Что, если завтра уже не наступит

      Очередная ночь, новая оттраханная девчонка, вновь оказавшаяся голубоглазой. Зуко игнорировал эту небольшую деталь, прикрываясь недовольством от отсутсвия привычного наслаждения после очередного секса. Он выходит из чужой квартиры рано утром, придерживая в руках свой мотоциклетный шлем. Мужчина сбегает по ступенькам вниз, игнорируя неприятно разливавшуюся тоску в груди. В последнее время, Зуко на многое не обращал внимания. Точнее, он старательно закрывал глаза на все, что касалось докторишки, не отпускавшей его ни на минуту. Нет, сама доктор Ши толком и не говорила со старшим лейтенантом, но вот засевший образ в собственной голове никуда не делся.       Зуко до болезненных ощущений сжал в руке край шлема, распахивая входную дверь и выходя на улицу. Утренняя прохлада приятно остужала голову, заставляя мужчину расслабить напряженные плечи. Старший лейтенант с небольшой ноткой грусти отметил, что уже давно не был в собственном доме. Он скитался по чужим квартирам, вот уже, который день. Нужно было позволить себе вернуться в дом и, как минимум, принять душ, а еще отоспаться перед ночным дежурством.       Негромкий щелчок ключей, мотор отозвался приятным слуху урчанием. Зуко застегнул почти до самого горла кожаную куртку и натянул темный шлем на голову. Мужчина легко перекинул ногу через свой мотоцикл и поудобнее устроился на сиденье, параллельно поправляя перчатки. Поездки - единственное, что теперь приносило Зуко удовольствие. Старший лейтенант нажал кнопку на гарнитуре, присабаченной к шлему, запуская привычную музыку, и не спеша тронулся с места.       Он проехал через двор, выехал к съезду на дорогу, редкие машины проехали мимо, и рванулся вперед. Мотоцикл отозвался приятной вибрацией между ног, и Зуко ближе склонился к рулю. Каждый день, прожитый после обвала, становился его персональным адом, и мужчина все больше уверялся в том, что на самом деле не был спасен в тот вызов. Иначе он не мог объяснить почему привычные удовольствия не приносили ему радости. Даже Сато в их последнюю ночь отметила, что Зуко не был похож на самого себя. Это удручало и злило. Мужчина давно не был сопляком, чтобы повестись на слезливый момент, связавший их с докторишкой. Он будет глупцом, если вновь кому-то доверится.       Ладонь выжимает ручку газа, Зуко несется вперед, азарт вновь охватывает его. Он подрезает машины, скользит между полосами и слышит, как гневные гудки доносятся из-за спины. Но старшему лейтенанту все равно. Ему плевать, ведь наконец голова опустела от ненужных мыслей. Теперь был только Зуко, его байк и эта дорога.

***

      Зуко паркует и глушит мот, слезая на землю. Мышцы приятно гудели после поездки, и мужчина расслабленно расправил плечи, поднимая визор и вскидывая голову к небу. Серые тучи привычно нависают над головой, Зуко прикрывает янтарные глаза, наслаждаясь тишиной. Больше мысли не крутились волчком в голове, больше не тревожила тоска. Он был рад передышке.       Не спеша, Зуко стянул перчатки и вытащил ключ из мотоцикла. Мужчина похлопал сиденье байка предже, чем развернуться и направиться в сторону дома. Старший лейтенант, удобнее перехватывая защитные перчатки, стал размышлять над тем, как поднимется сейчас в квартиру и погрузится в привычную рутину. Заварит себе дрянной черный кофе в пакетике, посидит на балконе, откинувшись спиной о холодную стену, и встретит этот день, как и положено. Губы Зуко растянулись в довльной улыбке, не видимой окружающим из-за мотоциклетного шлема.       Дорожка завела мужчину за угол, и, завернув за него, Зуко невольно застыл. Он в удивлении смотрел на представшую перед ним картину. Слишком знакомая женская фигура, которую старший лейтенант узнал бы при любых обстоятельствах, согнув одну руку в локте, придерживала картонный стаканчик. Длинные вьющиеся волосы, обычно убранные в низкий пучок, слабо развивались от легких порывов ветра. А рядом, склонившись над женским лицом, стоял тот, кого Зуко не ожидал увидеть. Ладонь капитана покоилась на тонкой талии девушки, его глаза прикрыты, мужские губы накрывали ее. От этого вида все вокруг словно замедлило свой ход, звуки стали глуше. Определенно, не то, что хочется лицезреть сейчас.       Зуко почувствовал, как легкость, еще недавно охватившая его, пропала без следа. Мужчина хмыкнул, расплываясь в привычной ухмылке. Такого старший лейтенант, конечно, не ожидал, но, с другой стороны, какое ему дело до того, как коротает время между работами докторишка. Если она с Мако, то ему тем более не стоило забивать голову глупостями. Но разумные мысли не помешали разлиться в груди неприятному чувству, которое Зуко не мог описать. Мужчина оторвал свой взгляд и опустил темный визор шлема. Стоило уйти как можно скорее.       Он скользнул мимо парочки, зашел во двор, и за спиной раздался шум закрывшихся ворот. Зуко не стал оборачиваться, не желая больше подглядывать за чужими отношениями. Мужчина усвоил урок. Больше он не сунет свой нос туда куда не надо, даже если все внутри вопило, прося его вернуться. Даже если мозг в очередной раз подкинет ему дурацкое воспоминание о мягком касании девушки, даже если вновь ее образ появится перед глазами. Ему нет никакого дела до нее. Доктор Ши оставалась все такой же раздражающей, но Зуко уж как-нибудь справится с этим.

***

      Но вся уверенность пропала в ту же ночь, когда полыхающее здание отеля стало очередной ловушкой, а неадекватное состояние давнего знакомого, заставило насторожиться. Зуко заметил перемны в Мако с самого начала, в пожарной машине, но не стал придавать им должного внимания, списав все на развернувшуюся утром ситуацию. Откуда ему было знать, как ведут себя счастливые придурки в отношениях? Но капитан точно не относился к этой категории глупцов, слишком неадекватной была реакция на обычную просьбу, обращенной к докторишке. Слишком странно напарник реагировал на резонный вопрос Сокки, заданный еще снаружи. Пазл окончательно сложился в голове, когда Зуко заметил неподдельный страх в синеве девичьих глаз.       Старший лейтенант плотно сомкнул губы, делая шаг вперед и закрывая собой напуганную Катару. Мако не относился к счастливым придуркам, скорее всего он был в многочисленной группе отверженных и брошенных. Зуко заметил лихорадочный блеск в глазах напротив, совершенно не узнавая в этом человеке своего старого товарища по команде. Старший лейтенант сомневался, что дело было только в отказе докторишки, наверняка проблема была куда глубже и больше. Ведь обычно вдумчивый Мако не мог сломаться от одного простого "нет".        - Так это все из-за тебя, мой милый друг? - зверинный оскал показался на лице капитана. - Неужели после всех тех шансов на исправление, что я тебе дал, ты решил воткнуть мне нож в спину?       Зуко подавил тяжелый вздох, вырывавшийся наружу. Вот вроде хотел сделать как лучше, никуда не лез, отошел в сторонку, а все равно виноват. Старший лейтенант ощутил предостерегающее касание на спине, но не позволил себе обернуться и взглянуть на докторишку. Зуко и сам знал, что ситуация складывалась не самая лучшая. Они стояли в чертовом горящем здании, пока у их капитана летела в бездну крыша. Просто превосходно.        - Мако, прекрати. - он покачал головой. - Нам нужно вернуться к работе. Если ты хочешь что-то обсудить, то обсудим это обязательно. Но позже.       Сейчас он был собран, как никогда. Ведь от дальнейших его действий вновь зависела не одна жизнь. Зуко подобрался, замечая, как Мако сокращает между ними расстояние и останавливается вплотную. Капитан был так близко, что старший лейтенант уловил легкий сладковатый аромат алкоголя и в удивлении замер. Да что с ним?       - Ты, блять, набухался?       Зуко не верил собственным глазам. Мако был тем, кто прекрасно знал устав от корки до корки, и просто не мог нарушить его без веской причины. Старший лейтенант готов был разразиться самыми грязными ругательствами, которые только знал. Ему не стоило игнорировать собственное чутье, ему не стоило смотреть сквозь пальцы на очевидные проблемы. Будь проклят Мако за то, что потерял голову. Будь проклята эта докторишка, так не вовремя появившаяся в их жизнях. Да будет проклят сам Зуко за то, что позволил ей проникнуть так глубоко в собственное сознание.       Удар Мако стал неожиданным, заставляя Зуко отступить на шаг и схватиться за взвывшую челюсть. Старший лейтенант едва умудряется пригнуться, уходя от новой атаки, но каждое движение давалось слишком медленно из-за тяжелой пожарной формы. Мужчина не успевает уклониться от рывка и с грохотом падает на пол. В глазах темнеет на секунду, а легкие выпускают весь воздух. Зуко сморщился от боли. Старший лейтенант распахивает глаза, когда вес чужого тела придавливает его к месту, не давая возможности шевельнуться. Перед тем, как кулак с силой опускается к его лицу, Зуко замечает полыхающий гнев в глазах напротив. Старший лейтенант не понаслышке был знаком с этим чувством. Он больше не видел перед собой Мако, теперь перед ним был отчим.       Отчим выпивал каждый божий день после рождения Азулы, а потом срывался на всем, что попадало под руку. Он разрушал все к чему прикасался, швырял вещи в стены, отпихивал маму, умолявшую прекратить все это. Зуко словно вновь стал ребенком, который просто появился не в том месте, не в то время. И тяжелые удары обрушивались на его маленькое тельце, оставляя после себя огромное количество боли.       - Нет!       Знакомый голос девушки вернул его в реальность. Зуко тяжело дышал, замечая трещину перед глазами, а чуть дальше кинувшуюся на помощь докторишку. Старший лейтенант распахнул рот, пытаясь крикнуть ей, чтобы она остановилась. Мако, чье лицо было искаженно гримасой ярости, резким движением развернулся к Катаре и замахнулся. Сдавленный хрип девушки не заставил себя долго ждать, волна холодного гнева обдала Зуко. Капитан оставил старшего лейтенанта, переключившись на девчонку.       Он уже давно не был ребенком, который не может постоять за себя. Он уже давно вырос и может защитить тех, кто не был ему равнодушен. Неважно, что довело Мако до такого состояния. Зуко было абсолютно плевать, особенно сейчас, когда очевидно не безразличная ему девчонка была в опасности. Старший лейтенант, под звуки полыхающего пламени и вопль Катары, огляделся по сторонам, находя валявшийся рядом огнетушитель. Зуко лишь наделся, что грубая ткань их формы сможет смягчить удары, наносимые капитаном по девичьему телу. Мужчина, поднимаясь, потянулся к нему, подбирая и быстро разворачиваясь. Зуко размахнулся и нанес удар. Мако мешком свалился на пол у их ног.       Янтарные глаза поднялись на застывшую в метре фигуру. Зуко, ощущая боль во всем теле, протянул свою руку к девушке, накрывая плечо. Мимолетно он задумался, что тревога за нее была куда ярче, чем утреннее желание никогда больше к ней не приближаться. Даже под толстым слоем ткани, мужчина ощутил сильную дрожь, накрывшую докторишку. Он наклонился вперед, заглядывая в смуглое лицо.       - Подорожничек? - позвал Зуко. В синих глазах отступал страх. - Больно?       Катара отрицательно покачала головой, как и надеялся мужчина, форма смягчила удары. Возможно останется пара синяков, но не более. Зуко перевел глаза на развалившегося в их ногах капитана и вернул свое внимание докторишке. Девушка неотрывно смотрела на Мако, плотно стиснув челюсти. Черты ее лица заострились. Что-то внутри молило его притянуть к себе эту раздражающую докторишку, скрыть от развернувшегося ужаса этого выезда, но Зуко подавил в себе это глупое желание. Он слабо ухмыльнулся, пытаясь смягчить ощутимое напряжение:       - Что это была за хуйня?       Но раздавшийся резкий треск поблизости не дал Катаре ответить. Старший лейтенант вскинул голову в сторону звука и, громко выругавшись, присел. Зуко закинул себе на плечо безвольную руку капитана и, поднимаясь на ноги, зашипел от натуги. Докторишка пристроилась с другого бока Мако, старший лейтенант кивнул в сторону, призывая идти назад к выходу. Они потеряли слишком много времени на глупые разборки, теперь нужно было поспешить вынести отсюда этого кретина.       Зуко вместе с Катарой стали медленно продвигаться вперед. Но не успели они пройти далеко, как раздался слишком знакомый звук над головой, заставивший старшего лейтенанта вздрогнуть. Он бросил быстрый взгляд наверх и сильным движением отпихнул от себя безвольное тело, а вместе с ним и Катару. Потолок над головой рухнул, Зуко едва успел отскочить и прикрыть лицо рукой. Жар опалил кожу.       - Зуко! - голос девушки перекрикнул шум огня.       Старший лейтенант смотрел вперед, не замечая за пламенем докторишки.       - Проклятье... - тихо выругался он и добавил уже громче. - Проваливайте отсюда! Я найду другой выход!       - Нет! - отчаянный голос Катары донесся до мужчины.       - Это приказ!       Зуко наконец выловил за языками пламени девичью фигуру. Беспокойство явно читалось на ее лице, даже с такого расстояния. Неприятно сжалось все внутри. Старший лейтенант заставил себя привычно ухмыльнуться и кивнуть ей. Он хотел показать докторишке, что ей не стоит беспокоиться за него. Ведь он обязательно выберется, чтобы залепить затрещину Мако, чтобы убедиться, что с раздражающей докторишкой действительно все в порядке. Невесомое касание костлявых рук сдавило плечи, но Зуко лишь передернул ими, не сводя цепкого взгляда с разворачивающегося шторма в синих глазах. Этот вызов не отнимет его жизнь. Ведь ему просто необходимо вернуться.