Семинар

Вернувшись, они заняли места рядом друг с другом на последнем ряду. Мария Генриховна думала, что это чисто стратегическое решение, чтобы по окончании мероприятия можно было быстро выйти. На самом деле на галерке можно было позволить себе больше вольности. Это все дурное влияние её новой знакомой. Слайды сменяли друг друга, выступающий монотонно бубнил в микрофон. Мария Генриховна делала вид, что слушала доклад. — Предлагаю сыграть в бинго, — прошептала Таня сбоку.  — Это что еще такое? — так же тихо ответила Мария Генриховна. — Я начерчу квадрат 3 на 3 и впишу туда слова. Если выступающий произносит это слово, то я его вычеркиваю. Три вычеркнутых слова в ряд или по диагонали дают нам “бинго”. — Детский сад. — Вся наша жизнь - игра, Мария Генриховна, — медленно пропела Таня и улыбнулась. В течение следующих 20 минут вычеркнуты были слова “цифровизация”, “эффективность”, “индивидуальный подход”,“оптимизация”,”вовлеченность”. — Нам нужно слово “синергия” и мы выиграли, — с энтузиазмом прошептала Таня. И в этот момент с трибуны: — “важна синергия между подразделениями” Таня победным движением вычеркнула слово и слишком громко для окружающих сказала “Бинго!”.  Мария Генриховна покраснела от стыда, но ничего не могла поделать и  улыбалась во весь рот. Угораздило же её познакомиться с этой неформалкой. Сидевшие рядом люди недовольно шикнули на них, словно они сделали что-то крайне неприличное. — Вам идёт, когда вы улыбаетесь, — тихо сказала Таня, стараясь вернуть лицу серьезный вид. Мария Генриховна промолчала, делая вид, что ничего не услышала, но через несколько  секунд всё-таки посмотрела на Таню украдкой. Остаток доклада Таня слушала вполуха, подпирая щёку ладонью, и что-то чертила на полях блокнота: какие-то фигурки, стрелки, цветочки. Мария Генриховна задержала взгляд чуть дольше, чем следовало. Таня заметила это и она тут же отвернулась. Через минут сорок всё действо подошло к концу. Были сказаны напутствия всем присутствующим, отмечена важность вклада каждого в общее великое дело. Люди зашуршали, собираясь, и Таня с Марией Генриховной с последнего ряда спешно покинули зал, пока не образовалась очередь в гардероб. Быстро забрав верхнюю одежду, Мария Генриховна остановилась у окна и сделала вид, что что-то ищет в телефоне. На самом деле ей хотелось, чтобы Таня ее окликнула и снова завела разговор. Ей не хотелось уходить, но и как продолжить общение она не придумала, поэтому просто затаилась неподалеку.  Шаги она услышала не сразу, а скорее почувствовала. — Уже уходите? - голос Тани прозвучал прямо у нее за спиной, почти возле самого уха. Мария Генриховна обернулась не сразу. Она еще что-то потыкала в телефоне, делая вид, что она очень занята и совсем не ждала её.  — Да, собираюсь уезжать, — сказала она притворно равнодушно, взгляд скользнул по ярко-желтой куртке Тани, в которой она выглядела как взъерошенный цыпленок. — Есть предложение, — в уголках губ Тани мелькнула улыбка. — Раз кофе в буфере оказался отвратный, предлагаю угостить вас в ближайшей кофейне здесь неподалеку. За качество я ручаюсь. Мария Генриховна вдруг чуть нахмурилась, словно приняла решение, которое сама до конца не одобряла. — Я спешу, но кофе выпить успеем. У вас не будет сигареты? — спросила она. Таня на секунду замерла, внимательно глядя на неё, но затем молча достала пачку и протянула. Они вышли из здания. На улице было прохладно. Воздух казался слишком свежим после душного зала, и Мария Генриховна на мгновение задержала дыхание, прежде чем наклониться к огоньку зажигалки. Таня держала её чуть ближе, чем требовалось. Пламя дрогнуло, их пальцы на долю секунды оказались слишком рядом, и Мария Генриховна, выпрямившись, отвела взгляд быстрее, чем хотела бы показать. Она сделала затяжку, медленно выдохнула и только после этого заговорила: — Я не курила полгода. Таня повернула к ней голову, чуть прищурившись, как будто пытаясь уловить не столько слова, сколько интонацию. — Это всё моё дурное влияние ? — спросила она. — Не льстите себе, это просто стресс. — Я вас волную, Мария Генриховна? - игриво заметила Таня. — Нет, я глубоко замужем, - устало выдохнула она. Таня кивнула, принимая ответ без спора, но не отступая. — А вот вы меня волнуете, — мягко произнесла она, чуть наклонив голову. — Есть в вас что-то такое, что заставляет сердце биться чаще. Мария Генриховна едва заметно сжала пальцы на сигарете. Она не понимала, это признание или шутка. Докурив, они направились к кофейне, Таня вела. Это оказалось какое-то нишевое хипстерское место, где Марии Генриховне предложили фильтр на гватемале, в котором она ни черта не разбиралась, но согласилась поэкспериментировать. Таня же взяла себе флэт уайт. Они гуляли и разговаривали о школе, о детях, немного о театре. Мария Генриховна на удивление неплохо разбиралась в современных постановках. Не зря же она когда-то в молодости мечтала стать балериной. — Вы знаете, я значительно старше вас, — остановившись, заметила Мария Генриховна как бы мимоходом. — И я замужем. Таня не отвела глаза, только чуть кивнула, как будто обдумывая сказанное. — Я понимаю, — ответила она. — Я не предлагаю вам ничего, что вы сами не захотите. Она отвернулась, сделала последний глоток кофе из стаканчика. — Тогда тем более, — сказала Мария Генриховна, — у этого нет продолжения. Таня на секунду задумалась, а потом неожиданно улыбнулась. Не широко, а как-то осторожно, словно примеряя эту идею. — Хорошо, — согласилась она. — Пусть не будет продолжения. Давайте будет что-то мимолетное и интересное. Мария Генриховна нахмурилась, явно не доверяя такому лёгкому согласию. — Например? — Например, дружба, — ответила Таня, чуть пожав плечами. — Дайте номер телефона. Ничего такого. Мария Генриховна растерянно посмотрела на нее. В этом взгляде было сомнение, как будто она взвешивала все в голове. — Муж будет против, — тихо ответила она. — А мы ему не скажем, — мягко возразила Таня. — Будет наш маленький секрет. Мария Генриховна едва заметно выдохнула, уступая. — Хорошо, — сказала она наконец. — Дружба мне подходит. Мария Генриховна продиктовала номер. Таня быстро набрала, задержалась на секунду, что-то написала и только потом подняла взгляд. — Как вы меня записали? — почти сразу спросила Мария Генриховна, и в голосе её прозвучала тень подозрения. Таня повернула телефон так, чтобы было видно. «Джулианна Мур» Мария Генриховна в недоумении подняла одну бровь и спросила: — Это кто? — Это известная актриса, — интригующе ответила Таня. — Вы очень на нее похожи, я сразу заметила. Она своего рода квир-икона. Мария Генриховна неодобрительно покачала головой. — Слава богу я не знаю, что это такое, и не хочу даже предполагать. Она записала номер Тани у себя контактах, подписав просто "Таня (театральный кружок)". Они прошлись к машине, которую Мария Генриховна оставила во дворе неподалеку. У самой машины она чуть замедлила шаг и обернулась. — Ну вот и всё, спасибо за кофе и компанию, - сказала она, глядя на Таню. - Пора прощаться. Тебя подвезти? — Нет, спасибо, я прогуляюсь, мне недалеко, - с улыбкой ответила Таня. В этот момент Таня шагнула ей навстречу, наклонилась чуть ближе и, не давая времени на отказ, чмокнула её в щеку. От неожиданности Мария Генриховна застыла. Отстранившись, Таня посмотрела на неё внимательно, словно пытаясь запомнить ее лицо как можно четче. — Это в рамках дружбы. Ну, пока, — смущенно сказала она, развернулась и ушла. Мария Генриховна не ответила. Она так и стояла, чуть сжав в руках ключи от авто. В ее глазах читалась растерянность и что-то ещё, что-то нежное и теплое. Уже сидя в машине, Мария Генриховна ещё долго не заводила ее, прокручивая в голове все случившееся.