Двенадцать жизней

Темнота. Тихая. Без боли. Без мыслей. И на мгновение было спокойно. А потом— вдох. Резкий. С надрывом. Как будто его насильно вернули обратно. Шэнь Цинцю открыл глаза. Потолок. Знакомый, до тошноты знакомый. …опять. Мысль пришла сразу. Как нечто давно принятое. Тело ощущалось странно. Чужим. Лёгким. Как будто он не до конца в нём. Пальцы дрогнули. Ци внутри откликнулась неровно. Лёгкое искажение. Ещё слабое, но уже здесь. Двенадцатый… Он на секунду закрыл глаза. В голове вспыхнули обрывки— вода, цепи, чужие крики, чёрная бездна, руки в крови…и… всё исчезло. — Пф. Звук получился хриплым. Шэнь Цинцю медленно сел. Движения сначала неровные, но уже через мгновение стали точными. Привычными. Он проверил себя. Ядро — на месте. Ци — нестабильна, но под контролем. Жив. …как всегда. На мгновение мир снова поплыл. Звуки приглушились. Тело стало слишком лёгким. Не сейчас. Резкий вдох. Ци сжалась, но он быстро вернул контроль. Трещина осталась, но он её подавил. Контроль. Всегда контроль. Шэнь Цинцю встал. Поправил рукава. Провёл рукой по волосам. Лицо стало пустым. Холодным. Идеальным. Как будто он ни разу не умирал. Как будто все это не происходило с ним уже двенадцатый раз. Собрание. Он на секунду замер у двери. Как же это всё… заебало. Но когда вышел на лице не осталось ни следа этой мысли. Шэнь Цинцю спокойно направился к залу. Шаг за шагом. Ровно. Как и всегда. Веер в руках. И когда он вошёл— Собрание пиковых лордов шло… как обычно. Юэ Цинъюань что-то спокойно объяснял, развернув свиток, его голос тек мягко и усыпляюще. Кто-то слушал, кто-то делал вид, что слушает. Всё было привычно. Слишком привычно. Шэнь Цинцю стоял, левая рука привычно махала веером, но он смотрел куда-то мимо. Опять то же самое. Тот же зал. Те же лица. Те же слова. Двенадцатый раз. Какой в этом вообще смысл… И в этот момент— — Бля, когда это уже закончится. Шэнь Цинцю резко моргнул. …что? — Как меня заебало перерождаться. Двенадцатая жизнь, а толку ноль. То умираю, то убивают. А конец по сути не меняется… Может, покончить с собой ещё раз? Сколько вообще у меня осталось в запасе жизней?.. Вот же бля… как же меня это заебало… Тишина. Абсолютная. Юэ Цинъюань всё ещё говорил, но Шэнь Цинцю больше не слышал ни слова. … …это не мои мысли. Медленно, очень медленно он перевёл взгляд. Шан Цинхуа. Стоит как обычно — чуть ссутулившись, с видом «я тут вообще случайно». Лицо спокойное. Даже скучающее. Но— — Если это опять закончится тем, что меня Мобэй грохнет, я реально сойду с ума… … Шэнь Цинцю почувствовал, как что-то внутри него холодеет. — Бля… он что, тоже перерождался всё это время? — Стоп. Кто это сказал? Оба замерли. — Цинхуа? — … — Ты слышишь мои мысли? — Чё бля… Шан Цинхуа медленно поднял взгляд. — Лорд Цин Цзина?.. — Вот бля… — Вот бля… Секунда. Две. — Погоди. Сколько ты уже прожил жизней? Если правильно помню — это двенадцатая? — …вот бля. — Мы с самого начала перерождались вместе и НИКТО из нас этого не заметил?! — Пиздец… Шан Цинхуа едва заметно сжал пальцы в рукавах. — Я надеюсь, мы единственные. Я не собираюсь снова переживать этот позор. — Позор? — в мыслях Цинцю дернуло раздражением. — Ты про позор говоришь? Меня, блять, уже одиннадцать раз публично судили и превращали в человека-палку! А ты думаешь, кому-то не похуй, что ты всё это время крутился с Мобэем? То есть ты осознанно каждый раз выбирал предавать свой пик? — Думаешь, у меня был выбор?! — почти сорвалось. — Я пытался всё менять! Пытался не становиться его слугой! Врал ему! Сбегал! И знаешь что?! Он всё равно находил меня или убивал! Я уже думал, что он тоже перерождается — но нет! Он просто.. каждый раз находит меня! Шэнь Цинцю прищурился. — И это тебя оправдывает? — А ты лучше?! — огрызнулся тот. — Зачем ты постоянно пытаешься убить Лю Цингэ?! Если бы он не умирал раз за разом, может, у нас был бы шанс всё изменить! — …ты идиот. — Чё— — Думаешь, я его убивал? — холодно. — Я девять раз пытался его спасти. Девять. Ни разу не вышло. Либо он умирал, либо я. Этот болван, как только приходил в сознание, тут же прокалывал себе живот! Два раза получилось остановить. ДВА. И что? Ничего. Тот демон всё равно меня убивал. Что бы ни менялось. Пауза. — … — … — Ну… ничего себе… — Цинхуа явно завис. — А я всегда думал, что ты его сознательно… — В этом и проблема. Что бы я ни делал — никто не верит. И чем это заканчивается? Тем, что я оказываюсь прав. Тяжело. Глухо. — Я говорил, что он вернётся. Я знал это. Но никто не поверил, что Ло Бинхэ — сильный демон. И в итоге? Я каждый раз плачу за чужое невежество своей жизнью. — …бля. …твою мать… — Дошло? — почти зло. — Я всегда прав. Просто вы все — слепые и глухие. — …бляя… И только теперь— в зале стало слишком тихо. Слишком. Юэ Цинъюань замолчал. Кто-то перестал дышать, кто-то медленно повернул голову. …они это слышали? Подождите. Они… это вслух говорили? Нет. Нет, губы у них не двигались…тогда что это было?.. Один из лордов осторожно сглотнул. Почему…мы слышим мысли лорда Цин Цзина и Аньдина ?.. И…почему они… матерятся?.. Другой: И что за «двенадцатая жизнь»?..И… кто, чёрт возьми, такой Мобэй?…и почему звучит так, будто они уже всё это переживали?.. А в центре зала два человека стояли, уверенные, что их слышат лишь они сами. Тишина в зале повисла тяжёлая. Слишком тяжёлая. Никто не двигался. Никто не говорил. И только— — Блять… двенадцать жизней..Что за шутки небес вообще… Как же меня это заебало… Шан Цинхуа. Стоит всё так же, опустив взгляд, будто ничего не происходит. Но его мысли… уже никто не мог игнорировать. — Если я ещё хоть раз сдохну от его руки… клянусь, я сам раньше спрыгну со скалы… — Заткнись, — резко отозвался Шэнь Цинцю. — Ты сейчас ещё больше палишься. — А ты типа нет?! — Блять, если я ещё хоть секунду здесь простою… меня реально накроет искажение ци… — Да меня уже кроет! Вокруг — каменные лица. Пиковые лорды стояли, как ни в чём не бывало. Слишком ровно и спокойно. Ни один не подал виду. Будто—ничего не слышали. — … — …они ведь не реагируют? — осторожно подумал Цинхуа. — Конечно нет, — холодно отрезал Шэнь Цинцю. — Ты правда думаешь, что кто-то может слышать чужие мысли? — …логично. Пауза. — Тогда… В пизду это всё. В следующий момент— Шэнь Цинцю резко сделал шаг вперёд. — Чжаньмэн-шисюн, — его голос был идеально ровным, словно ничего не произошло, — прошу прощения, но мне необходимо срочно вернуться на пик. Возникло неотложное дело. Тишина стала ещё гуще. Юэ Цинъюань слегка растерялся. — А?.. Шэнь-шиди, но собрание ещё— — Это не займёт много времени. Короткий поклон. Ни капли эмоций на лице. И — шаг назад. Разворот. Шан Цинхуа застыл на месте. …чё. ЧЁ. — Ты просто взял и ушёл?! Пауза. — … — Блять. Он резко дернулся вперёд. — Э-э… Чжаньмэн-шисюн! — голос чуть дрогнул. — У меня… тоже срочное дело на пике! Прошу прощения! Неловкий поклон. Разворот. Почти бегом — за Шэнь Цинцю. Двери закрылись. Тишина. … … Что это было?.. Снаружи. Шаги быстрые, почти резкие. — Ага, «срочные дела»… — хмыкнул Цинхуа. — Хуй там. Просто слушать это всё двенадцатый раз уже невозможно… — …наконец-то ты сказал что-то разумное. — Ой да иди ты. — Цинхуа, — мысли Шэнь Цзю стали холоднее, но уже без прежнего напряжения, — пошли подумаем, как не проебать и эту жизнь. Пауза. — …да в пизду эту жизнь. Шэнь Цинцю чуть замедлил шаг. — Что? — Смотри сам, — Цинхуа устало выдохнул. — Мы уже пробовали всё. Меняли решения. Меняли поведение. Врали. Спасали. Убивали. Бегали. Сдавались. — И что? — Нихуя не меняется. Тишина между ними стала тяжелее. — Так на кой хуй вообще что-то делать? Шэнь Цинцю ничего не ответил. — Я, знаешь ли, — продолжил Цинхуа, — в этот раз хочу просто пожить в своё удовольствие. Всё равно все считают нас бесполезными. Так давай… станем ими по-настоящему. Шаги замедлились. — Может, — тихо добавил он, — проблема была в том, что мы всё время пытались что-то менять. А надо было… просто не лезть. Долгая пауза. — …знаешь, — наконец отозвался Шэнь Цинцю, — я бы никогда не подумал, что твой мозг способен на что-то подобное. — Ой иди нахуй. — Но идея… не лишена смысла. Он усмехнулся — холодно, почти устало. — Даже когда на суде в пятой жизни мне скормили пилюлю правды… они всё равно предпочли не верить. Им было проще решить, что я лгу, чем признать реальность. Так зачем стараться? В их глазах мы уже бесполезны. Пауза. — Так давай соответствовать. — Отличный план, — хмыкнул Цинхуа. — Мне нравится. Пусть сами разбираются с этим дерьмом. И они ушли. В зале собрания— тишина всё ещё держалась. Никто не двигался. Никто не говорил. Пока, наконец— — …Чжаньмэн-шисюн, — осторожно произнёс один из лордов, — это… было частью обсуждения? Юэ Цинъюань медленно выдохнул. — … Ответа не было. — …двенадцать жизней… — вдруг сказал кто-то. И тут же замер. Потому что— другие это услышали. Взгляды пересеклись. Напряжённо. — Мы… — начал один. — Думаю, — мягко перебил его другой, — сейчас не время для поспешных выводов. Тишина. Снова. — Сделаем вид, — спокойно сказал один из старших лордов, — что ничего не произошло. — … — И посмотрим. — … — Что будет дальше. Никто не возразил. Потому что все думали об одном и том же: Если это правда…то они хотят узнать всё.

***

Пик Цин Цзин встретил их тишиной. Чистый ветер мягко проходился по бамбуковой роще, шурша листьями, словно ничего в этом мире никогда не менялось. Словно не было двенадцати жизней. Словно не было смерти. Шэнь Цинцю остановился у края каменной дорожки и, не оборачиваясь, бросил: — Здесь. Шан Цинхуа кивнул и, не задавая лишних вопросов, последовал за ним. Они зашли в бамбуковый домик. Сели. И только тогда напряжение, которое они сдерживали всё это время, наконец прорвалось. — …ну и пиздец, — первым не выдержал Цинхуа. Шэнь Цинцю не ответил сразу. Он закрыл глаза и глубоко вдохнул. — Давай по порядку, — холодно отозвался он. — С первой жизни. Цинхуа скривился. — Оригинал, — коротко. — Ты — водная тюрьма. Ло Бинхэ тебя убивает. Пауза. — Меня — Мобэй. Собственными руками в гневе. Тишина. — …вторая. — Отрицание, — почти сразу. — Мы оба поняли, что что-то не так.  Ты увидел Ло Бинхэ, я — Мобэя. Он нервно усмехнулся. — И мы оба не выдержали. Перерезали себе горло. Шэнь Цинцю чуть нахмурился, но кивнул. — Третья. — Ты пытаешься спасти Лю Цингэ, — Цинхуа говорил уже быстрее. — Он убивает тебя. Я… Он замолчал. — Я умер почти сразу после тебя. Даже не понял как. Шэнь Цинцю прищурился. — Связь, — тихо. — Мы уже тогда были связаны. — Похоже на то… Пауза. — Четвёртая. Ты спас его, — кивнул Цинхуа. — Но это ничего не изменило. Ты поглотил энергию Синьмо и умер. Он сглотнул. — Я был рядом. Меня тоже накрыло. Тишина стала гуще. — Пятая. На этот раз заговорил Шэнь Цинцю. Голос его был ровным, но в мыслях сквозила тяжесть. — Суд. Пилюля правды. Цинхуа сжал руки. — Ты рассказал всё, но никто не поверил.  Даже тогда… — Даже тогда… Цинхуа резко отвернулся. — Меня накрыло искажением ци. Я не выдержал всего этого. Ты умер сразу после. — …да. — Шестая. Мы оба сдались, — выдохнул Цинхуа. — Ты ушёл в пещеры Линси и не вернулся. Я… просто покончил с собой. Седьмая. Ты спас Лю Цингэ. Но… не выдержал. Искажение ци. Шэнь Цинцю не ответил. — Восьмая, — Цинхуа хмыкнул. — О, это вообще отдельный цирк. Ты решил… быть добрее к Ло Бинхэ. Тишина. — …не напоминай. — Он решил, что ты ему не безразличен, — едва сдерживая смех. — И ты— — Заткнись. — и ты снова убил себя, поглотив его тёмную энергию или что там у вас произошло. — Я сказал — заткнись. — Ладно-ладно…Девятая. Ты не спас Лю Цингэ и тебя снова обвинили. И всё пошло по первому кругу. Десятая, я покончил с собой, а ты умер от искажения. Одиннадцатая… Пауза. Долгая. — Я спас его, — тихо сказал Шэнь Цинцю. — Да. — Всё шло… нормально. — Слишком нормально, — добавил Цинхуа. — И что ты сделал? Шэнь Цинцю усмехнулся — холодно. — Устал. И прыгнул за Ло Бинхэ в бездну. — … — Меня разорвало тёмной энергией. Цинхуа прикрыл лицо рукой. — А я умер вместе с тобой. Как всегда. Тишина. На этот раз — окончательная. — И вот мы здесь, — тихо сказал Цинхуа. — Двенадцатая. — И ничего не меняется. — Ничего. Шэнь Цинцю открыл глаза. — Значит, не будем менять. Цинхуа моргнул. — …чего? — Ты сам сказал, — спокойно. — Все попытки провалились. Значит, проблема — в самих попытках. — … — Мы действуем вместе и не вмешиваемся. Живём. Долгая пауза. — …знаешь, — медленно произнёс Цинхуа, — это, возможно, самое адекватное, что мы делали за все жизни. — Не привыкай. Они замолчали и только теперь—осознали. Мысли стихли. Полная тишина. — …ты… — осторожно. — Да. — Пропало. — Контроль вернулся. Шэнь Цинцю кивнул. — Значит, причина — в нестабильности. Чем сильнее эмоции — тем громче. И…  тем больше шанс, что услышат другие. — …замечательно. — Но, — добавил Шэнь Цинцю, — мы всё ещё можем… Лёгкое усилие. — …так. — О, духовная связь? — оживился Цинхуа. — Удобно. — Согласен. Они переглянулись впервые без напряжения. — Ну что, — хмыкнул Цинхуа. — Бесполезные лорды? — Бесполезные лорды, — спокойно подтвердил Шэнь Цинцю.

***

…прошла неделя Каменная улица у подножия пиков. День был тихим. Слишком тихим. — Шэнь-шисюн. Шан-шисюн. Они остановились. Перед ними стояли Лю Цингэ и Ци Цинци. Выражения их лиц явно было недовольное. — Почему вы покинули собрание? — прямо спросил Лю Цингэ. — Это крайне безответственно. Шэнь Цинцю даже не попытался отрицать. — И что с того? Коротко. Холодно. — Разве не вы сами считали нас бесполезными? Цинхуа кивнул: — Раз уж мы «ни на что не годны», то почему вас удивляет, что мы ничего не делаем? — Вот же доебались… — лениво протянул он в духовной связи. — Как обсуждать нас за спиной — так первые, — отозвался Шэнь Цинцю.— А как перестаём стараться — так сразу проблема. — Смешно. Лю Цингэ нахмурился. Ци Цинци переглянулась с ним. Пауза. — …ладно, — наконец выдохнул Лю Цингэ. — Признаю. Мы были неправы. Тишина. — Не могли бы вы… вернуться к своим обязанностям? Пожалуйста. — …нихуя себе, — протянул Шэнь Цинцю. — Он умеет признавать ошибки. — Я же говорил, — спокойно отозвался Цинхуа. — Ты просто не хочешь это принимать. Вспомни пятую жизнь. Он был единственный, кто тебе поверил. — Из жалости, — отрезал Шэнь Цинцю. — Я спас его в пещерах, а он просто возвращал долг. — Тебе бы стоило иногда доверять людям. — Доверять? — холодный смешок. — И чем это закончилось в прошлый раз? Пауза. — …ладно, — тихо сказал Цинхуа. — твоя история тогда… и правда была… тяжёлой. Я заткнусь. — Вот и правильно. Снаружи— Шэнь Цинцю чуть приподнял подбородок. — Раз Лю-шиди так настаивает… мы вернёмся к обязанностям. Пауза. — Но не ожидайте от нас прежнего усердия. Лю Цингэ выдохнул: — Достаточно и того, что вы вообще начнёте что-то делать. Ци Цинци кивнула: — Секта действительно… нуждается в этом. Шэнь Цинцю и Шан Цинхуа переглянулись. Кивнули и разошлись. Лю Цингэ нахмурился. — …мы почти ничего не узнали. Ци Цинци тихо ответила: — Но достаточно, чтобы понять — что-то происходит. Если они продолжат приходить на собрания…мы узнаем больше. Ветер прошёлся по склону. И где-то далеко— двое людей впервые за двенадцать жизней шли в одном направлении.