☀️Солнце в дыму💨

Саске_альфа — Наруто_омега.

Шикамару_альфа.

Гаара_альфа.

Неджи_альфа.

☀️Солнце в дыму💨

Солнце в дыму — это правда красиво и завораживающее зрелище до тех пор, пока остатки дыма не начинает разъедать легкие изнутри, заставляя судорожно задыхаться и бледнеет от нехватки кислорода. Саске привык контролировать все: свои оценки, свою компанию альф и свои привычки, но Наруто стал той переменной, которую невозможно вычислить. Обычный медик-омега-недоучка, по его мнению, превращает жизнь Учихи в персональный ад во сне и наяву. Блондин принудительно заставляет брюнета выбирать: старая пачка сигарет, или чистый кислород рядом с тем, чья забота больше похожа на одержимость, чем на настоящую любовь? Или это снова очередные сплетни тех людей, кто пытается просто добавить остроты в их итак острую жизнь?

***

Солнце нещадно палило бетонную крышу университета, превращая воздух в густое марево, пропитанное запахом дешевого табака и юношеской самоуверенности. Обычный мир людей. Здесь нет волшебства и магии. Есть только то, что можно увидеть глазами, услышать ушами и потрогать руками. Так, по крайней мере, думал брюнет, пока его едва знакомый блондин не проронил несколько слов, от которых у самого Саске пообещали побежать мурашки по коже. Когда Наруто, в очередной раз обидевшись на чужую привычку, бросил: «Каждый раз, когда ты будешь курить без моего ведома, Учиха, я буду тебе сниться в кошмарах», — он и сам не предполагал, что это прозвучит, как истинное проклятие. Узумаки недовольно вздохнул, ведь его уши уловили тихое альфы рычание, а глаза увидели новую затяжку с его стороны. Омега раздражённо развернулся на пятках, поправил свою белую рубашку и быстрым шагом пошёл с крыши обратно в корпус. — Ты придурок. Совсем не бережёшь ни себя, ни меня, ни кого вокруг! — крикнул напоследок блондин через плечо и ускорил шаг, зная, что скоро начнётся новое занятие по методикам правильного сохранения здоровья. А группа альф лишь расхохоталась. В этой компании, помимо самого Саске, были ещё Неджи, Гаара и Шикамару. — Видали, как разошёлся? — Шикамару лениво выпустил струю дыма, прислонившись к парапету. — Саске, ты его когда-нибудь до инфаркта доведёшь своими привычками. Дотошный он у тебя. — Скорее он меня своими лекциями о вреде смол, — отозвался Саске, делая очередную затяжку и провожая взглядом удаляющуюся золотистую макушку. Учиха чувствовал себя победителем в этом негласном споре, но где-то глубоко внутри, под рёбрами, неприятно кольнуло. Наруто редко выглядел таким… ледяным. Обычно гнев был омеги похож на взрыв петарды — шумный, яркий и быстро затихающий., но сейчас в его голосе прозвучало что-то по-настоящему тяжёлое. Занятия тянулись бесконечно. Саске сидел на задней парте потоковой аудитории, чувствуя странную тяжесть в веках. Слова Узумаки всплывали в памяти навязчивым эхом. «Я буду тебе сниться…» — Учиха фыркнул, записывая формулу. Он был прагматиком до мозга костей. Весь мир для него — это биология, химия и физика. Если он и увидит этого блондина во сне, то только потому, что тот слишком громко кричал на него утром. Вечером, вернувшись в пустую квартиру, Саске привычно закинул ключи на тумбочку. В комнате было слишком тихо. Рука сама потянулась к пачке в кармане куртки. Щелчок зажигалки. Яркий огонёк в сумерках. Саске не знал, что в этот же момент Наруто, сидя в библиотеке над атласом анатомии, внезапно замер. Омега почувствовал резкий, фантомный запах табачного дыма, который перебил аромат старой бумаги. Наруто нахмурился и сжал карандаш так сильно, что грифель с хрустом сломался. — Опять… — прошептал Узумаки, и в его глазах блеснуло недоброе, почти мистическое золото. — Я же просил по-хорошему, Саске. Стоило Учихе провалиться в глубокий сон после курения, как привычная реальность рассыпалась прахом. Это не был обычный хаотичный сон. Вокруг была тьма — густая, липкая, похожая на разлитую тушь. А посреди этой тьмы стоял Наруто. Но это был не тот солнечный парень из университета в мятой рубашке. Его кожа казалась фарфоровой в этой темноте, а глаза горели неестественным, пульсирующим синим пламенем. — Я же предупреждал тебя, Саске, — голос Наруто доносился отовсюду сразу, резонируя прямо в костях. — Каждая затяжка — это свидание со мной. Тебе нравится дым? Так дыши им. Учиха попытался заговорить, сделать шаг назад, но его ноги словно вросли в черную жижу. Вместо кислорода его легкие вдруг наполнились едким, удушливым дымом — тем самым, который он вдыхал на крыше и у себя в квартире. Он начал судорожно кашлять, хватаясь за горло, а Наруто медленно подходил ближе. С каждым его шагом пространство вокруг Саске сжималось, пока блондин не оказался вплотную. Узумаки наклонился к самому уху Саске, обжигая ледяным дыханием: — Приятных снов, придурок. Брюнет подорвался на кровати, едва не содрав простыни. Сердце бешено колотилось о рёбра, а в горле стоял отчетливый, физически ощутимый привкус гари. На часах было 03:15. Саске взглянул на свои руки — они дрожали. — Просто совпадение, — прохрипел он в пустоту, пытаяс унять дрожь. — Просто… самовнушение. Но где-то на задворках сознания билась пугающая мысль: Наруто никогда не бросал слов на ветер. И если это было проклятие, то Саске только что подписал контракт на самую страшную бессонницу в своей жизни. А где-то там, в темной библиотеке, среди высоких стеллажей и запаха старой бумаги, Наруто невинно улыбался. Его рука, всё ещё сжимавшая обломок карандаша, аккуратно вывела на клочке вырванного из тетради листа всего шесть слов: «Я же обещал заботиться о тебе». В этой фразе, казалось бы, полной нежности, сейчас сквозила торжествующая насмешка. На следующее утро университетские коридоры встретили их привычным гулом, но для Саске мир словно потерял все краски и яркости. Компания альф снова стояла в полном составе на своём излюбленном месте у широкого окна. Неджи, Гаара и Шикамару внимательно рассматривали лицо Саске, пытаясь понять, что же происходит с их вечно холодным и безупречным корешем. Учиха выглядел… помятым. Под глазами залегли едва заметные тени, а взгляд, обычно острый, как бритва, казался расфокусированным. — Что с тобой? Ты уже минуты три прожигаешь спину Наруто, — чуточку улыбнувшись, спросил Шикамару. Он проследил за взглядом друга: в конце коридора Узумаки о чем-то весело болтал с Сакурой, изредка поправляя сумку на плече. — Действительно, что ли, хочешь его увидеть в кошмарах? — Шикамару хмыкнул, считая вчерашнюю перепалку лишь забавным эпизодом. Его пальцы ловко достали зажигалку и пачку сигарет из кармана кожаной куртки. — Ну что? Кто со мной подышать свежим воздухом? — иронично поинтересовался Нара, глядя на ребят по очереди, а затем снова остановил свой взгляд на Учихе. — Саске? Ты как будто привидение увидел. Идёшь? Саске вздрогнул. Сама мысль о том, чтобы чиркнуть зажигалкой, вызвала в груди странный спазм, подозрительно похожий на тот удушливый кашель из ночного видения. Он снова посмотрел на Наруто. В этот момент блондин, словно почувствовав на себе тяжелый взгляд, обернулся. Наруто не сощурился, не разозлился. Он просто коротко кивнул Саске и приложил указательный палец к губам, безмолвно приказывая молчать. — Я пас, — резко бросил Саске, отворачиваясь от друзей так быстро, что Неджи удивленно приподнял бровь. — Не понял, — Гаара впервые за утро подал голос, провожая Саске взглядом. — Учиха отказывается от перекура? Мир точно сошел с ума. — Проблематично всё это, — протянул Шикамару, щелкнув зажигалкой. — Кажется, наш омега-медик нашел способ приручить даже этого дикаря. А Саске шел прочь, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Он не боялся Наруто. Он не верил в магию. Но вкус пепла на языке, возникший сразу после вопроса Шикамару, был слишком реальным, чтобы его игнорировать. Узумаки Наруто никогда не врал. И если он обещал «заботиться», Саске стоило приготовиться к тому, что эта забота будет иметь вкус его собственных вредных привычек, вывернутых наизнанку. — Ребята, а давайте я, как порядочный омега, с вами покурю? — вдруг звонко произнес Наруто, подходя к компании. — Мне же нечего терять. Детей не надо рожать, не надо их вынашивать девять месяцев, а потом воспитывать в нормальном состоянии. Саске замер. Интонации Наруто звучали с вкрадчиво ленивой насмешкой. Блондин посмотрел на опешившую Сакуру и снова поправил сумку. — У меня ж, наверное, и альфы нет, который мог бы позаботиться обо мне. Как думаете он просто забыл обо мне, или просто в грош не ставит? Шикамару застыл с сигаретой в руках. Гаара и Неджи синхронно уставились на омегу, как на пришельца из будущего. — Ты чего несешь, Узумаки? — выдавил Шикамару, нервно усмехаясь. — Ты же вчера чуть Саске мозги не откусил за одну затяжку. Наруто лишь плечами пожал, делая шаг к Наре и протягивая руку к его пачке. — После вашего ухода я понял, — продолжил блондин, протягивая руку к пачке Шикамару: — Если самому близкому человеку плевать на здоровье, то почему я должен трястись над своим? Будем травиться вместе, верно, Саске-кун? — прохрипел Наруто, подмигнув всем альфам одновременно. — А ну отошел от него! — рыкнул Саске. Он в два шага преодолел расстояние, железной хваткой перехватил запястье Наруто и дернул его на себя, задвигая за спину. — Ого, какие мы грозные, — Наруто насмешливо приподнял бровь. — А что такое? Тебе можно, а мне нельзя? У меня тоже была тяжелая ночь. Сны дурацкие снились… про одного упрямого курильщика. Воздух между ними искрил. Саске чувствовал, как внутри всё переворачивается от этой невыносимой, пугающей «заботы». — Шикамару, убери это дерьмо от него, — отчеканил Саске, не выпуская руку блондина. — С этого дня здесь больше никто не курит. Пошли. — Куда это? — Наруто попытался высвободиться, но Учиха вел его в сторону выхода из корпуса. — Выбрасывать твою теорию о том, что о тебе некому позаботиться, — ответил Учиха. Узумаки позволил себя увести. Но прежде чем скрыться за дверью, он обернулся к застывшим друзьям и одними губами произнес: «Победа». И в этом взгляде было куда больше магии, чем Саске готов был признать. Но Узумаки Наруто не был бы Наруто, если бы не продолжил свои мысли в слух. — Значит пойдём курить в другое место и ты мне покажешь какие именно сигареты можно курить, а какие — нет? — задумчиво проговорил он, облизав губы. Саске резко остановился, едва не впечатав Наруто в свою спину. Его пальцы на запястье омеги сжались чуть сильнее — не больно, но ощутимо, выражая высшую степень закипающего негодования. Наруто же, ничуть не смутившись, заглянул Саске в лицо. В его голубых глазах плясали чертята, а на губах играла та самая невинная улыбка, которая обычно предшествовала какой-нибудь катастрофе. — Да… Пойдём курить в другое место? — вкрадчиво повторил блондин, игнорируя тяжелый взгляд своего альфы. — Ты мне правда покажешь, какие именно сигареты можно курить, а какие — нет. Ну, чтоб я не ошибся и не купил какую-нибудь гадость. Раз уж ты эксперт в саморазрушении, Саске-кун, научи и меня. У Шикамару за спиной Учихи выпала из рук зажигалка, и он неуклюже поднял её, даже не заметив, что метал стал холоднее, Неджи прикрыл глаза ладонью, понимая, что спектакль заходит в опасную стадию, а Гаара просто молча, чуточку прищурившись, наблюдал за тем, как на шее Учихи вздувается вена. — Ты никуда не пойдёшь. И курить ты не будешь, — процедил Саске, разворачиваясь к Наруто всем корпусом. Его голос вибрировал от сдерживаемой ярости. — Даже не надейся, что я позволю тебе… — А кто ты такой, чтобы мне запрещать? — Наруто бесстрашно шагнул в личное пространство Саске, сокращая расстояние до минимума. Теперь он говорил тише, так, чтобы слышал только Учиха. — Если тебе наплевать, когда я прошу тебя по-человечески, то мне наплевать на твои запреты. Хочешь травить себя? Ладно. Будем целоваться со вкусом пепельницы на двоих. Посмотрим, на сколько тебя хватит. Саске смотрел на него сверху вниз, и в голове один за другим всплывали кадры ночного кошмара. Тот удушливый дым, ледяной шепот Наруто и это жуткое ощущение беспомощности. Мир людей, может, и был лишен магии, но Наруто Узумаки только что наглядно продемонстрировал: чтобы превратить чью-то жизнь в персональный ад, не нужны палочки или заклинания. Достаточно лишь одного очень упрямого блондина и его готовности идти до конца. — Ты невыносим, — выдохнул Саске, закрывая глаза и пытаясь унять бешеный стук сердца. — Я просто заботлив, — парировал Наруто, снова принимая свой обычный, солнечный вид. Он мягко высвободил свою руку из хватки Саске и похлопал его по плечу. — Ну так что, мы идем выбирать мне пачку или ты всё-таки решишь, что нам обоим лучше дышать чистым воздухом? Учиха молчал несколько секунд, чувствуя на себе взгляды всей компании. Затем он медленно залез в карман своей куртки, достал почти полную пачку дорогих импортных сигарет и, не глядя, швырнул её в урну, мимо которой они проходили. — Никуда мы не идем, — бросил он, снова хватая Наруто за руку, но на этот раз гораздо мягче, переплетая свои пальцы с его. — Мы идем в столовую. И если я еще раз услышу от тебя слово «курить», я заставлю тебя съесть учебник по анатомии. Наруто довольно прищурился, послушно следуя за альфой. Проходя мимо застывших друзей, он победно подмигнул Шикамару. — Проблематично, — прошептал Нара, провожая их взглядом. — Он же его полностью переломал за одни сутки. — Это не магия, — подал голос Неджи, поправляя сумку. — Это просто Узумаки. Хотя, честно говоря, я до сих пор не уверен, что это не одно и то же. Когда они были в столовой, Саске едва успел затормозить, чтобы не снести Наруто, который внезапно вырос перед ним живым барьером. Инерция всё же качнула их вперед, и Учихе пришлось упереться руками в ближайший свободный стол, практически заключая омегу в кольцо. Узумаки же, ничуть не напуганный такой близостью, закинул голову и довольно хмыкнул, глядя прямо в омуты глаз напротив. — Если я съем учебник по анатомии, то тебе сейчас не придётся мне оплачивать обед, — резонно заметил блондин, сверкая озорным взглядом. — Ты что, решил на мне сэкономить? Саске выдохнул, и в этом выдохе уже не было той давящей злости, только бесконечная, граничащая с обреченностью усталость. Он смотрел на эти обветренные губы, на лисьи полоски на щеках и не понимал, как этот парень умудряется одновременно доводить его до белого каления и заставлять сердце предательски сбоить. — Экономить на тебе — это самый бессмысленный план в моей жизни, Узумаки, — прохрипел Саске, медленно выпрямляясь и убирая руки от стола. — Ты обходишься мне слишком дорого. Нервные клетки, знаешь ли, не восстанавливаются даже у медиков. Наруто надул губы, картинно обижаясь, но в глазах всё равно плескалось торжество. — Ну, тогда я хочу двойную порцию рамена и тот черничный чизкейк. Раз уж ты такой щедрый меценат сегодня. — Бери что хочешь, — Саске потянулся к кошельку, но на мгновение замер, коснувшись пальцами кожаного края. — Но при одном условии. — Каком еще условии? — Наруто подозрительно прищурился. Саске наклонился к его уху, почти касаясь мочки, и произнес так тихо, что шум столовой мгновенно отошел на второй план: — Сегодня ночью я хочу выспаться. Без твоих спецэффектов, удушья и «заботливых» шепотов во сне. Понял меня, пророк недоделанный? Узумаки застыл в одной позе, чувствуя, как по шее всё-таки пробежали те самые обещанные мурашки. Он медленно повернул голову, оказавшись нос к носу с Учихой. Его улыбка стала мягче, почти настоящей. — Это зависит исключительно от тебя, Саске-кун. Не будет дыма в реальности — не будет его и во сне. Они стояли посреди шумной столовой, окруженные сотнями людей, в обычном мире, где не существовало мистики. Но в этот момент Саске был готов поклясться, что чувствует вокруг Наруто какую-то плотную, почти осязаемую ауру, которая затягивала его посильнее любого никотина. — Пошли за твоим раменом, — Саске первым разорвал контакт, подталкивая блондина к раздаче. — Пока ты не передумал и не решил съесть что-нибудь еще более дорогостоящее. Например, мою репутацию. — Поздно, — хохотнул Наруто, хватая поднос. — Её я съел ещё на крыше, когда позвал тебя курить. Теперь весь универ думает, что ты под каблуком! Учиха лишь закатил глаза, но спорить не стал. Если это и был «каблук», то он был на удивление теплым и пахнущим апельсиновым гелем для душа. Саске на мгновение замер с подносом в руках. Это признание, слетевшее с губ Наруто так просто и искренне, ударило под дых сильнее, чем любой ночной кошмар. В шумной столовой, среди звона вилок и гула голосов, эти слова создали вокруг них крошечный вакуум тишины. — Ладно-ладно. Признаю. Не под каблуком, — стушевался омега, пряча взгляд за чёлкой и неловко переставляя тарелки на подносе. Его былая дерзость вдруг сменилась какой-то хрупкой серьёзностью. — Ты просто под моей защитой. Солнце в дыму — это действительно проклятье, — через несколько секунд признался блондин, наконец подняв глаза на Саске. В их голубой глубине больше не было колючих искр. — Я не думал, что оно сработает, но я искренне рад, что ты за долгое время отказался от сигарет и принял мой запах, а не их. Учиха молчал, чувствуя, как внутри него рушится последний барьер холодного скептицизма. «Солнце в дыму». Он представил Наруто — этого вечного, шумного и невыносимого оптимиста, — чьи лёгкие чернели от чужого безразличия. Это не было магией в привычном понимании, но Саске вдруг осознал, что их связь была куда сложнее биологии. — Принял тебя, значит? — Саске заставил себя усмехнуться, хотя голос всё ещё звучал немного глухо. Он сделал шаг ближе, сокращая расстояние, и на глазах у половины университета собственническим жестом поправил лямку сумки на плече Наруто. — Ты слишком много о себе возомнил, Узумаки. Наруто уже открыл рот, чтобы возмутиться, но Саске не дал ему вставить ни слова. — Но ты прав в одном. Проклятье сработало. Только не то, про кошмары. — А какое? — выдохнул блондин, замирая. — То, в котором ты становишься единственным, от кого у меня не кружится голова, — Саске коротко, почти невесомо коснулся лбом лба Наруто. — Ешь свой рамен и, если я почувствую от тебя запах табака, я устрою тебе такие кошмары наяву, что мои сны покажутся тебе детской сказкой. Наруто на мгновение оцепенел, чувствуя жар, исходящий от альфы, а затем расплылся в своей самой широкой и тёплой улыбке, от которой в столовой словно и правда стало светлее. — Не почувствуешь, Саске-кун. Я же обещал заботиться о тебе, а забота — это когда дышат одним воздухом на двоих. И желательно, чтобы он был чистым. В этот день Учиха Саске окончательно понял: в его мире, где всё можно потрогать и увидеть, появилось нечто неосязаемое, но абсолютно реальное. И это «нечто» сейчас с аппетитом уплетал лапшу, периодически воруя имбирь из чужой тарелки.