Ненависть и желание ходят рука об руку

Глава 35. Она пришла сама

Ночь накрыла квартиру глухой тишиной. За окнами — ни огонька, только снег снова сыпал крупными хлопьями, укутывая город в белый саван. А в спальне кипели страсти. — Ты! Ты! — Полина стояла посреди комнаты, сжимая кулаки. — Ты меня обманывал! Играл со мной! Заставлял думать, что я схожу с ума! — Зайка... — Не называй меня так! Ты издевался надо мной эти дни! Я думала, у меня гормоны, а ты сидел и усмехался! — Я не... — Выйди! — она указала на дверь с такой яростью, что Барс понял: спорить бесполезно. — Уходи из спальни! Сейчас же! Он медленно поднялся с кровати, взял подушку и поплёлся к двери. На пороге задержался, оглянулся. Полина стояла всё в той же позе — грудь вздымается, глаза мечут молнии, — и была до умопомрачения красива в своей ярости. — Я заслужил, — сказал он тихо. — Я понимаю. Спокойной ночи, Полина. И вышел, прикрыв за собой дверь. В гостиной он устроился на диване — коротковатом для его роста, ноги свешивались через подлокотник. Лорд подошёл, лизнул руку и улёгся рядом на полу, всем видом выражая солидарность. Барс лежал, закинув руки за голову, и смотрел в потолок. Спать не хотелось. Внутри всё бурлило: злость на себя, сожаление, тревога — не перегнул ли? Стоило ли признаваться? Но врать ей он больше не хотел. Никогда. А в спальне Полина ворочалась. Одеяло сбилось, подушка была то слишком тёплой, то слишком жёсткой. Она ложилась на левый бок, на правый, на спину, но сон не шёл. В голове крутились его слова: «Ничего тебе не кажется». И это нежное, тихое: «Я просто жду». И дурацкая, раздражающая пустота там, где только что лежало его тёплое тело. Прошёл час. Может, больше. Она резко села на кровати. — К чёрту, — прошептала она и спустила ноги на пол. В гостиной было темно, только уличный фонарь бросал на пол бледные прямоугольники света. Барс спал, но беспокойно — брови нахмурены, губы сжаты, будто даже во сне он продолжал с кем-то воевать. Одеяло сползло, обнажая татуированную грудь и живот. Он был до мурашек красив, и Полина на секунду замерла, просто глядя на него. Лорд приоткрыл глаза, узнал её и снова засопел, не поднимая тревоги. Она подошла ближе. Ещё ближе. И осторожно, стараясь не разбудить, легла рядом на узком диване, прижимаясь спиной к его боку. Диван был слишком маленьким для двоих, и она почти лежала на нём сверху, но ей было плевать. Барс дёрнулся, просыпаясь, и инстинктивно сжал её локоть. — А? Что? Зайка? — его голос был сиплым со сна. — Ты чего? — Ничего, — прошептала она, прижимаясь губами к его шее — туда, где бился пульс. — Просто... мне холодно. Можно ты меня обнимешь? — Холодно? — он даже спросонья не купился. — Отопление на максимуме. — Мне всё равно холодно, — упрямо повторила она, зарываясь носом в изгиб его плеча. — Обними. Пожалуйста. Барс выдохнул — длинно, облегчённо, — и его руки сомкнулись вокруг неё, притягивая ближе, укутывая в тепло и запах. Он ничего не сказал. Не стал уточнять, не стал подкалывать. Просто обнял — крепко, надёжно, — и уткнулся носом в её макушку. — Спи, — шепнул он. — Я держу. И Полина, прижимаясь к нему всем телом, наконец закрыла глаза. Сон пришёл мгновенно — впервые за много ночей.