Временная сладость

      Весь следующий день Гермиона готовилась к возвращению Роуз с той же педантичной, фанатичной тщательностью, с какой когда-то планировала боевые операции Ордена Феникса. Но за этой безупречной министерской дисциплиной скрывалось лишь отчаянное желание матери оградить своего ребёнка от жестокого потрясения. Она слишком хорошо понимала, что их квартира больше не была тёплым уютным домом — она превратилась в стерильную магическую ловушку, и Роза должна была переступить этот порог в максимально «безопасной» и привычной обстановке.       Скептически и строго осмотрев прихожую и гостиную, Гермиона взмахнула палочкой, запуская каскад сложных очищающих чар. она наполнила комнаты мягким теплом сушёных трав и сладкой ванили — теми самыми ароматами, которые Роуз с самого раннего детства прочно ассоциировала с понятием родного очага. На массивном обеденном столе она оставила испускающий пар свежий чай и любимое овсяное печенье дочери, изо всех сил создавая хрупкую, призрачную иллюзию того, что нормальная жизнь продолжается, невзирая на запертые наглухо дубовые двери родительской спальни.       Самой сложной задачей была подготовка комнаты, где лежал Рон. Она не хотела обманывать дочь, но как мать она старалась смягчить ее восприятие происходящего. Она накрыла постель знакомым домашним пледом, стараясь придать телу на кровати вид просто «глубоко спящего» человека. В своей голове Гермиона уже подготовила краткую, сухую и лишённую лишних эмоций речь. Она знала, что Роуз, унаследовавшая её собственный въедливый ум, засыплет её вопросами, и заранее составила выверенные, безопасные ответы. Дочь не должна была раньше времени узнать о пугающем сером статусе «Магической угрозы» её отца, о критическом состоянии Хьюго в Мунго и о жутких деталях хроно-взрыва, унёсшего Джорджа. Перед самым её прибытием Гермиона рывком открыла ящик стола, сгребла в охапку злополучные бумаги на развод и спрятала их на самое дно, наложив мощнейшее запирающее заклятие — Роуз ни в коем случае не должна была наткнуться на отпечатанную фамилию «Грейнджер» в такой момент. Туда же, с глаз долой, отправились и свежие громоздкие письма от Молли, на которые ей теперь приходилось отвечать сухими, леденящими министерскими отписками.       Она методично со свойственной ей точностью проверила настройки портала, несколько раз перепроверив координаты «Розингтон Хьюз». Временное окно для портала было выставлено с точностью до секунды: он должен был открыться ровно на одну минуту, с 11:00 до 11:01. Этого времени вполне хватало для безопасного перехода Роуз, но было слишком мало для того, чтобы шпионы Визенгамота могли засечь нахожние этого секретного бункера.       Для Скорпиуса же был подготовлен совершенно иной маршрут. Ровно в 12:00 камин должен был ожить вновь и направить мальчика прямиком в Министерство магии, в "Сектор по семейным делам" для экстренного решения вопроса опекунства.       Время тянулось мучительно, изнуряюще медленно, отдаваясь глухими ударами в её собственном солнечном сплетении, привязанном к Рону. В 11:00 камин в гостиной замерцал и Гермиона замерла, выпрямив спину, и нацепила на бледное лицо ту самую безупречную «материнскую маску» абсолютного спокойствия и уверенности, которую тщетно репетировала всё это длинное, кошмарное утро.