Уровень выше

Седьмая часть После тихого часа в садике Пенакони решил, что с них хватит песочниц и манки. Серебряный Волк моргнула и поняла, что лежит не на коврике с зайчиками, а на довольно жёсткой односпальной кровати в небольшой, но современной студенческой комнате. Стены были увешаны постерами с аниме и схемами программирования, на столе — два мощных ноутбука, RGB-подсветка и пустые банки из-под энергетиков. Она села. На ней были чёрные джинсы, oversize-худи и серебристые волосы, небрежно собранные в высокий хвост. Лицо осталось «пятиклассным» по остроте черт, но теперь это выглядело как типичная молодая студентка-первокурсница. — Опять… — выдохнула она. Дверь в комнату открылась, и вошла Кафка. В белой рубашке, расстёгнутой на пару пуговиц, и тёмной юбке-карандаш. Розовые волосы свободно падали на плечи. Она выглядела старше — где-то на третьем-четвёртом курсе. — Доброе утро, первокурсница, — мурлыкнула Кафка, закрывая дверь за собой. — Добро пожаловать в Университет Токио. Факультет информатики и кибербезопасности. Ты — Серебряный Волк, гений-хакер первого курса. А я — твоя соседка по комнате и староста группы. Волк уставилась на неё, потом на себя, потом снова на неё. — Просто так? — Просто так, — Кафка пожала плечами с лёгкой улыбкой и села на край её кровати. — Пенакони, кажется, решил прогнать нас через все этапы «нормальной жизни». Из садика сразу в университет. Эффективно. Волк подошла к окну. За ним был настоящий современный мегаполис: небоскрёбы, толпы людей, машины, реклама на японском и английском. Никаких парящих зданий или мемов-валют. Обычный мир. — Здесь нет Стелларонов, да? — тихо спросила она. — Нет. Только сессия, зачёты и бесплатный вай-фай в общаге, — Кафка встала позади и обняла её за талию, положив подбородок на плечо. — И две девушки, которые неожиданно стали студентками. Волк повернулась в её объятиях. — И что мы теперь делаем? Хакерим зачётки? Кафка тихо засмеялась и поцеловала её в лоб. — Можем. Но сначала — лекция по алгоритмам в 10:30. Ты записана. Я, как хорошая соседка, тебя разбудила. На парах они сидели рядом. Волк быстро поняла, что материал для неё — детский сад (буквально). Она за десять минут взломала локальную сеть университета «просто чтобы не скучать» и поставила на рабочий стол преподавателя свою эмблему — маленького волка. Кафка рядом тихо смеялась, прикрываясь конспектом. На большой перемене они вышли в университетский двор. Осень, тёплое солнце, студенты вокруг пьют кофе и обсуждают курсовые. Кафка купила два латте и протянула один Волку. — Держи, волчонок. Ты сегодня особенно сосредоточенная. — Я думаю, — пробурчала Волк, грея руки об стакан. — Здесь… спокойно. Никто не стреляет, никто не требует спасти галактику. Просто учись, ешь рамен в столовой и ходи на пары. Кафка откинула прядь волос с её лица. — Тебе нравится? Волк помолчала, потом кивнула, глядя в сторону. — Немного. Странно, но нравится. Особенно то, что ты здесь. В одной комнате. Каждое утро. Они нашли свободную скамейку под кленом. Кафка села, а Волк сразу забралась к ней на колени, уткнувшись носом в шею. Проходящие студенты только улыбались — «первокурсники, влюбились, мило». — Кафка… — тихо спросила Волк. — А если мы здесь застрянем надолго? — Тогда будем сдавать сессию вместе, — спокойно ответила та, поглаживая её по спине. — Ты будешь гением, который всех бесит своими оценками, а я буду той загадочной старшекурсницей, у которой все тайно влюблены, но которая каждую ночь обнимает только тебя. Волк фыркнула, но крепче обхватила её руками. — Звучит… нормально. Даже хорошо. Кафка поцеловала её — мягко, не торопясь, прямо посреди университетского двора. Никто не обратил особого внимания. В современном мире такие вещи были просто частью жизни. — Тогда остаёмся, — прошептала Кафка ей в губы. — Хотя бы до конца семестра. — И на следующий, — добавила Волк, не отстраняясь. — Договорились. Вечером в их маленькой комнате общежития горела только RGB-подсветка. Они лежали вдвоём на узкой кровати Волка, потому что «так теплее». За окном шумел современный город, а внутри было тихо и спокойно. Пенакони продолжал играть в свои сны, перебрасывая их из одной жизни в другую. А им было уже всё равно, в каком возрасте и в каком мире. Главное — вместе.