Один на двоих

В этот дом Сяо Чжань переехал совсем недавно. Аренда квартиры в нем была существеннее ниже, несмотря на то, что дом находился недалеко от центра. Во всем были виноваты совмещенные балконы - один на две квартиры, да и сами квартиры были не то, чтобы большими. Но Сяо Чжань всегда жил один, не считая маленькую Орешек, которая даже во взрослом возрасте выглядела как маленький котёнок - всё из-за того, что в своём кошачьем детстве она серьёзно переболела. Сяо Чжань подобрал её в сильный мороз на улице, почти мертвую, и выхаживал несколько месяцев. За эту доброту Орешек ответила ему всей своей любовью, лаской и теплом, буквально не отлипая от него, когда он находился дома. Поэтому в этой маленькой, но очень уютной квартире, им вдвоем было вполне комфортно. К тому же балкон, из-за совмещения, был большим по площади, почти как ещё одна квартира, и для гуляния Орешек было достаточно места. Соседа Сяо Чжань не встречал ни разу, хотя выходил курить на балкон постоянно. Пару раз заглянув в чужое окно, он понял, что тот либо уехал куда-то, либо тут не живёт. О том, что соседом является парень он узнал от арендодателя. Тот так и сказал: «Хмурый, молчаливый, спокойный. Вы точно поладите». Почему они должны были так сделать, Сяо Чжань так и не понял. Он чиркнул зажигалкой и поднёс её к сигарете, прикуривая. Сегодняшний день выдался, на удивление, поганее предыдущих. Чем он так не угодил своему начальнику можно было только догадываться. Хотя.. возможно тем, что на подкаты его секретарши всегда отвечал холодным презрением, прекрасно зная, с кем та трахается вечерами на хозяйском столе. Наверняка решила ему подгадить за последний отказ и наговорила начальнику гадости про него. Что ж, ему не привыкать. Каждый раз все заканчивается одним и тем же. Он отказывает кому-то, а потом его увольняют. Низшее звено. Простой рабочий. Все так просто и привычно. Работа электриком и не предполагает больших карьерных взлетов, но, Сяо Чжань был почти уверен, что в его профессии редко кто так часто менял работу. А всё из-за его внешности. Несмотря на не особо чистый комбинезон, отросшие волосы, подвязанные хвостиком, вечную сигарету в уголке губ и недовольное выражение лица, каждый раз к нему пытались безуспешно подкатить. Девушки, парни, начальники и начальницы. Предлагая деньги, содержание, даже бывало - протекцию (Смешно, какая протекция электрику? Вместо заземления работать?), но все упирались в отказ. Нет, он не был ханжой. Да и девственником тоже. Но жизненные события твёрдо дали понять, что доверять в этом мире можно было только себе и Орешек. Поэтому он смело закрыл свое сердце на амбарный замок и выкинул ключ. Ни к чему всё это. Сяо Чжань выдохнул дым в тёмное небо. Звёзд было совсем не видно, зато ползущая с окраины города огромная туча откровенно намекала на ночную грозу. - Мя? - раздалось тихое возле ног, и Орешек потерлась об его штанину, намекая, что хозяин уже должен быть в постели. - Иду, милая.. - Сяо Чжань потушил сигарету в стеклянную банку, заполненную наполовину водой, подхватил кошку и вышел с балкона, так и не увидев, что в соседней квартире зажегся свет. Сяо Чжань подошел к дому, щурясь от наглого солнца. День выдался паршивым, но вполне предсказуемым: трудовая книжка в кармане, расчет на руках и статус безработного в придачу. «Не сошлись характерами» — стандартная обертка для его очередного отказа секретарше. Снова режим экономии, снова охота за разовыми заказами. Впрочем, руки у него были золотые, а сарафанное радио работало быстрее любого агентства по найму, так что голодная смерть ему и Орешек точно не грозила. Переживет. Не впервой. Он толкнул тяжелую дверь подъезда и привычно двинулся к лестнице. К лифтам Сяо Чжань относился с тем же недоверием, что и к обещаниям работодателей: старые механизмы имели скверную привычку замирать между этажами в самый неподходящий момент. Подъем на восьмой этаж обычно заменял ему кардио, но сегодня на уровне седьмого ритм сбился. Вместо привычного эха его шагов сверху обрушился хаос: надрывный женский крик и грубая, хриплая ругань. Сяо Чжань поднялся на площадку седьмого этажа, и гулкое эхо подъезда тут же взорвалось криками. Двое рослых мужчин навалились на дверь, пытаясь выломать её плечами, а в узком проеме испуганно металась тонкая фигурка девушки. Она упиралась ногами в косяк, отчаянно вцепившись в ручку, но силы были не равны. Внутри Сяо Чжаня что-то щелкнуло. Он не привык рассуждать, когда видел такую грязь. — Эй, уроды! — рявкнул он, сокращая дистанцию в два прыжка. Он схватил ближнего к себе за ворот куртки, рванул на себя и с размаха впечатал кулак ему в скулу. Костяшки отозвались тупой болью, но результат стоил того: мужик отлетел на метр, гулко приложился затылком о бетонную стену и сполз вниз, затихнув. Не успел Сяо Чжань развернуться, как в лопатки прилетел тяжелый удар — второй нападавший среагировал мгновенно. Он пошатнулся, сделал два вынужденных шага вперед, чувствуя, как в глазах на секунду потемнело от боли. Девушка-хозяйка, вместо того чтобы спрятаться, кинулась на помощь, пытаясь вцепиться мужику в лицо, но тот наотмашь съездил ей по щеке. Хлёсткий звук удара и вскрик заставили Сяо Чжаня взбеситься. Он уже пригнулся для броска, когда сверху с лестницы, перепрыгивая через три ступеньки, буквально скатился незнакомый парень. Незнакомец не стал тратить время на слова. Он врезался в нападавшего всем весом, как пушечное ядро. Глухие удары в живот посыпались с частотой пулеметной очереди. Мужик, огрызаясь, сумел заехать парню в челюсть, но тот лишь мотнул головой, не сбавляя темпа. Ловко извернувшись, незнакомец с коротким замахом впечатал локоть противнику в ухо — хрящ хрустнул так отчетливо, что у Сяо Чжаня свело зубы. Мужчина охнул, сгибаясь пополам, и в этот момент парень, коротко и жестко, пнул его в голову тяжелым ботинком. Тело нападавшего грузно осело на пол рядом с первым приятелем. На площадке воцарилась липкая, звенящая тишина. В воздухе пахло пылью, дешевым табаком и потом. Слышно было только тяжелое, рваное дыхание Сяо Чжаня и незнакомца, да тихие всхлипывания девушки, которая сползла по дверному косяку, закрывая лицо руками. Сяо Чжань выпрямился, вытирая тыльной стороной ладони разбитую губу. Он перевел взгляд на нежданного союзника: тот стоял, широко расставив ноги, и его костяшки были сбиты в кровь. Хмурый, молчаливый и опасно спокойный даже после такой заварухи. «Сосед?» — мелькнула в голове догадка, пока по спине разливался жар от пропущенного удара. Сяо Чжань опустился на корточки рядом с девушкой, стараясь не делать резких движений. Вблизи она казалась совсем прозрачной и хрупкой, как фарфоровая статуэтка, которую пытались разбить молотком. — Ты как? — его голос сам собой стал тихим, обволакивающим. Он осторожно коснулся её плеча, просто чтобы дать почувствовать — опасность миновала. — Кто это был? — Бывший муж, — она всхлипнула, размазывая по щекам слезы вперемешку с тушью. Грязные разводы сделали её лицо еще более беззащитным. — Решил, что я ему что-то должна осталась. Пришел с дружком... Видимо, выпить совсем не на что. — Полицию будешь вызывать? — Сяо Чжань понимающе кивнул. В мире простых рабочих «бывшие» и «выпивка» часто складывались в такую вот уродливую математику. — Бесполезно, — она тяжело вздохнула и, пошатываясь, поднялась на ноги. — Не в первый раз такое. Надо просто продавать всё и уезжать отсюда. Переезжать как можно дальше, иначе не отстанет. Сяо Чжань поднялся следом, чувствуя, как адреналин медленно вымывается из вен, оставляя после себя глухую усталость. Он отступил к лестнице, где всё это время, словно статуя, застыл его нежданный союзник. Парень не ушел. Он стоял, прислонившись плечом к стене, и рассматривал свои разбитые костяшки с таким видом, будто изучал сложную схему. Высокий, поджарый — почти копия его самого по росту, но с совсем другой энергетикой. Темные, почти черные кудри с медным отливом, глаза-омуты и губы, сжатые в тонкую, жесткую линию. Чертовски красив той опасной красотой, от которой обычно стоит держаться подальше. «В моем вкусе», — предательски шепнуло где-то на задворках сознания, но Сяо Чжань привычно задавил эту мысль. Замок на сердце даже не скрипнул. — Ну, мы пойдем тогда? — он коротко кивнул девушке, давая понять, что сцена окончена. Проходя мимо незнакомца, на секунду замедлился. Вблизи от парня пахло дождем и чем-то острым, металлическим. — Спасибо, — бросил он, глядя тому прямо в глаза. Незнакомец ничего не ответил. Лишь едва заметно склонил голову, принимая благодарность, но взгляд его остался непроницаемым. Сяо Чжань не стал ждать продолжения — он развернулся и начал подниматься на свой восьмой этаж, чувствуя на затылке тяжесть чужого внимания. Дома Сяо Чжаня встретила привычная тишина, нарушаемая лишь мягким урчанием. Орешек, как преданный часовой, сидела на пуфике прямо у двери, вытянув тонкие лапки. — И как ты узнаешь, когда я буду дома? — хмыкнул он, подхватывая пушистый комочек на руки. Орешек была невесомой, почти воздушной. — Отслеживаешь меня по GPS? Или у тебя здесь установлены скрытые датчики движения? Кошка в ответ лишь коротко мяукнула и боднула его в подбородок, обдавая теплом. Сяо Чжань прошел на кухню — крошечный пятачок, отделенный от жилой зоны лишь барной стойкой с парой высоких, чуть потертых стульев. Привычными движениями он насыпал корм в миску и поставил турку на огонь. Густой аромат кофе начал медленно вытеснять из квартиры запах подъездной пыли и недавней драки. «Завтра. Работой займусь завтра», — решил он, добавляя в кружку холодное молоко. С горячим напитком он вышел на балкон. Пекинский вечер дышал в лицо гарью и остывающим бетоном. Было непривычно видеть городскую суету с этой высоты в такое время — обычно в этот час он еще копался в чьих-то распределительных щитках. Он чиркнул зажигалкой, облокотился на перила и выпустил в сумерки первую струю дыма, позволяя взгляду расфокусироваться и утонуть в огнях проспекта. В этот момент дверь соседней квартиры шумно распахнулась. Скрип петель порезал тишину, и на балкон вышел человек. Тот самый. Сяо Чжань не вздрогнул, лишь чуть повернул голову, наблюдая, как незнакомец подходит к перилам. В домашнем свете, падающем из окна, парень казался еще более резким и хмурым. — Все-таки сосед, — флегматично произнес Сяо Чжань, стряхивая пепел. Парень подошел и встал рядом, сохраняя между ними положенные полметра дистанции. Он не суетился, не пытался завести разговор. Тишина между ними была плотной, но на удивление не давящей — так молчат люди, которые слишком долго привыкли полагаться только на себя. Докурив, Сяо Чжань затушил окурок в банке с водой. Он повернулся к незнакомцу, рассматривая его профиль — прямую линию носа и плотно сжатые губы. — Сяо Чжань, — представился он, впервые за долгое время решив, что этот человек достоин того, чтобы знать его имя. Тот медленно повернул голову. Темные глаза внимательно изучили его лицо, прежде чем он протянул руку — сухую, ссаженную в костяшках, но крепкую. — Ван Ибо. Рукопожатие вышло коротким и деловым. Сяо Чжань почувствовал, как по пальцам пробежал едва уловимый ток — то ли статическое электричество, то ли просто отголосок недавнего боя. — Тебя долго не было, Ван Ибо, — добавил он, и в его голосе проскользнула едва заметная усмешка. — М-мм, — Ибо кивнул, небрежно взъерошив свои и без того беспорядочные кудри. — Уезжал. — Я так и подумал, — Сяо Чжань сделал последний глоток остывшего кофе. Заброшенность соседских окон теперь получила логичное объяснение. «Мя-а-а!» — требовательно раздалось от порога. Орешек, не терпящая, когда жизнь проходит мимо неё, деловито выплыла на балкон. Она не стала прятаться за ногами хозяина, а сразу направилась к незнакомцу, уткнувшись носом в его ноги. — Я надеюсь, ты не против? — тут же забеспокоился Сяо Чжань, подаваясь вперед. — Пока тебя не было, она освоила всю территорию. Теперь считает себя здесь полноправной хозяйкой. Ван Ибо ничего не ответил. Он медленно опустился на корточки, оказываясь на одном уровне с кошкой. Его пальцы, еще недавно сжатые в жесткие кулаки, теперь аккуратно и очень бережно почесали Орешек между ушек. Кошка, обычно признающая только руки хозяина, довольно зажмурилась, выдала вибрирующее мурчание и внезапно лизнула его ссаженную ладонь. — Вот те раз! — хохотнул Сяо Чжань, искренне пораженный. — Обычно она у меня недотрога, а тут сразу сдалась без боя. Ван Ибо легко подхватил кошечку на руки, распрямляясь и прижимая пушистый комок к своей груди. Он начал мерно поглаживать её по спине, и в этом движении было столько спокойной силы, что Сяо Чжань невольно засмотрелся. — Меня животные любят, — произнес Ибо, по-прежнему не глядя на соседа. Голос его звучал глухо, но уже без прежней враждебности. — Я не против. Даже если она решит стать хозяйкой моей квартиры. Не буду плотно закрывать балконную дверь, пусть заходит, когда захочет. Сяо Чжань подошел ближе — теперь их разделяли лишь символические пара десятков сантиметров и тепло кошачьего тела. Он протянул руку и коснулся мягкой шерстки любимицы. — Слышишь, Орешек? — прошептал он, глядя, как кошка окончательно расслабилась в руках соседа. — Твоя территория стала в два раза больше. Теперь у тебя есть личный вход в чужие тайны. Ван Ибо коротко хмыкнул, бережно передал притихшую Орешек хозяину и, не прощаясь, скрылся в своей квартире. Хлопнула балконная дверь, но Ибо, как и обещал, оставил её едва заметно приоткрытой. — Ну что, красавица, пойдем готовить ужин? — прошептал Сяо Чжань, чмокнув малышку в мокрый розовый нос. — Давненько я не творил ничего серьезного. Как насчет свинины в кисло-сладком соусе? «Мя-а!» — одобрила Орешек, грациозно спрыгнула с рук на диван и мгновенно свилась там клубом, давая понять, что консультация окончена. — Понял, моя королева. С дурацкими вопросами больше не лезть, — он стянул через голову пропотевшую за день футболку, сменив её на старую домашнюю майку и шорты. Он щелкнул выключателем старенького радиоприемника — из колонок полился негромкий блюз. Пританцовывая в такт музыке, Сяо Чжань принялся за шедевр. Нож привычно застучал по доске, на сковороде зашкварчало масло, а по крошечной квартире поплыл густой, пряный аромат имбиря и чеснока. Через полтора часа, когда мужчина, расслабленный паром и процессом, дорезал овощи на салат, за его спиной раздался негромкий, неуверенный стук. Он обернулся и замер. У барной стойки, не решаясь войти вглубь жилой зоны, стоял Ибо. В руках он сжимал упаковку баночного пива, а его взгляд метался по кухне, пока не замер на дымящейся тарелке со свининой. — У тебя так вкусно пахнет... прямо через балкон, — пробормотал он и тут же спрятал глаза под отросшей челкой, будто смущаясь своего внезапного визита. — А ты, видимо, дома не готовишь? — хмыкнул Сяо Чжань. Он не стал задавать лишних вопросов, просто подошел, забрал пиво и подтолкнул соседа к одному из высоких стульев. — Не-а. Я на кухне — ходячая катастрофа, — Ибо послушно уселся, и мужчина заметил, как тот жадно осматривает разложенные на столе тарелки. Сяо Чжань достал из шкафа второй набор палочек, глубокую миску для риса и уселся напротив, чувствуя, как привычное одиночество этого вечера вдруг сменилось странным, но приятным ощущением компании. — Налегай, Ибо, — кивнул он и сам с удовольствием впился зубами в сочный кусок мяса. — Остынет — будет не то. Они ели молча, запивая остроту холодным пивом. Тишину прерывал только хруст овощей и негромкая музыка. В желтоватом свете кухонной лампы Ибо больше не казался опасным бойцом из подъезда. Он выглядел просто голодным парнем, который слишком долго жил один. Ибо ел так, будто от этого зависела его жизнь. Он набивал щеки едой, как запасливый хомяк, и смешно мычал от удовольствия, то и дело закатывая глаза. Видимо, в его кочевой жизни — с вечными отъездами и перекусами на бегу — домашняя еда была чем-то вроде мифического сокровища, которое он наконец-то обнаружил в соседней квартире. Сяо Чжань смотрел на него, подпирая щеку ладонью и тихонько про себя посмеиваясь. Стоило признать: он и сам нечасто баловал себя кулинарными изысками, обычно обходясь чем попроще, а уж о том, чтобы кормить посторонних, и речи не шло. Обстановка за столом была на удивление уютной. Мужчина поймал себя на мысли, что Ибо — первый человек за чертовски долгое время, который не просто переступил порог его дома, но и так органично вписался в интерьер кухни. — Ну как? — спросил он, отпивая глоток холодного пива. — Годится? — Фкуфно! — Ибо активно закивал, пытаясь одновременно прожевать очередную порцию мяса и ответить. — Ну и хорошо, — Сяо Чжань расслабленно откинулся на спинку стула. Хмель мягко касался сознания, снимая остатки дневного напряжения. Стоило бы, конечно, заняться планированием завтрашнего дня — Сяо Чжань органически не переносил неизвестность и всегда старался иметь в запасе пару-тройку вариантов развития событий. Но сегодня было как-то лениво. Денег в наличии должно было хватить на пару месяцев простой жизни — не то, чтобы он когда-то шиковал, — так что он вполне мог позволить себе роскошь провести этот вечер, не тревожась о будущем. На кухне стало тихо. Только тихий мотив из радио разрушал её, да шипение пузырьков в банке пива. Ибо, наконец-то справившись с основной порцией, затих, блаженно глядя в свою тарелку. В желтом свете абажура его лицо казалось мягче, а острые углы характера — не такими колючими. — Ты всегда так круто готовишь?— он поднял взгляд, и в нем больше не было настороженности. — Нет. Обычно предпочитаю простую еду. После работы обычно лень разготавливать, — Сяо Чжань сделал очередной глоток, чувствуя, как приятная прохлада пива окончательно смывает остатки дневного раздражения. — А сегодня у тебя выходной? — Ибо откинулся на спинку стула и громко, по-детски икнул, тут же сконфуженно прикрыв рот ладонью. — А сегодня я официально безработный, — спокойно ответил мужчина. Сказать это вслух оказалось на удивление легко, словно он просто констатировал прогноз погоды. — Ты уволился? — Ибо удивленно приподнял брови, и его лицо на мгновение стало совсем юным. — Меня. Ничего нового, — пожав плечами, Сяо Чжань встал. Он собрал пустые тарелки, составил их в раковину — звук керамики о металл прозвучал в тихой кухне резковато. Достав из холодильника еще по две банки пива, он кивком указал на балконную дверь: — Выйдем? — О, у меня там пара складных стульев есть, сейчас принесу! — засуетился Ибо. Он выскочил на балкон, и мужчина услышал, как хлопнула соседская дверь. Сяо Чжань вышел следом. Ветер с окраин принес запах дождя — туча уже почти накрыла район, подминая под себя остатки городского света. Он чиркнул зажигалкой, поднося огонек к сигарете. Оранжевый всполох на секунду осветил его лицо. Ибо вернулся быстро, волоча два брезентовых стула. Раскрыл их прямо посреди общего пространства, у самых перил, и с наслаждением развалился на одном, вытянув длинные ноги. — Как же хорошо! — пробормотал он, закидывая голову и прикрывая глаза. Вечерняя прохлада после горячей свинины казалась благословением. — А кем ты работал? — Электриком, — Сяо Чжань выпустил струю дыма в темнеющее небо и устроился на стуле поудобнее, чувствуя, как мышцы спины наконец-то расслабляются. — Замкнул им всю систему? — хихикнул Ибо, не открывая глаз. На его губах играла легкая, почти сонная улыбка. — Хуже. Сломал секретаршу, — хохотнул Сяо Чжань в ответ. — Своим отказом. Видимо, её эго закоротило посильнее, чем оголенные провода. Ибо открыл один глаз и посмотрел на соседа — серьезно и с каким-то новым, глубоким пониманием. В этом мире, где всё продается, встретить еще одного «неудобного» человека было всё равно что найти вторую деталь от одного сложного механизма. — Что планируешь дальше делать? — Ибо спросил это неожиданно серьезно, вглядываясь в профиль соседа. — Жить дальше, — отозвался Сяо Чжань, смывая табачную горечь глотком холодного пива. — Схема проверенная: перебьюсь подработками пару недель, а там найду новую контору. В Пекине всегда что-нибудь искрит или коротит, так что без куска хлеба не останусь. — И часто ты так маршруты меняешь? — от интереса Ибо даже перестал рассматривать свои ноги и сел ровно. — Когда как, — мужчина неопределенно повел плечом. — Что мы всё обо мне. Ты сам-то? Работаешь или учишься? — Учусь? — Ибо хмыкнул, и в уголке его губ промелькнула ироничная складка. — Я что, правда похож на студента? — Есть немного. Я бы дал тебе года двадцать два, не больше, — Сяо Чжань не спеша окинул его взглядом с ног до головы, задержавшись на беспорядочных кудрях. — Как раз четвертый курс, диплом на носу. — Лао Сяо мне льстит, — Ибо снова откинулся на спинку брезентового стула, подставляя лицо первому порыву предгрозового ветра. — Мне двадцать восемь. Я механик. Раньше крутил гайки в заштатном сервисе, пока меня не заметил один человек. Теперь работаю в гоночной команде, мотаюсь по стране с этапа на этап. — М-мм, — многозначительно промычал Сяо Чжань. — Понятно теперь, откуда в тебе столько дури. Гайки затягивать — это тебе не проводку изолировать. — Да я просто в зал хожу между гонками, чтобы форму не терять, — Ибо допил пиво и с сухим хрустом смял банку в кулаке. — Похоже, скоро громыхнет. А тебе сколько? — Тридцать четыре, — ответил мужчина, глядя, как окраина города исчезает за пеленой приближающегося ливня. — Через полчаса здесь будет океан. — Еще по одной успеем? — Ибо повернулся к нему, и в его глазах блеснул какой-то мальчишеский, азартный огонек. — Возьми в холодильнике, — Сяо Чжань махнул рукой в сторону открытой балконной двери и снова щелкнул зажигалкой. Ибо исчез в его квартире и вернулся через минуту. В одной руке он держал пиво, а в другой — контейнер с остатками свинины. — Ты что, не наелся? — хмыкнул мужчина, наблюдая, как сосед с завидным аппетитом уничтожает содержимое пластиковой коробки. — Я впрок, — невнятно пробубнил тот, не переставая работать челюстями. — Смотри, не лопни. Пока я дома — покормить тебя для меня не проблема. Просто заходи, когда дверь открыта, — Сяо Чжань сделал долгую затяжку и вскрыл новую банку. Металлическое колечко звякнуло, выпуская струю газа. — Хорошо-то как, что мы соседи, — вдруг ухмыльнулся Ибо и внезапно загоготал на весь балкон — громко, искренне. — Так мне в жизни давно не фартило! Сяо Чжань ухмыльнулся, глядя на соседа, и почувствовал, как внутри, где-то за ребрами, становится непривычно тепло. Когда он в последний раз вот так сидел? Без ожидания подвоха, без желания поскорее закончить разговор, просто наслаждаясь чужим смехом? Кажется, это действительно было в какой-то другой, почти забытой жизни. — Ты только сильно не привыкай, — хмыкнул он, пряча улыбку за банкой пива. — А то вдруг я прямо завтра работу найду и прощай твои домашние обеды? — Э-э, нее-ет, Лао Сяо! Так дела не делаются, — Ибо заулыбался во весь рот, и его лицо в сумерках стало совсем открытым. — Я теперь твоим частым гостем буду. Ты только скажи сразу, если вдруг надоедать начну или мешать. Я иногда границ не вижу, честно. Меня поэтому мало кто выносит долго. — Хм, — Сяо Чжань дернул головой, стряхивая пепел. — Вряд ли ты сможешь мне помешать. Но продукты я с тебя требовать буду, так и знай. Сам понимаешь — я сейчас на эконом-режиме, лишних трат бюджет не потянет. — Без проблем! Добавь меня в WeChat, будешь скидывать список, а я — заказывать или сам в лавку бегать, — Ибо пожал плечами и вдруг задумчиво прикусил губу. — Могу даже Орешек что-нибудь покупать, раз она собралась хозяйничать на две квартиры. Может, ей лежанку купить ко мне в комнату? И лоток... А то пока она на своих коротких лапках от меня до тебя добежит — обописается ведь по дороге! Сяо Чжань не выдержал. Он представил эту картину: несущуюся на всех парах и на ходу сбрасывающую балласт Орешек, и согнулся пополам от хохота. Следом его подхватил Ибо. Гоготание гуся и звук скрипящего колеса слились в такую дикую какофонию, что они начали задыхаться, вытирая слезы. Сверху упала тяжелая, размером с монету, капля. Потом вторая. А через секунду небо просто разорвало. Шквал обрушился мгновенно, стена воды превратила город в размытое пятно. Ветер тут же швырнул поток ледяного дождя прямо на балкон. — Твою ж...! — в один голос выдохнули они, вскакивая со стульев. Пока они разворачивались и пропихивались в узкую дверь, их вымочило до последней нитки. В квартире Сяо Чжаня внезапно стало тесно и очень шумно от звука дождя по козырьку. — Блин, надо было к себе бежать, — спохватился Ибо, замирая на коврике. С его кудрей на пол ручьями стекала вода, а мокрая футболка облепила плечи, подчеркивая их разворот. — Поздно, — Сяо Чжань, сам похожий на мокрого воробья, схватил его за локоть и подтолкнул в сторону коридора. — Давай, иди в душ. Полотенце там чистое, синее, только с утра повесил. Иди грейся, а я сейчас найду тебе во что переодеться. Сяо Чжань подошел к шкафу и принялся методично перебирать стопки вещей. Внутри всё еще подрагивало — не то от холодного дождя, не то от того, как уверенно Ибо вошел в его пространство. Поразмыслив, он решил, что сосед вполне обойдется без нижнего белья — в конце концов, дойти до своей двери через балкон дело пары секунд. Он выудил мягкие серые штаны на завязках и черную хлопковую футболку. Постучав в дверь ванной, он приоткрыл её ровно настолько, чтобы просунуть руку, и аккуратно опустил вещи на теплый полотенцесушитель. — Я оставил здесь! — крикнул он, стараясь смотреть куда угодно, только не на душевую кабину. Но взгляд предательски соскользнул в сторону. За запотевшим стеклом, среди клубов пара, отчетливо угадывался сильный мужской силуэт. Струи воды разбивались о широкие плечи, стекали по прогибу спины... Сяо Чжань резко отвернулся и захлопнул дверь.