и пробежался глазами по первой странице. — Я справлюсь, — сказал он ровным голосом. — К утру будет готово. Сонхо замер на секунду, будто не ожидал такого ответа. Потом кивнул и направился к себе. Уже у двери он бросил через плечо: — И да, Ким Тэхён. Пока не закончите — не уходите. Я проверю. Тэхён проводил его взглядом и, когда дверь за Сонхо закрылась, тихо выдохнул. «Вот оно. Началось». Он открыл чертёжную программу, засучил рукава и принялся за работу. __________ Сонхо зашёл в приёмную. Ёнхо ждал его на диване, лениво листая что-то в телефоне. Увидев Сонхо, он поднял глаза. — Ну что? — спросил он, не меняя позы. — Задание дал? — Дал, — коротко ответил Сонхо, накидывая пальто. — К утру. Посмотрим, как он справится. — Молодец, — Ёнхо улыбнулся своей хищной улыбкой и наконец поднялся с дивана. — Пусть попотеет. Они спустились в лифте и вышли на парковку. Сонхо сел за руль, Ёнхо — рядом. Машина выехала в ночной Сеул, унося двух сообщников в пентхаус, который когда-то был домом Тэхёна. — Если он не справится, — произнёс Ёнхо, глядя в окно, — это будет поводом для выговора. — Если он справится, — ответил Сонхо, не отрывая взгляда от дороги, — я дам ему следующее задание. Ещё сложнее. Он долго не протянет. Ёнхо усмехнулся. — Вот таким ты мне нравишься больше. Решительным. Сонхо ничего не ответил. Он думал о Тэхёне. О том, как тот спокойно сказал «я справлюсь». И о том, что это спокойствие бесило его больше, чем любые истерики. __________ Время близилось к восьми вечера. Опенспейс опустел. Сотрудники, один за другим, собирали вещи и уходили домой. Последним, перед тем как выключить свет над своим столом, к Тэхёну подошёл Пак-сонбэ. — Тэхён-щи, вы ещё здесь? — он бросил взгляд на раскрытую папку и нахмурился. — Что, опять Сонхо? Тэхён только кивнул, не отрываясь от монитора. — К утру, — коротко пояснил он. Пак покачал головой. — Это уже слишком. Вы же знаете, что он специально... — Знаю, — перебил его Тэхён. — Но я справлюсь. Идите домой, сонбэ. У вас семья. Пак помедлил, потом кивнул и направился к выходу. У двери он обернулся и сказал: — Если что — звоните. У вас есть мой номер. Тэхён благодарно улыбнулся и снова уткнулся в монитор. В голове шумело от усталости, но он продолжал работать. Концепция, расчёты, подбор материалов — он делал всё, что требовалось. Чонгук сидел за своим столом в углу, перекладывая бумаги, которые давно уже не требовали перекладывания. Он смотрел на Тэхёна. Тот сидел, сгорбившись над чертежами, устало потёр виски и сделал глоток уже остывшего зелёного чая. Внутри у Чонгука всё переворачивалось. Он смотрел, как Тэхён трёт покрасневшие от недосыпа глаза, как разминает затёкшую шею, и едва сдерживал дикое, почти животное желание подойти, обнять его за плечи, увести отсюда, закрыть в самой безопасной комнате мира и никому не отдавать. — Да что ж ты творишь... — прошептал он себе под нос, до хруста сжимая челюсти. Руки, лежащие на столе, сжались в кулаки. Он заставил себя опустить взгляд на бесполезные бумаги. Его омега страдал, а он должен был сидеть и притворяться курьером. «Не смотри. Не подходи. Он справится. Он должен справиться сам». Но как же тяжело было сдерживаться, когда Тэхён был так близко. Он не подошёл. Не заговорил. Просто остался в офисе, делая вид, что занят. Было уже почти десять вечера, когда Тэхён наконец закончил. Сохранил файл. Выключил компьютер. Потянулся, чувствуя, как хрустит позвоночник. В офисе было темно. Только над его столом горела лампа — и ещё где-то в углу, у кухонной зоны, мерцал слабый свет. — Чонгук? — удивлённо окликнул Тэхён. Тот поднял голову от своих папок и улыбнулся. — О, Тэхён-щи. Вы ещё здесь? Я думал, я один такой трудоголик. — Уже ухожу, — Тэхён поднялся, закинул сумку на плечо. — А ты что так поздно? — Да вот, — Чонгук неопределённо махнул рукой в сторону папок. — Господин Ли попросил рассортировать почту за месяц. А я только к вечеру добрался. Он говорил легко, почти беззаботно. И только тот, кто знал его по-настоящему, мог заметить, как он скользнул взглядом по уставшему лицу Тэхёна и как на мгновение сжались его пальцы на краю папки. Тэхён усмехнулся. — Ладно. Не засиживайся допоздна. Завтра новый день. — И вам того же, — Чонгук кивнул. — Осторожнее на дороге, Тэхён-щи. Там уже темно. Тэхён кивнул в ответ и направился к выходу. Чонгук проводил его взглядом, и, только когда двери лифта закрылись за его спиной, позволил себе глубоко вздохнуть. Тэхён вышел из здания в половине одиннадцатого. На улице было холодно, моросил мелкий дождь. Он поднял воротник пальто и быстрым шагом направился к метро. Два часа пути. Потом ещё пятнадцать минут пешком до гостиницы. Если повезёт, он будет в номере к часу ночи. А завтра — снова на работу к девяти. Он шёл, глядя под ноги, и не заметил, как от стены здания отделилась тень. Высокая фигура в тёмной толстовке проводила его взглядом до входа в метро и только потом скрылась в переулке. __________ Чонгук дождался, когда Тэхён скроется из виду, и достал телефон. — Ган. Машину к чёрному входу. У нас сегодня дела. Через несколько минут неприметный чёрный седан уже мчал его через ночной Сеул в сторону портового района. Ган сидел за рулём, коротко докладывая обстановку: — Мэр упёрся. Говорит, без дополнительных гарантий не пропустит наши контейнеры через таможню. Придётся нанести визит. — Значит, нанесём, — спокойно ответил Чонгук, глядя в тёмное окно. В офисе он был улыбчивым курьером, который разносил кофе и путал имена коллег. Здесь, в ночном городе, он снова становился Белым Тигром. Тем, кого боялись. Тем, кто не просил — а ставил условия. Машина свернула в порт. Впереди, у складских ангаров, уже ждали люди.

***

Ночной Сеул жил своей жизнью. В пентхаусе на сорок седьмом этаже Сонхо и Ёнхо пили вино, обсуждая, как выжить Тэхёна из компании. В дешёвом гостиничном номере на окраине уставший омега ставил будильник на шесть утра, чтобы успеть на работу. А где-то в порту, в тени грузовых контейнеров, Белый Тигр выходил из машины, и люди перед ним опускали глаза.