Оказывается, я сумасшедший

Большинство людей в школе не знали о Чэнь Цяньцине и Лу Чжэнфэе. Лу Чжэнфэй умело хранил секреты, и почти все, кто знал Чэнь Цяньцина, думали, что он бросил учёбу из-за болезни, но эта версия далеко не отражала всей правды. Лю Цзинъянь был просто случайностью. В первый год обучения Лю Цзинъянь и Чэнь Цяньцин имели хорошие отношения. У Лю условия в семье были гораздо скромнее, поэтому большую часть свободного времени он проводил на подработках. В то время, когда молодые люди соревновались между собой, Лю Цзинъянь не мог не испытывать зависть, наблюдая за весьма популярным Чэнь Цяньцином. Однако Лю старался контролировать свои негативные эмоции и говорил себе, что у каждого своя судьба, так что не стоит требовать невозможного. Такой самообман был лучше, чем ничего, но в итоге это не помешало Лю Цзинъяню нанести вред их отношениям. Тем не менее случилось так, что Лю Цзинъянь получил шанс поработать официантом на крупном приватном банкете благодаря своей старательности. Как простой парень, он редко имел дело с высшим обществом, и возможность его очень обрадовала — он согласился без раздумий. Подписав договор о неразглашении и пройдя обучение, Лю Цзинъянь наконец-то попал туда, куда так мечтал — конечно, в роли официанта. Лю Цзинъянь был не красавцем, но высокий — 1,87 м — и подтянутым. Он не мог не фантазировать о том, что происходит в таком престижном месте. Но реальность всегда далека от мечты, и он, к сожалению, разочаровался. Провал в попытках пробиться наверх остался бы лишь воспоминанием, если бы не появление Чэнь Цяньцина, которое сделало этот банкет незабываемым для Лю Цзинъяня. Да, в отличие от Лю Цзинъяня, Чэнь Цяньцин появился там как любовник Лу Чжэнфэя. Боже знайте, насколько был ошеломлён Лю Цзинъянь, когда увидел Чэнь Цяньцина в строгом костюме с холодным выражением лица, которого к месту провожал сам Лу Чжэнфэй. Он чуть не разбил поднос. К счастью, окружающие Лю вскрикнули вовремя, чтобы он не опозорился на таком важном мероприятии. — Кого ты там увидел? Почему у тебя такой вид? — спросил его другой официант. Видя неподдельное удивление Лю, он последовал за взглядом и сказал: — Не думай о нём. Красивый, богатый... тьфу, и гей. Мужчина думал, что Лю смотрит на Лу Чжэнфэя, но на самом деле взгляд Лю был направлен на Чэнь Цяньцина. Чэнь Цяньцин вошёл с холодным лицом, и даже Лу Чжэнфэй не выглядел радостным, разговаривая с ним. Странно, что вместо злости Лу был очень тёплым и прилипал к холодному Чэнь. В этот момент утверждать, что Лю Цзинъянь не испытывал зависти к Чэнь Цяньцину, было в корне неверно. Тот был красивее, богаче и учился лучше. В конце концов, Чэнь был гостем, а Лю — официантом. Для обычного человека такая ситуация пошатнула бы гордость, заставила бы избегать одноклассников, но, глядя на без эмоциональное лицо Чэнь Цяньцина, Лю нашёл повод подойти. — Чэнь Цяньцин, — спросил он с видом удивлённого, держа поднос, — что ты здесь делаешь? Чэнь Цяньцин был один, и, услышав голос Лю, повернулся немного растерянным и смущённым: — Я... я пришёл с братом. — Брат? — Лю взглянул на окружавших Чэнь людей. Он сказал это специально, заметив смущение, и почувствовал удовлетворение. Действительно, Чэнь Цяньцин покраснел и после долгой паузы сказал: — Никому не говори. — А, значит, тебя опекают, — грубо ответил Лю. — Ладно, никому не скажу. Чэнь Цяньцин, молодой человек за двадцать, покраснел от слова «опека». Он не понимал, злится ли или стыдится, но с детства его учили быть джентльменом, поэтому он не смог ответить Лю. — Но никому не говори, что я тебя знаю, — добавил Лю, — мне стыдно видеть такого одноклассника. В этом мире смеются над бедными, но не над проститутками. Если бы объект насмешек Лю поменялся, тот просто сказал бы: «Это твои дела, я сам выбрал», но Чэнь Цяньцин не мог, ему это было неприятно. Лу Чжэнфэй лишь отчаялся, глядя на эту сцену. Когда Чэнь Цяньцин умолк, Лю повернулся и ушёл, ликуя. Его извращённое самолюбие было странно удовлетворено. После этого Чэнь Цяньцин действительно больше не ходил в школу, ссылаясь на болезнь. Лю чувствовал стыд за походы в школу. На самом деле же, Чэнь Цяньцин разозлил Лу Чжэнфэя, того сразу закрыли, он сбежал , затем уму сломали ногу. Эффект бабочки: казалось бы, незначительные слова ради успокоения привели к изменению судьбы человека. Лю Цзинъянь не понимал, какой урон он нанёс. Он знал только, что Чэнь Цяньцин с переломом вернулся и стал объектом насмешек. Однажды они встретились в китайском ресторане возле школы. Сидя в отдельной комнате, они наугад заказали несколько блюд. — Чэнь Цяньцин, скажу честно, ты совсем не здоров, — непринуждённо сказал Лю, держа меню. — Ты ведь не забыл обо мне? — Что со мной? — если бы это был настоящий Чэнь Цяньцин, он бы убежал, но здесь сидел фальшивый Чэнь Цяньцин — точнее, уже средневозрастной Лу Чжэнфэй. — Эй, после нескольких месяцев болезни ты забыл свой скандал? — Лю говорил раздражённо, потому что ему не нравилось, что Чэнь не чувствовал вины. — Тогда на банкете ты и этот человек были вместе, я всё видел ясно. Чэнь Цяньцин не знал, о каком банкете речь, ведь их было много, которые он посещал с оригиналом, и ему казалось, это не имеет значения. — Ну и что? — смотря в меню, что никак не пробуждало аппетита, сказал Чэнь. — Что ты хочешь сказать? Лю растерялся, не веря, что через несколько месяцев Чэнь не волнуется. — Ты не боишься, что я расскажу одноклассникам? — Статья 246 УК гласит: кто публично оскорбляет или клевещет, применяя насилие или иные методы, — при серьёзных обстоятельствах предполагается лишение свободы до трёх лет, — холодно сказал Чэнь. — Как думаешь, сколько ты отсидишь за свои козни? — Я клеветал? Разве не правда, что тебя содержат? — обиделся Лю. Чэнь положил меню и улыбнулся: — Лю Цзинъянь, ты всегда так со мной разговаривал? — Как иначе? — Лю с презрением. — Я тебе говорил: боязливый, пропал на несколько месяцев, что, теперь спина устала? Иди, золотой хозяин, мне тебя бояться? Лю был уверен, что Чэнь не ответит ему — они учились вместе год, и он знал, что у Чэнь сильное чувство справедливости. Если увидит вора, обязательно помешает — хотя, наверное, чувствовал бы неуверенность. Но настоящий Чэнь Цяньцин уже умер. Услышав лютое поведение Лю, фальшивый Чэнь остался невозмутим: — Ты смеялся надо мной, там, до того как я ушёл из школы? — А разве это не повод для смеха? — сказал Лю. — Это же стыд. Чэнь умолк. Он всегда знал, что между ним и оригиналом стоят большие преграды: что Чэнь не любит его, не гей, что у него есть родители. Но не ожидал услышать от этого человека равнодушное утверждение: именно эти, кто причиняют боль другим, и запускают эффект бабочки. Чэнь вспомнил, как однажды оригинал взбесился на него, чуть не устроил полный хаос. Он даже помнил выражение лица оригинала. Добросовестный, добрый и упрямый Чэнь выкрикнул ему, собирая вещи: — Лу Чжэнфэй, зачем ты меня заставляешь быть с тобой? Я хочу уйти! Не хочу, чтобы ты заботился обо мне! Слово «забота» — больная тема Лиу. Потом произошёл целый ряд неприятных событий, и, в конце концов, Лу Чжэнфэй запер Чэнь. — Лю Цзинъянь, — сказал Чэнь, глядя на всё ещё грязно ругающегося юношу, — у тебя могло быть хорошее будущее — работа, красивая жена, дети. Лю растерялся, не понимая, зачем это сказано. — Но сейчас у тебя нет никакого шанса, — продолжил Чэнь. — Ты расплатишься за свои поступки и за то, что продолжаешь делать. — Что ты говоришь? Это угроза? — в панике спросил Лю. — Чэнь Цяньцин, ты пойдёшь жаловаться «золотому хозяину»? Чэнь улыбнулся: — Да, если бы ты так не поступал, мне было бы стыдно, если бы «золотой хозяин» не позаботился обо мне. — Чэнь Цяньцин, ты не боишься, что я расскажу твоим одноклассникам? — Лю паниковал — не мог позволить себе ссориться с теми людьми. — Расскажи, — Чэнь встал, опираясь на трость. — Но каждый отвечает за свои поступки. Вот как я сейчас несу всю ту боль, что пережил.