Второй шанс на жизнь

      После бесконечных часов перелетов, пересадок и ожидания в очередях я наконец-то смогла выдохнуть. Машина плавно затормозила у старинного здания из светлого камня в самом сердце Третьего округа, неподалеку от квартала Маре. Это место казалось сошедшим с открытки: кованые балкончики, узкие улочки и та самая парижская эстетика, от которой в прошлой жизни я бы пришла в восторг. Мы направились к подъезду с тяжелой дубовой дверью. Наша новая квартира располагалась на шестом этаже, и пока лифт медленно полз вверх, я почувствовала этот сводящий с ума запах. Свежая выпечка, ваниль и поджаристые зерна кофе. Запах доносился из маленькой булочной на первом этаже. Желудок тут же отозвался предательским урчанием — я была готова съесть даже сырой круассан, лишь бы утолить этот голод. Когда мы вошли внутрь, я невольно замерла. Квартира была двухэтажной — настоящий люкс по парижским меркам. Высокие потолки, светлый паркет, который уютно скрипел под ногами, и огромные окна в пол. Первый этаж занимала просторная гостиная, совмещенная с кухней, и кабинет папы. Я сразу же поднялась по винтовой лестнице на второй этаж, где находилась моя комната.       — Что ж, даже неплохо, — прошептала я, осматривая свои новые владения.       Комната была светлой, с небольшим мансардным окном, через которое виднелись серые крыши Парижа. Мебель здесь уже была: добротный письменный стол у окна, удобный стул, новенький телевизор на стене и широкая кровать с мягким изголовьем. Еще здесь стоял пустой книжный шкаф и пара уютных пуфов. Всё выглядело стильно, хотя я понимала, что интерьеру явно не хватает моих личных вещей, красок и того творческого хаоса, к которому я привыкла. В дверях появилась мама. Она выглядела уставшей, но сияла от счастья.       — Ну, как тебе наш новый дом? — спросила она, облокотившись о косяк.       — Очень даже хороший, мам, мне нравится, — ответила я, переводя взгляд с окна на неё. — Но у меня один главный вопрос: когда мы пойдем завтракать или обедать? Сколько вообще сейчас времени? Я безумно голодная! Мама тепло улыбнулась моей экспрессии.       — Потерпи еще немного, через полчаса выйдем в ту самую булочную внизу.       Кстати, — она сделала паузу, —оденься во что-нибудь приличное на вечер, — добавила мама, задержавшись в дверном проеме. — Нас ожидает встреча с господином Агрестом. Мы приглашены на ужин прямо в его особняк.       — Что?! — выкрикнула я так громко, что мама даже вздрогнула от моей реакции.       — Сел, ты чего? Это же отличная возможность! Нам нужно познакомиться с будущим партнером папы в неформальной обстановке. Габриэль — человек закрытый, и такое приглашение — знак огромного доверия.       Я лишь заторможенно кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Как только мама вышла и прикрыла дверь, я буквально рухнула на кровать, глядя в потолок. Ужин в логове Бражника в первый же день? Судьба явно решила не давать мне времени на адаптацию.       — Я пойду прогуляюсь с ним, окей? — бросила я родителям, когда мы наконец-то закончили с перекусом.       Взяв поводок и прихватив Марко, я спустилась вниз. Эта пушистая жопка так и просилась на волю после долгого заточения в переноске. Я сверилась с картами в телефоне: совсем рядом был парк. Идеальное место, чтобы размять ноги и вдохнуть парижского воздуха перед «веселым» ужином.       Прогуливаясь по дорожкам, я внезапно почувствовала, как Марко натянулся на поводке. Он начал заливисто лаять, заставив меня вздрогнуть.       — Эй, Марко, ты чего?       Я проследила за его взглядом и чуть не прыснула. У раскидистого дерева неподалеку разыгрывалась сцена из комедии: Аля и Маринетт, пытались шпионить за Адрианом, у которого в парке как раз проходила фотосессия. Но их «маскировка» полетела к чертям, когда маленькая Манон, бывшая с ними, заметила моего пса. У девочки резко загорелись глаза, и она, наплевав на всю конспирацию, бросилась к нам. Аля с Маринетт, не ожидавшие такого маневра, потеряли равновесие и с глухим звуком повалились из-за дерева прямо на траву.       — Ух ты! Какая собачка! — Манон уже стояла перед нами, протягивая руки. — Дай мне её погладить! Я невольно напряглась. Марко, хоть и выглядел как облако, детей, мягко говоря, недолюбливал. Точнее, он относился к ним с огромным подозрением.       — Слушай, я бы с радостью, — осторожно начала я, притягивая его поближе к ноге, — но он не очень любит детей. Он может испугаться.       — Бред! — Манон капризно топнула ногой. — Он милый! Я хочу погладить! Она, полностью игнорируя мои слова, полезла к нему руками. Марко тут же выдал низкий, предупреждающий рык, обнажив мелкие зубы.       — Я же тебе говорила! — я повысила голос, оглядываясь по сторонам. — Где твои старшие? Эй, вы!       Но девочка меня не слушала. В какой-то момент Марко, видимо, решил, что лучшая защита — это нападение. Он резко сорвался, прыгнул на неё, отчего Манон сначала звонко засмеялась, думая, что это игра... а в следующую секунду пес коротко и болезненно клацнул зубами, прикусив ей палец.       — Ай! — взвизгнула она. Марко, не дожидаясь продолжения, вывернулся из ошейника (как он это делает?!) и со всех лад припустил вглубь парка.       — Марко! Стой! — я бросилась за ним, но этот пушистый зад уже скрылся за кустами. Я резко затормозила и обернулась к Манон, которая уже собиралась зареветь.       — Ну что за ребенок? Я же предупреждала! — в сердцах бросила я. — Видишь, что ты наделала? Теперь ищи его по всему Парижу! Маринетт подбежала ко мне, неловко заламывая руки, пока Аля пыталась успокоить хнычущую Манон. В её глазах читался этот типичный, слегка виноватый паникерский взгляд.       — О боже, мне так жаль! — пролепетала она. — Извини, что так получилось, я не думала, что... Я резко обернулась, буквально сверля её взглядом. Раздражение, копившееся с самого утра из-за переезда и новости об ужине с Агрестом, вырвалось наружу.       — Тебе жаль? — огрызнулась я, даже не пытаясь скрыть грубость. — Ты за ней следишь или просто дерево подпираешь? В чем твоя проблема? Если взялась присматривать за ребенком, так делай это, а не считай ворон, пока она лезет к чужим собакам! Маринетт опешила, явно не ожидая такого отпора от незнакомки. В этот момент влезла Аля, принимая свой «защитный» тон.       — Эй, полегче, она тут ни при чем! Манон сама пошла, это просто несчастный случай, — начала она, вставая между нами.       — Ни при чем? — я зло усмехнулась. — Марко в Париже всего первый день. Мы только сегодня приехали, он в стрессе, а теперь он драпнул в неизвестном направлении по вашей вине! Вместо того чтобы контролировать мелкую, вы занимались чем угодно, только не своими обязанностями. Я поправила сумку на плече и смерила обеих тяжелым взглядом.       — И насчет воспитания... — я кивнула в сторону Манон. — Может, стоит научить ребенка слову «нет» до того, как её кто-нибудь еще раз покусает? Или в Париже принято плевать на личные границы и частную собственность?       Оставив их стоять с открытыми ртами, я развернулась и побежала дальше в парк, лихорадочно оглядываясь в поисках своего пса. Лишь бы с этим облаком на лапах ничего не случилось в этом проклятом городе.       Устало вздохнув, я поняла, что поиски зашли в тупик. Я обыскала уже всю улицу, каждый закоулок, звала его... Но всё безрезультатно. Опустившись на деревянную лавочку, я уткнулась лицом в ладошки.       — Чёрт... Ну как можно было так оплошать! Умудриться потерять питомца в первый же день. Молодец, Сел,... Дура! — я прошептала, ругая себя за невнимательность. Грустно выдохнув, я решила ещё раз попробовать найти его, но не успела сделать и шага, как вдалеке раздались крики людей. Земля под ногами задрожала, отчего мне пришлось ухватиться за спинку скамейки, чтобы не упасть. Чёрт, только этого не хватало! Резко обернувшись на источник звука, я увидела девушку в странном, я бы даже сказала, эксцентричном наряде. Тёмно-синее платье, белое трико и такие же ботинки. Её волосы были завязаны в два длинных хвостика, которые, в принципе, смотрелись мило. Но если бы я не знала, кто она такая, я бы не сказала так, ведь выражение её лица не сулило ничего хорошего.. Она парила в воздухе, держа в руке зонтик-парасоль и направляя его в разные стороны. Всё то время, пока я смотрела этот сериал через экран, непогода выглядела мило и совсем не пугающе, но, увидев её воочию, по моему телу прошёлся табун мурашек. Мне стало жутко от такого вида... И пока эта мадам разносила Париж, в моей голове всплыли воспоминания о том, как её акуматизировали. Аврора Бореаль была всего лишь обычной девушкой, мечтавшей стать телеведущей прогноза погоды на местном телеканале. К несчастью, она проиграла своей сопернице, — Мирей Жакет, и не смогла справиться со своими эмоциями, став легкой мишенью для Бражника. И теперь эта Непогода крушит всё на своём пути, надеясь хоть так утолить свою обиду и боль.        — О, боже, нужно найти этого маленького засранца и бежать, и как можно скорее! — испуганно прошептала я, понимая, что в таком состоянии девушка не станет разбираться, кто ей друг, а кто враг, — я резво сорвалась с места, начиная быстро оглядываться в поисках своего питомца. И тут... — Тяф! Громкий звук, доносящийся со стороны парка, заставил меня крупно вздрогнуть. Не теряя больше ни минуты, я побежала в ту сторону, где услышала его.       — Мелкий засранец! — выдохнула я, наконец-то хватая пушистый комок на руки. Сердце колотилось где-то в районе горла, а адреналин заставлял пальцы мелко дрожать. — Где тебя носило? Ты хоть понимаешь, что там на улице творится ледяной апокалипсис? Пёс в ответ лишь преданно вильнул хвостом, совершенно не разделяя моей паники. Тут я заметила, что он что-то сжимает в зубах.       — Так, а это ещё что? Ну-ка выплюнь, — я осторожно разжала его челюсти и на мою ладонь выпала вещица.       Это было украшение. Довольно изящное ожерелье с кулоном в форме сердца. Оно поблескивало на свету, выглядя слишком дорогим и качественным для обычной бижутерии.       — Красивое... — пробормотала я, рассматривая находку. — Опять подобрал какую-то дрянь на улице. Нужно будет потом найти владельца, а то мало ли, вдруг это чья-то семейная реликвия.       Времени на раздумья не было. Над головой пронёсся очередной порыв ледяного ветра, и где-то совсем рядом послышался грохот обрушившейся рекламной вывески. Недолго думая, я сунула кулон в карман джинсов и покрепче прижала собаку к себе.       — Всё, валим отсюда. Леди Баг и Супер-Кот разберутся с этой сосулькой без нашей помощи, мне тут делать точно нечего. Я в этой истории хочу быть просто зрителем, а не статистикой в новостях.       Я рванула в сторону дома, стараясь держаться поближе к стенам зданий. Ворвавшись в квартиру, я с грохотом захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, пытаясь отдышаться. Из гостиной доносились приглушенные звуки телевизора и спокойные голоса родителей. Выглянув в проём, я увидела, что они мирно отдыхают, даже не подозревая, что их дочь только что едва не стала ледяной статуей, спасая собаку-клептомана. Решив лишний раз их не пугать новостями о злодее, я проскользнула на кухню.       — Ну и денёк... — прошептала я в пустоту.       Рука невольно коснулась кармана, где лежал холодный металл найденного сердца.       Я подошла к кулеру и дрожащими руками налила себе стакан воды. Холодная жидкость приятно обожгла горло, немного приводя в чувства после пережитого стресса. Взглянув на своего пушистика накинула ему еды.       — Держи, Марко, — пробормотала я, насыпая корм в миску для своей собаки.       Стараясь не шуметь, я пошла в свою комнату и с тихим стоном блаженства повалилась на кровать.        — Наконец-то... — выдохнула я в потолок, чувствуя, как напряжение медленно покидает мышцы.       Тут же на кровать мягко запрыгнула моя кошка, Клео. Она была той еще характерной особой — обычно к ней и пальцем не притронься, если она не в духе, но сейчас она подошла к самому моему лицу и негромко замурчала. Я протянула руку, и, к моему удивлению, она не убежала, а позволила почесать себя за ушком, подставляя голову под ладонь.       Вспомнив о странной находке, я запустила руку в карман и выудила то самое металлическое сердце. Я подняла его перед собой, крутя вправо и влево. Металл странно поблескивал.       Моё внимание привлекла изящная гравировка в самой середине — крошечный контур сердца, окруженный какими-то символами, которые я раньше не замечала. Словно в трансе, я провела подушечкой большого пальца по этому рисунку. В ту же секунду комнату залил ослепительный, невыносимо яркий розовый свет.       — Что за...?! — вскрикнула я, зажмурившись.       Свет начал медленно гаснуть, превращаясь из слепящей вспышки в мягкое розовое свечение. Когда я наконец решилась приоткрыть глаза, то безумно удивилась.       Прямо передо мной, зависнув в воздухе на уровне моих глаз, парило крошечное существо с непропорционально большой головой и огромными, сияющими глазами. Она была нежно-розового цвета, а на её лбу красовался чёткий символ сердца.       — Квами?.. — подумала я, во все глаза рассматривая это чудо.       Существо сделало изящный кувырок в воздухе и расплылось в широкой, дружелюбной улыбке.       — Привет! Наконец-то ты меня нашла! — пропищал тоненький, но удивительно мелодичный голосок. — Меня зовут Лови! Я Квами Сострадания и Любви! Я дремала очень долго, ожидая, когда чьё-то сердце срезонирует с моим Камнем.       Я замерла, во все глаза рассматривая это чудо.       — Эм, привет... — выдавила я из себя. Слушай, формально тебя нашла моя собака.       — И я этому очень рада! — Лови звонко рассмеялась и завертелась волчком, оставляя за собой шлейф из розовых искр. — Ты даже не представляешь, как я устала ждать в этом камне! Больше тысячи лет в темноте... Я очень древняя квами, Селеста, и вот спустя столько веков я наконец-то выбралась наружу! Она издала радостный писк и пулей подлетела ко мне.       — Ну-ка, дай я тебя рассмотрю! — Лови обхватила своими крошечными лапками мои щеки, заставляя меня замереть. Её ладошки были теплыми и мягкими. — Какая симпатичная девушка... Она прищурилась, вглядываясь прямо мне в зрачки, и её личико стало непривычно серьезным для такого милого существа.       — Хм, интересно... Почему я чувствую в тебе столько силы? — прошептала она, и её глаза на мгновение вспыхнули ярче. — Твоя душа... она так сильно резонирует с моей энергией. Словно ты не просто человек из этого времени, а кто-то, кто знает о чувствах и боли этого мира гораздо больше, чем положено в твоем возрасте. Твой резонанс такой мощный, будто ты уже прожила целую жизнь и принесла в этот мир знания, которых здесь ещё не существует.       — Ну, фактически, — начала я, неловко почесывая шею и отводя взгляд, — так оно и есть. Давай так: предлагаю рубрику «ответы на вопросы». Ты отвечаешь на мои, а я — на твои. Идет?       — Ладно, — согласилась она, — но только быстро! Леди Баг и Коту Нуару прямо сейчас нужна твоя помощь, город замерзает! Я удивленно вскинула бровь, скрестив руки на груди.       — О, нет-нет, милая. Согласия на то, чтобы носить костюм героя и маску, я не давала. Я планировала быть просто зрителем в этой истории, а не прыгать по крышам в обтягивающем трико. Квами зависла в воздухе, и в её огромных глазах отразилась глубокая печаль.       — Но как тогда акуматизированный поглотит свои эмоции? — тихо спросила она. — Я квами Сострадания, Селеста. Моя сила появилась еще раньше, чем Разрушение или Творение. Без чистой любви и открытого сердца человек — просто пустая оболочка, которую тьма Бражника выпивает до дна. Леди Баг исправляет последствия, Кот Нуар уничтожает преграды, но только ты можешь исцелить ту пустоту в душе, которая заставляет людей принимать акуму. Она подлетела ближе, светясь мягким розовым светом.       — Если ты не вмешаешься, этот лед в их сердцах никогда не растает по-настоящему, а я... я здесь, чтобы разорвать этот круг.       — Подожди, как это? — я нахмурилась, пытаясь сопоставить слова квами с тем, что видела на экране сотни раз. — Разве Леди Баг не очищает акуму? Она ведь ловит бабочку, и всё — негативные эмоции уходят, человек снова в порядке. Разве это не исцеление?       — Ты права, Селеста, — мягко ответила она, — Леди Баг очищает последствия. Она забирает тёмную энергию из бабочки и возвращает город в прежнее состояние. Но негативная эмоция внутри человека — обида, ярость, горе — никуда не исчезает. Она просто притупляется на время. Акума находит трещину в душе, а Леди Баг просто закрывает дверь в комнату, где бушует пожар. Она сделала паузу, и её ладошки снова коснулись моих щек.       — Сострадание нужно для того, чтобы человек находился под защитой изнутри. По сути, ты не просто «прогоняешь бабочку», ты очищаешь всю черноту, все те застарелые раны, которые делают человека уязвимым для Бражника. Твоя сила — это щит, который не дает тьме зацепиться. Ты исцеляешь корень, а не только сорняк. Я прикусила губу, чувствуя, как по спине пробежал холодок.       — Но как же... — я покачала головой. — Рано или поздно негативные эмоции всё равно появятся. Мы же люди, мы злимся, плачем, завидуем. Это бесконечный процесс. Получается, акума всё равно захватит тело? Лови грустно улыбнулась и подмигнула мне, взмывая чуть выше.       — Жизнь — это не отсутствие туч, а умение танцевать под дождем, — пропищала она. — Конечно, они будут грустить снова. Но после твоего резонанса человек учится принимать свою боль, а не кормить ею монстра. Ты даешь им иммунитет сердца. Когда внутри достаточно любви и принятия, Бражнику просто не за что зацепиться. Его голос в их голове затихает, потому что твоё Сострадание звучит громче.       — Оке-е-ей, — протянула я, пытаясь уложить в голове эту новую иерархию сил. — Значит, у Кота Нуара сила Разрушения, он может с помощью Котаклизма уничтожить любой предмет, к которому прикоснется, или разрушить преграду. У Леди Баг — сила Творения, она использует Супершанс, чтобы создать нужный объект для победы, и очищает акуму. А у меня какая? Что я должна делать?       — Твоя сила — Сердечный Резонанс, — торжественно объявила квами. — Если Кот разрушает материю, а Леди Баг создает её, то ты управляешь самой сутью эмоций. С помощью Резонанса ты создаешь волну чистого сострадания, которая проникает сквозь любую броню акуматизированного. Она подлетела к моему кулону и коснулась его.       — Пока Леди Баг и Кот Нуар отвлекают злодея, ты должна найти момент и использовать «Сердечный Резонанс». Это твоя главная способность. Ты не бьешь врага — ты настраиваешь его сердце на свою частоту. Ты буквально вымываешь всю горечь и обиду, которыми питается акума, замещая их пониманием и прощением. Когда ты используешь это, злодей перестает хотеть сражаться не потому, что он проиграл, а потому что в нем больше нет той тьмы, которая его толкала на это.       — Прикольно, — протянула я, пытаясь осознать масштаб свалившейся на меня ответственности.       — А теперь позволь спросить, — начала квами, подлетая ближе и заглядывая мне прямо в глаза с нескрываемым любопытством, — откуда ты знаешь о способностях Леди Баг и Кота Нуара?       — Ну... — начала я, неловко почесывая шею и стараясь подобрать слова. — Скажем так... я из другого мира. Точнее, моя душа каким-то образом оказалась в теле здесь. В моем прошлом мире я буквально смотрела на всё происходящее, как на обложку книги или кадры какого-то фильма, и я до сих пор не понимаю, почему всё так обернулось. Я умерла там, а очнулась уже здесь, и только недавно вспомнила свою прошлую жизнь. Поэтому мне в какой-то степени уже известно о слабых точках врагов и тех, кто попал под влияние акумы. Я сделала глубокий вдох, понимая, что скрывать это от Лови нет смысла.       — Я знаю личности Леди Баг и Супер-Кота, — призналась я тише. — А еще знаю, кто такой Бражник. И про Мастера Фу, и про Храм... Я знаю про вашу общую шкатулку, внутри которой хранятся другие Камни Чудес: Лисы, Черепахи, Пчелы и все остальные, спрятанные в потайных отделениях. Но кстати о шкатулке... Почему ты не была спрятана вместе с остальными? Лови на мгновение замерла, и её розовое сияние стало чуть более тусклым, задумчивым.       — Потому что Сострадание нельзя запереть в иерархию, Селеста, — ответила она, медленно кружась по комнате. — Та шкатулка — это система, порядок, равновесие между созиданием и разрушением. Но я... я.. Если Творение и Разрушение — это законы Вселенной, то Сострадание — это то, что делает эти законы живыми. Мой Камень был потерян еще до того, как первый Хранитель начертил символы на этой шкатулке. Она приземлилась мне на ладонь, глядя с бесконечной мудростью, несоразмерной её крошечному телу.       — То, что ты знаешь всё наперед — и дар, и испытание. Зная историю, легко потерять ценность момента. Но раз ты здесь, значит, будущее уже больше не властно над этим миром. Просто скажи: «Лови, открой сердце!», и мы покажем им, на что способна истинная любовь. Я глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри всё замирает от волнения.       — Лови, открой сердце! — произнесла я, и мой голос прозвучал удивительно уверенно. В ту же секунду кулон на моей груди вспыхнул ослепительным розовым светом.       Лови превратилась в поток чистой магической энергии и влетела прямо в камень. По комнате пронеслась теплая волна. Я зажмурилась, чувствуя, как поток магии обволакивает моё тело. Когда сияние начало утихать, я открыла глаза и подошла к зеркалу.       — Я что кошка?       Костюм стал пиздец обтягивающим. Ткань... или что это за херь, ощущается как сверхтонкая, гладкая чешуя, которая просто сплавилась с моим телом. Она идеально обрисовывает абсолютно все рельефы моего тела. Мышцы на прессе? Четко видны. Бицепс? Подчеркнут. Жопа? Обтянута так плотно, что кажется, ткань просто прилипла к коже. Верх костюма — это глубокий фиолетовый, переходящий в индиго, и он весь усеян мерцающими звездами и созвездиями. Ткань в этих местах кажется почти жидкой, звезды словно плывут по моему телу. На груди, прямо в центре, красуется большая, сияющая восьмиконечная звезда. Этот узор спускается вниз, переходя в более светлые, сиреневые легинсы. Перчатки — фиолетовые, такие же обтягивающие, как и весь костюм. На концах пальцев — заостренные коготки, которые слегка светятся сиреневым. Ботинки — в тон легинсам, с той же бирюзовой полосой по бокам. А еще этот хвост... тонкий, фиолетовый, с маленькой, светящейся звездочкой на кончике. И, конечно же, эти дурацкие ушки... они тоже фиолетовые, с бирюзовой каймой, и они так сильно прижаты к моей голове, что я чувствую, как они слегка сдавливают виски.       Короче говоря, я выгляжу как какая-то космическая супергероиня из аниме, которая готова в любой момент сделать сальто назад и спасти мир. Я посмотрела в зеркало, поправляя маску, которая плотно прилегала к лицу, и невольно хмыкнула: охх, а я еще ржала над Маринетт, когда она впервые в Леди Баг трансформировалась, а теперь сама стою в этом «втором слое кожи».       — Это ж мне ещё нужно кликуху придумать, да, Лови? — спросила я в пустоту. В ту же секунду в моей голове зазвучал мелодичный голос квами:       — Розель Дос, — мягко произнесла она, и я буквально почувствовала её улыбку где-то на задворках сознания. — Это имя идеально тебе подходит. На древних языках оно означает «Душа» или «Жизненное начало». Ты ведь не просто сражаешься, ты чувствуешь саму суть людей, их внутренний свет и боль. Удачи, Сел! И помни: после использования «Сердечного резонанса» у тебя будет всего 5 минут до того, как трансформация спадёт!