I Only Like Your Face\ Мне нравится только твоё лицо

Из-за своей травмы Хань Шаочжоу провел два или три дня, восстанавливаясь у Мо Мина после выписки из больницы. Он воздерживался от посещения светских мероприятий и возвращался к Мо Мину каждый день после окончания работы. Несмотря на его усилия сохранить травму в тайне, слухи в конце концов дошли до ушей его дедушки. Источником был не кто иной, как Ян Гуань, чей длинный язык растрепал об инциденте своей семье. К тому времени, когда история дошла до дедушки Хань Шаочжоу, она превратилась в байку о том, как его внука отбросило машиной на десятки метров и он провел два дня в реанимации, прежде чем чудом избежать смерти. Эта новость чуть не довела его дедушку, присутствовавшего на встрече посреди Атлантического океана, до обморока прямо на месте. В результате Хань Чанцзун решил сократить срок, отведенный внуку на поиск подходящего партнера, уменьшив его с года до шести месяцев. Он строго подчеркнул необходимость для семьи как можно скорее обеспечить появление следующего поколения. Хань Шаочжоу не мог отделаться от подозрений, что дедушка его проклинает. Имея немного свободного времени, Хань Шаочжоу установил в квартире новую, более просторную встроенную ванну. От скуки он начал изучать в интернете кое-какие захватывающие новые вещи и горел желанием опробовать их с Мо Мином. Ванна была готова, но ей требовалось несколько дней, чтобы проветриться перед использованием, как раз к предстоящей командировке Хань Шаочжоу. В тот вечер после душа Хань Шаочжоу позвонил Цай Чжао. Хотя режиссер Цай звонил Мо Мину, он связался с ним через Хань Шаочжоу, надеясь выслужиться перед ним. Хань Шаочжоу спросил: — Замена? Цай Чжао подтвердил: — Да. Это редкая возможность. Я случайно оказался в хороших отношениях с Лю Хэкунем, что позволило мне в критический момент порекомендовать Мо Мина на эту роль. Раз уж Мо Мин с тобой, не мог бы ты передать ему телефон, чтобы я мог объяснить детали? Хань Шаочжоу нехотя передал телефон Мо Мину. Мо Мин спросил: — Вы говорите о фильме режиссера Лю «Сломанный меч»? Цай Чжао довольно произнес: — Похоже, ты уже знаком с ним. Лю Хэкунь был одним из самых известных режиссеров в Китае, славившимся постоянным выпуском фильмов, получавших признание критиков и коммерческий успех. Некоторые из его работ даже завоевали международные награды. Актеры готовы были убить даже за самую маленькую роль в одном из его фильмов. Однако Лю Хэкунь также был известен своим упрямством и тем, что относился ко всем актерам с одинаковой строгостью, независимо от их славы. Смазливый актер, которого только что выгнали со съемочной площадки, усвоил это на горьком опыте, когда его вышвырнули за неподобающее поведение, а Лю не сдвинулся с места, несмотря на полные раскаяния мольбы актера, предпочтя найти замену, даже если это означало выплату огромной неустойки. Когда Лю Хэкунь пожаловался на это Цай Чжао, тот спонтанно порекомендовал Мо Мина. Учитывая их давнюю дружбу, Лю Хэкунь доверился мнению Цай Чжао и попросил его связаться с Мо Мином для кинопроб. Упоминание имени Лю Хэкуня сразу заставило Мо Мина подумать о «Сломанном мече». Он хорошо знал этот фильм и боролся бы за любую роль в нем, если бы в то время не был занят на съемках исторической дорамы режиссера Цая, даже если бы это была просто эпизодическая роль. Цай Чжао объяснил, что съемки «Сломанного меча» почти завершены, до окончания оставалось всего около двух недель. Роль, на которую претендовал Мо Мин, была не слишком большой, а сцены должны были сниматься с перерывами до самого конца съемок. Судя по графику, это не должно было конфликтовать с развлекательным шоу, в котором Мо Мин должен был сниматься в следующем месяце. Мо Мин с готовностью принял предложение, выразив Цай Чжао искреннюю благодарность. Цай Чжао со смехом произнес: — Мо Мин, я вовсю расхваливал тебя режиссеру Лю. Не заставь меня пожалеть об этом. Он высоко ценил Мо Мина и, зная, что тот близок с его другом Хань Шаочжоу, был более чем готов помочь ему заполучить эту возможность. Мо Мин ответил: — Не волнуйтесь, режиссер Цай. Завтра утром я буду на съемочной площадке для прохождения кинопроб у режиссера Лю. Хань Шаочжоу, слушавший неподалеку, понял, что Мо Мин решил присоединиться к актерскому составу. Он был не слишком этому рад, и не потому, что не хотел, чтобы Мо Мин снимался, а потому, что планировал взять его с собой в недельную командировку. Он намеревался рассказать об этом Мо Мину сегодня вечером. В прошлом он был не против не видеться по десять дней и больше, но теперь, проведя так много времени вместе, он чувствовал нежелание расставаться. Положив трубку, Мо Мин быстро удалился в кабинет, где начал искать информацию о «Сломанном мече» на своем компьютере. Фильм: Сломанный меч Режиссер: Лю Хэкунь В ролях: Чэн Линь, На Янь, Ся Цин… Сюжет: … Мо Мин сидел в мягком кресле, покусывая ноготь, глубоко задумавшись и глядя в экран компьютера, не замечая, как Хань Шаочжоу вошел в кабинет и встал позади него. Хань Шаочжоу произнес приглушенным голосом: — Замена в последнюю минуту так близко к концу съемок не может быть хорошей ролью. Наверное, это просто эпизод. Мо Мин откинул голову назад, чтобы посмотреть на Хань Шаочжоу, стоявшего за креслом. Мо Мин мягко сказал: — Шанс поработать с режиссером Лю выпадает редко. Я мог бы многому научиться. Хань Шаочжоу усмехнулся: — Я и не подозревал, что ты такой амбициозный. Я думал, ты в этой индустрии просто чтобы убить время. Мо Мин промолчал: —… Хань Шаочжоу наклонился, чтобы поцеловать Мо Мина в губы: — Хочешь учиться? В будущем будет еще много возможностей. Тебе не обязательно хвататься именно за эту. Поехали завтра со мной в командировку, а когда вернемся, я позабочусь о том, чтобы агентство… Мо Мин отвернулся, уткнувшись подбородком в колени, и тихо пробормотал: — Но я правда хочу поработать над этим фильмом. Это такая редкая возможность… Хань Шаочжоу замолчал: —… Хань Шаочжоу заподозрил, что нехватка возможностей у Мо Мина в прошлом году была связана не с отсутствием амбиций, а скорее с нехваткой ресурсов. Теперь, когда у него появился шанс, он не хотел его упускать. А поскольку Мо Мин был не из тех, кто жалуется или ищет жалости, вполне возможно, что он всегда стремился к карьерному росту, просто не говорил ему об этом. Мо Мин закрыл компьютер и встал перед Хань Шаочжоу: — Ты надолго уезжаешь? Вырвавшись из своих мыслей, Хань Шаочжоу ответил: — Примерно на неделю. Поехали со мной, и я обещаю, что по возвращении агентство сделает тебя приоритетным артистом. Ты ведь хочешь сниматься в хороших фильмах, верно? Шансов будет предостаточно. Он провел с Мо Мином три года, и кто знает, когда они в конце концов разойдутся? Он решил, что с таким же успехом мог бы сделать все возможное, чтобы помочь Мо Мину засиять в индустрии развлечений, в качестве компенсации за эти годы. В конце концов, Мо Мин был первым человеком, которого он когда-либо брал на содержание. Если бы он не относился к нему хорошо, это не соответствовало бы его статусу покровителя. Мо Мин тихо произнес: — Но я не хочу упускать фильм режиссера Лю. Хань Шаочжоу наклонился, чтобы снова поцеловать его: — На этот раз все не так срочно. Неужели ты не можешь мне доверять? Ты хочешь сказать, что эта роль для тебя важнее, чем быть со мной? Губы Мо Мина сжались в тонкую линию, взгляд опустился. Его темные ресницы отбрасывали тени на щеки, и он выглядел удрученным, ничего не говоря. Это жалкое выражение лица, как будто он перенес какую-то огромную обиду, мгновенно растопило решимость Хань Шаочжоу. Он подхватил Мо Мина на руки и вынес из кабинета: — Ладно, ладно, если хочешь сниматься в фильме, то снимайся. Я же не заставляю тебя ехать со мной. Когда он грубо бросил Мо Мина на кровать, тот тихо взмолился: — Пожалуйста, будь сегодня нежнее… Все было бы нормально, если бы он не попросил, но этот тихий, умоляющий голос вызвал у Хань Шаочжоу прилив вожделения, заставив его захотеть овладеть им прямо здесь и сейчас. Мо Мин попытался потянуться, чтобы поцеловать Хань Шаочжоу, но тот прижал его к постели. Хань Шаочжоу игриво пригрозил, мягко сжимая шею Мо Мина: — Скажи мне, что важнее, этот фильм или я? Если ответишь неправильно, я позабочусь о том, чтобы ты пожалел об этом сегодня ночью. Мо Мин улыбнулся ему, глядя на него теплыми глазами: — Брат Шао важнее… То, что начиналось как шутливый вопрос, теперь заставило Хань Шаочжоу почувствовать себя так, словно он растоптал чьи-то искренние чувства. Он слишком хорошо знал муку от сильной любви к кому-то, не получая взамен истинной привязанности. Но, подумав еще раз, Хань Шаочжоу понял, что присутствие Мо Мина рядом было не такой уж плохой сделкой. В конце концов, он получил физическую близость, то, чего у него никогда даже не было с Вэнь Цы. На самом деле Мо Мин был его первым. В наши дни как много покровителей могли сказать, что они были так чисты до встречи со своим первым любовником? Наверное, только он, Хань Шаочжоу. Учитывая ранние утренние кинопробы Мо Мина, Хань Шаочжоу сдерживал себя в ту ночь, хотя, ложась рядом с Мо Мином, тихим голосом пообещал, что наверстает упущенное, когда вернется из командировки. Мо Мин, совершенно измотанный, ничего не ответил. Он просто вцепился в одеяло и повернулся спиной к Хань Шаочжоу, который еще некоторое время прижимался к нему, прежде чем окончательно успокоиться. Чувствуя легкое раздражение из-за того, что Мо Мин так крепко спит, Хань Шаочжоу пробормотал: — Когда я вернусь, я приеду к тебе на площадку. Он поддразнил: — Приеду на съемочную площадку, чтобы повидаться с тобой… Мо Мин едва осознал бормотание Хань Шаочжоу, провалившись в сон, пока утром его не разбудил будильник. У Хань Шаочжоу был ранний рейс, поэтому он проснулся в то же время. Пока Мо Мин собирался в ванной, Хань Шаочжоу готовил завтрак на кухне. Он на удивление хорошо готовил, многому научившись во время службы в армии. После того как из-за бунтарских выходок его отправили на полгода работать на кухню, он открыл в себе скрытый талант. Хотя он обычно ел все, что готовил Мо Мин, он был не из тех, кто сидит сложа руки и позволяет кому-то другому делать все за него. На стол были поданы две тарелки золотистых блинчиков с беконом и яйцом, но Хань Шаочжоу увидел, что измученный и едва проснувшийся Мо Мин уже клюет носом за столом. Он усмехнулся: — Ты так устал. Может быть, тебе стоит пропустить кинопробы и поехать со мной. Выспишься в самолете. Мо Мин уткнулся сонным лицом в руки и пробормотал: — Поехать с тобой значит уставать каждый день… Хань Шаочжоу промолчал. Перед уходом, когда водитель уже ждал внизу, Хань Шаочжоу не упустил случая прижать Мо Мина к тумбочке в прихожей и основательно поцеловать. Хань Шаочжоу сказал: — Эта ваша индустрия полна волков в овечьей шкуре. Всякое бывает… Но не бойся. Если что-нибудь случится, просто позвони мне. Мо Мин кивнул.

***

Утром Мо Мин прибыл на съемочную площадку «Сломанного меча» и встретился с Лю Хэкунем для прохождения кинопроб. Лю Хэкунь, мужчина лет сорока, имел небольшой лишний вес и был несколько неряшлив, больше напоминая парня, который разносит обеды на съемочной площадке, чем прославленного режиссера. Но несмотря на его внешний вид, даже самые крупные звезды на площадке относились к нему с величайшим уважением. Поскольку Цай Чжао выступал в качестве посредника, Лю Хэкунь не стал утруждать себя формальностями. Он сразу же остался доволен внешним видом Мо Мина и провел короткие, но тщательные пробы. Роль была не слишком значимой, и, учитывая, что фильм близился к завершению, у Лю Хэкуня не было высоких ожиданий. Но игра Мо Мина превзошла эти ожидания, продемонстрировав его крепкие актерские навыки. Лю Хэкунь спросил: — Университет Си? Мо Мин ответил: — Да, режиссер Лю. Лю Хэкунь кивнул: — Да, университет Си выпускает настоящие таланты. Похоже, у тебя было профессиональное руководство в актерском мастерстве. У тебя есть наставники в индустрии? После короткого колебания Мо Мин ответил: — Да, господин Чжоу Исян был моим учителем. Лю Хэкунь опешил: — Ты имеешь в виду национального актера первого класса Чжоу Исяна? Мо Мин подтвердил: — Да, пока я учился в школе, я занимался у него в театральной труппе. Он дал мне много профессиональных советов по актерскому мастерству. Лю Хэкунь произнес: — Неудивительно, неудивительно. Я знаю Чжоу. Мы работали вместе много лет назад. Я слышал, он открыл театральную труппу после ухода на пенсию… Прошли годы с тех пор, как я видел его в последний раз. Получив настойчивую рекомендацию от Цай Чжао и имея такого наставника, как Чжоу Исян, Лю Хэкунь возлагал большие надежды на предстоящее выступление Мо Мина. Закончив пробы, Мо Мин, выйдя в коридор, едва не столкнулся с мужчиной, одетым в исторический костюм. Мужчина, явно раздраженный, спешил в туалет. Его помощник немедленно отругал Мо Мина: — Смотри, куда идешь! Сяо Сун возмутился: — Это же явно вы… Мо Мин остановил Сяо Суна от пререканий, спокойно повернувшись лицом к Ся Цину: — Сяо Сун. Он слегка отступил в сторону и добавил: — Извините. Ся Цин окинул Мо Мина взглядом с легким презрением, прежде чем уйти. Мо Мин провожал Ся Цина взглядом, пока тот не скрылся за углом, затем повернулся к раздраженному Сяо Суну и тихо сказал: — В будущем мы будем много работать вместе. Давай вернемся в агентство.