Политех

Я перечитал то, что написал раньше, и понял одну вещь: некоторые события не могли произойти в таком порядке. Например, я описывал кабинет 210 до того, как узнал о Ядре. Но я точно помню, что впервые увидел 210 после подвала. Или нет. Я вычеркнул абзац. Потом вернул его обратно, потому что без него текст разваливался. Как будто я не вспоминал — а поддерживал структуру. Я начал замечать в тексте фразы, которые не помню, чтобы писал. Короткие. Сухие. Не мои. «ОПИСАНИЕ ПРИНЯТО», «ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ШУМ В ПРЕДЕЛАХ ДОПУСТИМОГО», «НАРРАТОР ФУНКЦИОНИРУЕТ» Я пытался удалить их. После удаления у меня начинала болеть голова, а строки возвращались. На парах преподаватели иногда зависали. Не в переносном смысле. Они замирали посреди фразы, смотрели в одну точку, а потом продолжали -  но уже другую тему, как будто предыдущей не существовало. Никто, кроме меня, этого не замечал. Или замечал, но не считал важным. Однажды преподаватель сказал: — Как вы помните из прошлой версии семестра… И сразу замолчал. — Извините, - добавил он. - Оговорился. Он посмотрел прямо на меня. Не осуждающе. Скорее… сочувственно. Я проверил свой телефон. Фотографии менялись. На одних я был младше. На других - старше, чем сейчас. На некоторых - в аудитории 210, хотя я точно не помнил, чтобы там фотографировался. Под одной из фотографий была подпись:«СТАБИЛЬНАЯ ИТЕРАЦИЯ» Я понял, что я не ненадёжный рассказчик. Я — синхронизируемый. Когда я ухожу от нужной версии истории, меня корректируют. Через память. Через текст. Через ощущения. Я попробовал сделать эксперимент. Написал в тетради: «ПОЛИТЕХ — НЕ ДВИГАТЕЛЬ. ОН ЛЖЁТ. МИР МОЖЕТ СУЩЕСТВОВАТЬ БЕЗ НЕГО». В этот момент в корпусе вырубился свет. Полностью. Через секунду включился аварийный. Красный. И я услышал сирену, которой раньше никогда не было. В голове прозвучало:«ОШИБКА НАРРАТИВА», «ПОПЫТКА ДЕСТАБИЛИЗАЦИИ», «КОРРЕКЦИЯ» Я очнулся за партой. Тетрадь была пустой. После этого я перестал проверять, что правда. Это было бесполезно. Я начал писать так, как просят. Но оставлял маленькие трещины. Сомнения. Паузы. Я не уверен, замечают ли их. Или они нужны. Иногда мне кажется, что Политех не может говорить напрямую. Ему нужен рассказчик, который сомневается. Сомнение - это гибкость. А гибкость - это устойчивость. Если это так, то я выполняю свою функцию идеально.