Книга 3. Старые друзья - новые враги.

Датское лето стремительно угасало, уступая место промозглым осенним ветрам, которые приносили с Северного моря тяжелые, налитые свинцом штормовые тучи. Замок Наследия, обычно служивший надежной крепостью и уютным домом для своих обитателей, в эти дни казался неестественно мрачным. После дерзкого похищения Барри иллюзия абсолютной безопасности рухнула. Вергилий, чья гордыня ранее не допускала даже мысли о подобном исезде, теперь осознал пугающую истину. Его враги не всегда будут нападать в лоб. Они будут искать уязвимости, бить из тени и целиться в самое дорогое. В просторном картографическом зале, освещенном тусклым светом тяжелых бронзовых люстр, собрался военный совет замка. Вергилий стоял во главе массивного дубового стола. По правую руку от него расположился Ларс Александерсон, чье лицо было напряженным и сосредоточенным. По левую руку грациозно сидела Хелена Собеска, а в густой тени у книжных шкафов недвижимо замерла Мастер Рейвен, скрестив руки на груди. "Инцидент в бразильских джунглях выявил критическую брешь в нашей обороне", - начал Вергилий холодным, ровным тоном, лишенным эмоций. "Барри обладает колоссальным потенциалом. В его жилах течет кровь Спарды. Но он вырос в тепличных условиях этого замка. Он привык полагаться на чистую мощь, на магические выбросы энергии, забывая о базовых инстинктах выживания. Ли Чаолен использовал глушители, и мой сын оказался абсолютно беспомощен". Мастер Рейвен сделала шаг из тени. Ее глаза за визором холодно блеснули. "Мальчик дерется как принц на турнире", - произнесла темнокожая наемница. "Его техника красива, но она не приспособлена для грязной войны. Когда вас пытаются убить в грязи, правила честного боя перестают существовать. Если вы хотите, чтобы он выжил в следующий раз, ему нужно сломать старые привычки. Ему нужны те, кто покажет ему истинное лицо войны. Те, кто не будет делать скидок на его происхождение". Ларс кивнул, соглашаясь с каждым словом шпионки. "Мои солдаты могут обучить его тактике", - добавил капитан. "Но для воспитания первобытной жестокости и умения выживать на пределе физических возможностей нам нужны люди совершенно иного сорта. Нам нужны псы войны". Хелена Собеска изящно поправила идеальную прическу и положила на стол две тонкие картонные папки с досье. Аристократка всегда знала, где найти нужных людей для самых специфических задач. "Я задействовала свои самые темные контакты на рынке наемников", - мягко произнесла Хелена. "Эти двое не знают жалости. Первый это Джек Краузер. Жесткий, абсолютно беспринципный военный специалист, прошедший через самые горячие точки планеты. Для него существует только приказ и выживание. Второй это Крейг Мардук. Чемпион подпольных боев без правил. Он менее дисциплинирован, чем Краузер, но его агрессия и животная мощь не знают границ. Мардук любит доказывать свое превосходство и ломать людей психологически. Они стоят астрономических денег, но они сделают то, что необходимо". Вергилий посмотрел на фотографии в досье. На одной был изображен суровый блондин с ледяным, мертвым взглядом солдата. На другой скалился гигантский, татуированный громила с безумным блеском в глазах. "Нанимай их", - коротко приказал Темный Рыцарь. "Пусть приступают немедленно". Спустя всего несколько дней внутренний двор Замка Наследия превратился в филиал преисподней. Осенний дождь превратил землю тренировочного плаца в вязкую, холодную грязь. Барри тяжело дышал, стоя на коленях в этой жиже. Его одежда была изодрана, лицо покрыто кровоподтеками, а мышцы горели адским огнем. Юноша попытался призвать демоническую энергию, чтобы залечить раны, но вспомнил строжайший приказ отца. Любое использование магии во время этих тренировок каралось немедленным удвоением физических нагрузок. Перед ним возвышался Джек Краузер. Военный был одет в легкую тактическую форму, которая даже не испачкалась. В его руке тускло поблескивал тяжелый армейский нож. "Ты слишком медленный, щенок", - процедил Краузер сквозь зубы. Его голос звучал как скрежет металла по стеклу. - "Ты смотришь на мое лезвие, а не на мои плечи. В реальном бою тебя бы уже выпотрошили и оставили гнить в канаве. Вставай!" Барри сцепил зубы, стирая грязь с лица, и заставил себя подняться. Но не успел он принять стойку, как сбоку на него обрушилась колоссальная масса. Крейг Мардук с диким, оглушительным смехом сбил юношу с ног, впечатав его спиной в холодную грязь. Гигантский боец уселся сверху, придавив Барри своим огромным весом, и занес пудовый кулак. "Я здесь номер один!" - проревел Мардук, брызгая слюной. - "Твоя магическая родословная здесь ничего не значит, мальчик! Здесь правит только боль и сталь! Защищайся, или я сломаю тебе ребра просто ради забавы!" Это было не обучение боевым искусствам. Это было методичное, жестокое избиение, направленное на уничтожение любых иллюзий о благородстве. Краузер учил Барри убивать без колебаний, использовать любые грязные приемы, бить в уязвимые точки и не доверять никому. Мардук же ломал его гордость, заставляя терпеть унижения, подавляя его физически и психологически, заставляя юношу отвечать животной агрессией на животную агрессию. На высоком каменном балконе, защищенном от дождя невидимым магическим барьером, стояли Вергилий и Байонетта. Могущественная ведьма сжала руки на перилах так сильно, что древний камень слегка хрустнул. Внутри нее бушевал настоящий ураган материнского гнева. Она видела, как Мардук снова и снова бросает ее приемного сына в грязь, а Краузер безжалостно бьет его древком тренировочного копья по ногам. "Это переходит все границы, Вергилий", - процедила Байонетта. Ее глаза опасно сверкнули за стеклами стильных очков. "Они не тренируют его. Они ломают его дух. Я могу спуститься туда и стереть этих двух наемников в порошок за считанные секунды". Вергилий даже не шелохнулся. Он продолжал смотреть вниз, на залитый дождем и кровью плац. Его лицо напоминало застывшую маску, но в глубине синих глаз бушевала невидимая буря. Ему было невыносимо тяжело смотреть на страдания сына, но холодная логика диктовала свои безжалостные условия. "Они ломают его иллюзии, а не дух", - ответил Вергилий абсолютно спокойным тоном. "Если ты спустишься и спасешь его сейчас, ты окажешь ему медвежью услугу. В бразильских джунглях нас не было рядом. Когда Ли Чаолен приковал его к операционному столу, никто не пришел на помощь сразу. Он должен научиться выживать тогда, когда мир отворачивается от него. Этот мир жесток, и чтобы защитить свою семью, Барри должен стать еще более жестоким. Пусть терпит. Боль - лучший учитель". Барри внизу издал яростный, отчаянный крик и, извернувшись в грязи, нанес грязный удар горстью мокрого песка прямо в глаза смеющемуся Мардуку. Гигант взревел от неожиданности и ослабил хватку. Барри мгновенно вырвался, перекатился в сторону и подсек ноги подошедшему Краузеру. Это был неуклюжий, лишенный всякого изящества маневр, но он сработал. Юноша начал усваивать уроки. Пока в Дании выковывалась сталь через боль и грязь, на другом конце земного шара, в остатках империи Четвертого отдела, разворачивался совершенно иной, сюрреалистичный спектакль. После катастрофического разрушения главной лаборатории и сокрушительного поражения Ли Чаолена на Зеркальном озере, азиатский филиал корпорации Umbrella пребывал в состоянии глубочайшего кризиса. Директор заперся в своем кабинете, медленно сходя с ума от паранойи и депрессии. Управление остатками военной машины легло на плечи Сергея Драгунова и Брюски. Кадровый голод стал критическим. Половина элитного спецназа была уничтожена демоном Акумой в Сибири, а многие другие агенты дезертировали, почувствовав слабость руководства. Драгунову срочно требовалось пушечное мясо для охраны уцелевших объектов. Резервы были исчерпаны, и рекрутеры Четвертого отдела начали брать буквально всех, кто умел держать в руках оружие или обладал выдающимися физическими данными. Именно так в рядах самой зловещей корпорации на планете оказались Боб и Пол. Эти двое американцев, завербованные где-то в подпольных клубах Штатов, представляли собой абсолютную противоположность всему, что символизировал Четвертый отдел. Если Краузер и Мардук были машинами смерти, то Боб и Пол казались персонажами из дешевой подростковой комедии, случайно попавшими на войну. Пол Финикс был шумным, самоуверенным байкером с невероятной, бросающей вызов гравитации прической в виде огромной золотой башни. Он считал себя величайшим бойцом во Вселенной, хотя чаще побеждал благодаря чистой, грубой силе и невероятной удаче, нежели технике. Боб Ричардс, напротив, был феноменально тучным мужчиной, чьи габариты обманчиво скрывали невероятную скорость и ловкость. Его жизненным кредо было сочетание скорости и массы, а главным приоритетом всегда оставалась вкусная еда. Они воспринимали службу в наемниках корпорации не как суровый долг, а как затянувшийся, щедро оплачиваемый отпуск с бесплатным питанием. На одном из заснеженных, резервных полигонов Четвертого отдела, расположенном в глухой горной местности, царил полнейший хаос. Морозный воздух сотрясали тяжелые гитарные риффы группы Metallica. Песня «Enter Sandman» ревела из огромного армейского магнитофона, установленного прямо на крыше бронированного внедорожника. Пол Финикс, одетый в ярко-красную куртку поверх тактической брони, с диким гиканьем несся по крутому заснеженному склону. Вместо сноуборда он использовал широкие алюминиевые подносы, украденные из офицерской столовой. "Дорогу величайшему чемпиону!" - орал Пол, балансируя на подносах и размахивая руками. Следом за ним, поднимая тучи снежной пыли, катился Боб. Тучный боец умудрился скрепить вместе три подноса, чтобы они выдержали его вес. В одной руке он виртуозно держал надкушенный огромный сэндвич, а другой пытался рулить. "Пол, притормози! Я рассыплю картошку!" кричал Боб, счастливо смеясь и уворачиваясь от сосен. Наблюдательной вышке, кутаясь в теплый плащ, стоял Шахин. Арабский разведчик смотрел на это цирковое представление, и его лицо выражало крайнюю степень профессионального отчаяния. Он подошел к Сергею Драгунову, который неподвижно стоял у края площадки, сложив руки за спиной и глядя вдаль своим фирменным, немигающим взглядом. "Командир", - осторожно произнес Шахин, указывая рукой на двух американцев, которые с грохотом врезались в сугроб у подножия холма и теперь громко спорили, кто пришел первым. "Вы уверены, что эти... новобранцы соответствуют стандартам нашей организации? Они превратили военный объект в парк развлечений. Они игнорируют субординацию, опустошают склады с провизией втрое быстрее нормы и абсолютно не воспринимают угрозу всерьез. Во что превращается Четвертый отдел?" Драгунов даже не повернул головы. Его бледное лицо оставалось непроницаемым. Русский оперативник обладал поистине бесконечным терпением. Он видел падение директора, он выжил после удара демона, он понимал, что корпорация разваливается на куски. Эти двое идиотов были лишь симптомом глобальной болезни. Но у них были сильные кулаки, а Драгунову нужны были солдаты, которые не задают лишних вопросов. "Они выполнят приказ, когда придет время", - глухо и безжизненно ответил Драгунов. В этот момент на площадку легким, пружинящим шагом вышел Брюска. Внешне командир наемников совершенно не походил на типичного корпоративного вышибалу. Поджарый, жилистый, ростом чуть меньше ста восьмидесяти сантиметров, он двигался с грацией и легкостью прирожденного мастера восточных единоборств, напоминая героев старых гонконгских боевиков. В его глазах мелькнула озорная, почти хулиганская искра. Напряжение последних недель требовало выхода, и Брюска решил, что немного воспитательной работы через унижение пойдет на пользу этим двоим клоунам. "Эй, салаги!" - хлестко, словно удар кнута, окликнул их Брюска. Его голос был резким и звонким, без труда прорезая рев тяжелой музыки. Пол и Боб с трудом вылезли из сугроба, отряхиваясь от снега. Пол попытался поправить свою испорченную прическу, а Боб дожевал остатки сэндвича. "Чего надо, босс?" - отозвался Пол, ничуть не смутившись тона командира. "Мы тут отрабатываем маневрирование на пересеченной местности. Отличная тренировка для вестибулярного аппарата!" Брюска подошел к ним, сложив на груди сухие, мускулистые руки, и ухмыльнулся. Он жестом приказал солдатам из охраны вынести два тяжелых, ярко-оранжевых костюма высшей химической и радиационной защиты, а также две обычные саперные лопатки. "Тренировка закончена", - произнес Брюска с самым серьезным видом, на который только был способен. "Я только что получил секретную шифровку из штаба. Несколько месяцев назад, во время бурана, наш транспортный конвой потерял здесь ценный груз. Ящики с золотыми слитками корпорации, предназначенные для теневых операций. Координаты указывают прямо на это поле". Глаза Пола и Боба мгновенно округлились. Алчность вспыхнула в них ярче, чем энтузиазм от катания на подносах. "Золото?" - переспросил Боб, облизнув губы. "Вы хотите сказать, что прямо под нами лежат настоящие сокровища?" "Именно", - кивнул Брюска, с трудом сдерживая смех. "Но проблема в том, что груз был обработан экспериментальным токсичным составом для предотвращения кражи. Так что надевайте эти костюмы химзащиты, берите лопаты и начинайте копать. Кто найдет ящики первым, получит щедрую премию. Приказ понятен?" Американцы даже не стали задавать вопросов. Перспектива разбогатеть затмила любые остатки здравого смысла. Уже через пять минут Пол и Боб, облаченные в неуклюжие, толстые резиновые костюмы, в которых было невыносимо жарко даже на морозе, ожесточенно рыли промерзшую землю посреди огромного, заснеженного поля. Их движения были скованными, они постоянно спотыкались, но копали с маниакальным упорством, изредка бросая друг на друга подозрительные взгляды. Брюска стоял на краю поля, скрестив руки на груди, и откровенно, во весь голос хохотал. Это было жестоко, глупо, но невероятно смешно. "Давай, Пол! Работай активнее, если не хочешь, чтобы Боб забрал твое золото!" подбадривал наемник, вытирая выступившие от смеха слезы. "Боб, я вижу блеск! Копай глубже!" Шахин, наблюдавший за этой сценой с вышки, лишь тяжело вздохнул и прикрыл лицо ладонью. Элитная армия Ли Чаолена, наводившая ужас на целые континенты, окончательно превратилась в абсурдный фарс. А Сергей Драгунов продолжал стоять неподвижно, глядя на заходящее зимнее солнце. Его не трогал ни смех Брюски, ни идиотизм новобранцев. Внутри русского офицера была только ледяная пустота. Он понимал, что скоро эта игра в наемников закончится. Вескер обязательно узнает правду о провалах Чаолена. И когда куратор придет за ответами, эти веселые парни с лопатами станут первыми, кто сгорит в огне корпоративной зачистки. Но пока что музыка играла, снег летел из-под лопат, а Замок Наследия готовился к новой, настоящей войне, обучая своих наследников выживать в грязи. Две силы, два мира, каждый из которых медленно, но неотвратимо приближался к своей фатальной развязке.