Глава 26
5 мая 2026 г., 13:50
Насыщенный, пикантный аромат тушеного на плите рагу из бычьих хвостов разносился по квартире Мэдисон, словно приворотное зелье.
Я бы с удовольствием встречалась с самой собой, — подумала Мэдисон, обмакивая деревянную ложку в соус, чтобы попробовать.
- Черт, как вкусно, Тен, — сказала она равнодушному коту, спящему на диване.
Как только она открыла бутылку вина, зазвонил дверной звонок.
- Входи, — позвала она из кухни, наливая два щедрых бокала темного красного вина.
Валентина появилась в дверях, ее волосы еще были влажными после душа, она была одета в джинсы и обтягивающую белую футболку.
Черт, белый тебе действительно идет.
Мэдисон улыбнулась слишком широко, но ей было все равно. Бросившись к женщине, она обняла ее и прижала к себе так крепко, словно они не виделись целый год.
- Боже, как я по тебе скучала, — сказала Мэдисон, впитывая ее аромат и крепко обнимая.
- Я тоже по тебе скучала, — ответила она, но Мэдисон услышала её колебание.
- Что случилось? — Спросила Мэдисон, отстранив её на расстояние вытянутой руки, чтобы лучше рассмотреть её лицо.
- Ничего, — улыбнулась Валентина, но на ее лице не было ни капли радости.
- Что-то случилось с твоей семьей? — Спросила девушка, обеспокоенная тем, что Валентина так уклончиво объяснила причины своего визита. - Ты можешь рассказать мне, если там действительно что-то неладное, понимаешь? Тебе не придется справляться с этим в одиночку.
Рука Валентины, обхватившая её щеку, была холодной.
- Всё в порядке. Давай поедим. Поговорим потом, — ответила она, совсем на себя не похожая.
- Нет уж, теперь нам придётся поговорить, иначе я не смогу насладиться своим потрясающим творением, — сказала она, скрестив руки на груди. Непонимание того, что творится в голове у Валентины, вызывало у неё тревогу.
- Нет причин, по которым мы не можем насладиться ужином. Кстати, пахнет восхитительно, — ответила она, выскользнув из ее объятий, чтобы покопаться в кастрюлях и сковородках на плите.
- Вэл, — сказала Мэдисон резче, чем хотела, — Вернувшаяся из Северной Каролины женщина вызывает у меня тревогу.
Когда Валентина обернулась к ней, ее большие карие глаза были полны непролитых слез.
- Дорогая, что случилось? — Спросила Мэдисон, бросаясь к ней. Вид её почти слёз пронзил её грудь. Это было такое чувство, которое заставляло воинов сражаться с драконами. - Расскажи мне, пожалуйста.
- Не надо, не будь такой доброй, — сказала Валентина, опустив взгляд. - Я этого не заслуживаю.
В животе вспыхнула ярость. Это было невозможно. Неужели ей снова изменили? Мэдисон выпрямилась, глядя в глаза Валентине. Пульс участился. Теперь пути назад не будет.
В ответ на непрекращающееся молчание Мэдисон, Валентина смягчилась в ее объятиях и начала дрожать, словно всю ночь провела на холоде. Несмотря на гнев по поводу того, что сделала Валентина, Мэдисон обняла ее. Она не смогла противостоять первобытному желанию утешить ее, даже если та чуть не разбила ей сердце.
- Я хочу освободить тебя, — прошептала Валентина без объяснений.
- Освободить меня? — Повторила Мэдисон. - Что, черт возьми, это значит? — Спросила она, понимая, насколько напряженно звучит ее голос.
Валентина тяжело сглотнула, ее светлая кожа еще больше побледнела.
- Эти месяцы с тобой были невероятными. Лучшими в моей жизни, — сказала она, смущаясь. - И у меня было много времени, чтобы подумать об этом. - Наконец она подняла взгляд от пола. - И я не могу заставлять тебя быть той, кем ты не являешься.
Мэдисон нахмурилась, чувствуя, как сжалось её сердце.
- Значит, ты думаешь, что знаешь меня лучше, чем я сама себя знаю?
- Я не это говорю. Я имею в виду, что ты отвернулась от того образа жизни, который так много для тебя значил, и я боюсь, что ты будешь злиться на меня за это. Что однажды ты проснёшься и поймёшь, что это не для тебя, — объяснила она, сбивчиво подбирая слова, и слёзы наконец хлынули, оставляя полосы на её щеках.
Сердце Мэдисон смягчилось, когда она вытирала их. Страх накрыл Валентину, словно приливная волна.
- Так что, может быть, лучше просто прекратить эти отношения сейчас. Тогда ты не будешь меня ненавидеть потом, и мы не будем тратить время на то, что недолговечно. Ты такая молодая, и у тебя впереди столько всего. Я не могу тебя удерживать, — сказала она, и все ее тело так сильно дрожало, что Мэдисон ничего не могла сделать, кроме как притянуть ее к себе и прижаться к ней всем телом.
Тошнота и душевная боль поочередно вытесняли друг друга из эмоционального состояния Мэдисон. Она глубоко вздохнула и поцеловала Валентину в лоб.
- Нет, — прошептала она, прижимаясь к ее коже.
Валентине потребовалось мгновение, чтобы отреагировать.
- Что значит нет?
- Нет, — повторила она, понимая, что это ничего не прояснит для растерянной женщины, смотрящей на нее опустошенными глазами. - Меня это тоже пугает, — добавила она, глубоко вздохнув. - Находиться вдали от тебя некомфортно. На самом деле, иногда, как в эти выходные, это настоящая пытка. Мне не нравится гадать, всё ли у тебя в порядке или скучаешь ли ты по мне. Я ненавижу, что сплю лучше, когда ты в моих объятиях превращаешься в потный, храпящий комок, или когда ты скрежещешь зубами около моего уха, обнимая меня. Ты не позволяешь мне быть мифическим существом. Я не могу переспать с тобой и потом упорхнуть, оставив тебя гадать, как мне удаётся всегда так хорошо выглядеть. Ты видела меня с мокрыми волосами и до того, как я сделала коррекцию бровей. Ты знаешь, что у меня по утрам паника, и я убираю кошачий наполнитель. Думаешь, мне нравится показывать тебе все это? И отполированную себя, и необработанную? Чёрт возьми, нет, но я делаю это, потому что я… - Мэдисон замолчала, когда паника нахлынула на неё, словно приливная волна.
На лице Валентины расплылась улыбка.
- Я тоже тебя люблю.
Эти слова вызвали в ней волну ядерной энергии. Она смотрела на Валентину, пока соус томился, а кот потягиваясь ждал. Но ужас так и не наступил. Тихий голосок, говоривший ей бежать от навязчивого партнера, требующего слишком многого, не появился.
- Я люблю тебя, — сказала она, произнося слова, которые, как ей казалось, она никогда больше не произнесет.
Валентина притянула её к себе и поцеловала губами, солёными от слёз. Не колеблясь, Мэдисон обняла её за талию и подняла над землёй.
- А теперь, пожалуйста, поешь мою вкусную еду и поспи в моей постели, — попросила Мэдисон, не отпуская её.
Валентина рассмеялась, ее лицо покраснело от слез, а заложенность носа изменила тембр ее голоса.
- Да.
