I Only Like Your Face\ Мне нравится только твоё лицо

Пока мысли Хань Шаочжоу блуждали, он не мог не вспомнить те три года, когда был всего лишь заменой. Хотя теперь он знал прошлое Мо Мина и понимал его чувства к Чжоу Сюю, он всё равно чувствовал себя обиженным. И, несмотря ни на что, временами этот парень рядом с ним невероятно его раздражал. — Ай… — Мо Мин внезапно поморщился и отдернул руку. — Что случилось? — инстинктивно спросил Хань Шаочжоу. — Я порезал тебя? Мо Мин кивнул, закусив губу: — Да, больно. Увидев, как Мо Мин нахмурился, выглядя таким обиженным, Хань Шаочжоу сделал паузу, прежде чем продолжить стричь ему ногти. — Я не твой парень, так что перестань на меня так смотреть. Это не сработает. — … После этого они нашли элитный ресторан в городе и присели. Хань Шаочжоу не стал заказывать сразу, решив, что еще слишком рано, и попросил официанта сначала принести два чайника чая. Они выбрали столик у окна. Не было еще и пяти вечера, и просторный ресторан был практически пуст, за исключением их столика. Когда-то Хань Шаочжоу думал, что, узнав всё, он выведет Мо Мина на чистую воду и расставит все точки над «i». Но теперь, когда он всё знал, он понял, что это больше не имеет никакого значения. Как бы сильно он ни хотел поднять эту тему, в этом не было смысла. Этот человек никогда по-настоящему не заботился о нем, так как же он мог ожидать, что Мо Мин поймет его чувства? Решения этой проблемы не было, поэтому отпустить всё вот так, с равнодушием, возможно, было самым достойным способом всё закончить. Чувствуя раздражение, Хань Шаочжоу листал меню, изредка поглядывая на человека напротив. Мо Мин держал чашку чая, осторожно дуя на поднимающийся от неё пар. Его длинные, густые ресницы трепетали при каждом вдохе. — Деньги на той карте, я их не трогал, — сказал Хань Шаочжоу, небрежно перелистывая страницы меню. — Можешь пойти в банк, заявить об утере и получить новую. Мо Мин поднял глаза: — Почему? Хань Шаочжоу не поднял головы. — Это противоречит моим принципам. Хоть некоторые вещи в тебе меня жутко раздражают, отсутствие у тебя порядочности, это твоя проблема. Я не опущусь до твоего уровня. Мо Мин промолчал. Хань Шаочжоу отложил меню и сделал глоток чая. — Я никогда не забуду того, что ты сделал. Сколько бы у тебя ни было причин, это не меняет того факта, что я не могу этого простить. Поднеся чашку к губам, Хань Шаочжоу краем глаза взглянул на Мо Мина… Мо Мин смотрел в свою чашку, его взгляд было невозможно прочесть. — Конечно, я знаю, что тебе всё равно, злюсь я или нет. И я не собираюсь ничего предпринимать из-за своей злости, — продолжил Хань Шаочжоу. — Вот и всё. У меня больше нет к тебе чувств. Давай просто считать, что ты кролик, который меня укусил… Я не собираюсь держать зла на кролика. Мо Мин хранил молчание. — Тебе нечего сказать? — спросил Хань Шаочжоу. Мо Мин на мгновение заколебался: — О чем? Хань Шаочжоу откинулся на спинку стула, изучая Мо Мина. Сняв пуховик, Мо Мин остался в свободном белом свитере, отчего он походил на свежеочищенное яйцо всмятку. Его черные глаза были ясными и спокойными, мерцая мягким светом. Хань Шаочжоу долго смотрел на него, прежде чем спросить: — За эти три года ты хоть раз по-настоящему смотрел на меня? Ты пытался меня понять? Мо Мин заколебался, собираясь заговорить, но Хань Шаочжоу перебил его: — Забудь. Я не хочу знать. Это не имеет значения. Мо Мин послушно промолчал. Спустя несколько секунд молчания Хань Шаочжоу внезапно спросил: — Мы делили постель три года. Поверить не могу, что я вообще не занимаю никакого места в твоем сердце. — Я… — Забудь, — снова перебил Хань Шаочжоу. — Я не хочу этого слышать. — … Спустя какое-то время Хань Шаочжоу выглядел так, будто снова собирался о чем-то спросить, но Мо Мин, предвидя это, заговорил первым: — Ты хороший человек. — …

***

Когда они закончили ужинать и вышли из ресторана, было уже начало седьмого, и небо заметно потемнело. К тому же начался сильный дождь. Учитывая, что впереди их ждала поездка до Чуаньхая продолжительностью два-три часа, Мо Мин не хотел рисковать, ведя машину в темноте под дождем, поэтому решил остановиться на ночь в ближайшем отеле и отправиться обратно утром, когда погода улучшится. Хань Шаочжоу пришел к аналогичному решению, и они поехали прямиком в пятизвездочный отель в городе. На стойке регистрации Хань Шаочжоу с серьезным видом настоятельно попросил Мо Мина оплатить его номер. У Мо Мина возникло ощущение, что Хань Шаочжоу расстроен, возможно, с того самого момента, как в ресторане он назвал его хорошим человеком. Ожидая лифта, Хань Шаочжоу внезапно сказал: — Я был очень зол, когда разгромил твою квартиру. Но я уже возместил тебе ущерб. Мо Мин нахмурился, не понимая, почему Хань Шаочжоу вдруг заговорил об этом. — Так что… — продолжил Хань Шаочжоу, — ты не можешь держать на меня зла за это. Мо Мин помолчал несколько секунд, прежде чем пробормотать: — Ты уничтожил мои цветы… Его голос был тихим, но Хань Шаочжоу услышал его. Он холодно ответил: — А что мне было уничтожить? Тебя? — … Мо Мин поджал губы и решил промолчать. Хань Шаочжоу наблюдал за его упрямым выражением лица и почувствовал желание ущипнуть его за щеки, просто чтобы проверить, сможет ли он довести его до слез. Лифт прибыл на первый этаж, и двери медленно открылись. Хань Шаочжоу уже собирался войти, как вдруг замер, увидев, кто находится внутри. На его лице появилась улыбка. — Дядя, какое совпадение. Пань Юаньцин вышел из лифта, его очки в тонкой оправе едва скрывали удивление в узких глазах. Он тоже улыбнулся: — Сяо Хань, не ожидал встретить тебя здесь. Взгляд Мо Мина прикипел к этому мужчине. Он был примерно одного роста с Хань Шаочжоу, одет в костюм, с аккуратно уложенными волосами и бровями. Он носил очки в золотой оправе, и на вид ему было от тридцати пяти до сорока с небольшим, у него была высокая переносица и тонкие губы. Его утонченное, с ярко выраженными восточными чертами лицо излучало мягкую, элегантную ауру. Мо Мин знал, кто этот человек… Пань Юаньцин, дядя Хань Шаочжоу по линии брака и президент Dongsheng Group. — У меня здесь были кое-какие личные дела. А у вас, дядя? — спросил Хань Шаочжоу. — Командировка. Еду на встречу с клиентом. — Взгляд Пань Юаньцина переместился на Мо Мина. — Сяо Хань, это твой друг? Хань Шаочжоу уже собирался представить его, но Мо Мин вежливо заговорил первым: — Здравствуйте, президент Пань, я Мо Мин. Выдержав небольшую паузу, Мо Мин посмотрел Пань Юаньцину в глаза и тихо сказал: — Я друг Чжоу Сюя. Пань Юаньцин слегка кивнул: — Я помню его. Он был довольно популярным певцом. Значит, господин Мо, вы тоже из индустрии развлечений? — Да, — ответил Мо Мин почтительным тоном. — Я слышал, как Чжоу Сюй упоминал вас раньше. Для меня большая честь встретиться с вами сегодня. Пань Юаньцин слегка улыбнулся Мо Мину, но больше ничего не сказал. Вместо этого он повернулся к Хань Шаочжоу. — Сяо Хань, твоему дедушке стало хуже. Он спрашивал о тебе. Если у тебя есть время, тебе стоит съездить к нему. — Я как раз планировал сделать это на днях. Пань Юаньцин не стал долго задерживаться. Перекинувшись еще парой слов, он повернулся, чтобы уйти со своим помощником. Уходя, его взгляд задержался на лице Мо Мина всего на полсекунды дольше, чем было необходимо. Даже после его ухода Мо Мин оставался глубоко задумчивым. — Редко увидишь, чтобы ты так рвался завести знакомство, — прокомментировал Хань Шаочжоу. — К тому же, Чжоу Сюй не был фанатом моего дяди, так какой смысл упоминать, что ты был его другом? Мо Мин, немного запоздало, повернулся к Хань Шаочжоу: — А? Хань Шаочжоу фыркнул, заходя в лифт. Мо Мин последовал за ним. — Президент Пань обычно очень занят? — спросил Мо Мин. — Он сейчас руководит Dongsheng, конечно, он занят. — Я помню, что Hongyi является дочерней компанией Dongsheng. Обращает ли президент Пань внимание на развитие артистов там? — С чего бы ему возиться с такими мелочами? Разве что он переспал бы с каким-нибудь мелким актеришкой, может, тогда он бы немного его продвинул, — ответил Хань Шаочжоу, затем нахмурился, глядя на Мо Мина. — А зачем ты спрашиваешь? — …Просто любопытно. Хань Шаочжоу наклонился ближе к Мо Мину, который поджал губы и тихонько моргнул. — Ты заинтересовался моим дядей? — внезапно спросил Хань Шаочжоу. Мо Мин быстро покачал головой. — Ты упомянул, что Чжоу Сюй говорил тебе о моем дяде раньше, — сказал Хань Шаочжоу. — Они были знакомы? — …Я просто сказал это к слову. Чжоу Сюй на самом деле не упоминал ему Пань Юаньцина, но реакция Пань Юаньцина только что заставила его задуматься, что они могли быть знакомы. Хань Шаочжоу прищурился: — Ты ведешь себя странно… — … Хань Шаочжоу выпрямился, глядя на двери лифта. — Даже если и так, это меня не касается.

***

Номер Мо Мина находился на тридцать третьем этаже. Он вспомнил, что лифт, на котором спустился Пань Юаньцин, тоже приехал с тридцать третьего этажа. Иными словами, Пань Юаньцин остановился на том же этаже, что и он. Коридор был длинным, со множеством дверей, из-за чего было невозможно точно определить, в каком именно номере остановился Пань Юаньцин. Приняв душ в своем номере, Мо Мин спустился на ресепшен. Он заявил, что пока он был в душе, из его номера пропали 2000 юаней наличными, и попросил просмотреть записи с камер видеонаблюдения, чтобы узнать, не заходил ли кто-нибудь, пока он был в ванной. Персонал отеля отнесся к просьбе с пониманием и немедленно отвел его в комнату охраны, чтобы просмотреть записи с его этажа. Сотрудник перемотал видео, и Мо Мин быстро увидел, из какого номера вышел Пань Юаньцин, он находился прямо по соседству с его собственным. — На записях видно, что в ваш номер никто, кроме вас, не заходил, — сказал сотрудник. — Спасибо за помощь, — ответил Мо Мин. — Возможно, я куда-то засунул деньги. Пойду поищу еще раз. Вернувшись в номер, Мо Мин лег на кровать, с серьезным лицом глядя в белый потолок. Через несколько минут он вдруг встал и вышел на маленький балкон. На высоте более тридцати этажей дул пронизывающий холодный ветер. Люди и машины внизу казались крошечными движущимися камешками. Мо Мин схватился за перила, перегнувшись, чтобы посмотреть на маленький балкон соседнего номера. Расстояние было небольшим, а в стене между ними была встроена каменная статуя птицы. Если перелезть через нее, он смог бы добраться до другого балкона. Нахмурившись, Мо Мин скользил взглядом по статуе, оценивая ситуацию. Опорных точек казалось достаточно. Он был не слишком тяжелым, так что забраться по ней не составило бы труда. Этажом ниже Хань Шаочжоу курил на своем балконе, когда заметил Мо Мина, стоящего на балконе выше и, казалось, изучающего статую. Похоже, он даже что-то прикидывал руками. — Собираешься забрать эту статую с собой? — внезапно крикнул Хань Шаочжоу. Мо Мин замер, наконец заметив Хань Шаочжоу внизу. Он осознал, что номер Хань Шаочжоу находился прямо под номером Пань Юаньцина. — Нет… — Мо Мин прислонился к перилам, широко раскрытыми глазами глядя вниз на Хань Шаочжоу. — Я просто осматривался. На Мо Мине был свободный белый банный халат, и с этого необычного ракурса снизу Хань Шаочжоу мог ясно видеть эти длинные, бледные ноги. Выше тонких лодыжек халат едва прикрывал его колени. Ночной ветер раздувал подол, приоткрывая ровно столько, чтобы разжечь всевозможные фантазии… Хань Шаочжоу оторвал взгляд и глубоко затянулся сигаретой. Черт. Сквозь туман нахлынули воспоминания о том, как Мо Мин дразнил его своими ногами. Раньше он лежал на кровати и тыкал Хань Шаочжоу пальцами ног, иногда щекоча его грудь или шею, и при этом хихикал. А Хань Шаочжоу пользовался моментом, чтобы схватить его за лодыжку, отказываясь отпускать, как бы Мо Мин ни пытался вырваться. А затем он целовал и покусывал ногу Мо Мина, поднимаясь всё выше, пока тот не начинал дрожать и плакать. Но этот парень так ничему и не научился. Эти длинные ноги были замучены им бессчетное количество раз, но он по-прежнему не колеблясь провоцировал его снова. Хань Шаочжоу снова поднял глаза и как раз вовремя, чтобы увидеть, как Мо Мин дрожит от холода, подняв одну ногу, чтобы потереть о голень другой, при этом всё еще поглядывая на каменную статую. — Вернись в номер и надень штаны, — строго скомандовал Хань Шаочжоу. Даже если он больше не мог прикасаться к этим ногам, он не мог просто стоять и смотреть, как они мерзнут на холоде. В былые времена он бы бросился наверх, чтобы согреть его по старинке. Никаких замерзаний…