Семинар

В перерыве между выступлениями наступила долгожданная кофе пауза. Женщина в строгом коричневом костюме а-ля ссср пригласила всех пройти в соседний зал. Присутствующие оживились и, громко постукивая каблуками, побежали занимать очередь, чтобы успеть ухватить бутерброды с колбасой и корзиночки с белковым кремом.  Марию Генриховну буфет не сильно интересовал, поэтому она неспешно закрыла блокнот, поправила юбку и уже собиралась встать, когда рядом нависла чья-то тень. — Простите, — сказал некто с легкой ноткой раздражения, - вы из какой школы? Мария Генриховна повернула голову и увидела Татьяну, стоящую чуть позади и  невинно хлопающую глазами. — Я? Из — она на секунду задумалась, — сорок седьмой школы. Проверяющая прошлась глазами по списку и неудовлетворительно цокнула языком. — Из сорок седьмой заявлен Павел Андреевич Шульгин. Как это понимать? — Я его заменяю, — серьёзно пояснила Татьяна. — Замену нужно согласовывать заранее. Ваше направление? — Театральное, — с готовностью ответила Татьяна. — Очень драматичное, - добавила она и озорно усмехнулась. Женщина проверяющая уже явно готовилась сказать что-то вроде «пройдёмте», когда Мария Генриховна наконец вмешалась. Мысленно удивляясь своему порыву, она подошла к женщине с тем самым выражением лица, от которого обычно начинали извиняться даже те, кто ещё ничего не сделал. — Коллега шутит, она со мной, — спокойно произнесла она. Татьяна с удивлением моргнула. — Простите? — не поняла женщина. — Мы из школы №38, — добавила Мария Генриховна, чуть понизив голос, — это наш новый руководитель театрального кружка, я пригласила её для ознакомления с нормами внеурочной творческой деятельности в рамках управленческого контроля. Фраза прозвучала достаточно убедительно, что женщина попятилась и снова заглянула в список. — У вас есть согласование? - осторожно уточнила она. Мария Генриховна поправила волосы и посмотрела прямо в глаза собеседнице. — Разумеется, наверное ваш секретарь забыл внести её в списки, такое уже бывало. Татьяна стояла рядом, прикусив губу, чтобы не рассмеяться. Женщина понуро кивнула, извинилась и моментально ретировалась. Повисла тишина. И тут Татьяна, восхищенно хлопая глазами, радостно сказала: — Вы сейчас сделали что-то незаконное и гениальное. — Это было необходимо, - сухо ответила Мария Генриховна, уже направляясь к буфету. — Я влюбилась, - так же тихо сказала Татьяна, следуя за ней. — Не говорите глупостей. — Я и не говорю, - легко пожала плечами Татьяна. — Я констатирую факт. Вы спасли меня как рыцарь на белом коне. У не могу вручить вам розу, но обещаю вам добыть кофе. Какой вы любите? — Черный, без сахара и молока, и погорячее если возможно, — сказала она, еле заметно улыбаясь уголками губ. — Вы поставили меня в неловкое положение. — Я? — искренне удивилась Татьяна. — Я ненарочно. Она развернулась и быстрым шагом направилась к буфету. Через пару минут она вернулась с двумя стаканчиками кофе и передала один Марии Генриховне. Вместе они подошли к небольшому столу. — Я правда не должна была быть здесь, — сказала Татьяна, размешивая свой приторно сладкий кофе с молоком. — Меня подруга попросила заменить. Она должна была приехать от своей школы, но слегла. Мария Генриховна бросила на неё короткий взгляд: — И вы  просто пришли? — Ну да. — Без документов. Без согласования. — С энтузиазмом, — уточнила Татьяна. — И без названия школы, — с упреком заметила Мария Генриховна. — Да, — согласилась Татьяна. — Но вы же меня прикрыли. Значит вы теперь соучастница. — Не нужно так формулировать. — Простите, моя спасительница. Честное слово, я просто забыла, — призналась Татьяна. — Она сказала вчера утром, я вроде запомнила, потом репетиция, автобус и вот. Она была такая беспечная и так живо помогала себе руками при разговоре, что Мария Генриховна почувствовала какой-то вихрь рядом с собой. Она посмотрела ей прямо в бездонные голубые глаза, которые как будто гипнотизировали ее и быстро отвела взгляд, не выдержав какого-то необъяснимого напряжения. — Выпейте кофе, Татьяна,  - сказала она. — Можно просто Таня. Могу я вас называть Мария? — Лучше Мария Генриховна. — Прекрасно. Мария Генриховна сделала глоток кофе. — Как кофе? - спросила Таня. — Отвратительный, - сморщившись сказала Мария Генриховна. Внезапно объявили конец перерыва и попросили присутствующих вернуться в актовый зал.