Дыхание на моих руках.

Утро началось неспешно — с запаха крепкого кофе и тонкого шума старого вентилятора на кухне. Вивьен проснулась не от будильника, а от того странного ощущения в плечах, которое появлялось перед важными днями: как будто тело помнило предстоящую загрузку. Ей было уже двадцать пять, и то, каким она стала, было напрямую связано с ночами, когда сон отодвигался ради работы, и с редкими, но точными звонками, менявшими планы на месяцы вперёд. Стеклянная кружка стояла на столе, внутри висели золотистые полоски варенья, которые она забывала смешать с кофе. Свет входил сквозь жалюзи, рисуя на полу полосы, ровно такие же, как линии на её ладони — привычные и прочерченные снова. Она повесила халат на спинку стула, подошла к окну. Внизу — тихий район, машины медленно проходили по мокрым от утреннего тумана улицам. Из далёкого радио доносилась новость про дорожную пробку и детский утренник в соседнем парке. Вивьен вздохнула: мир продолжал жить своей обыденностью. Но телефон на тумбочке начал вибрировать напоминанием о том, что её мир редко совпадал с общепринятым. Экран подсказал имя: Грэм Харрисон. Она ответила на автопилоте. — Грэм? — голос хрипел, но голосом было трудно передать степень тревоги. — Вивьен, слушай меня внимательно. — Он говорил быстро, без пауз, как человек, который привык к ходу событий и не любит терять время. — В Бейкон Хиллс что-то происходит. Не похоже на обычный шум: несколько местных жителей вызвали полицию, но те ничего толком не нашли. Я хочу, чтобы ты поехала туда. Сердце Вивьен прижалось к горлу привычным, но давно знакомым ритмом. Грэм — тот самый человек, чей голос обычно сдерживал бурю. Он работал в службе ФБР, которая никогда не звучала в рекламных роликах, но появлялась в маршрутах тех, кому нужно было знать правду о скрытом. — Что именно? — спросила она, пытаясь не выдать волнения. — Ничего конкретного? — Люди видели,как некоторые животны озверели,не знаю, как назвать. По всему городу фиксируются случаи, когда животные бросаются под машины, врезаются в препятствия, отказываются от пищи. Полиция считает это массовой аномалией. Я думаю иначе. Она увидела, как в мозгу всплывают пятнадцатилетние воспоминания: первый раз, когда она увидела хоть что-то сверхъестественное, когда всё было новым и страшным, когда мир раздвинулся и показал свою другую сторону. Тогда она была дитём и многое понимала неправильно. Сейчас ей двадцать пять: руки всё так же дрожали, но руки могли починить технику, руки умели сдерживать кровь, руки умели точно задавать вопросы. — Я выдвигаюсь через час, — сказала Вивьен. — Дай мне координаты и краткую сводку. — Координаты вышлю в сообщении. Возьми с собой Марка, если сможешь. Он ориентируется на месте и не даёт эмоциям брать верх. И не говори ни с кем лишним по пути. Это может быть просто странная вспышка, а может — нечто другое. Берегись, Вивьен. — Поняла. — Она нажала на экран, чтобы закончить разговор. — И Грэм... спасибо. Когда она повесила трубку, дверь её квартиры снова открылась, и в комнату занесло запах свежесваренного кофе — соседка Ася, с которой Вивьен частенько делила утро, несла противоречивую, но тёплую энергию. — Ты в порядке? — Ася вошла в комнату с двумя чашками, тонко улыбаясь. — Ты выглядишь так, будто в голове у тебя концерт, который решает, играть ли ему сегодня. Вивьен попыталась улыбнуться в ответ, но её лицо всё ещё носило следы ночи и волнения. — Это рабочее утро, — призналась она. — Бейкон Хиллс. Грэм позвал. Ася уселась напротив и передала ей чашку. Её глаза, всегда мягкие, сейчас сузились от любопытства. — Бейкон Хиллс? Серьёзно? Ты же знаешь — это место как магнит для всяких легенд. — Знаю. И не всё, что там происходит, объясняется легендами. — Вивьен положила чашку на стол и сделала короткий глоток. Кофе был слишком горячим, обжигал, но бодрил. — Мне нужно заехать домой, собрать вещи, и уехать. Марк едет со мной, если получится. — Марк? — Ася чуть подняла бровь. — Тот самый Марк, который умеет чинить старые приёмники и разговаривать с бродячими собаками? — Именно. — Вивьен улыбнулась, потому что Марк действительно был необычен: высокий, с небритыми скулами и таким же непритязательным отношением к жизни, каким обладала его куртка — всегда с одной и той же потертостью на локте.Но надо отдать должное, чувство юмора у него было хорошее.Он умел находить вещи, которые другие теряли, и не только предметы. Она собрала рюкзак: аптечка, фонарик,фальшивое удостоверение ФБР,ноутбук, запасной аккумулятор, пара универсальных ключей и маленький деревянный крестик, который она всегда прятала в кармане куртки и оберегал её от нечести.Крестик был не столько религиозным символом, сколько напоминанием о семье и о том, что мир не заканчивается после самой тёмной ночи. На лестнице вниз она встретила соседей: старушка миссис Коллинз и мальчик с велосипедом, который с любопытством уставился на её рюкзак. Они пожелали ей хорошего дня; Вивьен ответила коротким кивком. Её мир был переплетён с простыми вещами — запахами хлеба и разговорами о погоде — и в то же время жил в точках, где эти простые вещи обрывались и начиналось другое. Марка она нашла в мастерской, где тот чинит, казалось бы, всё на свете. Он сидел на табурете, работал над чем-то металлическим, и его рука была испачкана маслом. — Очередное спасение мира? — спросил он, не поднимая глаз. — Возможно. Бейкон Хиллс.Ты со мной? Марк отложил инструмент, оглядел её вытянутое лицо и наконец улыбнулся своей широкой улыбкой, которая одновременно и успокаивала, и подбрасывала искру опасности. — Всегда. Откуда у нас питание на сей раз — мистические тени или старые добрые электрические аномалии?Или стой! —он широко улыбнулся, вытерая руки — Что-то сверхъестественное? — Пока не знаю.Но мы должны ехать срочно. Будет сложно — говорят, что-то жутко заставляет животные сойти с ума, стать другими, озвереть, проще говоря. — Интересно, — пробормотал Марк, вставая. — Надеюсь, другие — не это же «другие», о которых ты думаешь. Её телефон снова завибрировал — Грэм прислал координаты и короткий список наблюдений: повышение агрессии,потеря страха перед человеком, нападение в населённых пунктах, формирование стаи, изменение активности, расширение обитания. Прочитав список, девушка пришла к выводу, что это звучало странно, причем очень. По дороге они разговаривали мало. Марк управлял машиной, и каждое движение руля казалось ему подготовкой к походу: вещи сложены, инструменты на местах, эмоции приглажены. Вивьен сидела с картой Бейкон Хиллс на коленях, отмечая возможные точки для остановки. — Бейкон Хиллс изменился, — сказал он в конце, не глядя на неё. — Это не тот сонный городок, который кажется безопасным. Пустые дома, леса, которые кажется живыми... Ты помнишь, как мы обсуждали, что не стоит недооценивать места, где людям хочется верить в странное? — Как можно недооценивать то, что уже случилось? — отвечала Вивьен. — Но согласна. Я еду, чтобы понять, что именно. И если понадобится — чтобы поставить точку. Он перестроил пассажирское зеркало, проверил,чтобы фонарик и радиостанция были заряжены. В машине запахло бензином и кожей. По радио шла слабая музыка, но это не умаляло настороженности. — Если что-то пойдет не так, — начал Марк, затем замолчал, словно выбирал слова, — мы делаем две вещи: сохраняем спокойствие и не допускаем паники среди местных. Люди иногда боятся не самого события, а того, что от них скрывают. Мы должны дать им максимально простое объяснение или ничто. Всё, что выведет их из состояния шока, — наша ответственность. — И если это нечто другое? — прошептала Вивьен, надеясь что это не то, о чем она думает. — Тогда мы поступаем по плану Б. Сценариев у нас немного. Первый — выяснить причины. Второй — устранить источник. Третий — уехать и написать отчёт, если останутся силы. Четвёртый — просто пустить их на мясо. — Марк улыбнулся, но в его глазах пляснуло стальное внимание. Они въехали в Бейкон Хиллс, и Вивьен ощутила резкую волну ностальгии и чуждости — улицы те же, а атмосфера изменилась. В сердце — смесь тревоги и сосредоточенной решимости: страх перед неизвестным, но готовность действовать. В глубине — тихая грусть о потерянном времени и пробуждающаяся надежда, что она всё ещё способна это остановить. — Видишь? — Марк сжал подбородок. — Как будто по всей улице прошёл танк. —Прыснул он со смеха Вивьен выдохнула и набрала номер Грэма, который уже наверняка наблюдал с другого конца: «Подъедете к старшей школе Бейкен Хиллс.Там первый вызов». — Хорошо, — сказала она коротко и затоила дыхание, ожидая, что же будет дальше.