Двенадцать жизней

На улице уже начинало темнеть. Ветер лениво качал фонари вдоль каменных дорожек Цанцюн, а в зале собраний стояла какая-то слишком тяжёлая атмосфера. Даже Вэй Цинвэй сегодня не шутил. Му Цинфан сидел нахмурившись, перебирая записи. Юэ Цинъюань выглядел спокойным лишь внешне. А Лю Цингэ вообще с самого начала сидел с таким лицом, будто заранее готовился кого-то убивать. Шэнь Цинцю лениво подпирал щёку рукой. Шан Цинхуа рядом делал вид, что внимательно слушает. На деле же оба уже мысленно ненавидели всё происходящее. Юэ Цинъюань наконец заговорил: — Несколько деревень на юге почти полностью вымерли за последние недели. В зале стало тихо. — Симптомы? Му Цинфан сразу поднял взгляд. — Высокая температура, кровотечения, сильное истощение духовных каналов. Болезнь распространяется слишком быстро. — Демоническое воздействие? — нахмурилась Ци Цинци. Му Цинфан медленно кивнул. — Скорее всего. Шэнь Цинцю слегка прикрыл глаза. А Шан Цинхуа рядом почти незаметно побледнел. Потому что оба сразу всё поняли. Юэ продолжил: — Мы отправим туда несколько лордов. Му-шиди нужен для исследования болезни. Лю-шиди и Шэнь-шиди — на случай, если причина окажется не только болезнью. Небольшая пауза. — Шан-шиди тоже отправится. Шан Цинхуа чуть не подавился воздухом. — Я?! — Ты лучше всех разбираешься в демонических артефактах и древних записях, — спокойно пояснил Юэ. — Возможно, это поможет. Шан хотел заплакать. Шэнь Цинцю лишь лениво раскрыл веер. — Какая чудесная компания. Лю Цингэ коротко посмотрел на него. — Не ной. — Кто ноет? Этот мастер просто заранее скорбит по своей спокойной жизни. Собрание закончилось довольно быстро. Лорды уже собрались расходиться и конечно же Шень и Шан ушли самыми первыми. И стоило их фигурам выйти из зала…как в сети тут же раздалось: — Пиздец. Шэнь Цинцю даже не повернул головы. — Очень содержательно. — Насколько я помню, в прошлый раз всё началось именно там. Чума, деревня, отец Ло Бинхэ… — Шан Цинхуа, я прекрасно помню. — А потом там же тебя обвинили во всех грехах мира, посадили в водную тюрьму и жизнь пошла по пизде. Шэнь Цинцю тихо усмехнулся. — Значит, будущее и правда не меняется. — И что ты думаешь? Уже морально готов сидеть в тюрьме? На этот раз Шэнь Цинцю даже хмыкнул. Тихо и почти насмешливо. — Этот мастер за свои жизни сидел в местах и похуже. Шан Цинхуа нервно рассмеялся. — Вот сейчас вообще нихуя не успокоил. Оба продолжили идти вниз по лестнице как ни в чём не бывало. Будто не говорили сейчас о собственном возможном будущем. А в зале собраний…тишина после их ухода стала почти давящей. Некоторое время никто ничего не говорил. Потом Вэй Цинвэй медленно выдохнул: — Значит… он правда вернулся. Му Цинфан сжал пальцы на рукаве. Никто не уточнял, о ком речь ведь в этом не было необходимости. Юэ Цинъюань поднял взгляд. И в его голосе появилась жёсткость: — Ничего страшного. Ци Цинци нахмурилась. — Шисюн… — Мы подготовились. Он говорил спокойно. — Мы собрали доказательства невиновности Шэнь Цинцю. Полностью. Му Цинфан медленно кивнул. — Также удалось найти свидетелей и записи о действиях старого главы дворца Хуаньхуа. — Этого достаточно, чтобы уничтожить их обвинения, — тихо добавил Вэй Цинвэй. Лю Цингэ всё это время молчал, но сейчас вдруг произнёс: — Ло Бинхэ всё равно не отпустит его. В комнате снова стало тихо. Потому что все понимали: это правда. Юэ Цинъюань прикрыл глаза. — Возможно. А потом открыл их снова и голос его стал холоднее. — Но в этот раз Шэнь-шиди не останется один. Даже Ци Цинци слегка вздрогнула. — Если понадобится — будем драться. — С дворцом Хуаньхуа? — С кем угодно. Тишина стала ещё тяжелее. Потому что впервые за все эти годы… они действительно были готовы встать на сторону Шэнь Цинцю. Не из чувства долга или статуса, а потому что больше не считали его чужим. Му Цинфан медленно выдохнул. — Но… меня всё ещё беспокоит другое. Юэ перевёл взгляд. — План этих двоих? — Именно. Вэй Цинвэй нервно усмехнулся: — Они уже слишком спокойно говорят о собственной смерти. Это начинает пугать. Лю Цингэ едва заметно нахмурился. Это сильно пугало и его тоже. Особенно учитывая, что Шэнь Цинцю до сих пор почти не спал. И чем ближе становилось предполагаемое возвращение Ло Бинхэ… тем сильнее в нём ощущалось это странное, тяжёлое напряжение. Будто человек уже заранее готовился исчезнуть. Юэ Цинъюань долго смотрел в пустой проход, через который недавно ушёл Шэнь Цинцю. А потом тихо произнёс: — Неважно, что они задумали. Все подняли взгляд. — В этот раз мы не позволим ему умереть.

***

Деревня встретила их запахом сырости, крови и лекарственных трав. Даже воздух здесь казался тяжёлым. На улицах почти не было людей. Только редкие фигуры в серых одеждах торопливо проходили мимо, опустив головы. На дверях некоторых домов уже висели белые ленты. Му Цинфан нахмурился почти сразу. — Болезнь распространяется слишком быстро. Шан Цинхуа нервно осматривался по сторонам. — Мда… атмосферка просто великолепная. Лю Цингэ молчал. Шэнь Цинцю лишь лениво обмахнулся веером, хотя взгляд его стал внимательнее обычного. Все было слишком знакомым. Слишком. Через пару часов они разделились. Му Цинфан пошёл к больным. Лю Цингэ отправился осматривать окраины деревни. Шан Цинхуа увязался помогать Му, потому что перспектива остаться одному ему явно не нравилась. А Шэнь Цинцю пошёл проверять следы демонической энергии. Именно тогда он почувствовал чужое присутствие. Шэнь Цинцю медленно поднял взгляд. Люди дворца Хуаньхуа. Среди них сразу выделялся высокий молодой заклинатель в золотистых одеждах. Гунъи Сяо. Тот заметил его почти мгновенно и тут же сложил руки в уважительном приветствии. — Шэнь-сяньши. Шэнь Цинцю кивнул. — Гунъи-гунцзы. Гунъи Сяо выглядел всё таким же спокойным и воспитанным, как и в прошлых жизнях. Слишком хорошим для этого гадюшника. И именно поэтому Шэнь Цинцю мысленно вздохнул. Жалко. Действительно жалко. Такой талантливый ученик…и достался дворцу Хуаньхуа. Будь этот ребёнок на Цинцзине — из него вышел бы прекрасный заклинатель. Гунъи тем временем уже рассказывал: — Мы прибыли сюда несколько дней назад. Болезнь распространяется очень быстро. Многие старейшины считают, что это может быть демоническое проклятие. Шэнь Цинцю лениво кивнул. — А глава дворца? На лице Гунъи Сяо на секунду мелькнуло что-то странное. — Шифу сейчас занят расследованием. «Как всегда.» Они пошли дальше вместе. По дороге Гунъи рассказывал последние новости дворца, ситуацию с заражёнными, исчезновения людей. Шэнь Цинцю слушал вполуха. Он уже чувствовал эту ауру. Тяжёлую и до боли знакомую. Когда они вошли в здание, он сразу увидел его. Ло Бинхэ. Высокий, спокойный, в одеждах дворца Хуаньхуа. Теперь уже старший ученик. Тот самый мальчишка, которого когда-то все пинали и презирали, сейчас стоял среди заклинателей так, будто всегда здесь и был. И даже Гунъи Сяо больше не выглядел первым среди учеников. Потому что теперь им был Ло Бинхэ. Ло Бинхэ поднял взгляд и их глаза встретились. … Ноль эмоций. Шэнь Цинцю просто посмотрел на него так же спокойно, как на любого другого человека в комнате. Без удивления, страха или радости. Будто перед ним вообще никто особенный не стоял. И почему-то именно это задело Ло Бинхе сильнее всего. Он едва заметно сузил глаза, но все же улыбнулся. Так знакомо и фальшиво-вежливо. — Учитель. Шэнь Цинцю только кивнул. — Мг. И отвернулся к Гунъи Сяо. Начал спокойно спрашивать про заражённых, количество умерших, скорость распространения болезни. Словно Ло Бинхэ здесь вообще не существовало. … Когда он наконец вышел наружу, лицо оставалось всё таким же безразличным. Только духовная сеть тут же дрогнула. — Ло Бинхэ здесь. Шан Цинхуа чуть не подавился воздухом. — ЧТО?! Даже через связь ощущался его ужас. — Ну всё. Пиздец. Всё. Он вернулся. Я так и знал. Шэнь Цинцю фыркнул. — Не драматизируй. — НЕ ДРАМАТИЗИРУЙ!? Через несколько минут рядом появился Лю Цингэ. Нашёл его слишком быстро. — Что-нибудь обнаружил? Шэнь Цинцю лениво закрыл веер. — Люди дворца Хуаньхуа здесь. — И всё? — Будь осторожен. Лю Цингэ нахмурился. Он прекрасно все слышал и знал Будто, что это далеко не всё. Но прежде чем успел что-то спросить, подошли Му Цинфан и Шан Цинхуа. Шан выглядел подозрительно бледным, но вслух ничего не сказал. Только сеть снова дрогнула. — Я так понимаю, о возвращении Ло Бинхэ ты тактично промолчишь. — Ну да. Как будто не всё равно на него. Шан мысленно застонал. — Боже, мы точно умрём. Они продолжили осмотр деревни. Уже ближе к вечеру нашли ещё одного заражённого. Человек лежал на земле тяжело дыша, кожа почернела, вены вздулись почти чёрными нитями. Му Цинфан нахмурился сильнее. — Болезнь распространяется через демоническую энергию… Шэнь Цинцю посмотрел на заражённого и спокойно произнёс: — Эту болезнь невозможно вылечить. Все резко повернулись к нему. Даже люди Хуаньхуа неподалёку насторожились. Шэнь Цинцю продолжил всё тем же ровным голосом: — Только если уничтожить источник заразы… но…если… И тут один из заклинателей дворца Хуаньхуа резко усмехнулся: — Конечно. Людям Цанцюн лишь бы убивать. Другой тут же подхватил: — Особенно Шэнь Цинцю. — Кто знает, может источник как раз связан с ним? Шан Цинхуа мысленно: — О началось… Му Цинфан сразу нахмурился. Лю Цингэ шагнул вперёд. Но Шэнь Цинцю лишь лениво раскрыл веер. — Пф. Если бы это был я, вы бы уже давно все сдохли. — Ты— — Хватит. Голос прозвучал спокойно, но давление духовной энергии заставило всех замолчать. Вперёд вышел старейшина в одеждах Хуаньхуа. Рядом с ним стояли заклинатели Союза. Шэнь Цинцю медленно перевёл взгляд. —А. Вот и они. Как по расписанию. — И не говори. Старейшина холодно произнёс: — В связи с подозрениями в использовании запретных техник и возможной связи с распространением болезни, Шэнь Цинцю временно будет взят под стражу до окончания расследования. Шан Цинхуа побледнел. Му Цинфан резко шагнул вперёд: — Это абсурд. Лю Цингэ уже держался за меч. Но Шэнь Цинцю вдруг тихо усмехнулся. Всё действительно шло абсолютно так же. Так что он даже не удивился. Только духовная сеть дрогнула снова. — Ну вот. Началось. Шан Цинхуа: — Твою мать… Старейшина и остальные тут же подошли к Шеню и связали, а тот даже не сопротивлялся. В итоге его повели под стражу. Тонкие цепи Верёвки Бессмертных тихо звенели при каждом шаге. Гунъи Сяо рядом выглядел так, будто сам хотел провалиться под землю. — Шэнь-сяньши… простите. Я правда… — Пф. Не ты же это придумал. Шэнь даже не посмотрел на него. Абсолютно ровный голос. Ни раздражения, ни страха, ни злости и именно это почему-то давило на всех сильнее всего. Позади уже слышались голоса. Все спорили. — На каком основании вы вообще его задерживаете?! — холодно бросил Лю Цингэ. — Потому что у нас достаточно подозрений— — Подозрения не повод связывать главу пика! Му Цинфан выглядел непривычно мрачным. Даже Шан Цинхуа впервые за долгое время не пытался шутить, только нервно сжимал меч. И тут… — Хватит. Стойте. Голос Юэ Цинъюаня прозвучал спокойно, но после него спор резко стих. Шэнь Цинцю слегка прикрыл глаза. «Ну конечно. Успел.» Юэ подошёл ближе. Очень внимательно посмотрел на Верёвку Бессмертных и только потом поднял взгляд на людей Хуаньхуа. — Объяснитесь. Глава делегации Хуаньхуа кашлянул. — Шэнь Цинцю подозревается в использовании демонических методов, связях с демонами и— — Подозревается, — перебил Юэ. — Значит вина не доказана. — Именно поэтому мы и забираем его на допрос. — В водную тюрьму? — голос Лю Цингэ стал ещё холоднее. Воздух вокруг него уже начинал опасно вибрировать от духовной энергии. Шан Цинхуа нервно сглотнул. Му Цинфан незаметно шагнул ближе, явно готовясь в любой момент останавливать драку. А где-то чуть в стороне… Стоял Ло Бинхэ. Чёрные одежды Хуаньхуа, спокойное лицо и слишком внимательный взгляд. Он смотрел только на одного человека. На Шэнь Цинцю. Но тот…Даже не смотрел в его сторону. Будто там вообще никого не было и вот это уже начинало бесить. Очень. Настолько, что Ло Бинхэ вдруг спокойно произнёс: — Если учитель невиновен, это ведь быстро выяснится. Все тут же посмотрели на него. Лю Цингэ — особенно. Настолько тяжёлым взглядом полным презрения, что даже некоторые ученики Хуаньхуа слегка напряглись. Но Ло Бинхэ продолжил совершенно спокойно: — А если виновен… значит должен понести наказание. Шан Цинхуа аж дёрнулся. Му Цинфан нахмурился. Юэ Цинъюань же впервые посмотрел на Ло Бинхэ по-настоящему внимательно. Будто пытался понять что-то важное. Шэнь Цинцю наконец лениво перевёл взгляд. На секунду. Всего на секунду и снова отвернулся. Словно не увидел ничего интересного. Ло Бинхэ медленно сжал пальцы. Улыбка на его лице осталась прежней, но взгляд стал заметно темнее. Юэ Цинъюань вдруг произнёс: — Тогда установим сроки. Хуаньхуа тут же напряглись. — Какие ещё сроки? — Неделя, — спокойно ответил Юэ. — За это время секта Цанцюн подготовит всё необходимое к суду. — Неделя слишком— — Три дня? — мягко уточнил Юэ. — … — Тогда неделя звучит вполне разумно. Люди Хуаньхуа мгновенно заткнулись. Даже улыбаясь…Юэ Цинъюань сейчас выглядел опасно. Наконец один из старейшин нехотя процедил: — Хорошо. Неделя. Юэ кивнул будто всё уже было решено. Шэнь Цинцю всё это время стоял абсолютно спокойно. Словно разговор вообще его не касался и именно это сильнее всего нервировало остальных. Особенно Шан Цинхуа. Потому что…как только на Шеня надели эти цепи, то их духовная связь тут же прекратилась. Так что теперь оставалось лишь догадываться о чем думаем Шень Цинцю. От этого становилось неожиданно паршиво. Очень. Гунъи Сяо тихо произнёс: — Шэнь-сяньши… нам пора. — Мг. Шэнь Цинцю развернулся так спокойно, будто шёл не в тюрьму, а на чай. Проходя мимо Юэ Цинъюаня, он лишь лениво бросил: — Шисюн, не делайте такие лица. Это всего лишь суд. Юэ посмотрел на него очень долго и тихо ответил: — Именно поэтому я и волнуюсь. Шэнь Цинцю только фыркнул. Будто не поверил ни единому слову, а потом просто ушёл. Вместе с Хуаньхуа. Ло Бинхэ проводил его взглядом до самого конца и только когда фигура окончательно скрылась вдали… Улыбка на его лице медленно исчезла Некоторое время после ухода Шэнь Цинцю никто не двигался. Будто вместе с ним из улицы резко исчез весь воздух. Лю Цингэ первым отвёл взгляд от переулка, куда увели Хуаньхуа и тут же холодно спросил: — Почему вы так спокойно позволили его забрать? Вопрос был явно адресован Юэ Цинъюаню, но напряжение после него почувствовали вообще все. Потому что это правда выглядело странно. Юэ некоторое время молчал. Потом спокойно ответил: — Потому что мы уже готовы к суду. Шан Цинхуа моргнул. — …Что? — Мы собрали достаточно доказательств, — продолжил Юэ. — Этого хватит, чтобы полностью опровергнуть обвинения. — Тогда тем более надо было не отдавать его! — резко бросил Лю Цингэ. — Нет. Юэ посмотрел прямо на него. — Если бы мы начали сопротивляться сейчас, это только вызвало бы подозрения. Пусть считают, что всё идёт по их плану. Лю Цингэ недовольно нахмурился, но спорить не стал. Шан Цинхуа же медленно перевёл взгляд с одного на другого. И вдруг подозрительно прищурился. — Подождите… а почему вы вообще были готовы к суду? Повисла очень нехорошая пауза. Му Цинфан мысленно уже почувствовал, как у него начинает болеть голова. Юэ Цинъюань тоже понял, что они слегка проговорились. Даже Лю Цингэ едва заметно напрягся. Прозвучало всё действительно слишком подозрительно. К счастью, Му Цинфан среагировал первым. — В последнее время мы многое узнали о дворце Хуаньхуа. Шан тут же перевёл взгляд на него. Му продолжил ровным голосом: — Некоторые вещи начали вызывать вопросы ещё давно. Поэтому мы заранее собрали информацию… на всякий случай. — И доказательства против них тоже, — спокойно добавил Юэ. — Так что переживать не о чем, — закончил Му Цинфан. — Нужно лишь подготовить всё к суду и доказать невиновность Шэнь-шисюна. Шан Цинхуа несколько секунд смотрел на них. Потом медленно выдохнул. — А… ну тогда ладно. Поверил. Подозрительно легко поверил. От этого Му Цинфану почему-то стало ещё хуже. Потому что Шан Цинхуа сейчас выглядел действительно встревоженным, но верит так легко всему подряд, что уже начинает пугать. А потом Шан тихо пробормотал: — Всё равно как-то… тревожно. Лю Цингэ нахмурился. — Почему? Шан помедлил. — Не знаю. Просто… я не ожидал, что он будет настолько спокойным. После этих слов даже Юэ на секунду отвёл взгляд. Это все правда было неправильно. Шень Цинцю был слишком спокоен даже для себя. И не знал бы Юэ контекста, то подумал бы, что у того уже есть какой-то план побега. Именно это пугало больше всего. Му Цинфан тихо вздохнул. — Всё будет нормально. Шан слабо усмехнулся. — Очень надеюсь. Юэ Цинъюань спокойно произнёс: — Мы уже готовы ко всему. И на этот раз… Никто не стал спорить.

***

Водная тюрьма Хуаньхуа была тихой. Только редкие капли воды срывались с каменного потолка и разбивались о пол глухим эхом. Шэнь Цинцю сидел у стены, связанный Вервием Бессмертных. Цепи неприятно давили на запястья. Духовная энергия почти не ощущалась, но его это, кажется, вообще не волновало. Он просто сидел с закрытыми глазами. Настолько спокойный, что стражники уже начинали нервничать. Потому что человек, которого собираются судить…Не должен выглядеть так. На второй день дверь наконец открылась. Шэнь Цинцю даже глаза не поднял. Шаги он узнал сразу. Слишком хорошо за все жизни запомнил их. Ло Бинхэ остановился прямо перед ним. Некоторое время он просто смотрел, будто пытался найти хоть что-то. Хоть какую-то эмоцию, но Шэнь Цинцю выглядел так, словно перед ним пустое место. И это бесило. Очень. — Учитель. Тишина. — Почему? Шэнь Цинцю медленно открыл глаза. Ло Бинхэ смотрел на него почти с яростью. Но под ней… Было что-то ещё. Что-то слишком болезненное. — Почему позволяли мне учиться на Цинцзине? — голос Ло становился всё жёстче. — Почему терпели рядом с собой? Почему учили?! Шэнь молчал. — Почему никогда не обращали на меня внимания?! Шаг ближе. — Почему столкнули меня в Бездну?! Ещё ближе. — Почему просто не убили сразу?! Последние слова почти сорвались на крик. По камерам прокатилось эхо, но Шэнь Цинцю лишь лениво отвёл взгляд. Словно устал это слушать, а потом спокойно произнёс: — Я уже говорил. Ло Бинхэ замер. — Мне было всё равно на твоё существование. Тишина. — Секте нужно было кого-то принять. Я взял первого попавшегося. Что-то в лице Ло Бинхэ дёрнулось. Будто от удара, но почти сразу исказилось злой усмешкой. — Да? Он вдруг наклонился ближе. — Тогда почему Нин Инъин говорила, что вы спорили с Лю Цингэ, чтобы взять именно меня? Шэнь Цинцю мысленно выругался. «Эта девчонка…» Но внешне не изменился вообще. Только равнодушно пожал плечами. — Может, хотела тебя успокоить. Ло Бинхэ застыл. — Что? — Показать, что ты не настолько жалок. Вселить надежду. Откуда мне знать? Лицо Ло Бинхэ резко потемнело. В следующую секунду на его лбу вспыхнула демоническая метка. Воздух в камере мгновенно стал тяжелее. — Не хотите говорить правду? — тихо произнёс он. — Хорошо. Его голос звучал уже совсем иначе. Почти пугающе спокойно. — Тогда подождите. Синьмо с тихим звоном появился в его руке. Тёмная энергия тут же заполнила камеру. — Я разрушу вашу жизнь точно так же, как вы разрушили мою. Шэнь Цинцю молчал. Даже не поднял взгляд и это окончательно добило Ло Бинхэ. — Знаете, сколько мне пришлось пережить в Бездне?! Синьмо резко рассёк воздух. Каменная стена рядом с Шэнь Цинцю с грохотом треснула. Тёмная энергия ударила так близко, что часть волос Шэня взметнулась от порыва, но он даже не дёрнулся. Только продолжал смотреть куда-то в сторону. Словно перед ним не стоял человек, готовый его убить. Ло Бинхэ тяжело дышал пару секунд, а потом резко развернулся. Пространство рядом с ним треснуло от силы Синьмо. Но прежде чем уйти, Ло Бинхэ вдруг остановился у самого прохода словно что-то вспомнив и очень медленно обернулся. Шэнь Цинцю всё ещё сидел у стены, делая вид, что ему абсолютно всё равно. И именно это выражение лица снова вызвало у Ло Бинхэ почти болезненную злость. Он резко подошёл обратно. Шэнь едва успел поднять взгляд, как его уже грубо схватили за подбородок. — Учитель такой спокойный, — тихо произнёс Ло Бинхэ. — Будто совсем не боится меня. Шэнь Цинцю холодно усмехнулся. — А должен? Что-то в глазах Ло Бинхэ опасно дёрнулось. В следующую секунду он провёл ногтем по собственной ладони. Кровь тут же выступила тонкой тёмной полосой. Шэнь Цинцю сразу всё понял и впервые за весь разговор его лицо действительно слегка изменилось. Совсем немного, но Ло Бинхэ заметил и почти довольно улыбнулся. — Вот теперь больше похоже на правду. Шэнь попытался отвернуться. — Не смей— Но договорить ему не дали. Ло Бинхэ резко сжал его челюсть сильнее и буквально заставил проглотить кровь. Шэнь Цинцю тут же дёрнулся назад, а в глазах наконец мелькнула настоящая злость. — Ты… Ло Бинхэ отпустил его почти сразу, а на лице появилась отвратительно спокойная улыбка. — Теперь учитель точно от меня не сбежит. После этих слов он наконец ушёл. Искаженное пространство исчезло и камера вновь погрузилась в тишину. Шэнь Цинцю ещё несколько секунд сидел неподвижно, а потом резко согнулся пополам и закашлялся. До боли. Он пытался избавиться от этого ощущения, от чужой демонической энергии внутри себя, но было уже поздно. Шэнь прекрасно знал, что делает кровь Небесного Демона и именно поэтому всё его показное спокойствие в ту же секунду треснуло. Потому что он почувствовал, что эти твари снова внутри него. Демонические паразиты медленно расползались по его крови и от осознания этого по спине впервые за очень долгое время пробежал настоящий холод. Шэнь Цинцю медленно вытер кровь с губ своим плечом. Связанные руки дрожали уже заметно. — …Пиздец.

***

К следующему дню Шэнь Цинцю всё же сумел вернуть себе привычное спокойствие. Не совсем, но хотя бы внешне точно. Он снова сидел у стены с тем самым безразличным выражением лица, будто ничего не произошло. Будто внутри него сейчас не ползали демонические паразиты. Будто Ло Бинхэ не вернулся. Будто всё это вообще его не касалось. Именно поэтому, когда дверь камеры снова открылась, он даже не поднял взгляд. Только лениво бросил: — Что, опять пришли угрожать? Но ответа не последовало. Шэнь Цинцю нахмурился и всё же посмотрел вперёд. Юэ Цинъюань. На секунду в камере повисла странная тишина. Потом Юэ медленно подошёл ближе. — Мы уже почти закончили подготовку, — тихо сказал он. — Всё будет хорошо. Через несколько дней тебя выпустят. Шэнь Цинцю лишь коротко усмехнулся. — Выпустят? Юэ слегка нахмурился. — Сяо— — Не называй меня так. Юэ сразу замолчал. Шэнь отвёл взгляд. Он выглядел слишком уставшим. — Даже если суд выиграем… это ничего не изменит. — Изменит. — Нет. Шэнь медленно прикрыл глаза. — Он уже не отпустит меня. Юэ сразу понял, о ком речь. И впервые в его голосе появилась тревога: — Что он сделал? Шэнь Цинцю лишь усмехнулся. — Какая теперь разница. Юэ смотрел на него ещё пару секунд, а потом вдруг тихо спросил: — Ты боишься? Шэнь резко поднял взгляд и почему-то именно этот вопрос окончательно его разозлил. — Юэ Цинъюань… почему ты вообще вдруг начал помогать мне? Юэ растерялся. — Что?.. — Я уверен, что при первой же возможности ты бы снова бросил меня. Так почему сейчас решил поиграть в героя? Тишина. — Тебе стало жалко меня? Или что? — Это не так. — Тогда что вдруг поменялось? Юэ открыл рот, явно пытаясь подобрать слова, но Шэнь вдруг раздражённо перебил: — Замолчи. Ты постоянно только и делаешь, что оправдываешься и извиняешься. Он медленно поддался вперед в сторону Юэ. Цепи тихо звякнули. — Скажи мне наконец правду, Юэ. Почему ты так не хочешь признать, что просто бросил меня тогда? Юэ побледнел. — Я— — Что? Забыл? Передумал? Решил, что жизнь на свободе веселее? — Нет. — Тогда почему?! Голос Шэня впервые за долгое время действительно сорвался. — Почему ты не вернулся?! Юэ смотрел на него так, будто эти слова били сильнее меча. — Я не смог. — Опять. Шэнь прикрыл глаза и рассмеялся. — Снова это «не смог». Как же ты меня достал этим. Он резко вернул взгляд на Юэ. — Просто скажи вслух, что бросил меня! — Я не бросал тебя! Это прозвучало неожиданно громко. Юэ даже сам будто испугался собственного голоса. А потом тихо добавил: — Прости… я правда не смог вернуться. — Почему? Потому что тебе не хотелось вспоминать обо мне? — Нет! Юэ сделал резкий вдох и впервые за все жизни наконец сказал: — Потому что я заключил неправильную связь с мечом. Шэнь замер. Юэ продолжил уже тише: — Учитель понял это почти сразу. Он не выпускал меня… а когда я попытался сбежать — запер. Шэнь Цинцю медленно уставился на него. Но никаких эмоций на его лице не было. Совсем. — Когда я наконец смог вернуться… поместье уже сгорело. Повисла полная тишина. Шень просто смотрел на него без каких-либо эмоций. Впервые за двенадцать жизней он наконец услышал ответ. Тот самый, который ждал всё это время. Который мучал его столько лет. Не давал спать, был причиной большинства его искажений. Он наконец узнал правду и почему-то… ничего не изменилось. Только внутри стало ещё хуже. Он медленно отвёл взгляд. — Слишком поздно. Юэ дёрнулся. — Сяо-Цзю— — Не называй меня так. Голос Шэня снова стал тихим и пустым. — Ты так долго не мог просто сказать мне правду… почему? Юэ опустил голову. — Я не хотел, чтобы ты увидел меня таким. — Каким? — Жалким. Шэнь несколько секунд молчал, а потом вдруг тихо рассмеялся. И этот смех прозвучал настолько устало, что Юэ стало по-настоящему страшно. — Жалким?.. Шэнь прикрыл глаза ладонью. — Боже… какая же это всё глупость. Он медленно выдохнул. — Я понял. — Сяо-Цзю— — Пожалуйста. Шэнь произнёс это действительно искренне и очень устало. — Просто уйди. Юэ застыл. — Но— — Уходи. Очень долго Юэ ничего не говорил, а потом всё же тихо произнёс: — Я не позволю Ло Бинхэ забрать тебя. Мы выиграем этот суд. Шэнь никак не отреагировал. Просто снова закрыл глаза и прислонился головой к стене. Явно давая понять, что больше говорить он не намерен. Так что Юэ все же пришлось уйти. Дверь камеры снова закрылась. Тишина. И только после этого Шэнь Цинцю наконец медленно посмотрел на закрытую дверь. Он сидел неподвижно ещё несколько секунд. А потом вдруг рассмеялся. С начало совсем тихо, а потом громче и громче, только вот смешного было мало. Вместе со смехом почему-то пошли слёзы. Всего пара капель, но остановить их он уже не смог. Потому что это было слишком смешно и слишком больно. Столько жизней, столько лет он ждал этого ответа. Правда ждал, а Юэ молчал. Всегда молчал. И вот сейчас, когда уже ничего нельзя исправить… когда ему уже даже не нужна эта правда…Юэ наконец решил всё рассказать. Постепенно Шень Цицню смеялся все тише, а те пара слез давно высохли. И вдруг дрожащим голосом он произнес: —Какой же… пиздец.