Уровень выше

Утром Серебряный Волк открыла глаза и обнаружила, что их маленькая комната превратилась в спальню детского сада. На стенах были яркие обои с зайчиками и звёздочками, а вместо кровати — две низкие кроватки с бортиками. Она села и сразу почувствовала, как на голове качаются два высоких хвостика с розовыми резинками. — Кафка… — тихо позвала она. Рядом зашевелилась Кафка. Та же школьная форма пятого класса сидела на ней как-то… по-детски: блузка чуть великовата, юбка-плиссе задралась, а на коленках были смешные наклейки с котятами. — Мм? — Кафка протёрла глаза и огляделась. Потом улыбнулась так широко, что у Волка внутри всё перевернулось. — Ой. Мы стали ещё младше. — Мы в садике, — констатировала Волк, глядя на свой отражённый в зеркале вид. Лицо было точно как у пятиклассницы — немного острее, чем у настоящих малышей, но в этом сне всем было абсолютно плевать. — Нас только что приняли в группу «Солнышко». Я видела табличку на двери. Они вышли в общий зал. Воспитательница — добрая тётя в фартуке — радостно всплеснула руками: — Ой, какие у нас новенькие! Кафочка и Волчонок! Проходите, девочки, не стесняйтесь. Сегодня будем лепить из пластилина и кушать кашку. Никто не удивился, что две «девочки» выглядят чуть старше остальных. Один мальчик даже спросил у Волка: «Ты уже в пятый класс ходишь? Круто!» — и спокойно побежал дальше. В Пенакони такие странности были в порядке вещей. Кафка взяла Волка за руку и повела к ковру, где уже сидели другие дети. — Будем примерными, волчонок? — Я не собираюсь лепить пластилиновых котиков, — буркнула Волк, но всё равно села рядом. Через пять минут она уже сосредоточенно лепила из синего пластилина маленький космический корабль, а Кафка рядом делала… волка. Получился кривоватый, но очень старательный серебристый комочек с ушками. — Это ты, — гордо сказала Кафка и поставила фигурку рядом с её кораблём. Волк покраснела и быстро слепила рядом маленькую розовую фигурку с длинными волосами. — А это ты. Чтобы не улетала. На прогулке их вывели на детскую площадку. Волк сразу забралась на самую высокую горку и села сверху, болтая ногами. Кафка стояла внизу и смотрела вверх, прикрывая глаза ладошкой от солнца. — Слезай, а то воспитательница ругаться будет. — Пусть попробует. Я опасный хакер… — Волк запнулась. — …пятиклассница. Кафка засмеялась и поднялась к ней. Они уселись вдвоём на узкой площадке горки, тесно прижавшись. Юбки-плиссе смешно топорщились. — Никто не подозревает, — тихо сказала Кафка, положив голову Волку на плечо. — Для всех мы просто две подружки из новой группы. — Странно, — пробормотала Волк. — Но… прикольно. Никто не требует ничего взламывать. Только чтобы мы не дрались за игрушки и ели манную кашу. Кафка переплела их пальцы. — Хочешь остаться здесь подольше? Спать в кроватках с бортиками, есть сладкий компот и гулять за ручку. Волк помолчала. Потом крепче сжала её руку. — Только если ты будешь со мной в одной кроватке. Эти бортики мешают обниматься. — Договорились, — Кафка чмокнула её в щёку. — Я скажу воспитательнице, что мы сёстры. Она поверит. Когда их позвали на тихий час, они легли рядом на коврики. Кафка накрыла их одним одеяльцем и обняла Волка сзади, точно как в то первое утро. — Спокойной ночи, волчонок. — Сейчас же день… — сонно буркнула Волк, но прижалась ближе. — В садике всегда можно устроить тихий час, когда хочется. За окном детского сада шумел Пенакони, но здесь, в этой странной и тёплой иллюзии, две Stellaron Hunter’ши снова были просто… вместе. Без миссий. Без сценариев. Только пластилин, горки и манная каша на обед. И этого оказалось неожиданно достаточно.