Мой — немой

То ли так получилось случайно, то ли Джисон действительно избегал Минхо всю оставшуюся неделю. Альфа, конечно, и сам дома редко появлялся, потому что полдня торчал в университете, а в остальное время — на работе. Всего раз он видел Джисона на кухне, когда сосед что-то очень активно писал в свой блокнот, но, когда он всё же заметил Минхо рядом, поспешил убежать в свою комнату, на что парню оставалось только разочарованно вздохнуть. Он ведь и правда не понимал такого поведения. Джисон же, вроде бы, не был против поцелуя, почему тогда сейчас он делал вид, что Минхо не существует? Он думал об этом постоянно, пытался понять, что он сделал не так, и пришел к заключению, что к этому, вероятнее всего, приложил руку Сынмин, который наговорил младшему брату всякий бред о том, что их новый сосед, якобы, хотел от незрелого омеги только секса, и мальчик действительно испугался. Сейчас слишком уставший после пятничной ночной смены в кафе-баре альфа наконец-то возвращался домой. Он еле-еле поднялся по лестнице до нужного этажа, но остановился как вкопанный на последнем пролёте, когда мимо него, в одной лишь пижаме и совсем ничего замечая, медленно прошел Джисон. Минхо посчитал, что он слишком переутомился, что ему всё показалось, но даже когда он больно ущипнул себя за плечо, мальчик перед ним не растворился. Поэтому, не долго думая, он схватил омегу за руку и развернул лицом к себе. Глаза у Джисона были стеклянные, будто бы он был пьян. Он смотрел на Минхо в упор, но у парня складывалось ощущение, что мальчик его не видел. — С тобой всё нормально? — тихо поинтересовался он. Джисон даже движениями не дал никаких намёков на ответ, продолжая смотреть в одну точку. — Куда ты идёшь? — уже громче спросил Минхо. Ему стало жутковато. Он отпустил омегу и хлопнул в ладони прямо перед его лицом, отчего тот рефлекторно дёрнулся. Джисон вцепился руками за перила и оглядел альфу с ног до головы, будто бы видел впервые. — Что с тобой? — снова подал голос Минхо, аккуратно беря в свою руку ладонь Джисона. Сосед поспешил одёрнуть кисть, и в этот момент Минхо понял, что Джисону было страшно. — Пойдём домой? — предложил он, — Малыш, я тебя не обижу. Омега ещё несколько секунд недоверчиво оглядывал Минхо, а затем крепко зажмурился. Когда он открыл глаза и проморгался, то уже самостоятельно начал подниматься обратно. Альфа быстро догнал его, заходя в квартиру следом. Его охватил страх за мальчишку. Он проследил, как омега вернулся в свою комнату, и понял, что так дело было оставлять нельзя. Он прошел по коридору и постучал по двери в комнату Хенджина. — С Джисоном что-то не так. Я поймал его в подъезде, он...он будто бы был под чем-то, — сразу начал объяснять Минхо, не понимая, как правильнее подобрать слова. — Где он? — испуганно охнул тот. — Пошёл к себе в комнату. Хенджин мигом ворвался в спальню Сынмина и Джисона, и через некоторое время из комнаты вышли все трое. Хенджин увел младшего омегу на кухню, заставляя выпить пару каких-то таблеток, а после отправил обратно отдыхать. Джисон, не замечая Минхо, прошел мимо и закрылся в спальне. — Может, всё-таки стоит вызвать скорую? — предложил Минхо, смотря тому вслед. — Может, поменяемся комнатами, чтобы не пришлось вызывать скорую? — обозлённо спросил Хенджин. — Слушай, я не могу просыпаться от малейшего шороха. Точно так же его мог упустить и ты, — раздражаясь, ответил Сынмин. — Я даже боюсь представить, что случилось бы, если бы не Минхо!— воскликнул Хенджин. — Да ничего бы не случилось. Из-за него Джисон и начал тревожиться, вот и получилось всё это. Если бы Минхо не приставал к нему, то всё было бы в порядке, — злился Сынмин, строго поглядывая на брата. — Не неси бред, — вздохнул Хенджин. — А ты веришь ему? За что он мог полюбить Джисона, ещё и так быстро? Малой даже рассказать ничего не может, у них нет ничего общего. Минхо клюнул на его внешность и просто захотел его под собой, вот и вся сказка, — оскалился старший омега, краем глаза замечая, что Минхо всё ещё наблюдал за ними. — Если ты прямым текстом говоришь, что его любить не за что, кроме как за милое личико, то что насчёт твоих чувств к нему? — встрял альфа, возмущаясь такому заявлению. — Ты понятия не имеешь о том, через какой ад мы прошли, как тяжело нам приходилось возвращать Джисона к жизни. Так что не тебе упрекать меня, — прошипел Сынмин. — И вообще, тебе не следовало нас подслушивать, — заметил Хенджин. — Я должен знать, что происходит. — Ты должен знать, что тебе не стоит лезть, куда не просят, — фыркнул Сынмин и, задев Минхо плечом, вернулся в свою комнату. Альфа был не из тех, кого можно было легко вывести на драку, но такой толчок мог сподвигнуть на многое, поэтому, когда парень уже развернулся в сторону спальни Джисона, Хенджин схватил его за руку, не давая совершить задуманное. — Минхо, пожалуйста, не надо. Он на нервах, поэтому и задевает тебя. Не придавай этому значения, — попросил он, пряча подступающие слёзы. — Что с Джисоном? — не унимался альфа. Хенджин в ответ только отрицательно помотал головой и скрыл лицо в ладонях, тихо всхлипывая. Минхо тут же прижал соседа к себе, заключая в объятия. — Часто с ним такое бывает? — поинтересовался он. — Нет, — ответил омега, приподнимая голову, — Как хорошо, что ты его поймал, я не представляю, что было бы, если ты... Хенджин не смог продолжить фразу из-за нового всхлипа, который, как и предыдущие, утонул в плече Минхо. Альфу раздражало, что ему не давали знать, что случилось. Спросить у самого Джисона он бы не решился. — Не напоминай ему об этом, он на утро ничего не вспомнит, — попросил сосед, наконец отпрянув. — Ты можешь мне объяснить, что произошло? — ещё раз попробовал узнать правду Минхо, понимая, что сейчас взорвётся от возмущения. — Ты его разбудил, — ответил Хенджин и, больше не проронив ни слова, вышел в коридор, а после хлопнул своей дверью. Альфа понять не мог, как он мог разбудить Джисона, если он, вроде бы, говорил не так уж и громко. Минхо злился из-за всей этой недосказанности, поэтому твердо решил, что попытается ещё раз поговорить с Хенджином на следующий день. Парень ушел к себе, но ещё очень долго не мог заснуть, думая о том, что делать дальше, как стоило исправлять всю ситуацию с омегой, и под конец ему в голову пришла идея вытащить мальчика на прогулку днем. Ради такого он бы даже отказался от сна до вечера, потому что ему совершенно не нравилось то, что его сосед от него бегал.

જ⁀➴

Днём Минхо нигде не мог найти Джисона, стуча в его спальню почти каждые пятнадцать минут. В итоге альфа решил подождать, пока мальчик сам куда-нибудь выйдет из комнаты, и остался караулить его в коридоре, но вместо него наткнулся на Хенджина, который только что вернулся домой. — Где Джисон? — сразу поинтересовался Минхо. Хенджин, явно не ожидавший услышать чей-то голос рядом, испуганно вздрогнул. — Да как ты надоел уже! — возмутился сосед, — В больнице он. Выпишут через шесть дней. — В смысле? Почему его положили? — забеспокоился альфа. — Да не твоего ума дело, хватит уже! Даже не пытайся узнать, где он лежит, тебя всё равно никто не пустит! — гневно выкрикнул Хенджин и громко хлопнул дверцей шкафа. Минхо был ошарашен таким заявлением. Еще только ночью тот благодарил его за спасение своего брата, а сейчас готов был глотку ему перерезать за лишнее слово о младшем омеге. — Я, блять, должен сидеть в неизвестности и ждать с моря погоды? Почему тебе так сложно всё объяснить? — в том же раздраженном тоне спросил Минхо. — Да кто ты такой, чтобы я тебе всё рассказал? Ты никто для него, — прошипел Хенджин. — Я места себе весь день найти не могу. Он нужен мне, — едва ли не проскулил Минхо. — С чего бы это? — фыркнул омега, проходя мимо. Минхо ведь и правда за эти дни забыл касания Джисона. Его лёгкую улыбку на губах, его сияющие глаза, когда он встречался с ним взглядом. Мальчишка стал совершенно иным, будто бы окончательно закрылся в себе, всё время что-то записывая в свой блокнот, и парню было тяжело принять, что сосед был рядом, но больше не тянулся к нему, как раньше. Альфа боялся лишний раз к нему прикоснуться, потому что думал, что снова откуда не возьмись вылезет Сынмин, перед которым Джисону станет стыдно, как в прошлый раз. Минхо буквально с ума сходил, мечтая о том, чтобы мальчик снова положил голову ему на плечо, снова начал выводить какие-то точки и линии на его спине, снова еле-еле коснулся губами кожи на скуле или виске. Онневыносимо скучал по всему этому, и то, что происходило сейчас, добивало его окончательно. — Потому что я люблю его, — признался Минхо, не веря в то, что он произнес это вслух. — Тебе это только кажется. Сынмо был прав: ты всего лишь повёлся на его внешность, — разочарованно помотал головой Хенджин. — А ещё тебе кажется, что ты хороший брат, когда на деле ты всего лишь шестёрка Сынмина, — выплюнул Минхо, которого задели слова Хенджина. — Ты в своём уме? — возмутился сосед. — Да, в отличие от тебя, — съязвил альфа, совсем не осознавая, что прямо сейчас он обижал омегу, — Ночью ты готов был на руках меня в благодарность носить. Говорил, что Джисон видит во мне спасение, а сейчас что? Чего вдруг переобулся? Старшего братика испугался? А на Джисона уже плевать? — Он не должен видеться с тобой, потому что ты — его новый ночной кошмар. И ты сам это сделал! — выкрикнул сосед, — Неужели ты такой тупой, что не понял, что Джисон лунатил? Разве не догадался, что будить его было нельзя? Он всю оставшуюся ночь не мог спать, потому что ему снились кошмары с тобой, и теперь ему нужен курс терапии, во время которого он тебя видеть не должен. Минхо и правда подумать не мог, что Джисон ходил по подъезду во сне. Теперь все встало на свои места: взгляд у него был пустой, потому что мальчик спал на ходу, а потом испытал шок, когда услышал резкие хлопки, о последствиях которых Минхо тогда был не в силах догадаться. Альфа собирался подарить Джисону радость, но он, сам того не желая, стал для него новым кошмаром. Ему снова захотелось себя ударить, но, как жаль, что от этого никому легче не станет. — Но когда он вернётся, я же смогу с ним видеться? — робко уточнил Минхо. — Не знаю, я же шестёрка, мне ещё нужно с Сынмином по этому поводу поговорить — обиженно проворчал Хенджин. — Ну, прости. Хотя ты сам меня вывел. — Да пошёл ты, — бросил омега и захлопнул дверь в свою комнату. Минхо шумно вздохнул и стукнулся головой о стену. С Сынмином и Хенджином отношения были испорчены, Джисон совсем один остался в больнице из-за испуга, который ему обеспечил сам Минхо, и единственное, чем альфа мог ему помочь — это просто не попадаться на глаза, что у самого Минхо не вызывало никакой радости. Но сейчас в первую очередь нужно было думать о Джисоне, и если альфа и правда больше никак не мог поспособствовать тому, чтобы мальчику стало лучше, то он обещал сдерживать свои желания.

જ⁀➴

Всё оказалось куда сложнее, чем Минхо думал. Из-за того, что его голова была забита только мыслями о Джисоне, он больше ни о чём не мог думать — отсюда возникли проблемы в учёбе и в общении с другими людьми. Альфа грубил Сынмину, умудрялся ругаться с родителями по фейстайму, а все его вопросы о состоянии Джисона оставались без ответа, потому что старший омега мог только нагрубить в ответ, а Хенджин предпочитал отмалчиваться. И Минхо пока не спешил перед ними извиняться. С какой стати он должен это делать, если парни сами не признавали его чувства к Джисону? Омега настолько засел в его мыслях, что даже начал сниться ему, отчего Минхо постоянно хотелось провалиться в сон, чтобы хотя бы там видеть этого солнечного мальчика. Только во сне он мог держать омегу за руку, только там он мог его касаться и целовать эту яркую улыбку на губах. Только там им никто не мешал. Минхо едва ли не волком выл, когда надоедливый будильник всё разрушал и заставлял расставаться со своими фантазиями до следующей ночи. Вся эта неделя для него была сложным испытанием. Встречи с Джисоном он ждал как новый вдох, поэтому невероятно счастливо бежал домой в день, когда мальчика наконец выписали из больницы. Случилось это как раз в его день рождения, и Минхо поскорей хотелось передать Джисону его подарок. Хотя, признаться, всё же присутствовал страх того, что он снова мог напугать омегу. Он ворвался в свою спальню, нашел распечатанные билеты и помчался к двери в спальню Джисона и Сынмина, но неожиданно заметил, что комната Хенджина была открыта. На кровати сидели он, Джисон и Сынмин, а в руках мальчика красовалась синяя классическая гитара, на которой он бережно настраивал колковые механизмы. Джисон выглядел невероятно счастливым, как и его братья, которые наконец-то увидели своего родного человека таким. Минхо не знал, как ему подойти, пока Сынмин и Хенджин находились рядом с Джисоном, но в итоге мальчик заметил его сам. В эту же секунду сердце альфы пропустило удар от этих блестящих глаз. Он готов был бросится в объятия Джисона, по которому он успел так неимоверно соскучиться, и, к счастью, омега снова улыбнулся и жестом пригласил парня внутрь. Минхо теперь было абсолютно плевать на то, что ему скажут Хенджин и Сынмин. Джисон сам его позвал, и это его волновало больше всего. Пройдя в комнату, он плюхнулся на пол прямо напротив Джисона и вытащил из-за спины два билета на концерт. Парень, хлопнув глазами, вопросительно уставился на соседа, а позже обратил внимание и на листы, на которых он увидел обложку шоу Идэна. Джисон тут же в удивлении приоткрыл рот и переглянулся с братьями, а затем набросился на Минхо с объятиями, сваливаясь вместе с ним на пол. Минхо крепко прижал мальчика к себе, целуя в щёку, и тихо посмеялся от радости с того, что его сны наконец-то стали явью. Касания у омеги были такие же нежные — он передавал всю свою благодарность за такой подарок, о котором мечтал уже очень давно. — Второй билет можешь отдать кому угодно, но не Хенни. У него сегодня свидание с Феликсом, — тихо прошептал в чужое ухо альфа. Джисон приподнялся, забирал билеты из рук Минхо и, всё так же счастливо улыбаясь, вернул ему один, ткнув пальцем в грудь парня. Минхо в удивлении таращился то на билет в своих руках, то на радостного мальчишку рядом с собой, пытаясь понять, что сейчас произошло, пока омега не щелкнул пальцами у него перед лицом. — Ты приглашаешь меня с собой? — на всякий случай уточнил он. Джисон кивнул в ответ и поднялся с пола, протягивая соседу руку. Через пару секунд в комнату заглянул Феликс. Альфа подмигнул другу и увел Джисона в коридор, который уже и без объяснений понял, зачем мужчина явился к его брату. — Так, у нас ещё три часа до начала, но, наверное, стоит начать собираться уже сейчас, — проговорил Минхо, наблюдая за тем, как омега что-то печатал в заметках. «Спасибо тебе большое. Это лучший подарок». — После концерта благодарить будешь, — усмехнулся Минхо. Джисон упорхал в свою комнату, до последнего не сводя взгляда с альфы, и, когда за ним закрылась дверь, парень радостно взвизгнул. Следом из спальни вышел удивленный Феликс. — Дружище, он сказал "да". Мы идём на свидание, — еле переводя дыхание сообщил мужчина. — Поздравляю, — улыбнулся Минхо, приобнимая друга. Они вернулись в свою спальню, чтобы начать готовиться к вечеру, и взгляд Минхо случайно зацепился за флаер от Чанбина. Сразу возникла идея отдать билет Чонину, который, кажется, должен был остаться в этот день дома один, потому что у Сынмина тоже были планы. Собравшись на концерт, Минхо вышел в коридор и постучался в дверь комнаты Чонина. — У тебя есть планы на вечер? — сразу поинтересовался он. — Э-э...нет? — удивившись, неуверенно протянул сосед. — У меня есть лишний билет в клуб, не хочешь составить компанию моему другу? — Что за друг? — недоверчиво сощурился Чонин. Минхо потратил ещё несколько минут на то, чтобы выставить Чанбина в лучшем свете. Чтобы объяснить, почему он сам не мог воспользоваться билетом, и в конечном итоге тот согласился, обещая побрить парня налысо, если вдруг что-то пойдёт не так. Альфа весело рассмеялся, а потом перевел взгляд на соседнюю дверь, из которой вышел собранный Джисон. —Идём, — позвал его Минхо и зашагал к прихожей. Омега, опередив его, радостно проскакал к шкафу и достал куртку, а Минхо за руку перехватил Сынмин, убедившись в том, что брат их не видит. — Если с Джисоном опять что-то произойдёт, не включай героя, а позвони мне. Я сам разберусь, — недовольно оповестил его хозяин квартиры. — Не бойся, уж я-то его побег проспать не смогу. Да и не за чем ему от меня убегать, — ухмыльнулся Минхо и, вырвав руку из чужой хватки, пошел обуваться. Мальчик помахал брату рукой, а после вместе с альфой вышел из квартиры, заставляя Сынмина чуть ли не сгорать от злости и страха за то, что Минхо не стоит доверять.

જ⁀➴

Зал, казалось, был забит под завязку, так как особо хитрые люди приехали занять места заранее, хотя партер площадки, на которой проходил концерт, вмещал от силы пять тысяч человек. Джисон смекнул, что людей на самом деле было больше, чем казалось, поэтому старался никуда не отходить от альфы. — Давай сюда, — кивнул на середину Минхо, стараясь перекричать какую-то группу на разогреве. Джисон кивнул и встал на носочки, чтобы чуть лучше видеть то, что должно было твориться на сцене. Минхо остановился позади него и приобнял омегу за талию: для безопасности, если вдруг подошедшие люди сзади начнут идти вперёд. Минхо уже был на концертах, да и на площадках побольше, и знал все ужасы таких мероприятий. Ему совсем не хотелось, чтобы Джисон потерял сознание в толпе или ему что-нибудь сломали. — Если будет совсем плохо видно, скажи мне, я посажу тебя на плечи, — предложил альфа, замечая, что тот без конца крутился в разные стороны, пытаясь всё разглядеть. «Тогда мы будем мешать людям сзади, не надо» — напечатал Джисон. — Какой правильный, — хмыкнул Минхо. Омега положил ладони на замок из рук Минхо на своей талии и весь сжался, стоило группе разогрева уйти, а свету погаснуть. Как и ожидалось, люди сзади начали нетерпеливо двигаться к сцене вперед, но Джисону это никак не мешало. Он даже не замечал перемен, продолжая рассматривать прожекторы и диджейский пульт, потому что весь удар на себя принял стоящий позади Минхо, успевший обматерить всех, кто к нему прикоснулся. Джисон замер, когда белый свет софитов упал на зрителей, слабо освещая их, а в следующую секунду музыканты на сцене начинали играть знакомую песню. Зал разорвался в криках и визгах, а парень не сводил взгляда со сцены, снова в удивлении приоткрывая рот. Песня была довольно ритмичная, живая, как раз такая, чтобы завести всю толпу. И видимо, Идэн начал концерт с козыря, потому что Минхо точно раньше слышал эту песню. Но альфа смотрел только на Джисона, который беззвучно напевал текст песни вместе с исполнителем. В его глазах стояли слёзы радости, пока своими пальцами он оглаживал удерживающего его ладони соседа. Когда певец перешел ко второму куплету, омега сам ослабил чужую хватку, и Минхо слегка занервничал, хотя заметил, что давка слегка утихла. Мальчик пустился в танец, смотря точно на сцену. Следом завертелись люди рядом. Минхо же стоял как вкопанный — ему нравилось наблюдать за милым соседом, которого в данный распирало счастье так, что он аж бросился беспорядочно двигаться. Наверняка, если бы он мог, то сейчас бы во весь голос кричал слова этой песни, которую альфа успел полюбить.

О, нет, я, кажется, влюбился

Касается ли это нас?

Скажи, что я не оступился,

Скажи, что это не в последний раз.

Песня закончилась, и Джисон, развернувшись, бросился на Минхо, обнимая его руками за шею и ногами за бёдра, отчего тот слегка пошатнулся. Альфа и раньше глаз оторвать от парня не мог, но сейчас, когда тот был таким счастливым в его руках, это казалось ещё более невозможным. Джисон прижался щекой к чужой щеке и смотрел на сцену, где певец говорил о том, как рад видеть столько зрителей на своём концерте. После окончания короткой речи заиграла медленная и не такая искрящаяся песня, как предыдущая. Омега все таки отпустил соседа и занял старое место — так, чтобы Минхо стоял сзади. Альфе хотелось постоянно касаться этого мальчика. Чувствовать его рядом и понимать, что он был счастлив не меньше самого Джисона, мечта которого исполнялась у него на глазах. Он где-то читал, что любить — это хотеть касаться. Он улыбнулся и тоже пустился танцевать, обнимая парня за талию. Эмоции Джисона казались такими живыми, что Минхо до сих пор удивлялся, что они были вызваны всего лишь каким-то концертом. Хотя, наверное, он и сам выглядел точно так же, когда проводил с соседом время. Как оказалось, у этого Идэна было довольно много баллад, во время которых омега просто прижимался к Минхо и поднимал фонарик вверх, когда это было нужно. Во время более подвижных треков Джисон снова отпускал соседа и беззвучно смеялся, отвлекаясь от сцены, когда Минхо специально переходил к каким-то причудливым движениям. Позднее альфа узнал ещё одну песню, и здесь уже сам не смог сдержаться, во весь голос подпевая вместе с залом и исполнителем. Даже в этот момент Джисон не спешил обращать внимание на сцену — голос парня тонул среди пения других людей, но у него все равно сердце буквально выпрыгивало из груди, стоило ему увидеть, с какой радостью Минхо выкрикивал эти слова. И как же он снова разочаровался в себе, когда понял, что не может себя пересилить, чтобы петь вместе с ним в унисон.

Пока есть время, мы убежим в ночи,

Его мало, но мы справимся.

Любовь ведь лучше, чем мечты,

Где мы когда-нибудь останемся.

Концерт уже подходил к концу. Джисон осознал это, когда подсчитал все песни, которые уже были исполнены, но окончательно убедился в том, что сейчас будет последняя песня, когда певец начал произносить свою речь. — Мне посчастливилось давать концерт в вашем городе в день всех влюбленных, и, кстати, большое спасибо моим организаторам за то, что им удалось достать эти светодиодные индикаторы, которые контролёры билетов надели вам на запястья. Поэтому для финальной песни я прошу вас на припеве взять за руку того человека, который стоит рядом с вами. Не важно, знакомы вы или нет, просто возьмитесь все за руки и поднимите их над собой. Позвольте мне посмотреть на то, как сияет ваша любовь, — улыбаясь, произнес Идэн. Джисон и Минхо огляделись по сторонам. Рядом с каждым из них стояли взбудораженные люди, что начали ровнее выстраиваться в ряды. Альфа, хмыкнув, просто взял обе руки Джисона в свои, советуя парню так сильно не заморачиваться. Началась финальная песня.

Я знаю, что я долго скрывался.

Мне было тяжело любить,

Прошу, поверь, ведь я пытался.

И я не в силах отпустить.

На этих словах Джисон начал поглаживать соседа по костяшкам рук. Омегу пробирала дрожь то ли от голоса певца, то ли от того, как тихо Минхо пел те же слова, положив голову на его плечо.

Ты только держись за меня,

Я через это всё пройду.

Лишь бы снова увидеть тебя,

Нет, не во сне — наяву.

Джисон приподнял руки, когда музыка начала стихать — это означало, что дальше начнётся припев. Весь свет мгновенно погас. Люди начали поднимать руки, и в этой темноте стало видно только тысячи разноцветных огоньков.

Я лишь хочу, чтобы ты любил,

Пока всё это не прошло.

Ты мне сердце починил.

Держи, теперь оно твоё.

Певец махал своей рукой, задавая направление, и Минхо, держась за Джисона, следовал его указаниям, попадая в такт, пока омега заворожено наблюдал за тем, как двигался свет. Во время проигрыша все люди отпустили друг друга и, как на первой песне, начали отдаваться танцам. Джисон не отставал, не забыв пихнуть соседа. В зале мелькали разноцветные лучи стробоскопов, освещая людей, и пока омега снова беззвучно пел, Минхо успел сделать несколько снимков мальчика, на лице которого восторг смешался с радостью и восхищением. Альфа считал, что у Идэна были довольно странные композиции — поначалу они играли медленно, потом быстро, и в конце снова замедлялись, но он все равно был очень рад, что попал сюда. На строчках перед припевом Джисон подошел к альфе, чтобы снова взять его за руку. — Ты только держись за меня, — пел Минхо, оставляя поцелуй на кончике носа мальчика. Джисон смутился такому проявлению чувств и по привычке хотел отвести взгляд, но быстро понял, что не был готов смотреть в другую сторону. — Я через всё это пройду, — продолжал сосед. В этот раз он поцеловал Джисона в лоб. У омеги начали собираться слёзы в уголках глаз. — Лишь бы снова увидеть тебя, — напевал Минхо, касаясь губами чужой мягкой щеки. Он слишком быстро отстранился. Джисон, удивившись, хотел всё исправить и вернуть его назад, но его опередили. — Нет, не во сне — наяву, — озвучил последнюю строчку перед припевом парень, поцеловав Джисона в другую щёку. Мальчик потянулся к нему, чтобы поцеловать в ответ. Протянул руки выше, осознавая, что сейчас будет припев, но Минхо и здесь поменял его планы. Отбросив все свои сомнения, он наконец поцеловал омегу в губы, слегка сминая их, пока певец, как и ожидалось, очень медленно под одну только игру на фортепиано пел последние строчки. Они были единственными, кто не поднял руки, потому что Минхо положил свои ладони на лицо Джисона и погладил его большими пальцами по щекам. Омега, расчувствовавшись, снова начал вырисовывать какие-то точки и линии на спине парня, прижимаясь к нему всё ближе. — С днём рождения, малыш, — прошептал Минхо, отстранившись. Но Джисону этого поцелуя было мало. Он совсем не умел целоваться, но так хотел этого, поэтому снова столкнулся с губами Минхо, шевеля ими, как неумелый котёнок. Но сосед не злился на него. Он переложил одну руку на чужую шею и медленно захватил пухлую нижнюю губу. В зале стоял гул людей, которые благодарили Идэна за концерт, но Джисону было уже всё равно на то, что там происходит. Еще одна его мечта воплощалась в жизнь прямо сейчас. Он всё же остановился первым, когда люди начали выходить из зала, толкаясь. Минхо обнял омегу, не давая никому навредить ему, и отошел в сторону, чтобы немного переждать давку.

જ⁀➴

Они вернулись в квартиру только через три часа после окончания концерта, хотя площадка находилась от дома всего лишь в двадцати минутах ходьбы. Всё потому, что они останавливались почти каждые три минуты, потому что Джисону, который вот-вот узнал, что такое поцелуи, без конца хотелось касаться губ Минхо. Середина февраля, а снегом заваливало так, будто бы сейчас был полный разгар зимы, и альфа еле уговорил мальчика всё же дойти до дома, пока он не заболел. Да и Хенджин с Сынмином обоим уже все телефоны продолбили своими сообщениями. Они прошмыгнули в квартиру, ожидая, что их прямо у порога будут ожидать братья омеги, но там оказалось пусто, поэтому Минхо без скандалов и истерик проводил Джисона до его комнаты. «Спасибо тебе за всё. Я сегодня впервые узнал, что значит быть счастливым» — напечатал парень. — Тебе спасибо, милый, — промурлыкал в ответ альфа. Джисон подошел к нему ближе и поцеловал в скулу, а затем переключился на губы, оставляя на них короткий чмок. — И тебе спокойной ночи, — прошептал Минхо и поцеловал мальчика в щёку. После этого Джисон вернулся в свою комнату, а альфа мысленно порадовался тому, что никакой Хенджин в этот раз ничего не видел. В спальне уже вовсю похрапывал Феликс, но Минхо это совсем не смутило. Он улегся в кровать и быстро заснул, не беспокоясь о том, что во всей этой суматохе не смог сказать Джисону про свои чувства. Еще успеет. Он всё ещё не мог нарадоваться, что Джисон наконец вернулся. Теперь-то все должно было быть по-другому. Но ему стало вновь неспокойно, когда с возвращением мальчика за стеной снова начало что-то стучать.