I Only Like Your Face\ Мне нравится только твоё лицо

Как только он услышал слова «принять ванну», Мо Мин почувствовал приступ паники, внезапно наполовину проснувшись. Завтра вечером он все еще должен был поужинать с Учителем, Ци Юэ и остальными. Если он слишком сильно измотает себя сегодня, велика вероятность, что он проваляется в постели весь завтрашний день. Теперь, когда дело касалось безграничной изобретательности Хань Шаочжоу в этом вопросе, Мо Мин хотел лишь поднять белый флаг. Мо Мин попытался вырваться из объятий Хань Шаочжоу: — Я уже принял душ, Брат Шао. Отпусти меня. Но его попытки были тщетны, так как мускулистые руки Хань Шаочжоу крепко удерживали его на месте. Слабые попытки Мо Мина вырваться сразу после пробуждения казались Хань Шаочжоу скорее игривым поведением, и даже в его голосе присутствовала мягкая гнусавость, которая взбудоражила что-то внутри Хань Шаочжоу, заставив огонь внутри него разгореться еще сильнее. Ванна еще не была наполнена теплой водой, поэтому Хань Шаочжоу ничего не оставалось, как опустить его. Но как только ноги Мо Мина коснулись пола, он повернулся и выбежал из ванной, спасаясь бегством в спальню. Оказавшись там, он быстро и плотно закутался в тонкое одеяло на кровати. Пока готовилась теплая вода, Хань Шаочжоу медленно и неторопливо вошел в спальню. Он посмотрел на комок под одеялом, сел на край кровати и слегка встряхнул его. Из-под одеяла донесся приглушенный протест Мо Мина: — Никакой ванны. Его голос был настолько тихим, что в нем не было никакой властности. Хань Шаочжоу тихо усмехнулся: — Ну, по крайней мере, позволь Брату Шао взглянуть, ладно? Мо Мин потянул за край одеяла, медленно открывая половину лица. Его темные глаза, все еще сонные и затуманенные, были обрамлены опущенными ресницами, когда он невинно смотрел на Хань Шаочжоу. Тихим голосом он сказал: — Мое тело еще не полностью восстановилось. Видя, что Мо Мин выглядит таким жалким, Хань Шаочжоу почувствовал одновременно раздражение и беспомощность. Ему хотелось хорошенько его побаловать, но он также боялся, что даже легкое прикосновение может причинить ему боль или напугать. Хань Шаочжоу уговаривал его, наклоняясь для поцелуя: — Тогда как насчет просто поцелуя для Брата Шао… Мо Мин быстро натянул одеяло на лицо, глухо произнеся: — От тебя пахнет дымом… Хань Шаочжоу опустил голову и понюхал свою одежду. Нахмурившись на мгновение, он неохотно встал и спросил с беспомощной улыбкой: — Так я смогу получить этот поцелуй после того, как умоюсь? Мо Мин снова выглянул и кивнул, тихо сказав: — Ты можешь поцеловать меня, но больше ничего не делать. — … Хань Шаочжоу не стал принимать ванну, вместо этого он разделся и быстро ополоснулся под душем, даже почистив зубы, чтобы сэкономить время. Вскоре Хань Шаочжоу, все еще влажный, забрался на кровать. Капли воды на его теле еще не до конца высохли, а с волос почти не капало. Он приподнял одеяло и привлек сонного Мо Мина в свои объятия, уткнувшись лицом в мягкие, ароматные волосы Мо Мина, словно был зависим от них. Только тогда трепет в его сердце медленно улегся. Хань Шаочжоу удовлетворенно вздохнул: — Мм, как хорошо… — Брат Шао, не мог бы ты надеть какую-нибудь одежду… Мо Мин чувствовал себя так, словно был окутан горячим облаком пара. Мужчина позади него был похож на гигантского ленивца, обнимающего дерево, крепко цепляясь за его спину. Каждый раз, когда Мо Мин двигался, человек позади него терся о него втрое больше. Хань Шаочжоу засмеялся: — Я не буду ничего надевать. Не стесняйся. Давай, позволь Брату Шао взглянуть. — …Нет. — … Хань Шаочжоу не злился. Он прижался тонкими губами к уху Мо Мина, дразняще произнеся: — В последние пару дней ты ел так много добавок из моего дома, не так ли? Ты избаловал себя до такого нежного состояния, а теперь даже не позволяешь Брату Шао дотронуться до тебя. Мо Мин, чувствуя себя обиженным, тихо запротестовал: — Брат Шао, это ты заставил меня их есть. — Ну, я тебя хорошо кормил. Но как насчет твоего Брата Шао? Ты просто заставляешь меня ждать. Какой смысл мне о тебе заботиться, если вот что я получаю, а? — … Видя, что малыш не отвечает, Хань Шаочжоу забеспокоился, что мог его разозлить, поэтому быстро рассмеялся и сказал: — Ладно, ладно, мы ничего не будем делать. Брат Шао просто не может не обожать тебя. Давай, просто позволь мне прикоснуться к тебе, посмотреть, насколько тебе лучше. Только тогда Мо Мин тихо ответил «Мм», немного расслабив тело. Но он недооценил уловки Хань Шаочжоу. Вскоре слегка огрубевшие руки Хань Шаочжоу довели Мо Мина до состояния возбуждения. Хотя Мо Мин прикусил губу и ничего не сказал, его все более учащенное дыхание и тепло, разливающееся по коже, не ускользнули от острых чувств Хань Шаочжоу. Губы Хань Шаочжоу изогнулись в улыбке. Как раз когда обстановка начала накаляться, он отстранился и сделал вид, что лениво зевает: — Пора спать. Становится поздно… Мо Мин, чувствуя себя беспокойным и неудовлетворенным, был на грани слез. Этот мужчина делал это нарочно… Хань Шаочжоу перевернулся спиной к Мо Мину, бормоча: — Ну, раз я ничего не могу сделать, мне придется просто терпеть это. Вскоре позади него раздался шорох, когда Мо Мин перевернулся в постели. Хань Шаочжоу мысленно досчитал до десяти, прежде чем наконец почувствовал мягкое, теплое прикосновение к своей спине. Чья-то рука медленно и неуверенно обвила его. — Брат Шао… Щека Мо Мина прижалась к плечу Хань Шаочжоу. Его голос был таким слабым, что это был почти гнусавый хныкающий звук, полный беспомощности, как будто умоляющий. Хань Шаочжоу глубоко вздохнул, закрыл глаза, отказываясь сдаваться. Ему нужно было преподать этому малышу урок, позволить ему испытать разочарование от этого нереализованного желания. Мо Мин потерся щекой о Хань Шаочжоу и медленно приблизил свои губы к его уху, мучительно шепча: — Муж… хороший муж… Нервы Хань Шаочжоу натянулись, все его мышцы напряглись. Этот сладкий голос бил его в самое больное место. Полный решимости заставить Мо Мина полностью подчиниться на этот раз, Хань Шаочжоу глубоко вздохнул, сопротивляясь непреодолимому желанию, и твердо сказал с все еще закрытыми глазами: — Хватит баловаться. Твое тело еще не полностью восстановилось. Что, если ты снова пострадаешь? Как раз когда Хань Шаочжоу готовился к тому, что Мо Мин попытается подразнить его по-новому, Мо Мин отпустил его, встал с кровати и вышел из спальни. Хань Шаочжоу сел, слегка нахмурившись, глядя на приоткрытую дверь. Он тихо встал с кровати и последовал за ним. Когда он открыл стеклянную дверь ванной, Хань Шаочжоу был потрясен, увидев, как Мо Мин принимает холодный душ. Одним быстрым движением он выключил душ, схватил полотенце с вешалки и укутал в него Мо Мина. Наполовину сердитый, наполовину с разбитым сердцем, он закричал: — Ты только-только поправился после болезни несколько дней назад, а теперь снова хочешь оказаться в больнице? Промокший до нитки, с капельками воды на ресницах, Мо Мин посмотрел на Хань Шаочжоу. Его тело дрожало от холодной воды, но он все равно осторожно извинился: — Прости, Брат Шао. Не злись. Я был неправ… Хань Шаочжоу казалось, что его сердце сжали в кашу, он вообще не мог разозлиться. Не говоря больше ни слова, он взял Мо Мина за лицо и яростно поцеловал его, чуть ли не кусая его губы. Этот малыш определенно мучил его нарочно… Через некоторое время Хань Шаочжоу наконец отстранился. Мо Мин задыхался, все его тело ослабло. Ему пришлось опереться на грудь Хань Шаочжоу и стену позади него для поддержки. Хань Шаочжоу отругал его низким голосом: — Насколько глупее ты можешь быть? Это твой способ заставить меня жалеть тебя? Мо Мин слегка опустил голову: — Это невыносимо… — А я кто, а? Если тебе некомфортно, почему бы не прийти ко мне? Мо Мин поджал губы и тихо сказал: — Ты игнорировал меня… Хань Шаочжоу глубоко вздохнул: — Ты не мог потерпеть еще немного? Сколько времени это на самом деле заняло? Всего несколько секунд поддразнивания, и ты уже хотел, чтобы я подыграл. У меня что, нет гордости? Глядя на невероятно красивое, но теперь расстроенное лицо Хань Шаочжоу, Мо Мин не смог удержаться от смеха. Как только появилась мягкая, нежная улыбка Мо Мина, разочарование Хань Шаочжоу растаяло. Он отнес Мо Мина обратно в спальню и снова поцеловал его. Несмотря на то что Хань Шаочжоу постоянно напоминал себе, что Мо Мин только что оправился от серьезной болезни, как только Мо Мин был удовлетворен, Хань Шаочжоу попытался сдержаться. Сдержанность была мучительной, и в конце концов он не выдержал и пошел принять холодный душ сам. Тем не менее для Хань Шаочжоу ночь была прекрасной. Его прекрасный, послушный маленький любовник уютно спал в его объятиях, согревая его грудь до самого рассвета.

***

Измученный прошлой ночью, Мо Мин, естественно, остался в постели. Рано утром, когда Хань Шаочжоу поцеловал его, он просто зарылся глубже под одеяло и продолжил спать. У Хань Шаочжоу на сегодня не было запланировано никакой работы. После нескольких напряженных дней у него наконец-то выдался выходной, и он не хотел тратить его впустую. Он планировал отвезти Мо Мина в дом на Champagne Mountain, чтобы познакомить его с этим местом, а затем переехать туда. Он серьезно обдумал это, и в конце концов согласился с доводами старика о том, что жить там будет удобнее. Каждый раз, когда он вспоминал ночь, когда у Мо Мина была температура, его сердце сжималось. С тех пор он не мог не беспокоиться. Всякий раз, когда он был в командировке, Мо Мин оставался в квартире один. Если бы он заболел, некому было бы о нем позаботиться. Мо Мин также любил готовить, так что что, если бы что-нибудь случилось на кухне? Что, если бы случился пожар, он бы поскользнулся, порезался, обжегся или даже отравился едой, а его не было бы рядом, чтобы помочь… Раньше он думал только о том, чтобы наслаждаться их временем наедине, но теперь он мог думать только о скрытых опасностях, с которыми Мо Мин мог столкнуться, когда был дома один. Чем больше он думал об этом, тем более неловко себя чувствовал, где бы он ни находился. Мо Мин все еще крепко спал, поэтому Хань Шаочжоу решил отвезти его на Champagne Mountain днем. Они могли бы и переночевать там тоже. В доме все еще оставалось много добавок, большинство из которых Мо Мин еще не пробовал. Он попробовал все готовые к употреблению, но такие вещи, как женьшень, линчжи и кордицепс, которые требовали специального приготовления, все еще лежали в коробках. Хань Шаочжоу решил, что ему следует приготовить питательную еду для Мо Мина, хотя он не был уверен, как обращаться с этими ингредиентами. В конце концов он просто бросил их все в одну кастрюлю, чтобы сварить бульон. Был почти полдень, когда Мо Мин вылез из постели. У него болела поясница, ныли ноги, и он чувствовал слабость во всем теле. Умывшись, он сел за обеденный стол, опустив голову с усталым выражением лица. Хань Шаочжоу в фартуке принес с кухни несколько простых блюд и заговорил с Мо Мином о переезде из квартиры. Мо Мин сначала не совсем понял, что имел в виду Хань Шаочжоу, и подумал, что Хань Шаочжоу съезжает сам. Его лицо тут же вытянулось, он стал выглядеть еще более измученным: — Брат Шао, ты бросаешь меня? А потом до него вдруг дошло: сегодня уже воскресенье… Время летит незаметно. Увидев внезапное уныние Мо Мина, Хань Шаочжоу не смог удержаться от смеха: — Посмотри, как ты напуган. Думаешь, я собираюсь бросить тебя? В ближайшее время этого не произойдет. Лицо Мо Мина снова просияло: — Значит, я могу остаться рядом с Братом Шао? Увидев улыбку в глазах Мо Мина, Хань Шаочжоу почувствовал, как по его груди разливается волна тепла. Он с дразнящей улыбкой сказал: — Хм, ты неплохо умеешь держать Брата Шао на крючке. Пока ты можешь удерживать мое сердце, ты можешь оставаться столько, сколько захочешь. Мо Мин с энтузиазмом кивнул, его брови изогнулись в светлой улыбке, адресованной Хань Шаочжоу. Хань Шаочжоу чувствовал себя полностью удовлетворенным. Обучение его маленького любовника… у него явно был к этому талант. Отныне Чжао Чэн был просто новичком по сравнению с ним. Хань Шаочжоу принес миску с тщательно сваренным, наваристым бульоном, приготовленным из тех драгоценных ингредиентов, и поставил ее перед Мо Мином. Не задавая вопросов, Мо Мин послушно опустил голову и выпил его. Вкус был немного странным, но не невыносимым. — Ранее я имел в виду, что хочу, чтобы ты переехал со мной в поместье на Champagne Mountain. Добавил Хань Шаочжоу. Мо Мин поперхнулся бульоном, его лицо покраснело: — Кхе-кхе-кхе… — Не торопись. Это все твое. Я не собираюсь отбирать это у тебя. Успокоившись, Мо Мин поднял голову и нервно спросил: — Я тоже переезжаю туда? — Да, я буду чувствовать себя спокойнее, если ты будешь жить там. Сказал Хань Шаочжоу, накладывая немного еды в тарелку Мо Мина: — Не нужно делать из этого большую проблему. В том месте есть всё. Тебе просто нужно перевезти себя. — Это дом Брата Шао? — Это не… ну, вроде того. Старик там не живет, но он купил его для меня как свадебный подарок. Мо Мин нахмурился еще больше: — Тогда… Тогда мне действительно не стоит там жить. — Почему? — Если Брат Шао женится в будущем, и другой человек узнает, что у тебя там жил кто-то еще, он… он не будет счастлив… Серьезно сказал Мо Мин. Хань Шаочжоу усмехнулся: — Я не такой привередливый, как старик. Для меня дом это просто место для жизни. Кроме того, у меня даже партнёра пока нет. До брака еще далеко. Тебе не о чем беспокоиться. Мо Мин прикусил губу, выглядя противоречиво… Такое место, как Champagne Mountain, где даже растения и цветы, казалось, источали роскошь, было так далеко от его собственной жизни. Оттуда также было намного дальше до театральной труппы Da Shang. Кроме того, жизнь в таком престижном месте сделала бы его общение с Хань Шаочжоу неудобным во многих отношениях. К тому же, после переезда ему не придется долго ждать, прежде чем придется снова съезжать. Не говоря уже о риске быть обнаруженным… Ну, это не было настоящим риском, но это было бы хлопотно. Постоянное беспокойство. Мо Мин посмотрел на Хань Шаочжоу, который был сосредоточен на поедании бараньей отбивной, и слегка нахмурился. Стоит ли напомнить ему о дистанции, которую им следует соблюдать в их отношениях? В последнее время Хань Шаочжоу требовал от него все больше и больше. В первые два года, что они были вместе, было достаточно просто вместе есть и быть близкими. Они были идеальной фантазийной парой друг для друга. Но теперь, хотя Мо Мин был таким послушным, Хань Шаочжоу постоянно выдвигал просьбы и ворчал. Как же раздражает… Может быть… пришло время расстаться? Хань Шаочжоу все равно уже был на грани того, чтобы бросить его. Раньше или позже, это не имело большого значения. Молча глядя на лицо Хань Шаочжоу какое-то время, выражение лица Мо Мина стало сложным. В конце концов он ничего не сказал и продолжил молча есть. В этот момент у Хань Шаочжоу зазвонил телефон. Это был звонок от Чжао Чэна. Сегодня Хань Шаочжоу был в хорошем настроении. Он даже планировал взять Мо Мина в бар Чжао Чэна выпить сегодня вечером. — Занят сегодня, Старина Хань? Смеясь, спросил Чжао Чэн на другом конце провода. Хань Шаочжоу небрежно ответил, кладя еще один кусок бараньей отбивной в миску Мо Мина: — У меня сегодня выходной, и я планирую заглянуть к тебе вечером выпить. — Звучит отлично! Давай сначала поужинаем в Цзуй Цзю Лоу, а потом я отвезу всех к себе. Со смехом сказал Чжао Чэн: — И сегодня только Старина Хань проходит бесплатно. Хань Шаочжоу слегка наклонился вперед, кончиком палочек для еды снял рисинку с уголка губ Мо Мина, а затем продолжил: — Нет необходимости. Я поем дома и приеду потом. — Ты все еще ешь перед тем, как прийти? Сказал Чжао Чэн: — Старина Хань, ты забыл, что я говорил тебе несколько дней назад? — О чем? — Да ладно, ты правда забыл? Сегодня мы устраиваем приветственную вечеринку для Вэнь Цы. Чувак, не могу поверить, что ты забыл. Вэнь Цы прибыл в Чуаньхай прошлой ночью. Наверное, он уже здесь. Серьезно, Старина Хань, мог бы ты хотя бы включить уведомления? Ты всегда последним получаешь сообщения в нашей компании. — …В последнее время я был занят кучей дел. — Ну, не опаздывай сегодня. Мы встречаемся в Цзуй Цзю Лоу напротив моего места в 19:30… Эй, Старина Хань, ты меня слушаешь? Эй! — Понял. Ответил Хань Шаочжоу. Почувствовав, что тон Хань Шаочжоу уже не был таким непринужденным, как раньше, Чжао Чэн усмехнулся и сказал: — Это просто ужин, Старина Хань. Не заводись так. Помни, что я говорил тебе в прошлый раз, когда увидишь Вэнь Цы… Хань Шаочжоу быстро завершил звонок. Но вскоре после этого Чжао Чэн прислал ему сообщение. [Чжао Чэн]: Сегодня в 19:30, Цзуй Цзю Лоу. Любовь возвращается, Старина Хань. Приготовься! Хань Шаочжоу: — … Хань Шаочжоу встал из-за стола и вышел на балкон. Он посмотрел в свой телефон и нашел групповой чат «Чуаньхай», уведомления которого он уже давно отключил. В группе было больше участников, чем в последний раз, когда он проверял, и каждый ник был помечен их настоящим именем. Хань Шаочжоу просмотрел список. В группе было много новых людей, но большинство из них были ему знакомы. В его уведомлениях было несколько запросов на добавление в друзья от некоторых из этих новых участников, но если они не были людьми, с которыми он регулярно общался или не имел деловых связей, он обычно их игнорировал. Ян Гуань даже добавил в группу свою девушку, Шэнь Сиси… В групповом чате сейчас было тихо. Хань Шаочжоу пролистал последние сообщения. Вчера вечером в 19:30 [Сиси]: Давно мы все вместе не ели хого. Так счастлива! [фотография] [Ян Гуань]: Ты прекрасно выглядишь, детка. Это твои тетя и дядя рядом с тобой? Они так молодо выглядят! [Чжао Чэн]: А почему Вэнь Цы нет на фото? Вы не были вместе? [Сиси]: Мой двоюродный брат не захотел фотографироваться! Кстати, ребята, мой брат сейчас супер красивый. Выглядит в десять раз лучше, чем раньше. [ABC]: Правда? Думаю, мы узнаем это за ужином завтра. Сможет ли Брат Шао с этим справиться? *хитрая улыбка* [123]: Брат Шао сейчас сидит в чате? Сиси, почему бы тебе не прислать нам фото Вэнь Цы? Это определенно заставило бы Брата Шао, вечного наблюдателя, выйти из тени. [Сиси]: Мой брат смотрит, как мы общаемся, и не позволяет мне шутить над ним. В любом случае, мы все встретимся завтра. [Чжао Чэн]: Я уже приготовил напитки для всех! *эмодзи в крутых солнцезащитных очках* [Сиси]: Эх, завтра днем мой агент берет меня на обсуждение развлекательного шоу. Надеюсь, это не затянется слишком допоздна. [Ян Гуань]: Детка, ты будешь участвовать в развлекательном шоу? В каком? [Сиси]: Ничего особенного, просто «Погоня в тайной комнате». [456]: Я знаю это шоу! Там в основном популярные звезды. Ты только дебютировала, а уже получаешь такую возможность. Твоя компания, должно быть, очень продвигает тебя. [Сиси]: *краснеющий застенчивый эмодзи* В последние пару дней групповой чат представлял собой в основном пустую болтовню под руководством Шэнь Сиси, с небольшим содержанием. Хань Шаочжоу не хотелось пролистывать дальше. Как раз когда он собирался убрать телефон, в группе появилось новое сообщение. Только что: [Чжао Чэн]: Сегодня в 19:30 в Цзуй Цзю Лоу. После этого мы отправимся ко мне выпить еще *эмодзи с широкой улыбкой*. [123]: Брат Чэн угощает сегодня вечером? [abc]: Разве ты не знаешь, чей это вечер? Ни за что Брат Чэн не станет бороться с Братом Шао за счет. *ухмыляющееся лицо* [456]: Могу я просто спросить… есть ли хоть доля правды в тех слухах в интернете о том, что Брат Шао встречается с молодым актером? [abc]: Думаешь, это возможно? [456]: Ну, они же целовались! Как это может быть фейком? Если Брат Шао уже занят, @abc, тебе не следует раздувать эту историю. [123]: Эй, можем мы не говорить об этом? Неловко, когда все в группе смотрят. [Сиси]: *эмодзи с закатывающимися глазами* [Чжао Чэн]: Я уже спрашивал. Ваш Брат Шао сейчас одинок. Даже если что-то и было раньше, теперь все кончено. [Сиси]: Очевидно. [456]: Ладно, я испортил настроение. Я накажу себя тремя стаканами, когда приду туда сегодня вечером. Хань Шаочжоу слегка прищурился на сообщение Чжао Чэна… Когда это этот парень когда-либо спрашивал его об этом? Мог ли это быть тот небрежный вопрос по телефону на днях? Если да, Чжао Чэн совершенно неправильно его понял. Хань Шаочжоу оглянулся на Мо Мина, который сидел за обеденным столом, радостно жуя баранью отбивную. Кажется, его кулинарные навыки были неплохи, судя по тому, как Мо Мину нравилась еда. Но мясо, должно быть, было слишком жестким, так как Мо Мин изо всех сил пытался оторвать кусок нежирного мяса от кости, все его лицо сморщилось от усилий. Он мог выглядеть немного глупо, но удивительно мило… Хань Шаочжоу опустил взгляд и продолжил листать групповой чат. В мгновение ока появилось множество новых сообщений, все болтали, перейдя от предыдущей темы. Шэнь Сиси снова вела разговор какой-то банальной болтовней. Хань Шаочжоу просто вышел из группового чата и сунул телефон в карман. Не было смысла ничего объяснять людям в этой группе. Он не был им обязан никакими объяснениями. Что касается Чжао Чэна, он даст ему четкое напоминание, когда они встретятся позже. Парень все еще казался намеренным играть в сваху, пытаясь свести его с Вэнь Цы… Хань Шаочжоу вернулся к обеденному столу и посмотрел на Мо Мина, который все еще жевал баранью отбивную. Он протянул руку и взъерошил волосы Мо Мина. — Вкусно? Мо Мин с энтузиазмом кивнул, все еще грызя кость. Хань Шаочжоу сказал: — Кое-что случилось, поэтому я не повезу тебя сегодня на Champagne Mountain. Завтра я пришлю кого-нибудь забрать тебя, или отвезу тебя сам после моего ужина. Мо Мин послушно кивнул. Сегодня вечером у него тоже была небольшая встреча с Сяотан и Ци Юэ в ресторане.