Между углем и льдом

Предрассветные сумерки окрасили коридоры дворца в холодный, мертвенно-синий цвет. Праздничные огни внизу уже догорали, оставляя после себя лишь запах гари и горький привкус несбывшихся надежд. Катара шла по галерее восточного крыла, стараясь ступать как можно тише. Её пальцы то и дело касались лазуритовой заколки, которую она спрятала в глубоком кармане платья. Камень казался ледяным, обжигая кожу своим присутствием. Она надеялась проскользнуть в свою комнату незамеченной, но, свернув за угол, замерла. У дверей её покоев, прислонившись спиной к резной колонне, стоял Аанг. Его посох лежал рядом на полу, а сам он сидел на ковре, глядя в пустоту перед собой. В этом сизом свете он выглядел непривычно маленьким и уставшим. — Аанг? — тихо позвала она. Он медленно поднял голову. В его глазах не было гнева — там была пустота, которая пугала Катару гораздо сильнее любой ярости. — Праздник закончился три часа назад, — произнес он. Его голос звучал ровно, лишенный привычной мальчишеской звонкости. — Сокка сказал, что ты ушла отдыхать, потому что у тебя разболелась голова. — Да... — Катара сделала шаг вперед, чувствуя, как ложь застревает в горле комом. — Мне действительно стало нехорошо. Шум, жара... Я решила прогуляться в тишине. — В тишине верхней стены? — Аанг поднялся, его движения были медленными, почти механическими. — Я искал тебя везде, Катара. И когда я взлетел на планере, я увидел две тени на стене. Я узнал его. И я узнал тебя. Воздух в коридоре, казалось, сгустился до состояния льда. Катара открыла рот, чтобы что-то сказать, но Аанг поднял руку, останавливая её. — Не надо. Не сейчас. Нам обоим нужно поспать. Завтра будет тяжелый день. Он прошел мимо неё, даже не коснувшись плечом. Катара осталась стоять в пустом коридоре, глядя ему в спину. Она чувствовала себя предательницей, но в то же время в глубине души вспыхивало странное, мятежное чувство — она больше не хотела прятаться. --- Утро после финала Фестиваля Огненных Лилий выдалось ясным, но прохладным. Огромная дворцовая терраса, где был накрыт утренний завтрак, всё еще хранила едва уловимый аромат праздничного озона, благовоний и жареных каштанов. Дворец внизу тихо гудел, отходя от двухдневного торжества. За круглым столом собралась вся старая команда. — Клянусь своими бумерангами, повара Нации Огня превзошли сами себя! — Сокка с набитым ртом потянулся за очередным пирожком с огненными ягодами. — Этот соус был настолько острым, что я, кажется, на пару секунд стал магом огня! — Сокка, ты стал магом нытья, когда вчера объелся и не мог встать с ковра, — лениво отозвалась Тоф, подперев щеку кулаком и постукивая босой ногой по каменным плитам. — А вот салюты были что надо. Земля до сих пор вибрирует от этих бабахов. Суюки, сидевшая рядом с Соккой, мягко улыбнулась и перевела взгляд на дядю Айро, который неторопливо разливал чай по пиалам. — Праздник действительно получился невероятным, Лорд Айро. Столько людей из Царства Земли и Водных Племен приехали просто... радоваться вместе. — В этом и есть истинная магия чая и мира, дорогая Суюки, — добродушно прижмурился Айро, передавая пиалу Мэй. Мэй сидела в тени навеса, сохраняя свое привычное каменное выражение лица, но её проницательный, холодный взгляд то и дело перемещался по столу. Она замечала детали, которые другие пропускали. А детали были кричащими. Между Зуко и Катарой что-то бесповоротно изменилось. Они сидели почти напротив друг друга, и между ними физически ощущалось новое, глубокое притяжение. Катара держала пиалу с чаем обеими руками, уставившись в темную жидкость, но её щеки до сих пор подергивал легкий румянец. Стоило Зуко шевельнуться, поправить воротник мундира или поднять глаза, как её дыхание на мгновение сбивалось. Сам Лорд Огня сидел непривычно прямо. Его золотые глаза то и дело возвращались к Катаре — без прежней хмурости или защитной колкости, а с открытой, спокойной и очень взрослой нежностью. Они словно делили на двоих тайну, которая была больше, чем весь этот дворец. Аанг сидел чуть поодаль, рядом с Катарой. Он изо всех сил старался казаться радостным, поддерживал шутки Сокки и широко улыбался, но эта улыбка не доходила до его глаз. Серая тень залегла на его лице после вчерашнего разговора и того самого танца. Он чувствовал, как Катара, сидевшая всего в полуметре от него, ментально находилась на недосягаемом расстоянии. Каждое его мимолетное касание её плеча вызывало у неё вежливую, но мягкую отстраненность. — Катара, — тихо позвал Аанг, пододвигая к ней тарелку со сладкими рисовыми шариками. — Ты почти ничего не съела. Сегодня отличный ветер, я думал, после завтрака мы могли бы слетать на Аппе к побережью... как в старые времена. Катара подняла на него глаза, и укол искренней жалости отразился на её лице. Ей было больно видеть его таким, но лгать себе она больше не могла. — Спасибо, Аанг, но... я обещала помочь в лекарском крыле дворца. Там много приезжих, у которых обострились старые травмы от смены климата. Зуко едва заметно сжал пальцы на своей пиале, услышав её отказ. Он знал, что она делает это не из-за работы. Она выбирала остаться здесь. С ним. В этот момент тяжелые двери террасы с грохотом распахнулись. Спокойствие утра разлетелось вдребезги. Вбежавший гвардеец тяжело дышал, его доспехи были покрыты дорожной пылью. Он упал на одно колено перед Зуко, протягивая запечатанный свиток с красной лентой. — Ваше Величество! Срочное донесение с восточной границы! Лицо Зуко мгновенно переменилось, вернув маску сурового правителя. Он сорвал печать, быстро пробежал глазами по строкам, и его глаза опасно сузились. Внутри него глухо зарычало пламя, заставив воздух вокруг стола стать ощутимо горячее. — Что там, Зуко? — Сокка мгновенно посерьезнел, его рука инстинктивно легла на пояс, где теперь висела печать Совета. — Новое Общество Озая, — процедил Зуко, поднимаясь со своего места. — Радикалы. Они использовали Фестиваль как прикрытие, пока бдительность гарнизонов была снижена. Произошла крупная диверсия на границе с Царством Земли. Они подожгли склады с продовольствием и атаковали аванпост магов земли. Есть погибшие. Они пытаются снова разжечь войну, выставив это как нападение от моего имени. Вся команда поднялась со своих мест. Уютный завтрак был окончен. Через десять минут они уже стояли в тронном зале вокруг огромной тактической карты. — Нужно действовать немедленно, — жестко произнес Зуко, указывая на лесистый регион границы. — Я лично отправляюсь туда на флагмане с элитным отрядом магов огня. Мы перехватим их до того, как Царство Земли объявит мобилизацию. Эти предатели ответят за каждую каплю пролитой крови. — Нет, Зуко, подожди! — Аанг шагнул вперед, качая головой. Его татуировки, казалось, побледнели от волнения. — Лететь на военных кораблях — это ошибка! Царство Земли увидит флот Нации Огня на своих границах и решит, что это вторжение. Позволь мне полететь на Аппе. Мы сможем прибыть туда быстрее и выступить посредниками. Мы решим это дипломатическим путем! Зуко резко повернулся к Аватару. Годы сдерживаемого напряжения и вчерашний скрытый конфликт вспыхнули с новой силой. — Дипломатией, Аанг?! — голос Зуко эхом разнесся под сводами тронном зала. — Они сожгли мирных людей! Они используют имя моего отца, чтобы разорвать наше соглашение! Если я покажу слабость, если я отправлю туда тебя с уговорами, они подумают, что Лорд Огня боится собственной тени. Здесь нужна демонстрация силы. Жесткая и необратимая. Они должны увидеть, что Нация Огня сама карает своих преступников! — Сила только порождает новую силу, Зуко! Ты совершаешь ту же ошибку, что и твои предки! — воскликнул Аанг, его голос сорвался на юношеский альт, а вокруг его ног закружились легкие потоки воздуха. — Мы должны показать им мир! — Это не ошибка, это справедливость! — отрезал Зуко, делая шаг к Аангу. Два лидера Столетней войны стояли лицом к лицу, и между ними летели искры. — Мир, который ты защищаешь, Аанг, держится на законах. И если законы не защищать силой, они становятся просто бумагой. Я еду. И точка. Катара смотрела на них, и её сердце разрывалось. Она видела Аанга — всё еще идеалиста, мальчика, который хотел спасти всех без исключения. И видела Зуко — мужчину, который нес на своих плечах тяжесть целой империи и был готов пролить кровь, чтобы защитить хрупкий покой. — Аанг прав в одном, — тихо, но отчетливо произнесла Катара, шагнув вперед. Все повернулись к ней. — Большой военный флот вызовет панику. Зуко, тебе нельзя брать армаду. Но Аанг... дипломатия не остановит фанатиков с факелами. Они не станут слушать Аватара, они хотят крови. Она перевела взгляд на Зуко, и в её глазах сияла абсолютная, безоговорочная поддержка. — Ты должен ехать сам. Но не с армией. Мы разделимся. Суюки и Тоф полетят с Аангом на Аппе в ближайший крупный город Царства Земли, чтобы успокоить губернатора и не дать ему поднять войска. А я поеду с тобой, Зуко. На твоем быстроходном катере. На границе будут раненые. И тебе понадобится тот, кто сможет прикрыть твою спину, пока ты будешь наводить порядок. — Эй, вы ведь не думали, что оставите меня перебирать бумажки в такой момент? — Сокка шагнул вперед, решительно скрестив руки на груди. Все удивленно посмотрели на него, а Аанг приоткрыл рот. — На границе завязаны интересы Совета и торговые пути. Губернатора Царства Земли Тоф и Суюки как-нибудь заговорят, а вот на месте диверсии нужен представитель закона. Так что я еду с вами, ребята. К тому же, кто-то должен следить, чтобы вы двое не поубивали радикалов раньше времени. Ну и... присмотреть за сестрой. В зале повисла тяжелая, звенящая тишина. Аанг посмотрел на Катару и Сокку так, словно его ударили в грудь. Его губы дрогнули. Мало того, что Катара выбирала корабль Зуко, так теперь и Сокка, его лучший друг, вставал на их сторону. Они уходили в эту бурю вместе, оставляя его одного. — Катара... Сокка... вы... — прошептал Аанг, но не нашел слов. Зуко смотрел на Катару, и в его душе в этот момент бушевал настоящий шторм из благодарности, гордости и той самой запретной любви, которая крепла с каждым часом. Она шла с ним в самый огонь. И присутствие серьезного, понимающего ситуацию Сокки только укрепляло их позиции. — Хорошо, — тихо сказал Аанг, медленно опустив голову и пряча взгляд. — Да будет так. Он развернулся и первым пошел к выходу из тронного зала. Его шаги были тяжелыми. --- Перед самым отбытием Катару перехватила Мэй. Она стояла в тени колоннады, сложив руки на груди. Её острые кинжалы поблескивали в складках рукавов. — Ты думаешь, ты скрываешь это? — без предисловий спросила Мэй. — О чем ты? — Катара попыталась сохранить самообладание. — О том, как ты на него смотришь. И как он смотрит на тебя. Катара, ты играешь с огнем во дворце, который и так едва не сгорел. Зуко — Лорд Огня. Его трон держится на хрупких союзах. Если станет известно, что он... увлекся невестой Аватара, его разорвут на части свои же министры. — Мэй, это не... — начала Катара, но Мэй подошла вплотную. — Не лги мне. Мне плевать на твои чувства. Но мне не плевать на него. Твоя любовь — это яд для его власти. Аанг — символ мира. Если ты разрушишь этот символ ради своих желаний, ты уничтожишь Зуко быстрее, чем любые повстанцы Озая. Подумай об этом, пока вы будете на корабле. Мэй развернулась и ушла, оставив Катару в полном смятении. --- Час спустя порт Столицы был охвачен суетой. Быстроходный военный катер Зуко, работающий на мощных паровых двигателях, уже разводил пары. Сокка уже вовсю командовал матросами на баке, проверяя запасы угля и снаряжения. Катара стояла на пристани, проверяя свои запасы целебной воды. Ветер с моря трепал её волосы. Позади послышались шаги. Она обернулась и увидела Зуко. На нем был походный черный доспех Нации Огня, делавший его облик еще более мужественным и опасным. — Ты не обязана была этого делать, Катара, — тихо сказал он, глядя на неё сверху вниз. Его голос был лишен той жесткости, с которой он говорил в тронном зале. — Аанг... он разбит. Ты пошла против него ради меня? Катара опустила руки и посмотрела ему прямо в глаза. В её взгляде не было сомнений — только та самая чистая, глубокая страсть, которая зародилась в тумане Республиканского города и окрепла во время вчерашнего танца. — Я пошла не против него, Зуко, — ласково произнесла она, и её голос смягчился. — Я пошла туда, где я нужнее. И где моё место. Аанг должен понять, что я больше не часть его судьбы. Я — часть своей собственной. Зуко медленно поднял руку. Его пальцы, горячие как угли, осторожно коснулись её щеки, заправляя выбившийся локон ей за ухо. Катара прикрыла глаза от этого прикосновения, едва заметно прижимаясь щекой к его ладони. — Там будет опасно, — прошептал он, и его большой палец нежно очертил её скулу. — Но я клянусь жизнью, Катара: пока я дышу, ни одна искра не коснется тебя. — Я знаю, — она открыла глаза, и в их глубине отразилось его золото. — Пойдем, Лорд Огня. Наша буря только начинается. Они вместе ступили на борт корабля, где их уже ждал Сокка. С резким свистом парового двигателя катер отчалил от берега, унося их втроем навстречу опасности и их новому, неизведанному будущему.