Звездные войны: Глас Императора. Часть III: Война за сосуд

Дверь Хранилища трещала за спиной Гривуса. Это был неправильный звук для космоса. Здесь не должно было быть скрежета металла, дрожи старых створок, низкого стона ритуального контура, который пытался удержать форму после удара. Вакуум глотал взрывы, но внешняя дуга Хранилища жила по собственным законам. Каждый раз, когда заземляющий штырь внизу вгрызался глубже в черно-золотой металл, звук проходил не через воздух, а через Силу, кости, зубы и память корабля. Морр стоял на изломанной платформе перед генералом Гривусом. Под ногами - древний порог, пересеченный трещинами. В стороне горели остатки абордажных капсул. Над ними золотыми иглами били копья Вечного флота, срезая новые волны дроидов. Дальше, в сером свете внешней дуги, двигались истребители Республики: синие вспышки, резкие повороты, хвосты двигателей, обломки дроидных машин. Еще дальше, почти за границей восприятия, «Глас Императора» держал строй в центре темного конвоя, как храм, который отказывался уступать войне право диктовать ему форму. Гривус стоял между Морром и нижним швом. Три клинка горели в его руках. Четвертый он потерял в серой дуге, но отсутствие оружия не сделало его меньше. Кибернетическое тело было повреждено: грудная пластина чернела от молнии, один плечевой привод искрил, по маске шла длинная обожженная борозда. Генерал держался так, будто все эти повреждения были не ранами, а украшениями. За его спиной работал третий заземлитель. Штырь входил в порог рывками. Вокруг него расползалось вязкое поле, глуша ритуальные линии, сбивая строй копий, заставляя внешний замок Хранилища хрипеть и сопротивляться. У нижнего шва Вейр Кадос, Рейд Авар и стражи пробивались через дроидов. Их путь перекрывали магнастражи и B2, а с боковой капсулы продолжали выходить новые BX-коммандо. Гривус видел все. И смеялся. - Ты слишком поздно, Глас. Морр сделал шаг вперед. Боль от ран Дуку жила в теле ровным темным жаром. Порез у ребра стянулся медицинской пленкой, но каждое движение тянуло кожу под броней. Ожог на предплечье, где сгорела метка Сидиуса, пульсировал глубже плоти. Черная память яда пыталась вернуть себя в кровь, как плохая мысль, которую уже раздавили, но еще помнят. Морр позволил боли быть. Она не мешала приказу. - Ты сломал край двери, - сказал он. - И решил, что победил. Гривус раскрыл руки шире. Три клинка описали световые дуги, разрезав серый полумрак. - Я решил, что теперь ты будешь драться. По-настоящему. - Ты называешь настоящим бой, где не понимаешь цели. - Цель проста. Гривус сорвался с места. Когти ударили в древний металл, плащ метнулся за спиной, клинки пошли веером: верхний удар в голову, нижний в бедро, третий - коротко в запястье. Скорость была чудовищной. Для живого тела такая атака была бы невозможной. Для кибернетического генерала она стала привычной музыкой убийства. Морр встретил первый удар мечом. Второй остановил темным барьером у колена. Третий не отбил клинком. Он повернул кисть, и пространство между его запястьем и мечом Гривуса сжалось, как ткань в кулаке. Световой клинок дрогнул, ушел на долю градуса в сторону и прошел мимо брони, оставив на ней тонкую раскаленную линию. Гривус тут же ударил головой. Морр ушел назад, но генерал оказался быстрее, чем расчет обычного противника. Когтистая нога скользнула по полу, зацепилась за выступ порога, тело резко изменило угол. Нижняя рука с клинком рубанула снизу. Морр принял удар на меч, и сила столкновения прошла по плечу до раны у ребра. Варр прозвучал в канале сквозь треск помех: - Глас, заземлитель усиливает поле. Вейр не может пройти к штырю. Лаэн следом: - Дверной контур теряет левый слой. Если этот металлический урод еще раз ударит по шву, я начну верить в проклятия как инженерную категорию. Иллар, тяжело дыша, сказала: - Третий контур держится. Плохо, но держится. Морр, нельзя допустить второго бурового заряда у нижнего шва. Гривус услышал часть открытого помехового фона. Его сенсоры поймали напряжение, задержку, смещение приказов. - Слышишь? - прошипел он. - Они зовут тебя. Дверь зовет тебя. Корабль зовет тебя. Все твои маленькие цепи натянулись. Морр посмотрел на него сквозь свет клинков. - И ты встал в центре, потому что хочешь быть важным. Гривус ударил яростнее. На этот раз Морр не отступил. Он позволил первому клинку Гривуса скользнуть по своему мечу, второму пройти рядом с плечом, а третий поймал Силой у самого лица. Алый свет отражался в желтых глазах генерала. Морр раскрыл свободную ладонь. Молния ударила прямо в маску Гривуса. Без меча. Без подготовки. Без жеста, похожего на ритуал. Воздух стал белым. Гривус отшатнулся, пластины на лице раскалились, один глазовой сенсор моргнул и на секунду погас. Генерал взревел, но не упал. Встроенные заземляющие модули приняли часть разряда, сбросили его в когти, в пол, в древний металл. Порог под ногами вспыхнул синими прожилками. Иллар вскрикнула: - Не в шов! Морр оборвал молнию мгновенно. Гривус этим воспользовался. Он прыгнул вперед, всем весом, всеми приводами, всей машинной яростью. Удар плечом пришелся Морру в грудь. Глас Валкориона скользнул назад по платформе, сапоги оставили две темные полосы на металле. Один клинок Гривуса прошел по броне у бедра и рассек внешнюю пластину. Второй ударил сверху. Морр поднял меч, принял, но третий клинок все-таки достал левое плечо. Боль вспыхнула горячо. Рейд по каналу: - Глас! - Заземлитель, - ответил Морр. - Мы пробиваемся. На нижнем шве Вейр ударил магнастража с такой силой, что электропосох улетел в серую дугу. Рыцарь Закуула двинулся дальше, но два B2 вышли из боковой капсулы и открыли огонь почти в упор. Рейд закрыл его щитом, броня командира стражи вспыхнула от попаданий. Один страж прыгнул вперед, бросил заряд в ноги дроидам и успел закрыться рукой от взрыва. Его отбросило, шлем ударился о порог, но проход открылся на несколько метров. Третий штырь продолжал работать. Поле вокруг него густело. У Морра на мгновение потяжелели пальцы. Гривус заметил. - Чувствуешь? - Он вращал клинки вокруг себя, заставляя Морра держать дистанцию. - Сила вязнет. Твои красивые штормы глохнут. Здесь останутся металл, скорость и смерть. Морр опустил меч чуть ниже. - Ты очень любишь говорить о смерти для машины, которая цеплялась за жизнь сильнее большинства людей. Гривус замер на долю секунды. Этого хватило, чтобы Морр ударил. Не молнией. Полом. Он сжал пространство под когтями генерала, и древняя платформа выгнулась вверх. Гривус удержался, но его левую ногу приподняло. Морр шагнул внутрь, ударил мечом по суставу. Гривус резко отдернул ногу, однако алое лезвие прошило внешний кабельный пучок. Искры брызнули вниз. Генерал ответил серией. Быстрее. Грязнее. Он больше не пытался говорить. Три клинка стали мельницей вокруг Морра. Удары шли сверху, снизу, по рукам, по корпусу, по ногам. Гривус ломал темп, менял высоту, использовал каждую искру, каждое дрожание поля. Морр отбивал, уходил, давил барьерами, бил телекинезом короткими толчками, но заземляющее поле у нижнего шва мешало расширить Силу в полный приказ. Именно поэтому Гривус выбрал это место. Он был не просто зверем. Он был оружием, которое училось. Морр почувствовал уважение к опасности противника. Не к нему. К факту, что оружие стало достаточно острым. Гривус внезапно бросил один клинок в сторону. Не в Морра. Вейру в спину. Рыцарь Закуула как раз прорубался к заземлителю. Он услышал предупреждение Рейда поздно. Клинок летел быстро, вращаясь зеленым кольцом. Морр вытянул руку, но поле у шва тянуло Силу вниз, как болото. Страж рядом с Вейром шагнул на линию удара. Клинок вошел ему в грудь. Броня вспыхнула. Тело дернулось. Страж не закричал. Он успел схватить рукоять клинка обеими руками, удержал его в себе и не дал оружию пройти дальше к Вейру. Рейд развернулся. - Карн! Страж Карн упал на колено. Вейр замер на долю секунды. - Иди! - прохрипел Карн. Гривус рассмеялся. - Вот. Так цепи рвутся. Морр не посмотрел на Карна. Если бы посмотрел, Гривус получил бы то, что хотел. Но Сила вокруг Морра изменилась. Тихо. Страшно. Лаэн на мостике почувствовала это по щитам. - Ой. Варр резко взглянул на нее. - Что? - Глас разозлился. Аркс сухо сообщил: - Энергетическая нагрузка вокруг внешнего порога растет. Сорр из медблока, куда уже приносили первых раненых с внутреннего контура, сказал: - Если это означает, что он сейчас начнет разносить все вокруг, передайте ему медицинскую просьбу: не рядом с дверью. Морр поднял глаза на Гривуса. Генерал уже тянул выброшенный клинок обратно магнитным захватом. Но Карн, умирая, держал рукоять. Пальцы стража сжимались на металле, кровь под броней шла темной пеной. Гривус рванул сильнее. Карна протащило по полу на полметра. Вейр ударил. Он не пошел на Гривуса. Он сделал то, что ему приказали. Рыцарь бросился к третьему заземлителю, рубанул первого дроида, второго отбросил Силой, третьему отсек руку с управляющим блоком. Рейд с двумя стражами прикрыли его огнем. Карн, уже почти лежа, держал чужой клинок еще один миг. Морр раскрыл ладонь. На этот раз он не стал спорить с заземляющим полем. Он использовал его. Сила вошла в поле через штырь, через тот самый генератор, который должен был глушить ритуальный слой. Генератор не был создан для такой нагрузки. Он умел мешать, заземлять, вязать движение. Он не умел быть каналом чужой воли. Морр заставил его стать каналом. Третий заземлитель взвыл. Лаэн закричала: - Что он делает?! Иллар почти одновременно: - Он переворачивает поле! Генератор на нижнем шве вспыхнул изнутри. Вейр понял мгновенно и отскочил, схватив Рейда за плечо. Карн не мог уйти. Он поднял голову, посмотрел в сторону Морра и на миг выпрямился, будто стоял на построении. Генератор взорвался. Взрыв был не огненным. Сначала поле свернулось в черный узел. Потом узел лопнул, выбросив наружу волну, которая срезала дроидов вокруг шва, разбила остатки буровой рамы и выбила клинок Гривуса из рук Карна. Тело стража отбросило к краю платформы. Вейр успел поймать его Силой, но жизнь уже уходила. Третий заземлитель погас. Иллар выдохнула, как после удара. - Поле снято. Шов открыт, но живой. Я могу держать. Морр сделал один шаг к Гривусу. Теперь Сила вернулась к нему полностью. Гривус почувствовал это. Желтые глаза сузились. Он поднял два оставшихся клинка и выдвинул из плаща новый, запасной. Рукоять щелкнула в нижней левой руке. Зеленое лезвие вспыхнуло. Снова три клинка. - Я убивал джедаев сильнее твоих стражей. - Ты убивал тех, кто хотел с тобой сражаться. - Все хотят сражаться, когда уже поздно бежать. Морр поднял руку. Гривуса схватила невидимая сила и швырнула в сторону. Генерал врезался в древнюю балку, пробил ее плечом, развернулся в воздухе, зацепился когтями за поверхность и прыгнул обратно. Морр встретил его молнией. Гривус повернул корпус, кортозисные вставки приняли часть удара, но разряд теперь был сильнее. Он прошел по рукам, сжег один привод, заставил нижнюю правую руку раскрыться. Клинок выпал и ушел в серую пустоту. Гривус взревел. Два клинка. Он пошел ниже, почти на четвереньках, используя когти, локти, остатки плаща, резкие броски тела. Морр не пытался держать его на расстоянии. Он позволил генералу приблизиться и ударил прямо в грудь открытой ладонью. Сила вдавила Гривуса в пол. Платформа треснула под ним. Генерал уперся всеми конечностями, поднялся на приводах, медленно, с металлическим скрежетом. Его корпус дрожал, но он поднимался. В этом было чудовищное упрямство. От живого существа в нем осталось немногое, но эта последняя живая часть ненавидела смерть так сильно, что заставляла металл вставать снова. Морр увидел это. И понял, почему Гривус стал страшен для джедаев. Он был не просто машиной. В нем остался живой страх, который превратился в хищника. - Ты цепляешься за жизнь, - сказал Морр. Гривус выпрямился рывком. - Я взял ее обратно. - Нет. Тебя собрали в оружие и сказали, куда бить. Гривус бросился вперед. Морр шагнул навстречу. Клинки столкнулись. Один удар Гривуса Морр принял мечом. Второй поймал Силой у самого лица. Третий генерал попытался провести нижней рукой, но Морр ударил ногой в поврежденный сустав и одновременно сжал его телекинезом. Сустав лопнул. Нижняя левая рука Гривуса повисла. Клинок погас. Генерал ударил оставшейся верхней рукой, но Морр уже был внутри его защиты. Алый меч прошел по боковой пластине, вскрыл броню. Морр ударил второй рукой в грудь генерала, пальцы легли на раскаленный металл. Молния вошла внутрь. Гривус закричал. Не механическим голосом. Глубже. Органическим, рваным, настоящим. Молния прошла через броню, по кабелям, по нервным связкам, к оставшимся живым органам, заключенным в кибернетическую клетку. Защитные модули вспыхивали один за другим. Два погасли сразу. Третий выстрелил обратным разрядом в руку Морра, обжег кожу под повязкой, но Морр не отпустил. Гривус ударил его лбом. Морр качнулся, кровь пошла из рассеченной губы. Генерал попытался схватить его горло верхней рукой. Морр сжал пальцы. И рука Гривуса остановилась. Не потому, что сломался привод. Потому что Морр приказал металлу не двигаться. Кибернетика заскрежетала. Приводы сопротивлялись. Генерал вложил все оставшееся усилие в движение. Пальцы дрожали в сантиметрах от шеи Морра. - Двигайся, - хрипел Гривус, будто говорил собственному телу. Морр посмотрел ему в глаза. - Оружие сломано. Он резко развел руки. Грудная пластина Гривуса раскрылась. Металл не открыли механизмы. Его вырвали наружу. Пластины изогнулись, кабели порвались, внутренние системы вспыхнули. Внутри показалась живая капсула органов, дрожащая, обожженная, защищенная слоями прозрачного материала и проводов. На республиканском канале Асока резко отвернулась от экрана. Рекс выругался тихо. Энакин застыл. Оби-Ван на «Переговорщике» закрыл глаза на одно дыхание. Он ненавидел Гривуса. Сражался с ним слишком много раз. Видел, сколько смертей тот принес. И все равно вид разбитой оболочки, в которой еще оставалась жизнь, ударил куда-то глубже военной логики. Мейс Винду смотрел без жалости, но с тяжестью. - Конец, - сказал он. Йода, находившийся на флагмане армадной группы, тихо произнес: - Много боли в этом существе было. Болью и закончилось. Гривус еще пытался двигаться. Он поднял оставшийся клинок. Морр ударил молнией в открытую грудь. Разряд прошел через живую капсулу. Гривус выгнулся. Клинок выпал из руки, ударился о платформу и покатился к краю. Генерал захрипел. Его маска дернулась. Желтые глаза мигнули, один погас, второй продолжал гореть, бешеный, ненавидящий, отказывающийся понять, что тело больше не подчиняется. Морр приблизился. Гривус попытался произнести что-то. Получился кашель. Внутри грудной капсулы темнела кровь. - Джедаи... - прохрипел он. - Я убил... - Да, - сказал Морр. - И все равно умер не от их руки. Он поднял Гривуса Силой. Сломанное тело генерала зависло над платформой. Металл скрипел, кабели свисали, плащ рваной тряпкой колыхался в поле внешней дуги. Последний глазовой сенсор смотрел на Морра. Гривус все еще ненавидел. Морр уважал только то, что ненависть не просила пощады. Он сжал кулак. Кибернетическая клетка груди сомкнулась внутрь. Генерал Гривус умер без крика, потому что голосовой модуль не выдержал раньше органического сердца. Тело дернулось один раз. Потом стало просто металлом и мясом. На дальнем фланге один из тактических дроидов КНС зафиксировал потерю сигнатуры генерала. Передал запрос. Получил пустоту. Повторил. Еще раз. Потом весь канал передовой группы заполнился сигналами перераспределения командования. Дроидные носители начали менять строй без того злого, личного ритма, который вел их к порогу. Капсулы все еще летели, фрегаты все еще стреляли, но в атаке появилась задержка. Микроскопическая. Для живых почти незаметная. Для флота, который стоял у древней двери, - достаточная. Морр опустил тело не на платформу. Он развернул его к остаткам нижней капсулы, где еще горел аварийный буровой узел. Тот пытался активировать резервный заряд. Если заряд сработает, шов снова треснет. Морр метнул тело Гривуса туда, как сломанное оружие, возвращенное войне. Корпус генерала ударил в буровой узел. Морр сразу накрыл взрыв барьером. Огненный шар вспыхнул внутри темной сферы, раздувая ее, пытаясь прорваться к порогу. Морр удержал. Рейд и Вейр добавили свои барьеры с двух сторон. Иллар на флагмане связала ритуальные нити и зашептала формулу закрытия. Лаэн перекинула щитовой импульс через правый контур, матерясь так, будто каждая фраза была частью инженерной молитвы. Взрыв схлопнулся. Дверь не развалилась. Шов остался поврежденным, но живым. Иллар выдохнула: - Держу. Держу, проклятая ты железная пасть... держу. Сорр в канале сказал: - Иллар, дыши. Если потеряешь сознание, я заставлю тебя слушать собственные ритуальные записи в медблоке. - Ненавижу вас, доктор. - Значит, жива. Морр стоял среди обломков и мертвых дроидов. Перед ним лежали остатки генерала Гривуса. Маска раскололась пополам. Один желтый глаз окончательно погас. В разорванной грудной клетке еще тлели кабели. Плащ горел по краю. Рейд подошел к Карну. Страж был еще жив несколько секунд. Он лежал на спине, шлем расколот, дыхание мокрое, броня на груди прожжена клинком Гривуса. Вейр опустился рядом и снял с его рук рукоять чужого меча. Карн посмотрел не на Вейра. На Морра. Морр подошел. Карн попытался подняться. Рейд удержал его плечо. - Лежи. - Глас... - голос стража был почти беззвучным. Морр остановился над ним. - Ты удержал оружие. Карн сглотнул кровь. - Дверь... цела? - Цела. На лице умирающего стража мелькнуло спокойствие. Не улыбка. Закуулец не искал красивой смерти. Но он получил правильную. - Император... - выдохнул он. - Увидит исполнение, - сказал Морр. Карн умер. Рейд склонил голову. Вейр медленно поднялся. На его лице было что-то жесткое и молодое одновременно. Рыцарь Закуула смотрел на мертвого Гривуса так, будто хотел убить его еще раз, но опоздал. Морр повернулся к внешней дуге. - Иллар. - Слышу, Глас. - Выводи ритуальную группу. Сейчас. Варр вмешался: - КНС отступает от порога. Потеря Гривуса разрушила управление передовой. Но основная группа еще боеспособна. Дуку на дальнем фланге, его корабль поврежден, но не ушел. Нела добавила: - Республика видела смерть Гривуса. Их флот перестраивается. Мейс Винду выделяет ударную группу. Похоже, они считают момент подходящим. Лаэн сказала: - Конечно считают. Гривус умер, дверь треснула, Морр на пороге, все вокруг горит. Самое время добавить джедаев с нравственным правом. Морр смотрел на серую трещину Хранилища. Он чувствовал, как за ней темная вода успокаивается. Третий ключ еще впереди. Кровь приказа не была отдана. Сидиусовый яд был сожжен, но оставил предупреждение. Дуку выжил. Республика приблизилась. Винду готовился ударить. Война не дала ему паузы. Так и должно было быть. - Пусть приходят, - сказал Морр. Он опустил взгляд на мертвого Гривуса. - Один молот сломан. Следующий будет клинком. * * * На корабле Дуку сообщение о смерти Гривуса пришло красным сигналом. Граф сидел в медицинском кресле. Правая рука была зафиксирована, ребра стянуты полевыми скобами, ожог на плече закрыт прозрачной повязкой. Медицинский дроид уже трижды пытался увеличить дозу обезболивающего, и трижды Дуку останавливал его взглядом. Тактический дроид вывел запись. Гривус у порога. Молнии Морра. Раскрытая грудь. Смерть. Дуку смотрел без выражения. Гривус был варваром, инструментом, грубым молотом войны. Он раздражал, спорил, ломал планы, превращал тактику в личную охоту. Но он был полезен. Опасен. Он заставлял джедаев бояться. Он держал фронты, где тонкие руки Дуку не должны были пачкаться слишком явно. Теперь на карте КНС зияла пустота. Не эмоциональная. Командная. Передовые группы продолжали работать, но строй стал суше, беднее, глупее. Тактические дроиды перераспределяли приказы быстро, однако ни один процессор не мог заменить ярость Гривуса там, где требовалось ломать живую волю врага. - Передать основным силам КНС, - сказал Дуку. - Стабилизировать строй. Передовую не бросать в панику. Все дроидные группы переподчинить тактическому ядру «Серпент-один». Сохранять давление на фланг флагмана Морра, но не входить в порог без нового приказа. Дроид поклонился. - Принято. Смерть генерала Гривуса требует уведомления графа Дуку. Дуку медленно повернул голову. Дроид завис. - Уведомление выполнено, - сказал он после обработки ситуации. - Умнеете. - Адаптируюсь. Дуку посмотрел на карту. КНС потеряла ударный кулак. Республика увидит шанс. Морр получит короткое окно для стабилизации двери. Сидиус... Сидиус не будет скорбеть. Сидиус пересчитает. В каюте стало холоднее еще до появления голограммы. - Граф, - произнес Сидиус. Дуку не поднялся. Тело не позволило бы сделать это красиво, а некрасивых попыток он себе не разрешал. - Учитель. - Генерал Гривус мертв. - Да. - Морр убил его у порога. - Да. - Выжившие силы КНС? - Переподчиняются тактическому ядру. Давление сохранится, но без личного штурма Гривуса эффективность снизится. Сидиус молчал. Дуку чувствовал его гнев. Не бурный. Расчетливый. Гривус был нужен. Его смерть стала потерей, которую нельзя показывать ни КНС, ни Республике, ни джедаям. - Морр заплатил? - спросил Сидиус. - Ранен. Потерял людей. Дверь повреждена, но удержана. Метка сгорела. - Значит, Винду ударит. Дуку поднял глаза. - Вы рассчитываете на джедаев? Сидиус тихо рассмеялся. - Я рассчитываю на их природу. Они увидели смерть Гривуса. Увидели поврежденный порог. Увидели Морра вне полной защиты флагмана. Мейс Винду не позволит такому моменту пройти. - Он попытается остановить Морра. - И заставит его тратить то, что осталось до третьего ключа. Дуку понял. Гривус умер. Но его смерть оставила после себя не тишину, а удобное окно. Сидиус продолжал: - Держите КНС на фланге. Не давайте Морру свободно закрыть дверь. Если джедаи войдут, не мешайте им сразу. Пусть режут путь. Потом ударьте по тем, кто останется стоять. - Как прикажете. Голограмма погасла. Дуку закрыл глаза. На мгновение перед ним снова возник образ с Морабанда: он сам на коленях перед Сидиусом, Морр перед Валкорионом, две цепи, две воли, два Императора. Он открыл глаза. - Курс к флангу, - сказал он. Медицинский дроид возмутился писком. Дуку посмотрел на него. - После боя сможете возмущаться в отчете. * * * На республиканском флагмане Мейс Винду видел смерть Гривуса без торжества. Несколько офицеров облегченно переглянулись. Для клонов имя Гривуса означало слишком много убитых, слишком много отступлений, слишком много генералов-джедаев, возвращавшихся с разбитыми отрядами. Его смерть должна была быть победой. Но перед ними на карте оставался Морр. Живой. У порога Хранилища. Семь копий Вечного флота держали строй. КНС отступала не полностью, а перестраивалась. Внешняя дуга была повреждена. Морр выводил ритуальную группу к шву. Мейс положил руку на край карты. - Сейчас. Оби-Ван повернулся к нему с «Переговорщика». - Мейс. - Если он стабилизирует порог и введет третий ключ, мы будем воевать уже внутри его ритуала. Пло Кун тихо сказал: - Он только что остановил Гривуса. Его люди ранены. Дверь повреждена. Это окно короткое. Йода смотрел на серую дугу. - Короткое и острое. Энакин с «Решительного» сказал: - Я иду. Мейс ответил сразу: - Нет. Вы удерживаете ударный резерв. - Мастер Винду... - Кеноби, Пло Кун, Шаак Ти - поддержка флангов. Я беру первую ударную группу. Асока остается с Скайуокером и 501-м. Асока резко подняла голову. Энакин тоже. - Она может помочь, - сказал он. - Ее задача сейчас - удержать ваш фланг, - отрезал Мейс. - И ваш импульс. Рекс, стоявший рядом с Асокой, очень тихо произнес: - Это звучит как полноценная операция, командер. Асока посмотрела на Энакина. Тот кипел. Но спорить сейчас означало потерять время, а время уходило к Морру. Оби-Ван сказал: - Мейс, Морр будет ждать удара. - Пусть ждет. На лице Винду не было гнева. Только решимость. - Гривус ломал дверь грубо. Мы ударим точнее. Йода опустил голову. - Береги край, Мейс. В темноту режешь ты хорошо. Но здесь темнота с дверью. Мейс кивнул. - Я знаю. Он выключил канал и повернулся к мастерам, уже собравшимся у выхода. - Ударная группа. Выход через три минуты. За обзорными окнами республиканского флагмана истребители уходили к внешней дуге. КНС перестраивала фланг. Семь копий Вечного флота вспыхивали золотыми линиями. На сломанном пороге Хранилища Морр стоял рядом с мертвым телом Гривуса, а ритуальная группа Закуула уже двигалась к шву под прикрытием стражей. Винду надел плащ поверх брони. Корабль дрогнул от нового залпа. Никто в зале не сказал, что генерал Гривус мертв. Это уже было видно по тому, как быстро все начали готовиться к следующей крови.