Их первый и последний раз

Прошло несколько дней. Мэй Няньцину первое время было больновато существовать, но та ночь того стоила. Да и его Высочество милосерден – не пытается приставать, пока следы этой ночи не заживут. Но странности он заметил – у Цзюнь У все чаще болит голова и все больше времени он проводит либо в медитации, либо в кровати. Но это еще мелочи: он стал слышать голоса в его комнате по ночам, будто кто-то переругивается. Несколько раз он пытался прийти проверить, что ничем не кончилось: наследный принц запретил ему приходить по ночам. Поведение Цзюнь У сменилось, а маску он стал носить все чаще. А потом Мэй Няньцин увидел, что все их зеркала разбиты. Очередная ночь. Мэй Няньцин не выдержал – в этот раз голоса слышались гораздо отчетливее и это явно были голоса остальных советников. Неужели они тайно вернулись? Тогда почему они пошли сразу к нему, а не к Мэй Няньцину!? Он сам даже не понял, как оказался в комнате Цзюнь У. Наследный принц лежит на кровати в той же маске. А голоса .. голоса раздаются мало того что со стороны Цзюнь У – они раздаются прямо из-под маски! Цзюнь У стал разговаривать во сне? Так звучит его тоска по остальным советникам, что он подражает их голосам? Судя по тому, что наследный принц лежит неподвижно, скорее всего, он спит. Бесшумно подошедший, предсказатель все же осторожно снял маску с его лица. И увидел под ней лица своих друзей. Причем оказалось, что все это время разговаривали именно они, переругиваясь. Лицо изувечено и чуть ли не вывернуто местами наизнанку, а вблизи пахнет кровью, гноем и гнилью. Травы такое ни за что не скроют. Их лица уже давно не видели света. Как только Мэй Няньцин снял маску, они болезненно прищурились и притихли. Но ненадолго – стоило им узнать, что перед ними Мэй Няньцин, они стали наперебой выкрикивать его имя! Мэй Няньцин до этого момента был убежден, что никогда не видел ничего более ужасного, чем миллионы людей, падающих с небес и сгорающих заживо в море огня, но сцена оказалась для него в миллион раз хуже. Рука, державшая маску, безостановочно дрожит. Мэй Няньцин каким-то чудом умудряется не уронить ее, – от страха тело практически окаменело. А эти лица наперебой начали пытаться что-то сказать, ему, Мэй Няньцину! Еще хуже – они говорят максимально приглушенно, стараясь не разбудить его Высочество. Любопытство пересилило отвращение и тот вселенский ужас. Он наклоняется, задерживая дыхание, и пытается их все же услышать. «Быстрее! Убегай! Его Высочество сошел с ума!» Мэй Няньцин уже не понимает, какая из частей всей этой катастрофической ситуации самая пугающая для него – его Высочество, три этих штуки на его лице, факт того, что он это все узнал или факт того что какое-то время от него под маской скрывали ВОТ ЭТО! Чья-то рука легла ему на голову. На предсказателя смотрят четыре пары глаз. В пугающей тишине наследный принц долго смотрит в глаза советнику прежде чем произнести «Я же говорил, чтобы ты больше не входил сюда» Сквозь туман, в голове смутно всплывают друг за другом воспоминания: разбитые зеркала, тот случай с кровью, стекавшей по шее, само появление маски на чужом лице.. Судя по продолжительности всего этого, было несколько попыток от них избавиться, но как бы его Высочество не вырезал лики, они непременно возвращались. Ноги уже не держат. Мэй Няньцин закрывает ладонью половину лица, будто сквозь вату ощущая, что он падает на колени у кровати. Бывший небожитель медленно садится, не переставая смотреть на советника. «Не бойся. Они предали меня, поэтому их постигла такая участь. Не повторяй их ошибки, и я буду относиться к тебе, как и прежде, ты останешься моим преданным слугой, ничего не изменится» Как тут не бояться-то!? Как это ничего не изменится – все ведь уже изменилось!! Принц внимательно вглядывается в чужие глаза. В какой-то момент он еле заметно, но все же раздается тяжелый вздох, ознаменовавший принятие решения. – И ты покинешь меня. Так? Мэй Няньцин не то что не знает, что отвечать, он не знает что думать. Как смириться с этой правдой? Как такое вообще можно принять? Что с ним сделают, если он останется, и чем-то ненамеренно разозлит свое обезумевшее Высочество? – Ничего, я предполагал, что никто не пожелает остаться со мной, ведь я стал таким… Я способен выжить в одиночку. Я понял, что я всегда был один!!! Мне больше никто не нужен!!! Чужое лицо(или лица?) теперь выглядят враждебно. На советника никто и никогда так не смотрел. Это невыносимо страшно и больно. А потом рука принца хватает своего слугу за шею. – Я могу быть один, я могу быть один, я один, я один, я один, я один, я один ... мне никто не нужен, никто не нужен, никто не нужен, никто не нужен, – обезумев, он повторяет эти слова раз за разом. Он настолько погрузился в свое безумие, что не может представить, что сделает в следующую секунду. Шею Мэй Няньцина могут сломать в любой момент, даже не прилагая особых усилий. Мэй Няньцин не может издать ни звука. Его господин медлит, что делает ситуацию все более невыносимой – хотя, куда уж хуже? В какой-то момент, на очередной грани очередного накатывания безумия, на чужом лице снова возникают три паразитных лика. Не понятно, что и как они сделали, но у принца заболела голова, а сами лики кричали. Предсказатель уже не может сдерживаться и тоже кричит. Цзюнь У хватается одной рукой за голову, скривившись от боли, отвращения, страха и ненависти, пока хватка другой руки на чужом горле становится еще крепче, перекрывая доступ к кислороду и лишая того возможности хоть что-то произнести. В глазах темнеет – понятное дело, советник долго не продержится. В ушах шумит, он уже не слышит чужого тяжелого дыхания. Он видит под чужой подушкой меч. Не думает, делает – одним движением вытаскивает меч из ножен, не понимая, что делать дальше. Цзюнь У же в ответ громко рассмеялся. Его глаза налились кровью, он спросил: «И ты хочешь меня убить? Давай! Скорее же, пронзи меня! Бей прямо в сердце! Ты такой же, как они! Посмотрим, кто умрёт последним! Вы или я!» Чужие крики становятся все безумнее с каждым произнесенным словом. Однако, хватка на горле слабеет. Мэй Няньцин пользуется вновь обретннной возможностью говорить, направляя клинок на принца. – Ваше Высочество! Вернись! Посмотри на себя! Посмотри, во что ты превратился! – он тщетно пытается остановить ситуацию, воззвать обоих к разуму, дать возможность все переосмыслить, раз уж ничего уже не исправить. У наследного принца появилась возможность снова рассмотреть свое лицо, пусть и в отражении меча, пусть и в отражении направленного на него меча, пусть и самым верным слугой. По щеке скатывается слеза – как на это зрелище можно спокойно смотреть!? Предсказатель тоже не выдерживает, заливаясь слезами. Это была последняя попытка сохранять спокойствие, и она провалена. Как, как это вообще может происходить!? Что теперь делать!? Как смотреть на своего принца в таком состоянии!? Он не знает почему, но кисть руки разжимается, и злополучный меч падает на пол. Цзюнь У с силой отбрасывает чужое тело, и сквозь зубы цедит "Проваливай" И Мэй Няньцин бежит без оглядки. Столько, сколько его хватает перед тем, как обессиленно где-то упасть на обочину пыльной дороги. Неважно, где он – главное, что уже подальше от всего этого кошмара. На шее проявилась Канга. Прошло совсем немного времени, и Медная печь изверглась снова. И на этот раз она похоронила всё государство Уюн, почти никому не удалось спастись. Так погибло целое государство. Избежав страшной участи, впоследствии предсказатель больше не слышал вестей о Его Высочестве, как будто он был похоронен вместе со своей страной. Сам же Мэй Няньцин поднялся до Небесных чертогов путём самосовершенствования, достиг небольших успехов, чтобы иметь возможность поддерживать тело в форме, и отправился бесцельно скитаться по свету. Так закончилось все.