"Чёрный Квартал"

Илона проснулась от холода. Не от того холода, когда просто зябко — а от того, что пробирает до костей. Она села на кровати, моргнула и несколько секунд не понимала, где находится. Тёмные стены. Ни окна. Жёсткое покрывало, пахнущее дымом. Таз с водой на тумбочке. Чёрный квартал. Вчерашнее ударило в голову, как обухом. Переулок. Двое с ножом. Мужчина в пальто. Шарик. Вспышка. Потом — Мери, этот бар, комната без окон. Илона опустила глаза на свою одежду. Чёрные джинсы, толстовка с высоким воротником, тяжёлые ботинки. Всё это было на ней, когда она легла спать. Где моя пижама? — подумала она и тут же поняла, что вопрос глупый. Пижама исчезла там, в её мире. Вместе с комнатой, вместе с матерью, вместе с картошкой с котлетой. Она нащупала в кармане джинсов шарик. Тёплый. На месте. В дверь постучали — три коротких удара. — Вставай, — голос Мери. — Утро. Дверь открылась. Мери стояла на пороге — в той же куртке, что и вчера, но волосы собраны в хвост. Под глазами — тени. — Есть хочешь? — спросила она. Илона только сейчас поняла, что живот сводит от голода. — Да. — Идём. Только лицо умой. Мери кивнула на таз с водой. Илона встала, плеснула в лицо ледяной водой. Вытерлась рукавом толстовки и взглянула в мутное зеркало. Обычное лицо. Своё. Не такое, как у всех здесь. Она быстро отвернулась и вышла за Мери. --- Бар днём выглядел иначе. Красные лампочки не горели, и сквозь грязные окна пробивался серый свет. Столы казались меньше, стулья — шаткими, пол — липким. Бармен всё так же стоял за стойкой, но теперь он не протирал стаканы, а листал газету. — Доброе утро, — сказал он, не поднимая головы. — Доброе, — ответила Мери. — Две каши. И хлеб. — Семь. Мери бросила монеты на стойку. Они сели за тот же стол — у стены, лицом к выходу. — Как спалось? — спросила Мери. — Холодно. — Привыкнешь. Или нет. Бармен принёс две миски с серой кашей и два ломтя чёрного хлеба. Илона попробовала — пресно, почти безвкусно, но горячо. Она ела быстро, не поднимая глаз. — Сегодня я покажу тебе город, — сказала Мери, пережёвывая. — Не весь. Но ты должна знать, куда можно совать нос, а куда — нельзя. — А куда нельзя? — Почти везде. — Мери усмехнулась. — Но есть места, где сразу пристрелят. Их надо запомнить. — И сколько таких мест? — Десять. Может, двенадцать. Она доела кашу, вытерла рот рукавом. — Запомни главное: не выделяйся. Ходи как все. Не смотри в глаза долго. Не улыбайся без причины. И никому не говори, откуда ты на самом деле. — Даже если кто-то кажется дружелюбным? — Особенно тогда, — сказала Мери жёстко. — Здесь дружелюбие — это ловушка. Она встала. — Идём. --- На улице было светлее, чем вчера, но ненамного. Небо оставалось серым, свинцовым. Зелёные фонари горели даже днём — тускло, вяло. Людей стало больше. Они шли по тротуарам — быстрым шагом, не сталкиваясь, не глядя друг на друга. Илона старалась копировать их походку: не сутулиться, не оглядываться, смотреть прямо. Мери вела её по главной улице — широкой, но грязной. Витрины магазинов забиты досками. Иногда попадались открытые двери — оттуда пахло жареным мясом и табаком. — Слева — «Копчёный угорь», — говорила Мери. — Бар. Не ходи туда одна. Хозяин — Витя. Если задолжаешь — отрежет палец. — Я и не собиралась. — Справа — лавка старьёвщика. Там можно купить почти всё. Документы, одежду, оружие. Но дорого. — А где тогда покупать? — Нигде. Ты не покупаешь, ты берёшь то, что дают. Они свернули в переулок — уже вчерашнего, с мокрыми стенами. — Ещё одно правило, — сказала Мери. — Если кто-то зовёт в гости — не ходи. Угощает выпивкой — не пей. Предлагает работу — соглашайся, но сначала узнай, кто хозяин. — А если хозяин — Габриель? Мери резко остановилась. Повернулась к Илоне. — Если Габриель, — сказала она тихо, — то беги. Даже если некуда. Она пошла дальше. Илона — за ней. --- Они вышли на небольшую площадь. Здесь работали ларьки. Продавали хлеб, консервы, тёмные бутылки без этикеток. — Рынок, — сказала Мери. — Самый безопасный район. Почти. Потому что здесь постоянно шастают люди Габриеля. Следят за порядком. — У него есть своя охрана? — У него есть всё. Люди, деньги, информация. Илона подняла голову. На крышах домов — чёрные силуэты. Неподвижные. — Их называют «воронами», — сказала Мери. — Не спрашивай почему. — А как он выглядит? Габриель? — Не знаю. Никто не знает. Он всегда в тени. Или за карточным столом. Говорят, у него длинные чёрные волосы и глаза, как у змеи. — Ты его видела? — Один раз. Издали. Играл в карты. Тип проиграл всё — деньги, часы, пальто. А потом Габриель встал и ушёл. — И что тот тип? — Вышел на улицу и через час был найден мёртвым в подворотне. Илона поёжилась. Мери остановилась у ларька с хлебом, купила две булки, одну сунула в карман, вторую протянула Илоне. — Идём дальше. Покажу, где можно прятаться. --- Следующие два часа Мери водила Илону по Чёрному кварталу. Они заходили в подворотни, заканчивающиеся глухими стенами. Забирались на крыши по ржавым лестницам. Спускались в подвалы через люки. Мери показывала: «Здесь можно отсидеться, если за тобой гонятся. Здесь — если нужно спрятать вещь. Сюда не ходят сборщики, потому что боятся крыс». — Крыс? — переспросила Илона. — Больших. Илона решила не спрашивать подробностей. К середине дня она выдохлась. Ноги гудели, спина болела. — Хватит на сегодня, — сказала Мери. — Вернёмся в «СВОИ». Они пошли обратно. Илона запоминала дорогу — не всё, конечно, но хотя бы главные ориентиры. Фонтан с чёрной жижей. Лавка старьёвщика с красной дверью. Бар «Копчёный угорь». Когда они подошли к «СВОИ», Мери остановилась. — Внутри будешь сидеть тихо. Ни с кем не разговаривай. И спрячь шарик. Илона кивнула. Они вошли. --- Бар днём был почти пустым. Только парень у стойки — чистил ногти ножом — и женщина с синими волосами в углу. Бармен кивнул Мери. — Всё нормально? — Да. Мери повернулась к Илоне. — Сиди здесь. Я скоро вернусь. Она вышла. Дверь закрылась. Илона осталась одна в баре, где не убивают. По крайней мере, внутри. Она села за дальний стол и уставилась в одну точку. Парень с ножом покосился на неё, но ничего не сказал. Женщина с синими волосами перелистнула страницу. День первый в чужом городе, — подумала Илона. — Я не умерла. Пока. Она нащупала в кармане шарик. Тёплый. Живой. Пожалуйста, пусть Мери найдет их. Пусть они согласятся помочь. Она закрыла глаза. Ей стало страшно. --- Конец третьей главы.