Оказывается, я сумасшедший

Хотя они и решили поехать в путешествие, ни у Чэнь Цяньцина, ни у Лу Чжэнфэя не было времени. Чэнь Цяньцин хотел пойти в школу, а у Лу Чжэнфэя тоже было полно дел. Конечно, если Чэнь Цяньцин будет не против, Лу Чжэнфэй может выкроить время, чтобы составить ему компанию, но в итоге Чэнь Цяньцин отказался от любезного предложения Лу Чжэнфэя и на следующий день отправился в школу. Лу Чжэнфэй очень переживал за Чэнь Цяньцина и хотел держать его дома, но, увидев это, Сюй Шаожэнь убедил Лу Чжэнфэя изменить решение. Сюй Шаожэнь сказал: «По-моему, вместо того чтобы оставлять его одного дома, лучше, если у него будет больше общения с другими людьми — это пойдет ему на пользу. Если боишься, можешь послать кого-то присматривать за ним». Лу Чжэнфэй выслушал эти слова, долго колебался, но в итоге согласился с мнением Сюй Шаожэня. Он сменил группу людей, которые находились рядом с Чэнь Цяньцином —что касается того, почему они изменились, то это было не то, что придумал Жуань Вэньхун. Так что на следующий день Лу Чжэнфэй лично отвез Чэнь Цяньцина в арендованную комнату недалеко от школы. Лу Чжэнфэй все еще немного волновался и сказал: «Почему бы тебе не жить у меня дома? Я куплю тебе машину». Чэнь Цяньцин ответил: «Об этом мы еще поговорим». Лу Чжэнфэй вздохнул: «У тебя ведь с руками проблемы, я буду посылать кого-то забирать тебя эти несколько ночей». Чэнь Цяньцин знал, что Лу Чжэнфэй добр и разрешил ему ходить в школу, поэтому не стал отказывать, лишь тихо спросил: «Ты не занят?» Лу Чжэнфэй улыбнулся: «Нет, не занят». Занят он или нет — знает ли об этом Чэнь Цяньцин? Конечно, нет. Но он не стал спорить и лишь улыбнулся в ответ. Лу Чжэнфэй открыл дверь машины для Чэнь Цяньцина и, провожая его до лестницы, еще сказал: «Цяньцин, береги рану на руке, не мочи ее». Чэнь Цяньцин опустил голову и молчал. Лу Чжэнфэй схватил Чэнь Цяньцина за плечо, посмотрел на его бесстрастное лицо и хотел сдержался, но все же не смог удержаться, наклонился и поцеловал бледные губы. Первая реакция Чэнь Цяньцина была оттолкнуть Лу Чжэнфэя, но вспомнив о травмированной руке, он лишь поддержал Лу Чжэнфэя рукой и нахмурившись, не отпускал. Чэнь Цяньцин думал, что поцелуй будет легким, но не знал, что Лу Чжэнфэй — настоящий зверь: чем дольше целовал, тем более эмоциональным становился . Прижал Чэнь Цяньцина к стене и стал осторожно проталкивать язык. На этот раз Чэнь Цяньцин уже не выдержал — он поднял ногу и пнул Лу Чжэнфэю по низу. Все мужчины знают, как уязвимой является эта часть тела. Хотя Чэнь Цяньцин не приложил много силы, выражение Лу Чжэнфэя мгновенно изменилось, он с неохотой отпустил Чэнь Цяньцина и тихо сказал: «Цяньцин, ты такой жестокий со мной...» Чэнь Цяньцин холодно ответил: «Если бы я действительно был жесток, ты бы был кастрирован». От этих слов боль Лу Чжэнфэя только усилилась. Губы Чэнь Цяньцина покраснели от поцелуя, и лицо стало чуть лучше. Он отвернулся и помахал Лу Чжэнфэю рукой: «Пока». На лице Лу Чжэнфэя мелькнула беспомощная улыбка, он еще несколько раз предупредил окружающих и сел в машину. Чэнь Цяньцин достал ключ, открыл дверь и как только вошел, его встретила мурчащая Хуа — после купания и нескольких полноценных приемов пищи у маленькой кошки, похоже, прибавилось энергии. Она бегала за ним по пятам, не грызла ничего и явно хотела, чтобы Чэнь Цяньцин ее обнял. Чэнь Цяньцин взглянул на Хуа с некоторой неуверенностью, пошел в ванную, взял пластиковые перчатки и, надев их, взял Хуа на руки. Хуа, уверенно выпившая молока, все еще чувствовала урчание в животе. Она уткнулся в руку Чэнь Цяньцина, иногда трогала его своей пушистой головой, явно наслаждаясь комфортом. Чэнь Цяньцин присел на корточки, играя с Хуа, когда услышал звук двери. Повернувшись, он увидел Чжу Мао. Чжу Мао держал пакет с солью, видимо, он только что пришел с магазина. — Ты вернулся? — спросил Чэнь Цяньцин. Почему-то лицо Чжу Мао выглядело иначе, нежели обычно: он смущенно посмотрел на Чэнь Цяньцина, быстро поздоровался и поспешно ушел на кухню. Чэнь Цяньцин задумчиво посмотрел ему вслед, но не сказал ни слова. После обеда у Чэнь Цяньцина еще были два урока. Он сел за стол, держа на руках слегка прищурившуюся и спящую Хуа и наблюдая, как Чжу Мао тихо ест лапшу, спросил: — Что ты увидел? Чжу Мао замер и запнулся: — Да, прости... Чэнь Цяньцин, по своему опыту, прекрасно понимал, о чем думает такой ребенок, как Чжу Мао, поэтому улыбнулся: — Тебе противно? Чжу Мао чуть не уронил палочки от страха, что Чэнь Цяньцин неправильно поймет, поспешно ответил: — Нет! Мне не противно! Просто... просто немного... нет, я не ожидал... Чэнь Цяньцин посчитал Чжу Мао забавным мальчишкой — на самом деле по взгляду можно было сразу понять, испытываешь ли отвращение. Чэнь Цяньцин сказал это нарочно — чтобы увидеть, как Чжу Мао запутается и не сможет ничего ответить. Настроение у Чэнь Цяньцина улучшилось, и легкая улыбка мелькнула у него на лице. Хотя ее было не сразу заметно, но это было гораздо лучше его обычного бесстрастного выражения. Чжу Мао еще пару раз пососал лапшу и заметил, что у Чэнь Цяньцина на руках перчатки, спросил: — Цяньцин, что с твоими руками? — Я порезался о зеркало, — ответил Чэнь Цяньцин. — А? Ты ходил в больницу? У тебя такие красивые руки — не оставляй шрамов... Чэнь Цяньцин играл на фортепиано на приеме первокурсников в их уневерсетете, так что Чжу Мао знал, что для него руки очень важны. — Да, — спокойно ответил Чэнь Цяньцин. Они немного поболтали, и после того, как Чжу Мао доел лапшу, почти настало время занятий. Чэнь Цяньцин положил Хуа в кошачье гнездо — кошка мирно спала, иногда щелкала розовым, нежным ротиком. — Пойдем, Цяньцин, положи книги в мою сумку, — сказал Чжу Мао. Чэнь Цяньцин кивнул. Разрушил ногу — теперь руку повредил. Когда они пришли в класс, до начала урока оставалось около двадцати минут. Чэнь Цяньцин и Чжу Мао сели в третий ряд. — Чжу Мао, Чжу Мао, а Гао Цзыю — твой сосед по комнате? — Как только они сели, девочки из класса окружили их, в основном Чжу Мао, потому что с Чэнь Цяньцином тяжело ладить, а Чжу Мао — душа компании. Чжу Мао растерялся и сказал: — Да... а что? Одна из девочек ответила: — Ты что, не знаешь? Он участвовал в кастинге на «Самый сильный мужской голос»! Чжу Мао, думая об этом парне с маской, дрожал от непонятных чувств: — Нет... Я не знаю, я давно съехал из общежития. Хотя Чжу Мао уже объяснил все, девушки не собирались так легко отпускать его. Из их слов Чэнь Цяньцин почти понял всю ситуацию. Ничего особенного — просто красивый парень неожиданно появился, привлек внимание публики своими песнями. А потом оказалось, что он учится в их же классе, у нескольких девушек появилась возможность общаться с будущей звездой. Девочки были взволнованы. Честно говоря, Чэнь Цяньцин этого не понимал — что за красота с таким ярким макияжем... Девочки еще спрашивали Чэнь Цяньцина о Гао Цзыю, но он был проще, чем Чжу Мао, и отвечал коротко «Не знаком». Через двадцать минут урок начался. Чжу Мао был взволнован вопросами и тихо сказал: — Цяньцин, неужели они правы? — Вероятно, — ответил Чэнь Цяньцин. Чжу Мао подумал, почему такой, как Гао Цзыю, может так волновать девочек, и долго молчал. Взглянув на Чжу Мао, Чэнь Цяньцин почувствовал жалость и утешил его: — Гао Цзыю почти не приходит на занятия. Девочки его почти не видят. Чжу Мао поправил очки, в его глазах была непередаваемая эмоция — в этот момент Чэнь Цяньцин хорошо его понял: при упоминании имени Гао Цзыю казалось, словно чувствуется запах дешевого парфюма и звучит голос, вызывающий мурашки... «старушка...» После первого урока Чжу Мао поспешно отправился в туалет, чтобы избежать новых вопросов от девочек, а Чэнь Цяньцин не мог сдержать улыбку. Но прежде чем он успел долго улыбаться, к нему подошла классный староста, Ли Фэйюэ. Ли Фэйюэ сказала: — Чэнь Цяньцин, в каждом классе нашего института на Новый год устраивается шоу. Можешь помочь? Чэнь Цяньцин ответил: — Извини, у меня травма на руке, — поднял забинтованную руку. Увидев это, Ли Фэйюэ удивилась: — Рана? Когда это случилось? Почему так неосторожно! — Я случайно разбил стекло, — спокойно ответил Чэнь Цяньцин. Ли Фэйюэ прикусила губу, явно не ожидая такого, задумалась и сказала: — Тогда почему бы тебе не сыграть на фортепиано и не спеть дуэтом с Сюном Лэйи? Как могла Чэнь Цяньцин согласиться? Он твердо ответил: — Извините, не хочу участвовать в шоу. Ли Фэйюэ на миг задумалась: — Ты подумай еще. Если ты откажешься, наш класс не сможет представить достойную программу... Это, очевидно, преувеличение, но Ли Фэйюэ ясно давала понять, что очень хочет, чтобы Чэнь Цяньцин принял участие, каким бы ни был формат. Отказ Чэнь Цяньцина был решительным — он не собирался петь любовную песню с девушкой. Он и раньше не пел, даже имея голос, и тем более не станет делать это ради других. Ли Фэйюэ была вынуждена сказать: — Тогда обдумай еще раз, нам действительно очень нужен ты... Чэнь Цяньцин кивнул, но ничего больше не сказал. Ли Фэйюэ вздохнула, вернулась на место и сказала девушке рядом: — Не уверена, что он согласится. Девушка взволнованно ответила: — Фэйюэ, ты же обещала! Ли Фэйюэ закатила глаза: — Дай мне придумать что-то!