Сукэбан и дело проливных дождей

Такемичи не знал, что можно сделать. Он потерянно смотрел на Доракена, согнувшись пополам, но при этом не отводя взгляда. Даже удар, который прилетел ему от Па-чина, ощущался не так болезненно. Он разрыдался, но как-то продолжал смотреть на Доракена и находящегося неподалёку Майки. — Майки, Доракен, прошу, послушайте! Тосве нельзя принимать участия в конфликте с Мэбиусом! Тосва… Тосва распадётся. Я так не хочу этого, я… — слёзы застилали глаза цвета весеннего ясного неба, скатываясь по подбородку. А что ещё он мог сделать?! Что, чёрт возьми, он мог ещё сделать в этой ситуации? Такемичи знал, что не был так умён, как Наото. Знал, что не стоял по силе даже близко рядом с Доракеном или кем бы то ни было из банды. Он был чертовски слаб, но хотел изменить будущее. То будущее, в котором все, кто ему дорог, погибли в переплетении постоянных интриг. Такемичи прекрасно знал, почему Тосва не может отступить, почему они должны вмешаться в этот конфликт, но это станет первым шагом в пропасть. Ханагаки понимал их, и будь это при других условиях, он бы поддержал, встал рядом, желая надрать зад ублюдкам, но… — Что ж вы заладили: Мэбиус да Мэбиус? Или так сильно жаждете прославить наше имя? Что ж, эта инициатива весьма похвальна, детишки. — Появление мужчины оказалось настолько же неожиданным, насколько и нежеланным. Такемичи вздрогнул, оборачиваясь, и понял, что его решимость утекает, словно вода из разбитого кувшина. Главарь Мэбиуса стоял тут перед ним и одним своим присутствием убил всю веру в изменение худшего из возможных сюжетов, который он видел своими глазами. Па-чин в ярости бросился на мужчину, тут же получая от того смачный удар. Осанай присвистнул, с высокомерием смотря на сидящего неподалёку Манджиро. — Хах. И это всё? Вы хоть и молокососы, но я явно ожидал гораздо больше. Похоже, свастоны скоро сменят свою форму на белую. — Глава Мэбиуса высокомерно смотрел на Майки. Глава же Тосвы и бровью не повёл, смотря лишь на Па, который пылал яростью. — Ах ты ж мразь! — рванул Доракен, но тут же оказался остановлен своим командиром. — Не влезай, Кенчик. Это битва Па, и он сам должен с этим разобраться. — Доракен взглянул на друга, а после перевёл взгляд на Па-чина, готового возобновить драку. В помещении царило напряжение. Всем было ясно, что драки при такой расстановке сил не избежать. Такемичи сжал кулаки, смотря на Осаная и пытаясь понять, как предотвратить весь этот ужас. Он прекрасно понимал: нельзя допустить, чтобы эта драка состоялась. Нельзя допустить раскола в Тосве. Нельзя допустить, чтобы Доракен умер! Нельзя допустить, чтобы Тосва превратилась в организацию, которая в будущем убьёт не одного дорогого его сердцу человека! Ханагаки был готов броситься наперерез, лишь бы остановить драку, но кулак Осаная прилетел ему в лицо слишком неожиданно. Серия ударов, к которым юноша должен был бы уже привыкнуть, была болезненной неожиданностью. Мысли покинули голову так же внезапно, как и зарождались. — Воу, как у вас тут весело, мальчики. — Женский голос стал настолько неожиданным среди мужской толпы, что контрольный удар не успел достичь Такемичи. Блондин покачнулся и, ощущая привкус крови на губах, поднял глаза, смотря на Осаная, который тоже явно не ожидал такого поворота. В глазах темнело, и если бы его не придержали, Ханагаки бы позорно рухнул без чувств. Удары приходились исключительно в район головы, из-за чего в ней было ожидаемо пусто. Люди в белой форме, что успели заполнить собой пространство, расступились, пропуская неожиданных гостей. Цокот каблуков по бетонному полу разошёлся эхом во внезапной тишине, отбиваясь от стен. Три девушки уверенно направлялись прямиком к верхушке Тосвы и эпицентру всего конфликта. Не удостоив пешек и взглядом, они мерно шли вперёд, привлекая к себе всё больше внимания. Чуть впереди, уверенной походкой шла блондинка в очках на переносице. Именно её туфли отбивали ритм, разносящийся по помещению. За ней, спрятав руки в карманах чёрной юбки, размеренно шагала брюнетка со шрамами на лице. Она явно была не слишком заинтересована происходящим. Обе девушки были облачены в одинаковую чёрно-зелёную школьную форму сукэбан. Скорпион на их спинах давал точно понять, из какой именно они банды. Ещё одной девушкой была тоже блондинка, но в самой обычной одежде. Синяя кофта была чуть приспущена на руки, оголяя хрупкие плечи. Белая водолазка и чёрные штаны смотрелись контрастно с почти белыми волосами, собранными в высокий хвост. В её руках был школьный портфель, который она держала обеими руками перед собой. — Оживлённо у вас сегодня. Мы не помешаем? Вообще мы пришли переговорить с главой Токийской Свастики. Но поскольку здесь сегодня и такие важные гости, мы убьём двух зайцев одним махом. — Слово держала Нанами, продолжая подходить всё ближе. Лица всех окружающих давали понять, насколько они были удивлены неожиданному появлению. Такемичи моргнул пару раз, желая понять, не получил ли он настолько серьёзную травму, чтобы начать видеть галлюцинации. Доракен хотел было сказать что-то достаточно грубое и нелицеприятное, но ему не дали. — Не беспокойтесь, мы не будем вмешиваться. Обсудить всё можем и позже. Считайте нас наблюдателями. — Нанами остановилась перед Манджиро на расстоянии десяти метров. Она была более чем уверена, и это при данных обстоятельствах внушало некое уважение. — Чё? Девчонки? И не страшно вам, зайки? Или хотите, чтобы мои ребята развлекались с вами? — Осанай мерзко усмехнулся, направляя свой взгляд на фигуры девушек и хищно ухмыляясь. Те не отреагировали на него абсолютно никак. Только Рики фыркнула на мужчину и, как-то жутко усмехнувшись, немного остановилась, проходя мимо него. — Не волнуйся, веселье я тебе организую чуть позже. — После этого она нагнала подруг, больше не оборачиваясь на мужчину. Манджиро некоторое время играл в гляделки с Нанами, но, не увидев в её взгляде ни капли присущего девушкам страха, кивнул. Три девушки под руководством блондинки на каблуках присели неподалёку. Мэй осматривалась по сторонам, изучая всех взглядом и словно выискивая кого-то. Наткнувшись взглядом на Такемичи, она поджала губы и тут же отвела глаза в другую сторону. — Вы чё, суки, совсем попутали? Да я вас сейчас..! — договорить Осанаю не дал прилетевший прямо в челюсть кулак Па-чина. Всё же появление ещё одних нежелательных гостей сыграло ему на руку. Завязалась потасовка, в которой Па явно проигрывал. Удар старшего прилетел прямо под дых, выбивая из Па воздух, но тот продолжал стоять и явно не был намерен сдаваться. Большинство присутствующих переводили взгляд то на дерущихся парней, то на девушек, чинно сидевших на своих местах и даже не думавших вмешиваться. Нанами элегантно сложила ногу на ногу, рассматривая свой маникюр. Длинные красные коготки очень выделялись на её образе. Мэй внимательно и даже как-то напряжённо наблюдала за действием, не отводя взгляда. Только иногда он перескакивал на Майки. Рики тоже смотрела на происходящее и изредка бубнила что-то под нос. Она явно занималась своим любимым делом — комментировала каждый удар. Такемичи смотрел на этих троих, которые в общей толпе совершенно не вписывались, и не понимал, какого чёрта они здесь делают. Их появление было слишком неожиданным. Но Майки даже не переводил на них взгляд после того, как дал разрешение остаться. Неужели ждал? Порой Ханагаки было очень тяжело понять, что крутилось в голове у Майки. Вспомнить хотя бы их первую встречу... Брр. Па-чин бился остервенело и стоял уже не так твёрдо. Преимущество определённо было на стороне соперника, который явно играл со своей жертвой, наслаждаясь собственным превосходством. — Он боксёр, — хмыкнула Рики, чуть опершись назад на стену, находившуюся позади. — Удары хорошо поставлены, стойка идеальная. Это заведомо проигрышный бой. И словно в подтверждение её слов, Осанай ударил особенно сильно. Удар пришёлся прямо в лицо, которое и без того представляло собой сплошное месиво. — Ой, а у нас нокаут ребятки, — хохотнула Сойка. Никто и заметить не успел, как рядом с Па оказался Майки, подставляя тому своё плечо. Парень, как и ожидалось, рухнул, держась за своего командира. — Ты не проиграл, Па. Всё хорошо. Отдохни немного. — Манджиро положил руку на голову одного из своих командиров и передал его, еле стоявшего на ногах, в руки вице-капитана. — Па не проиграл! — громче крикнул Майки, так чтобы это услышали абсолютно все. По толпе пронёсся гул нестройных голосов. Присутствующие явно были не согласны с мнением лидера Тосвы. — Ну фактически так и есть. Он не признал своего поражения — значит, не проиграл, — хмыкнула Рики, замечая, как девочки согласно кивнули. Сойка стойко игнорировала все раздраженные взгляды в свою сторону. Нанами наконец отвлеклась от созерцания своего маникюра, внимательно следя за происходящим и поправляя очки. Похоже, всё, что происходило сейчас, наконец-то начало вызывать у неё хоть какой-то интерес. Доракен взглянул на них, испытывая раздражение. Возможно, всё дело было в том, что он не знал, чего ждать от внезапных гостей. Будь они парнями, он бы просто задал им трёпку и вышвырнул к чертям. Но его принцип даже в такой ситуации оставался неизменен: он никогда не поднимет руку на девушку. — Тебе бы заткнуться, — в своей манере грубо предупредил Доракен, получая от Сойки осуждающий, надменный взгляд. — А то что? Драться будем? Давай, я не против. Но не плачь потом, дракончик, — хохотнула Рики, вызывающе глядя на блондина. Она явно провоцировала Доракена. У мужчины сжались кулаки от такой наглости. Нанами положила свою ладонь на руку Рики. Она смотрела на девушку, и та стушевалась, тут же опустив голову. После Нанами перевела взгляд на Доракена. — Мы здесь не для создания ещё одного конфликта, по крайней мере пока что. Так что не стоит добавлять в это, и без того ошеломляющую ситуацию, ещё больше экшена. — Взгляд её был твёрд, и глаза, напоминающие два сапфира, успокоили волну негодования. Заместитель главы Токийской Свастики хмыкнул и отвернулся. Манджиро же за время их короткой перебранки успел подойти к Осанаю. Разница в росте между этими двумя вызывала скорее смех, чем ожидание хорошей драки. Осанай насмехался над главой Тосвы, публично высмеивая его. Что ж, удар ногой прямо в голову соперника от Майки моментально сбил всю уверенность в важности роста. Рики присвистнула. — Вот это я называю красочный нокаут! Десять баллов из десяти! — Рики внимательно наблюдала за блондином, отслеживая каждое его движение. Что ж, теперь она могла признать, что прозвище «непобедимого» досталось ему не просто так. Мэй посмотрела на подругу и улыбнулась. Да чтобы Сойка кого-то похвалила? Такое бывало в исключительных случаях, и, похоже, в этот раз этим исключительным случаем являлся Манджиро Сано. — Пока я стою во главе Токийской Свастики, никто из моих парней не проиграет! — слова Майки звучали в звенящей тишине, словно звон колокола, оповещающего о победе. — Отныне Мэбиус становится частью Тосвы! Такемичи, как в замедленной съёмке, замечает, как Осанай, удивительно быстро пришедший в себя после такого удара, поднимается за спиной Майки и, подхватив разбитую бутылку, лежащую неподалёку, бросается на Манджиро. — Майки! — Ханагаки бросается вперёд, но Доракен оказывается быстрее. Он выскакивает перед своим другом, закрывая того от неожиданного и очень подлого удара. У Такемичи обрывается что-то внутри. Мгновенно перед его взором всплывают повзрослевший А-кун, покончивший жизнь самоубийством, фотографии Хинаты в чёрной рамке, стоявшие у Наото на столе. Но мысль не успевает сформироваться до конца. Импровизированное оружие не достигает своей цели. Доракен бьёт Осаная в живот, схватив его за руку с занесённой бутылкой. — Ты проиграл, Осанай. Это конец. — Мужчина не рыпается, измождённый полученными травмами, но Доракен не отпускает его. — Мэбиус проиграл! Члены Мэбиуса, которые с самого начала были крайне уверены в своей силе, сейчас совсем стушевались, потеряв своего лидера. Они замялись, стараясь понять, что же делать дальше. Нанами поднимается на ноги, привлекая внимание звуком каблуков. Она стряхивает с длинной юбки пыль и направляется к Майки. Она не успевает ничего сказать — всё происходит за доли секунды. Окрик «Па!», потом громкий хлопок и звук падающего тела. Картина выглядела примерно так: Па-чин лежал возле Доракена, всё ещё державшего Осаная, с ножом в руках. Из спины его торчал небольшой дротик. Переведя взгляд на то место, где сидели девушки, Такемичи увидел ту самую молчаливую блондинку с пистолетом в руках. Она стояла и смотрела на «подстреленную» жертву. — Хм, оказывается, транквилизаторы для животных на людях более эффективны. Нужно будет записать. — Мэй спрятала стрелковое оружие, которое обычно используется ветеринарами для отлова диких собак, и начала спускаться с горы мусора, на которой они и сидели. — Боже, Мэй! Отличный выстрел! — подскочила следом Рики, подходя вместе с подругой ближе к телу бессознательного командира. — Вовсе нет: я целилась в лопатку, а попала в плечо… Нападать с ножом, со спины, на обессиленного противника — это ниже достоинства любого человека. Уж простите, но Нанами не любит смерть. Поэтому если и должно произойти убийство, то точно не в нашем присутствии. — Девушка улыбнулась, замечая гневный взгляд сразу нескольких пар глаз, и отступила чуть назад, прячась за спину Рики. В отличие от подруг, она выдерживать такие взгляды не могла. — Что ты сделала?! — рванул Доракен, бросая Осаная и надвигаясь гневной горой на блондинку. Путь ему преградила Рики. На её губах играла ухмылка. — Успокойся, дракончик, и не скаль свои зубки. Моя подруга только что спасла вашего дегенерата от тюрьмы. Или было бы лучше, если бы он грохнул этого мужика? Это наша работа, вообще-то. Да и там ничего опасного, обычный транквилизатор. Отходняк от него будет, конечно, не очень, но ничего, перетерпит. — Блондин ещё некоторое время сверлил брюнетку взглядом, но это явно продлилось дольше, чем у Сойки хватило бы терпения. — Чего пялишься? Хочешь такие же шрамы — организую? — Сойка. — Голос Нанами моментально переключил внимание разгневанной особы. — Достаточно. Звук сирен принёс в это здание ещё больше паники. Такемичи начинал ощущать себя в каком-то сюрреалистичном мире, а возможно, он мог сравнить всё, что сейчас происходило, с температурой, когда у него было плюс сорок. Кадры менялись слишком быстро, были расплывчаты, и он совершенно не успевал следить за происходящим. Па-чин пытался убить Осаная. И ему не дали. Доракен жив. Мэбиус теперь часть Тосвы. — Что ж, похоже, в этот раз поговорить нам не удастся. Очень жаль. Вам лучше уйти, пока полиция не доехала сюда. У нас с Мэбиусом личные счёты. — Со вздохом разочарования сказала Нанами, подходя ближе к лежащему на полу Осанаю и наступая острой шпилькой каблука ему прямо на спину. — Какие такие счёты? — спросил Такемичи, стараясь понять хоть что-то. — Если просто, — хихикнула Рики, показательно обходя Доракена по большой дуге и ведя за собой всё ещё немного напуганную Мэй, — этих ублюдков нам заказала мать одной девочки, которой они сломали жизнь. А мы всегда выполняем работу, за которую нам платят. — Именно так. Поэтому лучше забирайте своего друга и уходите. Зрелище будет не из приятных. — Холодно хмыкнула Нанами, надавливая каблуком сильнее на чужую спину и вызывая хруст и крик боли мужчины. — Больно тебе, мразь? А девочке, которая сейчас по твоей милости лежит в реанимации, не было больно? Готовься, сегодня ты станешь евнухом. Времени думать о девушках не было. Звук полицейских сирен становился всё ближе, поэтому парням срочно пришлось уносить ноги. Доракен, подхватив Па-чина, рванул на выход, как и все остальные. Только Такемичи напоследок обернулся, в последний раз оглядывая девушек. В следующий раз, когда он снова окажется в будущем, он обязательно узнает о них всё, что только сможет. Неожиданно он столкнулся взглядом с той самой девушкой с пистолетом. Она смотрела на него какое-то время, а потом улыбнулась. — Что ж, дорогуша, время платить по счетам. Голос Нанами стих, но на его место пришёл оглушающий крик боли. Что там произошло Такемичи уже не знал. Он бежал следом за друзьями чувствуя как постепенно сознание начинает покидать его. Ноги подкосились а в глазах резко потемнело. Последнее что он услышал это окрик Майки. Кажется он звал его? Или показалось? Обдумать это Ханагаки не успел. Место множества мыслей в голове заняла оглушающая пустая темнота. *** Сознание словно парусник на беспокойном море, то всплывало наверх, то снова погружалось под толщу мятежного сна. Когда у него все же получается вынырнуть из всепоглощающей темноты, Такемичи абсолютно дезориентирован и шарит рукой в пространстве, стараюсь найти хоть какой-то намёк на то где он сейчас. Рука натыкается на что-то мягкое и он переводит взгляд на право. Первое что он видит это недовольное лицо Эммы. Причина её недовольства оказывается выявлена сразу. Ни одной девушке не понравится что какой-то парень лапает её за грудь, и плевать что неосознанно. – Извращуга мерзкий, – недовольно сказала она. Такемичи тут же отдернул руку. Перед его глазами пронеслась кажется вся жизнь стоило представить, что сделает Майки узнав про этот казус. Ему не жить. – Майки и Доракен поссорились… – голос Эммы словно обухом по голове ударил. Такемичи поднял на нее взгляд и удивленно ахнул. На глазах девушки выступили слезы. – Что? Как? Почему? – Такемичи смотрел на девушку и не понимал что же в этот раз пошло не так? Конфликт был решен, что могло стать причиной ссоры? Эмма закрыла руками лицо и разрыдалась ещё сильнее. Факт того, что её возлюбленный и её брат находились в очень серьёзной ссоре был весьма болезненным. – Я не знаю почему они поссорились, но Тосва… теперь тоже разделилась. Я… я не могу ничего сделать! Они не слушают меня! – у Такемичи было много вопросов, но он прекрасно понимал, что сейчас было совершенно не то время чтобы их задавать. Его воспоминания о произошедшем были весьма расплывчаты, возможно в этом была виновата травма головы которую он получил от Осаная. Оглянувшись по сторонам, он точно оказался уверен, что находится в больнице. Если до этого он ещё сомневался, то сейчас был точно уверен в своём местонахождении. Что привлекло взгляд почти сразу - это стоявшие на тумбочке рядом цветы. Невероятно красивые гладиолусы белого и фиолетового цветов стояли вместе горделиво возвышались создавая тень от солнца которое постепенно начинало заглядывать в окно сбоку. – А это?... Это от кого? – Такемичи смотрел на цветы и подвинулся чуть ближе вдыхая запах. Он был тем, кто совершенно не разбирался в цветах и не знал их названий, но эти казались ему странными. Громосткие, с длинным толстым стволом и пышными цветениями по бокам. Они напоминали мечи. Но вместе с тем было в них что-то очаровательное. Эмма притихла и перевела взгляд на букет который тоже давно заметила. – Я не знаю. Я пришла они уже были тут. И ты меня не слушаешь! – Эмма недовольно насупилась, привлекая внимание парня к себе и своей как бы трагедии. Следующие два дня Такемичи провел дома, залечивая свои раны. Удивительным образом его никто не навещал, а значит и расспросить про происходящее было некого. Неведение мучило юношу сильнее, чем нужда сидеть дома, что он ненавидел. За эти пару дней вопросов скопилось достаточно много, так что впору было записывать каждое, чтобы потом провести интервью с теми, кто мог иметь информацию. Например кто были те девушки в одинаковой форме? Почему они вмешались в конфликт? Что с Па-чином? Что черт возьми вообще происходило? И ко всему, его очень беспокоил вопрос о том, кто же принес ему цветы. Порывшись от нечего делать в справочниках, он без сильной надежды на успех нашел значение цветка. Всё же выбор был достаточно специфичным. Такемичи не был уверен что тот кто принёс ему цветы руководствовался языком цветов, но чем чёрт не шутит. По справочнику выходило что человек высказывал ему свое уважение и восхищение его стойкостью и силой духа. Держа книгу в руках и смотря на изображение таких же цветов что и стояли у него на столе ( Такемичи не хотел оставлять их в больнице.) Блондин многозначительно кивнул сам себе. Внезапно от мыслей его отвлек стук в дверь. Юноша поднялся с кровати на которой сидел до этого и направился открывать. Открыв входную дверь юноша увидел того кого увидеть точно не ожидал. – Ты?! – Ну здравствуй, плаксивый герой.