Второй шанс на жизнь

      Очнувшись от звука будильника на своем телефоне и сонливо потянувшись выключила надоедливый рингтон. Поднявшись с такой манящей своим уютом постели, моя тушка направилась в ванную комнату. Ноги немного шаркали по полу из-за не прошедшей сонливости, от чего встав перед зеркалом, упершись руками в раковину, я еще раз попыталась проснуться. Но почему-то в ту же секунду у меня дико загудела голова, а в ушах раздался такой сильный, пронзительный звон, что я едва удержалась на ногах. Сначала я смахнула это на то неудачное падение с лошади, которое случилось пару дней назад на занятии по верховой езде — думала, обычные отголоски легкого ушиба. Но нет. Это был не ушиб. Воспоминания хлынули в мою голову один за другим, безумным, неостановимым потоком, только совершенно из другого мира, из другой реальности.       Перед глазами замелькали яркие кадры. Вот мне семь лет, и я беззаботно играю в старые куклы у бабушки в деревне. Картинка резко сменяется — вот мне уже четырнадцать, и я впервые столкнулась со школьным буллингом. Из-за вечных проблем с родителями, которым не было до меня дела, я постоянно заедала стресс и сильно набрала в весе, из-за чего одноклассники то и дело жестоко посмеивались над моим внешним видом. Следующий кадр — мне шестнадцать, я взяла себя в руки, заметно похудела, выпустилась из школы и пошла на свою первую подработку баристой в местную кофейню, чтобы накопить на учебу. А дальше — поступление в медицинский университет. Бессонные ночи, зубрежка анатомии, практика и, наконец, работа. Вот мне уже 25 лет, я дипломированная медсестра в душном приемном покое. И финал — та самая адская, бесконечная смена, где я, обессиленная, просто заснула на посту от истощения. Заснула и больше не проснулась в том мире. Сердце просто остановилось. А затем, вслед за смертью в прошлой жизни, в сознании с железной точностью отпечаталось мое рождение уже в новом теле. Я словно заново увидела свои крошечные, пухлые детские ручки, тянущиеся к небу, и лица новых родителей, с искренней любовью склонившихся над моей коляской. Дальше замелькали еще несколько быстрых кадров из уже этой жизни, пока весь этот огромный пласт памяти окончательно не встал на свои места, вернув меня к текущему моменту перед зеркалом. Переварить картинки прошлого было намного тяжелее. До чего же глупо было умереть прямо на работе... Поначалу, когда память только вернулась, я едва не сошла с ума. Я прекрасно помнила все свои семнадцать лет жизни в этом теле, помнила и любила своих нынешних родителей. Прошлый опыт просто наложился сверху, заставив меня повзрослеть за один миг. В прошлой жизни я была медсестрой в приемном покое, и та ночная смена стала для меня последней. Хотя, должна признаться, в этом воплощении я выгляжу достаточно симпатично. Из зеркала на меня смотрела голубоглазая девушка с русыми волосами, облаченная в пижаму с какими-то забавными животными. Лет семнадцать, мелкая совсем. В этой жизни местные родители назвали меня Селеста Робинс. Имя, конечно, как и внешность, сильно отличалось от прежней меня. К «Селесте» после «Софи» я буду привыкать долго...       Вот только один вопрос не давал мне покоя: я всегда знала, что душа не может просто так исчезнуть. Она должна где-то существовать, но почему именно здесь? Почему мир именно Леди Баг и Супер-Кота? Спросите, как я узнала, куда попала? Всё просто. После того случая у зеркала, когда ко мне вернулась память, прошёл, наверное, уже целый месяц. За это время я успела более-менее упорядочить хаос в голове и немного привыкнуть к мысли о своём перерождении. И вот как-то вечером мы с родителями мирно сидели в гостиной и смотрели телевизор, как вдруг трансляцию прервал экстренный выпуск новостей из Парижа. Я тогда чуть челюсть не уронила, а по спине пробежал ледяной холод.        Как меня вообще могло сюда занести? Это же полнейший абсурд. Этот мир — выдумка, плод чьей-то больной фантазии, где подростки, наряженные в обтягивающие костюмы супергероев, спасают город от каких-то «акум». Для нормального человека это звучит как бред, но здесь это суровая реальность. Акумы — это тёмные бабочки, заряженные негативной энергией, которые выпускает местный психопат-злодей. Стоит человеку расстроиться, разозлиться или просто пасть духом, как эта дрянь вселяется в какой-нибудь личный предмет и превращает бедолагу в безумного монстра, одержимого местью. Буквально — паразит, пожирающий личность и превращающий её в оружие массового поражения.       На экране дрожащая камера снимала хаос: огромные, неповоротливые каменные монстры маршировали по улицам, круша всё на своем пути. Это были обычные парижане, чьи тела просто переписала чужая магия. Диктор в панике, срывающимся голосом, кричала о героях — Леди Баг и Супер-Коте. Она восхищалась тем, насколько они молоды, и как самоотверженно борются со злом, пока город превращается в руины. Я смотрела на этот сюрреализм и ужасалась. Одно дело — смотреть такое на экране ноутбука, и совсем другое — понимать, что теперь это твоя реальность. Это было слишком масштабно, слишком детально и слишком страшно для простого «мультика». Я до последнего отказывалась верить, надеясь, что это какой-то затянувшийся предсмертный глюк, но запахи, звуки и страх вокруг были чертовски настоящими.       Кстати, о родителях. Возможно, это какое-то благословение или высшая милость за все мои прошлые страдания. В той жизни я совсем не знала, что такое родительское тепло. Меня воспитывала бабушка. Сама мать укатила за границу в поисках лучшей судьбы, а отец и вовсе ушел в другую семью, вычеркнув меня из памяти. Им было наплевать. Поэтому здесь я чувствовала себя непривычно счастливой. Быть кому-то нужной, видеть заботу в глазах матери и чувствовать крепкое плечо отца — это было моё личное маленькое чудо.       Честно говоря, мне было бы и дальше плевать на то, что происходит в Париже. Где я, а где Франция? Пока я жила в Нью-Йорке, все эти новости казались чем-то далеким — очередной сводкой из «горячей точки», до которой мне нет никакого дела. Еще не конец света, верно? Ровно до того момента, пока я не узнала, что мама с папой отправляются туда по работе. Причем не в командировку, а насовсем. «Нам всем не помешает сменить обстановку!» — в один голос твердили они, сияя от предвкушения. В их представлении это было началом грандиозного приключения: новая страна, новые возможности, европейский шик и круассаны по утрам. Мама уже вовсю планировала дизайн нашей новой гостиной с видом на Эйфелеву башню, ну а поскольку для них я всё еще ребенок, оставить меня одну в Штатах с бабушкой они не могли и просто поставили перед фактом: «Собирай вещи, Сел, ты едешь с нами». Оказалось, папа летит туда еще и заключать контракт всей своей жизни. Мой отец — Генеральный директор международной логистической корпорации. Его компания — это не обычная почтовая служба, а элитный перевозчик, который занимается доставкой сверхценных грузов: от бесценного антиквариата и редчайших тканей до коллекционных экспонатов, требующих дипломатического уровня защиты. И его услуги понадобились не абы кому, а именно Габриэлю Агресту.       Когда я услышала эту фамилию, я просто охренела. Сука, блять... Тот самый Габриэль Агрест. Главный антагонист, который готов превратить жизнь миллионов людей в кошмар ради своей безумной цели — вернуть умершую жену с помощью древних талисманов. Человек, который забил хер на чувства собственного сына, превратив его жизнь в стерильный ад, и готовый подставить парня под удар в любой момент.       Я понимала, что спорить бессмысленно. Для папы это был золотой билет на европейский рынок. Он видел в Агресте не только гениального бизнесмена, но и могущественного покровителя, который пообещал пролоббировать интересы нашей компании в высших эшелонах французского бизнеса и помочь с открытием крупнейшего логистического хаба прямо в пригороде Парижа. Папа искренне верил, что это партнерство сделает его бизнес — процветающим.       Даже тот факт, что в Париже сейчас, мягко говоря, небезопасно, родителей не остановил. Цитирую слова мамы: — Мы же будем под защитой героев, всё будет хорошо, детка! Леди Баг и Супер-Кот присмотрят за городом. Если бы она только знала, что мой отец теперь — главная «артерия», по которой в логово этого самого зла будут доставляться любые ресурсы, от редких артефактов до запрещенного оборудования... Но я молчала. Кто поверит семнадцатилетней девчонке, заявляющей, что их новый VIP-клиент — террорист номер один? Пришлось паковать рюкзак. Смерть в прошлой жизни научила меня одному: если судьба хочет швырнуть тебя в эпицентр дерьма, она это сделает. Вопрос только в том, смогу ли я на этот раз выжить в мире, где бабочки убивают людей, а мой собственный отец жмет руку Дьяволу.       Взяв на руки Марко — крошечного померанского шпица, который больше напоминал пушистое облако, чем собаку, — я подхватила переноску с Клео. Моя шотландская вислоухая, грациозная и немного вредная, недовольно мяукнула, явно не разделяя родительского энтузиазма по поводу смены обстановки. Мы вышли из дома, и я передала животных родителям. Пока папа аккуратно закреплял переноски на заднем сиденье — прямо рядом с тем местом, где предстояло ютиться мне, — я замерла у входа. Неожиданно ко мне подошла бабуля и мягко положила руку на плечо.       — Не волнуйся, милая. Я присмотрю за вашим домом, — тихо произнесла она. — Ты всегда можешь сюда приехать.       — Ба... — я повернулась и крепко обняла её. — Я буду очень скучать.       — Ну-ну, — бабушка погладила меня по спине.       — Все, что ни делается, — всегда к добру. Глядишь, и какого-нибудь симпатичного красавчика найдешь в Париже.       — Ба! — возмутилась я, надув губы и чувствуя, как краснеют щеки.       — Мы готовы! Пора ехать, иначе опоздаем на рейс, — раздался бодрый голос мамы. Она подошла к нам, поправляя сумочку, и мягко улыбнулась, глядя на нашу прощальную сцену с бабулей. В её глазах светилось нетерпение и предвкушение новой жизни, которая казалась ей сплошным праздником. Я еще раз крепко прижалась к бабушке, обнимая ее.       — Я буду очень сильно скучать, ба, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё сжимается от неопределенности.       Отстранившись, я в последний раз посмотрела на крыльцо и медленно направилась к машине. Усевшись на заднее сиденье рядом с притихшими в своих переносках Марко и Клео, я пристегнула ремень. Когда мотор заурчал и автомобиль тронулся с места, я невольно обернулась, провожая взглядом одинокую фигуру бабушки на пороге. Я уезжала в неизвестность, совершенно не зная, что ждет меня дальше в этом безумном городе супергероев и злодеев.