Вкус травяного ликёра

Техническая заминка случилась через сорок минут после того, как Джозеф закончил саундчек. Организатор в наушниках пробежал мимо с лицом человека, которому только что сообщили, что сгорел микшерный пульт. «Ребята, извините, задержка минимум на час. Просьба всем оставаться в лаунже». Общая зона для артистов оказалась тесной комнатой с диванами, пластиковыми стульями и столом, заваленным печеньем и водой. Джозеф уже хотел уйти в свою гримёрку, но там — он знал — его ждал бы менеджер с бесконечными «а что если». Поэтому он сел в угол и уставился в телефон. Рядом кто-то опустился на диван. Джозеф поднял глаза — и замер на секунду. Потом ещё на одну. Парень был красивым. Не той гладкой, обработанной красотой, к которой Джозеф привык за годы в индустрии, а какой-то неожиданной — резкие скулы, полные губы, и взгляд, который сразу смотрел куда-то в область солнечного сплетения. — Привет, — сказал парень. — Ты Джозеф, да? Я Дэдэ. Из «Horizon». — Знаю вас, — кивнул Джозеф и сам удивился, что не соврал. Он действительно видел клип этой группы — парень был центровым, тем, кто танцует в первом ряду и поёт припев. — Слышал, у вас тур. — Был. Теперь продвижение сингла, — Дэдэ усмехнулся. — И это, и пробы в дораму. Хотя с пробами пока не очень. — Какую дораму? Их разговор начался с этого — легко, без намёков. Дэдэ рассказал, что пробовался на роль второго плана к продюсеру Чэню, но не прошёл. Джозеф оживился: — Чэнь? Мы с ним работали на прошлогоднем проекте. Он нудный, но справедливый. Его ассистент, светловолосая девушка, помнишь? — Сю Мэй? — Дэдэ округлил глаза. — Она меня на кастинге регистрировала! — Она же! — Джозеф засмеялся. — Она рассказывала, как Чэнь заставил всех актёров учить танец для финальной сцены, хотя по сценарию никто не танцевал. — О боже, — Дэдэ придвинулся ближе. — Я слышал эту историю от оператора Ли. Он сказал, что Чэнь сам танцевал хуже всех. — Гораздо хуже! Час пролетел как десять минут. Они смеялись над общими знакомыми, перебивали друг друга, потом извинялись и снова перебивали. Джозеф поймал себя на том, что смотрит на руки Дэдэ — длинные пальцы, чистая линия запястья. На то, как Дэдэ сжимает губы, когда слушает. Ещё дольше взгляд задержался на шее — на том, как дёрнулся кадык, когда Дэдэ сглотнул, на маленьких родинках рядом. — Слушай, — вдруг сказал Дэдэ, понизив голос. — А тебя не пугает… ну, что любой разговор могут вытащить наружу? У нас в группе контракт с пунктом о моральном облике. Одна фотография в неправильном месте — и всё. Джозеф хмыкнул. — У меня то же самое. Агенты каждое утро проверяют мои лайки. Если бы они знали… — Он осекся. Дэдэ ничего не спросил. Просто посмотрел на него — и в этом взгляде было понимание без слов. Джозеф кивнул, принимая молчаливое согласие не продолжать. Пауза повисла тяжёлая, но не неловкая — какая-то очень честная. Его объявили на сцену. Джозеф встал. — Может, увидимся, — сказал Дэдэ. Джозеф посмотрел на него, кивнул и вышел.