Часть 33
22 мая 2026 г., 01:59
Хань Шаочжоу поспешил обратно в квартиру, только чтобы обнаружить Мо Мина, сидящего в одиночестве на диване в гостиной, его руки и область под носом были испачканы кровью.
Несколько капель крови упало на его шелковую пижаму, пропитав белую ткань, отчего сцена выглядела пугающе серьезной.
Хань Шаочжоу сделал глубокий вдох, чувствуя, как у него задрожало сердце, когда он осторожно обхватил лицо Мо Мина, с тревогой спрашивая:
— Как так вышло, что у тебя вдруг пошла кровь из носа?
Мо Мин ответил тонким голоском:
— Потому что брат Шао отругал меня…
— …
Во время своего предыдущего «назидания» Хань Шаочжоу не сказал ему ни единого грубого слова. Его отношение было немного холодным, но ничего близкого к тому, что можно было бы назвать «руганью».
Кроме того, была ли вообще связь между кровотечением из носа и этим?
— Переоденься, я отвезу тебя в больницу.
Он не хотел тратить время на разговоры, особенно из-за того, что окровавленные салфетки на столе заставляли его сердце сжиматься.
— Все в порядке, кровотечение уже остановилось, — Мо Мин послушно улыбнулся Хань Шаочжоу. — Теперь, когда брат Шао вернулся, мне уже лучше.
— …
Мо Мин потянулся, чтобы обнять Хань Шаочжоу, который стоял перед ним. Сидя на диване, он уткнулся лицом в живот Хань Шаочжоу.
— Брат Шао, пожалуйста, не злись на меня больше…
Глядя на прижавшуюся к нему голову, Хань Шаочжоу запрокинул голову и глубоко вздохнул.
— Переоденься, мы едем в больницу.
— В этом правда нет необходимости, брат Шао, я…
— Будь хорошим.
Мо Мин посмотрел на серьезное, красивое лицо над собой, поджал губы и неохотно отпустил Хань Шаочжоу, чтобы пойти в спальню и переодеться.
В машине водитель не сводил глаз с дороги.
На заднем сиденье Мо Мин вцепился в руку Хань Шаочжоу, слегка опираясь подбородком на его плечо, и смотрел на него мягким взглядом.
Хань Шаочжоу, напротив, ничего не выражающим взглядом смотрел в окно, его губы были сжаты в тонкую линию, а строгий профиль словно высечен изо льда.
Мо Мин придвинулся ближе, его мягкие губы почти коснулись резкой линии подбородка Хань Шаочжоу, когда он прошептал:
— Брат Шао, ты на меня не посмотришь?
Хань Шаочжоу промолчал.
Мо Мин, чувствуя себя отвергнутым, закрыл глаза и опустил голову на плечо Хань Шаочжоу, больше ничего не говоря.
Только тогда Хань Шаочжоу незаметно взглянул на человека, покоящегося на его плече. Губы Мо Мина были слегка поджаты, брови чуть нахмурены, как будто он чувствовал себя обиженным.
Поздно ночью в больнице могли сделать не так уж много анализов.
После серии ограниченных проверок и подробной консультации врач пришел к выводу, что кровотечение из носа, скорее всего, было вызвано чрезмерным употреблением пищевых добавок.
Хань Шаочжоу вдруг вспомнил густой суп, который он приготовил для Мо Мина тем утром. Не зная, как правильно приготовить различные тонизирующие ингредиенты, которые ему прислали, он просто бросил все в одну кастрюлю, уварив в концентрированный бульон.
Могла ли это быть его вина?
Когда они покидали больницу, Хань Шаочжоу вел себя как строгий опекун, с ничего не выражающим лицом приказывая:
— Вернись завтра утром, чтобы завершить обследование. Сообщи мне, если все будет в порядке.
Его тон был холодным, и он не сбавлял шаг. Мо Мину пришлось ускорить шаг, чтобы не отставать. Когда Мо Мин попытался взять его за руку, Хань Шаочжоу отстранился и пошел еще быстрее.
В итоге Мо Мин схватился за подол пальто Хань Шаочжоу, следуя за ним по пятам с опущенной головой.
Хань Шаочжоу внезапно остановился, из-за чего Мо Мин врезался в него. Потирая лоб, Мо Мин поднял глаза, чтобы встретиться со строгим взглядом Хань Шаочжоу, а затем снова быстро опустил голову.
— Ты думаешь, что только потому, что я отвез тебя в больницу, все, что произошло сегодня вечером, забыто? — строго спросил Хань Шаочжоу. — Ты вообще думал о том, что сделал не так?
Мо Мин несколько секунд молчал.
— Это потому, что я не проявил уважения к друзьям брата Шао?
Хань Шаочжоу опешил.
Ему такое даже в голову не приходило… Какого уважения заслуживают эти избалованные сопляки?
— Нет, — ответил Хань Шаочжоу.
Только тогда Мо Мин медленно поднял голову, задумчиво нахмурившись на несколько секунд, прежде чем сказать:
— Мне не следовало так разговаривать с господином Вэнем… В будущем я буду осторожнее.
— Для тебя всегда все сводится к другим?
— …А? — Мо Мин выглядел сбитым с толку. — Разве не в этом причина?
Со всех сторон дул холодный ветер.
Хань Шаочжоу заметил, какой тонкой была одежда Мо Мина, и на мгновение заколебался, прежде чем повернуться обратно к машине.
Мо Мин быстро последовал за ним.
На этот раз Хань Шаочжоу сел на переднее пассажирское сиденье, оставив Мо Мина одного сзади.
Когда машина тронулась, Мо Мин наклонился вперед между передними сиденьями, пытаясь подобраться поближе к Хань Шаочжоу. Раздраженный, Хань Шаочжоу оттолкнул его голову и огрызнулся:
— Ты что, смерти ищешь? Сядь нормально.
Мо Мин наконец угомонился, тихо сидя на заднем сиденье. Он взглянул на Хань Шаочжоу, затем опустил голову и уставился на свои носки, погрузившись в мысли…
Если усилия, необходимые для поддержания этих отношений, перевешивали преимущества пребывания в них, какой смысл было оставаться вместе?
Этот человек так хорошо относился к нему все эти годы. Если он действительно доставлял Хань Шаочжоу беспокойство, то ему правда было очень жаль.
Мо Мин слегка поднял голову, его тело расслабилось, когда он собирался заговорить, но телефон Хань Шаочжоу внезапно зазвонил.
Мо Мин молча закрыл рот…
Хань Шаочжоу ответил на звонок, это был Чжао Чэн.
Чжао Чэн провел весьма успешный вечер. Хотя Хань Шаочжоу ушел рано, Чжао Чэну все же удалось затащить всю группу в свой клуб, где они набрали изрядный счет, который щедро оплатил Ян Гуань.
Кроме того, несколько богатых детишек оформили членство, что сделало все усилия, которые он вложил в организацию ужина, стоящими того.
Ночь была еще молодой, и группа все еще пила в его клубе.
Но Чжао Чэн также упомянул, что после ухода из Цзуй Цзюй Лоу Вэнь Цы сразу же пошел домой и не присоединился к остальным в клубе.
— Ты сегодня вечером ушел в ярости, и потребовалось немало усилий, чтобы сгладить ситуацию… Кстати, не хочешь позвонить Вэнь Цы? Я не знаю, что ты сейчас к нему чувствуешь, но, по крайней мере, вы все еще друзья. Иначе в следующий раз, когда вы увидитесь, будет неловко.
— Я сам с этим разберусь.
— Так нам позвать Вэнь Цы в следующий раз, когда брат Цинь и остальные вернутся? Только мы, без этого идиота Яна.
— Нет необходимости. Посмотрим.
— Эй, Хань… — Чжао Чэн несколько секунд колебался, прежде чем спросить: — Ты правда все еще с Мо Мином?
— Я ясно дал это понять сегодня вечером в ресторане. Перестань пытаться подкидывать мне идеи. Я прекрасно понимаю, что делаю.
— Тогда я приму это как знак того, что ты поумнел. Честно говоря, таким и должен быть мужчина. Я не уважаю парней, которые пресмыкаются.
—…
— Кстати, как думаешь, Мо Мин сегодня расстроен? О, точно, ты же говорил, что он не будет на тебя злиться, — Чжао Чэн рассмеялся. — Наверное, сейчас он втайне страдает. Разве он не плакал тебе?
Хань Шаочжоу нахмурился, незаметно взглянув на Мо Мина через зеркало заднего вида… Маленький парень сидел там, ковыряя пальцы, с нечитаемым выражением лица.
— Из-за чего ему расстраиваться?
— Да ладно тебе, Хань, подумай сам. Мо Мин так сильно тебя любит, а сегодня он видел, как ты ужинаешь со своей старой зазнобой. Как думаешь, что он почувствовал? Будучи твоим маленьким любовником, у него, наверное, даже не хватает смелости расспрашивать тебя, поэтому он просто молча страдает.
— …
— И ты не видел, как выглядел Мо Мин, стоя перед Вэнь Цы сегодня вечером. Черт, я никогда раньше не видел его таким, он выглядел так, будто был готов сразиться с соперником.
— …!
Осознание обрушилось на Хань Шаочжоу как тонна кирпичей, мгновенно рассеяв туман разочарования, который застилал его разум весь вечер!
Неудивительно, неудивительно!
Ответ был настолько прост, что он не мог поверить, что не додумался до него. Мо Мин вел себя с ним холодно, потому что ревновал…
Возможно, сегодня вечером он был глубоко ранен, но держал все в себе, не жалуясь ни единым словом. Это не была вина Мо Мина, он просто чувствовал себя немного уязвленным.
Выражение лица Хань Шаочжоу стало невероятно сложным, когда он снова посмотрел на Мо Мина через зеркало заднего вида… Маленький парень смотрел в окно, выглядя несчастным и подавленным.
А Хань Шаочжоу на самом деле разозлился на него, даже пригрозив расставанием.
— Эй, Хань, ты меня слушаешь?
— Чжао Чэн, — серьезно сказал Хань Шаочжоу, — знаешь что? Твой рот иногда действительно бывает полезен.
— А?
Хань Шаочжоу недолго проболтал с Чжао Чэном, прежде чем повесить трубку.
Мо Мин на заднем сиденье собирался что-то сказать, когда Хань Шаочжоу заговорил первым:
— Тебе не нужно ничего говорить. Я уже все знаю.
Мо Мин:
— …
— Честно говоря, главная причина, по которой я сегодня разозлился, заключалась в том, что когда мы легли в кровать, ты сразу же начал играть в телефоне, не сказав мне ни слова, — сказал Хань Шаочжоу.
Мо Мин моргнул, наконец осознав это, и тихо объяснил:
— Я думал, брат Шао спит…
— Ну, раз это объяснимо, я не буду держать на тебя зла, — сказал Хань Шаочжоу. — Просто в следующий раз будь осторожнее.
Мо Мин едва мог в это поверить. Он посмотрел на Хань Шаочжоу широко раскрытыми глазами, его губы слегка задрожали, когда он спросил:
— Брат Шао, ты больше на меня не злишься?
— Ты усвоил урок?
Мо Мин быстро кивнул.
— Тогда на этом и закончим.
***
Вернувшись в квартиру, как только дверь закрылась, Мо Мин развернулся и обнял Хань Шаочжоу за талию. Уткнувшись лицом в изгиб шеи Хань Шаочжоу, он заставил того слегка запрокинуть голову назад. Хань Шаочжоу стоял, засунув руки в карманы брюк, и позволял Мо Мину обнимать себя, смеясь: — Что это? Я тебя сегодня напугал? Мо Мин слегка приподнял голову, его темные глаза сияли пленительным блеском. Он не ответил на вопрос Хань Шаочжоу напрямую. Вместо этого он тихо сказал: — Брат Шао, я хочу поцеловать тебя… Кадык Хань Шаочжоу дернулся, когда он тихо усмехнулся. Он подошел к дивану в гостиной, сел и поманил к себе Мо Мина: — Иди сюда, иди посиди со мной. Мо Мин послушно подбежал. Хань Шаочжоу лениво откинулся на спинку дивана и похлопал себя по бедру. — Давай, садись мне на колени. Можешь целовать меня сколько хочешь. Глаза Мо Мина заискрились от радости, когда он оседлал Хань Шаочжоу, встав на колени на диван по обе стороны от его бедер, из-за чего стал выше Хань Шаочжоу на целую голову. Хань Шаочжоу не ожидал, что Мо Мин будет таким смелым… Он лишь предполагал, что тот тихо сядет ему на колени. Глядя снизу вверх на красивое лицо Мо Мина, теперь освещенное светом сверху, Хань Шаочжоу почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он осторожно положил руки на талию Мо Мина. Мо Мин пристально изучал лицо Хань Шаочжоу, его пальцы обводили резкие линии его бровей и челюсти. Но глубокая, почти душераздирающая привязанность в его глазах заставила Хань Шаочжоу улыбнуться. — Так тебе правда просто нравится моя внешность, да? В этом дело? Мо Мин ничего не ответил, лишь продолжил смотреть на него с тем же глубоким, нежным выражением. Под таким углом он мог видеть лицо Хань Шаочжоу яснее, чем когда-либо… Он все еще не мог понять, почему они так похожи. Если он упустит этого человека, он может никогда не найти кого-то, кто был бы так же сильно на него похож… Хань Шаочжоу начал чувствовать, как ему становится жарко под пристальным, безмолвным взглядом Мо Мина. Он похлопал Мо Мина по талии и поторопил: — Разве ты не собирался меня поцеловать? Давай, я весь твой, целуй. Мо Мин закрыл глаза и наклонился, целуя лоб Хань Шаочжоу, его брови, уголки глаз… дюйм за дюймом, как будто его губы ласкали его с величайшей нежностью. Он знал, что отныне каждый день с этим человеком может стать для него последним. У него не было никаких сожалений, правда… Он просто хотел держаться за это чувство так крепко, как только мог. Между тем, чтобы бодрствовать, и тем, чтобы затеряться во сне, был всего один шаг, но разница в ощущениях была как между днем и ночью. Этих трех лет было для него более чем достаточно, он был по-настоящему удовлетворен. Он был глубоко благодарен Хань Шаочжоу, правда… — Я раньше купил брату Шао кое-какую одежду, но так и не успел ее отдать. Хочешь примерить ее сейчас? — спросил Мо Мин, подняв глаза. — Ты даже купил мне одежду? — Хань Шаочжоу приподнял бровь. — Ты действительно хочешь позаботиться обо всем для меня, не так ли? — Можно, брат Шао? Я просто… хочу увидеть, как ты это наденешь. — Ладно-ладно, давай примерим. Черная водолазка в паре с длинным пальто цвета хаки, размер, который купил Мо Мин, идеально подошел Хань Шаочжоу. Под светом ламп высокий, красивый мужчина словно сбросил с себя свое обычное беззаботное поведение, приобретя ауру утонченной элегантности. Даже резкие контуры его лица, казалось, смягчились, приобретя более теплое, сдержанное качество. Мо Мин не мог оторвать от него глаз, тупо уставившись на знакомую фигуру перед собой. Он крепко обхватил себя руками, его глаза были полны благоговения. Хань Шаочжоу обычно не любил носить водолазки, они вызывали дискомфорт в области шеи. Он потянулся, чтобы оттянуть воротник, но затем заметил Мо Мина, стоящего перед ним и смотрящего на него так, словно он был самой драгоценной вещью в мире. Пораженный, Хань Шаочжоу перестал тянуть за воротник. Он взглянул на одежду, которая была на нем, затем снова на Мо Мина, слегка нахмурившись. — Я правда так хорошо выгляжу? Мо Мин кивнул, его глаза немного затуманились, но он все еще улыбался. — Ты выглядишь потрясающе, брат Шао. Это лучшее, что я когда-либо на тебе видел. Хань Шаочжоу, польщенный комплиментом, снова сел на диван. Прежде чем он успел что-либо сказать, Мо Мин уже забрался к нему на колени, как и прежде. — Какой нетерпеливый, — Хань Шаочжоу усмехнулся. — Итак, сегодня вечером… — Брат Шао, не говори, — Мо Мин обхватил его лицо руками, заставив замолчать поцелуем, затем прошептал, словно уговаривая его: — Сегодня вечером не издавай ни звука, хорошо? Ни единого звука. — Тогда ты… — Я буду двигаться. У Хань Шаочжоу перехватило дыхание, его голос прозвучал слегка хрипло. — Хорошо.***
Рубашка Хань Шаочжоу была почти полностью целой, когда он откинулся на спинку дивана, испытывая такой уровень удовольствия, которого не чувствовал последние три года. После этого Мо Мин был вымотан. Когда Хань Шаочжоу попытался уговорить его продолжить после того, как отнес его в постель, Мо Мин отказался, упрямо кутаясь в одеяло. Затем, откуда ни возьмись, у него снова пошла кровь из носа, что до смерти напугало Хань Шаочжоу. Когда кровотечение удалось остановить, и после того как он вымыл его в ванной, Хань Шаочжоу отругал его: — Я говорил тебе не пить эти тонизирующие супы, как воду. Уставший и сонный Мо Мин цеплялся за Хань Шаочжоу, бормоча тихим голосом: — Но они же вкусные… Хань Шаочжоу внезапно вспомнил концентрированный тонизирующий суп, который он приготовил для Мо Мина тем утром, и тяжело вздохнул. — Ладно, но отныне нам придется ограничить количество того, что ты пьешь.***
Ночь наконец стихла. Человек в его объятиях крепко спал, но Хань Шаочжоу все еще прокручивал в голове недавнюю страсть на диване. Эта сторона Мо Мина была настолько неотразимой, что почти сводила его с ума. Необычное поведение Мо Мина сегодня вечером только подтвердило, что присутствие Вэнь Цы действительно заставило его почувствовать беспрецедентный кризис, особенно после того, как Хань Шаочжоу упомянул о расставании. Эта отчаянная попытка угодить ему была всего лишь способом Мо Мина попытаться остаться рядом с ним. Хотя Хань Шаочжоу наслаждался новообретенным энтузиазмом Мо Мина, он не мог не почувствовать укол грусти, глядя на то, на что тот готов пойти. Если Мо Мин постоянно будет жить в страхе быть брошенным, его жизнь будет далеко не счастливой. — Послушный малыш… — тихо позвал Хань Шаочжоу человека в своих объятиях. Он был полностью расслаблен, держа маленького парня так, словно тот был самым драгоценным сокровищем в мире. Мо Мин пробормотал что-то во сне. — Сегодняшнюю вечеринку организовал Чжао Чэн. Это была просто встреча со старыми друзьями, чтобы поприветствовать возвращение Вэнь Цы, — объяснил Хань Шаочжоу, нежно ущипнув Мо Мина за щеку, наблюдая, как тот сонно открывает глаза. — Мы просто устроили обычную дружескую встречу. Мо Мин ответил мягким «угу» и собирался снова уткнуться лицом в грудь Хань Шаочжоу, когда тот нежно приподнял его подбородок, заставив посмотреть наверх. — Ты расстроен, что я не вмешался в ресторане? — серьезно спросил Хань Шаочжоу. На самом деле, он тогда не до конца понял, что произошло. К тому времени, как они с Чжао Чэном прибыли на место происшествия, казалось, что это Вэнь Цы и Мо Мин «противостоят» друг другу, Вэнь Цы пытался сгладить углы, а Мо Мин отказывался отступать. В такой ситуации никто бы не подумал, что над Мо Мином издеваются. Конечно, только позже, после того как они вернулись в отдельную кабинку, он по обрывкам разговоров понял, что на самом деле именно Шэнь Сиси и ее брат пользовались своим положением. Мо Мин посмотрел на Хань Шаочжоу с сонной, нежной улыбкой на губах. — Я никогда не злюсь на брата Шао… — Правда? — Угу, я так счастлив просто быть рядом с братом Шао. Если бы я злился, то был бы неблагодарным. — … Выражение лица Хань Шаочжоу стало сложным. Он и не подозревал, насколько эта любовь унижала Мо Мина перед ним. Он не мог представить, в каком отчаянии был бы Мо Мин, если бы они действительно однажды расстались. Три года… и он невольно стал для Мо Мина целым миром.***
Утро… Снаружи то начинал, то переставал моросить легкий дождик. Хань Шаочжоу был в хорошем настроении, напевая мелодию, стоя перед зеркалом в ванной и бреясь. Жужжание электробритвы наполняло его уши, но это не мешало ему любоваться своим отражением в зеркале. Он никогда не обращал особого внимания на свое лицо, обычно лишь немного приводя себя в порядок перед важными мероприятиями… Но казалось, что Мо Мин был особенно без ума от его лица. Каждый раз, когда они сближались, Мо Мин целовал его лицо снова и снова, а прошлой ночью он никак не мог насытиться, как будто ему больше нравилось целовать его лицо, чем сам процесс, выражая таким образом свою пылкую любовь. Чем больше он думал об этом, тем больше ему нравилось то, что он видел в зеркале. В конце концов, Мо Мин был так красив, его вкус не мог быть плохим. Он унаследовал это лицо от матери, но дедушка часто говорил, что его лицо на самом деле больше похоже на брата-близнеца его матери, его дядю, который погиб в той же аварии, что и его родители. Повзрослев, он стал еще больше походить на него. Но Хань Шаочжоу так не думал. Он слышал от своего деда, что его дядя в свое время был тем еще сердцеедом, и после его смерти дед втайне надеялся, что тот мог где-то оставить ребенка. Но Хань Шаочжоу не думал, что обладает таким очарованием. Ему все равно казалось, что он больше похож на свою мать. Она была абсолютной красавицей и всегда души в нем не чаяла. В то утро Хань Шаочжоу не поехал в офис. Вместо этого он лично отвез Мо Мина в больницу на полное обследование, чтобы выяснить причину носовых кровотечений. Вывод по-прежнему заключался в том, что это произошло из-за чрезмерного употребления тонизирующих добавок. В больничном коридоре Хань Шаочжоу стоял, засунув одну руку в карман, а в другой держа свернутую бумажку с результатами анализов. Он похлопал Мо Мина по плечу, напомнив ему, что он должен либо прекратить пить суп с женьшенем, либо ограничиться одной порцией в день. Мо Мин попытался объяснить: — Но он правда очень вкусный. Редкое кровотечение из носа, это не страшно. — Если у тебя снова пойдет кровь из носа, я все заберу. И никаких больше закусок. Мо Мин нахмурился, наконец тихо пробормотав: — Брат Шао не может так командовать. Хань Шаочжоу фыркнул. — Возражение отклоняется. Вернувшись в квартиру, Хань Шаочжоу направился прямиком в комнату, где они хранили тонизирующие средства и закуски, и достал ключ. Держа ключ в руке, Хань Шаочжоу сказал Мо Мину: — Иди возьми сегодняшнюю порцию. Одну. Я запираю дверь. Мо Мин вошел и схватил красную коробку в половину человеческого роста, развернулся и направился с ней к выходу. Хань Шаочжоу потянулся, чтобы схватить коробку, но Мо Мин быстро отскочил. Хань Шаочжоу погнался за ним в спальню, где Мо Мин прижал коробку к груди, как подушку. Хань Шаочжоу закатал рукава и бросился на него, и после двух раундов на кровати, Хань Шаочжоу прижал руки Мо Мина над его головой, полностью одержав над ним верх. — Думаешь, со своими скромными навыками сможешь со мной справиться, а? — усмехнулся Хань Шаочжоу. — Десять лет назад я мог раскидать кучу таких парней, как ты. Мо Мин с вызовом отвернулся. — В наши дни все решают мозги, а не мускулы. — О, так ты не сдаешься, да? — Хань Шаочжоу наклонился, поцеловал уголок рта Мо Мина и рассмеялся. — Посмотри на себя, какой упрямый. Ты правда думаешь, что у тебя хватит на это ума? Не в силах вырваться из хватки Хань Шаочжоу, Мо Мин просто перестал сопротивляться. — Брат Шао обижает меня… — Это жалоба или просьба? Если просьба, то я прямо сейчас сниму штаны. — Брат Шао, ты бесстыдник. — …***
Днем дождь прекратился. Хань Шаочжоу уехал в офис. В тот же вечер ему нужно было присутствовать на благотворительном аукционе в соседнем городе, так что он не должен был вернуться. После послеобеденного сна Мо Мин получил сообщение от владелицы зоомагазина, а также фотографию щенка, которого он оставил накануне вечером. Сяо Ханя вымыли, а его раны перевязали. Хозяйка магазина сообщила Мо Мину, что это щенок золотистого ретривера. Мо Мин увеличил фотографию… Хм, все такой же страшненький, с поникшей головой, совсем не похожий на того резвого щенка, которого он нашел прошлой ночью. Зоомагазин находился прямо за пределами жилого комплекса, поэтому Мо Мин решил заглянуть туда. Как только Сяо Хань увидел Мо Мина, он оживился и начал взволнованно лаять, всем телом виляя в попытках добраться до него. — Этот малыш так себя ведет только с вами, — рассмеялась хозяйка магазина. — Когда моя девушка его мыла, он просто лежал, как блинчик, совсем без сил. — … — Мо Мин удивился. — Вы узнали меня? Все то время, что он был там, он не снимал маску. — Я узнала вас еще вчера вечером. Я видела вас несколько раз, когда вы выходили за завтраком. Я узнаю эти ваши глаза где угодно, даже в маске. Владелица подсыпала собачий корм в миску для шнауцера в соседней клетке, даже не оборачиваясь во время разговора. — Моя девушка раньше постоянно смотрела ту историческую дораму с вашим участием, и я немного смотрела с ней. У меня на такие вещи глаз наметан. Таких больших звезд, как вы, стоит мне увидеть один раз, и я могу узнать вас, как бы хорошо вы ни прятались. В нашем комплексе живет немало знаменитостей, кроме вас я замечала еще нескольких. Владелица, казалось, привыкла к подобным вещам. Поскольку разговор зашел так далеко, Мо Мин мягко стянул маску и слегка улыбнулся. — Я не то чтобы большая звезда. Хозяйка магазина повернулась, чтобы посмотреть на Мо Мина. — А вы очень даже симпатичный парень, в жизни выглядите намного лучше, чем по телевизору. Может быть, сейчас вы и не большая звезда, но обязательно ей станете. — Спасибо за добрые слова. — Но знаете, недавно в наш комплекс переехала настоящая суперзвезда, — сказала хозяйка магазина. — В прошлый раз он заходил в мой магазин купить собачий корм, был в шляпе, маске и шарфе, но я сразу его узнала. Это был Гао Чэнь. Мо Мин стоял у клетки, тыкая пальцем в нос Сяо Ханя. Услышав это, он повернулся и посмотрел на владелицу магазина. — Гао Чэнь? — Да, тот самый певец.
