Временная сладость

      На следующее же утро после визита к Эзре кабинет Министра превратился в центр управления экономическим штормом. Одним росчерком пера она инициировала тотальный аудит всех предприятий, связанных с племянниками Гринграсса.       Первым делом - «Перекрестный аудит логистических цепочек». В офисы компаний ворвались не только инспекторы санитарной комиссии, но и представители комитета по торговым стандартам. Каждая поставка чешуи дракона теперь проверялась на соответствие гуманным нормам добычи, а каждый флакон желчи бундимуна подвергался молекулярному анализу на чистоту. Пока велись тесты, склады опечатывались «до выяснения обстоятельств», что фактически парализовало их торговлю.       Следом она спустила на них Департамент магического транспорта. Все их курьерские метлы и летучие повозки были остановлены для «внеплановой проверки летной годности». Лицензии приостанавливались по малейшему подозрению на износ древесины древков, и племянники Гринграсса наблюдали, как их скоропортящиеся ингредиенты гниют в заблокированных хранилищах.       Но самым сокрушительным ударом стал Налоговый департамент. Гермиона подняла архивы за последние десять лет. Каждое несоответствие в один кнат, каждая неточность в именах контрагентов возвращались отправителям с её личной пометкой: «Документация оформлена ненадлежащим образом. В приеме отказано. Требуется полная ревизия за отчетный период».       Она работала с ледяным изяществом хищника, выверяя каждый шаг. Личный секретарь Гермионы каждые полчаса отправлял совами новые предписания. Племянники погрязли в бумагах. Они исправляли одну ошибку, но к вечеру получали уведомление о десяти новых, еще более абсурдных и юридически безупречных. Это была «итальянская забастовка» в масштабах целого Министерства: всё делалось строго по инструкции, но именно эта инструкция медленно и абсолютно легально душила их бизнес, превращая активы в гору бесполезного пергамента и просроченного зелья. Убытки росли в геометрической прогрессии, и Гермиона, ставя очередную подпись под отказом, знала — их капитуляция лишь вопрос времени. Ровно через неделю, как она и рассчитывала, они явились на личный прием.       Двое мужчин — лощеные, но с лихорадочным блеском в глазах и следами бессонных ночей — сидели в глубоких креслах напротив её стола. Гермиона не спеша перелистывала их очередное прошение, прежде чем поднять взгляд. — Джентльмены, — начала она, и её голос был патологически учтивым, почти сочувствующим. — Я искренне соболезную вашему положению. Поверьте, я как никто другой понимаю, каково это — видеть, как твой бизнес несет невосполнимые потери. Она сделала паузу, задержав взгляд на старшем племяннике, чьи руки заметно дрожали. — Я сама недавно столкнулась с досадными инцидентами, — продолжила она, вкрадчиво понизив тон. — Один мой книжный магазин был сожжен какими-то... мелкими хулиганами. А второй - она перевела взгляд — безнадежно испорчен заклятием Скверны. Ужасающая жестокость, не правда ли?       В кабинете повисла такая тишина, что было слышно, как скрипит перо в руках секретаря за дверью. Племянники побледнели. — Именно поэтому, — Гермиона сложила руки в замок, — я, как Министр, обязана быть предельно строгой к качеству ингредиентов и условиям их хранения. Мы не можем допустить, чтобы в котлы наших граждан попали незарегистрированные или сомнительные компоненты. Это вопрос национальной безопасности. В вашем бизнесе всё должно быть идеально.       Она наклонилась вперед, и в её глазах вспыхнул опасный, холодный огонь. — И вот что беспокоит меня больше всего. Если эти «мелкие неточности» в ваших бумагах не исчезнут, мне придется инициировать расширенную проверку... на всех, кто связан с вашим бизнесом. А внезапные визиты авроров в хранилища могут очень расстроить ваших поставщиков и покровителей. А ведь это очень… очень… очень важные люди, джентльмены. Люди с длинной памятью, которые совершенно не умеют прощать ошибки.       Гермиона аккуратно выровняла края бумаг и протянула племянникам стопку документов, демонстративно перечеркнутых жирными красными чернилами.       Она поднялась из-за стола и улыбнулась своей самой милой, почти девичьей улыбкой, от которой у мужчин по спинам пробежал холод. — Надеюсь, джентльмены, мы поняли друг друга, и впредь вы больше не будете повторять столь досадных ошибок — ни тех, что закрались в ваши текущие отчеты, ни тех досадных...совершенных ранее. Жду исправленные версии документов к завтрашнему утру.       Вечером, когда дом снова погрузился в уютную тишину, а показатели Драко были идеальными. На её стол легла маленькая серебряная шкатулка. На крышке, в переплетении искусно выгравированного терновника, мерцал герб Гринграссов. К шкатулке была приложена лаконичная карточка с подписью: «За неоценимую помощь мелкому бизнесу”       Внутри, на подкладке из черного бархата, покоилось редчайшее сокровище — вишня «Черное сердце». Она выглядела как крупный драгоценный камень, темная, почти антрацитовая, с глубоким рубиновым отливом. Гермиона знала, что это не просто десерт. Одно дерево давало лишь одну такую ягоду раз в три года, и в сезон сбора на всю Британию их едва насчитывалась сотня.       Ягода была неестественно крупной и тяжелой, лишенной косточки. Её тонкая, глянцевая кожица была натянута до предела, казалось, вишня вот-вот готова лопнуть от избытка густого, сладкого нектара, едва удерживая внутри свою концентрированную суть. Стоимость этой вишни легко покрывала все убытки от сожженных фолиантов в одном из её магазинов.       Гермиона осторожно взяла ягоду двумя пальцами. В полумраке спальни, под мерный ритм магического «моста», она решилась её попробовать. — Ммммм... Это невероятно, — негромко произнесла она, обращаясь скорее к спящему Драко, чем к самой себе.       Вкус был ошеломляющим, многогранным, раскрывающимся слой за слоем. Она прикрыла глаза, смакуя это мгновение. Это был вкус её тихой, но сокрушительной победы над врагами. Вкус безусловной любви матери, которая готова стереть этот мир ради своих детей. Вкус пьянящего владения миром, вкус абсолютного спокойствия и домашнего тепла в кругу семьи. Это был идеальный вкус. Вкус жизни.