Двенадцать жизней

Сон начался с бамбука. Шень шел по своему пику, где-то вдалеке было слышно как занимаются ученики. Ветер медленно проходил между стеблями бамбука, шуршал листвой, цеплялся за длинные рукава одежд. Шэнь Цинцю шел по знакомой тропе почти расслабленно. И именно поэтому внутри уже медленно поднималось мерзкое чувство тревоги. Что-то было не так. Позади вдруг раздался голос: — Учитель. Шэнь Цинцю резко остановился. Этот голос он узнал бы где угодно. Он медленно обернулся. Ло Бинхэ стоял чуть позади уже взрослый, с горящей меткой на лбу, с темными глазами и мягкой улыбкой. Такой, каким он стал после бездны. Только сейчас в этой улыбке не было ни капли тепла. Лишь что-то болезненно одержимое. — Я нашел вас, — тихо произнес Ло Бинхэ. У Шэнь Цинцю внутри всё похолодело. Нет. Нет-нет-нет. Он резко развернулся и пошел прочь, потом быстрее, шаг в итоге стал бегом. Позади слышались спокойные шаги. Будто Ло Бинхэ вообще не сомневался, что догонит. Мир вокруг вдруг дрогнул. Бамбук исчез. Запах свежего воздуха сменился сыростью. Цинцзин вдруг превратился в темный коридор. Шэнь Цинцю резко остановился. Это было поместье Цю. Он стоял посреди темного коридора, слишком хорошо знакомого даже спустя столько жизней. Перед ним была дверь. Она была слишком красивой для такого коридора. Старые деревянные стены, слабый свет фонарей и тишина. Он опустил взгляд вниз. Маленькие руки. Тонкие и в синяках, на нем старая рваная одежда. Дверь впереди медленно открылась. — Чего застыл? Заходи. Голос Цю Цзянло. Шэнь Цзю почувствовал, как по позвоночнику пробежал холод, но ноги уже сами двинулись вперед. Как тогда. Как всегда. Комната встретила его запахом благовоний и вина. Цю Цзянло сидел за столом, лениво покручивая чашу в руках и улыбался. Так, как улыбаются люди, уверенные, что мир принадлежит им. — Ты уже готов к свадьбе? Шэнь Цзю замер в пару шагах от него. — Хайтан так рада, что ты станешь частью семьи… Он говорил мягко, почти ласково и именно поэтому становилось еще хуже. Шэнь Цзю медленно опустил взгляд. — Можно я уйду? Тишина. А потом — Грохот. Цю Цзянло резко поднялся. Так быстро, что Шэнь даже отшатнуться не успел. Пальцы грубо вцепились в волосы и в следующую секунду его голову с силой впечатали в стол. Перед глазами вспыхнула белая вспышка. — Уйти?! Еще удар. Дерево треснуло где-то рядом. — Ты совсем ахуел?! Шэнь Цинцю попытался вырваться. Бесполезно. Цю Цзянло уже бил его снова. Швырял во все стороны как будто он одеяло. Шень уже толком не различал, что происходит. Взгляд плыл, а изо рта и носа уже начинала течь кровь. А тот все продолжал. Пинки превратились в удары кулаком. — Я тебя подобрал! Удар. — Я тебя вырастил! Удар. — Я позволил тебе жить! Шэнь Цзю задыхался из-за подступающей крови, а голова звенела. Потом пальцы Цю резко сомкнулись на его горле. С такой до боли привычной силой. Цю Цзянло наклонился ближе. Глаза горели безумием. — Ты должен быть благодарен. Хватка усилилась и воздух почти исчез. — Если бы не твое лицо, ты бы давно лежал в куче трупов. Шэнь Цзю вцепился в его руки, пытаясь вдохнуть. — Ты должен радоваться, что я вообще тебя заметил. Голос Цю Цзянло становился всё тише. И от этого становилось только страшнее. Пальцы сильнее впивались в шею Шэнь Цзю, вдавливая его в пол так, что дерево уже трещало под весом и силой удара. — Думаешь, кто-то ещё стал бы смотреть на такую вещь, как ты? Шэнь Цзю пытался вдохнуть, но без толку. Перед глазами уже начинало темнеть. А Цю Цзянло всё продолжал, почти ласково проводя пальцами по его щеке, будто не он только что пинал его по всей комнате. — Я кормил тебя, одевал, позволял жить рядом с семьёй Цю, обучил тебя грамоте. Тихий смешок. — Даже позволял греть мне постель. Шэнь Цзю дёрнулся так резко, будто его ударили током, а руки сильнее вцепились в руки Цю Цзянло. И это только сильнее его развеселило. — Что? Неужели теперь строишь из себя невинность? После всего, что уже было? Пальцы снова сжались на горле. — Ты должен быть благодарен, девятка. Без своего лица ты бы давно сгнил где-нибудь в куче трупов как восьмерка. Ты жив лишь благодаря мне. Шэнь Цзю уже почти не слышал. Только звон в ушах и этот отдаляющийся голос. — А после свадьбы всё станет ещё лучше… Цю Цзянло наклонился ближе. Почти шёпотом: — Хайтан станет моей следующей игрушкой. Мир будто застыл. Шэнь Цзю перестал вырываться. И без того его слабое и голодавшее тело ослабло окончательно. А Цю Цзянло продолжал: — Вы оба будете принадлежать мне. Ты никогда от меня не уйдёшь! Я буду преследовать тебя вечно! Ещё ближе. — Ты моя тень, девятка. Воздуха не осталось совсем. Сознание плыло, а руки начали терять хватку и падать. И именно тогда упавшая рука случайно нащупала что-то рядом. Меч. Судя по всему принадлежал Цю Цзянло, но Шеню было все равно. Он даже не раздумывал. Рука сама ударила Цю Цзянло в бок. Лезвие вошло в живот и тот дёрнулся, но не отпустил. Тогда Шэнь Цзю ударил снова. Ещё. И ещё. Кровь брызнула на лицо, руки, одежду. Хватка наконец ослабла. Шэнь Цзю рухнул на пол, задыхаясь, но меча не выпустил. А потом вдруг поднялся и начал бить снова. Раз, потом ещё и ещё. Будто пытался разрубить не тело, а все годы, прикосновения, взгляды, ночи, слова, удары. Кровь уже заливала пол. Цю Цзянло давно упал назад, но Шэнь Цзю всё продолжал. Слишком долго копившаяся ярость наконец вырвалась наружу. И даже тогда… Даже с пробитым горлом…Цю Цзянло всё ещё смеялся. Кровь текла из его улыбки и ран полностью заливая пол кровью. — Вот… теперь узнаю тебя… Шэнь Цзю замер тяжело дыша, а тот продолжал смеяться: — Ты всё равно не отмоешься от меня… Я всегда буду рядом… Меч снова опустился вниз. Хруст и наконец тишина. Дверь резко распахнулась и в комнату ворвались слуги. Кто-то закричал, кто-то застыл, кто-то бросился назад. — Господин?! Шэнь Цзю даже не посмотрел. Меч уже двигался сам. Первый упал почти сразу, второй попытался убежать, третий начал звать охрану. Кровь снова брызнула на стены. По коридорам уже разносились крики. Люди бежали, падали, просили пощады. Шэнь Цзю не слушал. Он просто шёл вперёд и убивал всех мужчин. Всех, кто попадался под руку. Женщин он не трогал. Даже не смотрел в их сторону. В какой-то момент один из слуг, падая, задел подсвечник. Свеча покатилась по полу и все вокруг мгновенно вспыхнуло, но Шэнь Цзю уже не замечал. Поместье медленно превращалось в ад, а он всё продолжал идти сквозь огонь и кровь. Пока наконец не услышал знакомый крик. — Шэнь Цзю!!! Он резко остановился. Цю Хайтан стояла среди дыма и смотрела на него широко раскрытыми глазами. — Почему?.. Голос дрожал. — Почему ты это сделал?! Шэнь Цзю молчал. А она уже почти плакала. — За что?! Он же был к тебе так добр… Огонь отражался в её глазах. В глазах, которые когда-то смотрели на него с искренней добротой. И именно тогда ужас наконец догнал её по-настоящему. Она пошатнулась и сделала шаг назад. Посмотрела на кровь на его руках и вдруг все же потеряла сознание. Шень Цзю замер и есколько секунд просто смотрел на неё. Потом медленно подошёл и поднял её на руки. Он пошел по до боли знакомому коридору где лежали трупы, а огонь тем временем заполнил уже все поместье. За его спиной все было охвачено пламенем. Дерево горело быстро и крыша уже начинала падать. Шень просто молча вышел наружу с Хайтан на руках. Подальше от горящего поместья, крови и настоящего себя. Пламя уже пожрало остатки поместья Цю. Воздух был густым от дыма и крови. Шэнь Цзю стоял рядом с потерявшей сознание Цю Хайтан, тяжело дыша после резни. Меч всё ещё был в его руках, а кровь медленно стекала вниз. Вдруг сзади раздался знакомый голос: — А ты лучше, чем я думал. Шэнь Цзю резко обернулся. У Янцзы стоял чуть в стороне, спокойно наблюдая за пожаром, будто смотрел не на горящее поместье с десятками трупов, а на обычный закат. Руки были скрещены на груди, а лицо расслабленное. Даже довольное. — Всё-таки смог их убить, — лениво продолжил он. — Значит, я не ошибся, когда выбрал тебя. Шэнь Цзю смотрел на него несколько секунд. Потом хрипло спросил: — Вы всё это время стояли рядом? — Не буду же я вмешиваться в ваши семейные разборки, — фыркнул У Янцзы. — У меня вообще-то принципы есть. Шэнь Цзю едва заметно дёрнул бровью. Очень хотелось ударить и этого человека тоже, но сил почти не осталось. Да и даже если бы они были, он бы навряд ли смог. У Янцзы тем временем перевёл взгляд на лежащую Хайтан и недовольно цыкнул языком: — Но почему ты не убил всех? Шэнь Цзю молчал. — Зачем оставил свидетелей? — Они ни в чём не виноваты. У Янцзы аж скривился. — Пф. Какой же ты раздражающе добрый. Он шагнул ближе. Огонь отражался в его глазах. — Раз начал убивать — убил бы всех. Шэнь Цзю сжал рукоять меча крепче. — Я не буду убивать невиновных. — Твоё благородство однажды тебя и погубит. У Янцзы усмехнулся. — Они вернутся за тобой. С ненавистью, страхом и местью. Шэнь Цзю медленно перевёл взгляд на пылающее поместье, на тела, на все еще выбегающих выживших женщин и на кровь на собственных руках. А потом тихо произнёс: — И ладно. Небольшая пауза. — Всё равно мне гореть в аду. У Янцзы неожиданно рассмеялся. — Вот это уже больше похоже на правду. А потом развернулся. — Пошли. Мир дрогнул. Пламя исчезло. Всё растворилось и в следующую секунду Шэнь Цзю уже стоял внутри огромного кровавого круга. Воздух был тяжёлым. Лес, влажность, а рядом куча темных талисманов. По земле тянулись линии из крови. У Янцзы ходил по краю ритуала, что-то быстро чертя пальцами в воздухе. — Если в этот раз получится… — пробормотал он с почти детским предвкушением, — я наконец узнаю их запретные техники. Шэнь Цзю чувствовал, как внутри всё холодеет. — Эта техника опять не сработает. — Замолчи. У Янцзы раздражённо щёлкнул языком. — Ты слишком много ноешь. Он резко порезал свою ладонь и начертил кровью последний символ. Круг вспыхнул. Мир будто застонал, а потом из темноты начали появляться они. Духи. Сначала один, потом ещё и ещё. Изломанные силуэты медленно выползали из чёрного дыма. Пустые лица, вывернутые шеи, черные провалы вместо глаз. Их было слишком много. Они все смотрели только на У Янцзы. С ненавистью и такой яростью, что воздух начинал дрожать. У Янцзы недовольно нахмурился. — Опять злые… Один из духов резко дёрнулся вперёд, потом второй. Круг начал разрушаться. — Тц. Опять напутал где-то. Но паники в его голосе не было вообще. Он лишь спокойно достал из рукава небольшой чёрный артефакт и в следующую секунду швырнул его прямо Шэнь Цзю. Тот машинально поймал. Духи мгновенно повернулись на него. Шэнь Цзю даже вдохнуть не успел, как первый призрак врезался прямо ему в грудь. Боль была не человеческая. Будто внутренности заживо раздирали когтями изнутри. Он рухнул на колени. Второй дух пробил плечо, третий — позвоночник, четвертый прошёл сквозь голову, оставляя после себя ледяной звон. Шэнь Цзю закричал. Тело выгнуло от боли. Тёмная Ци рванула наружу вместе с кровью, а духи всё продолжали в него вгрызаться. Они лезли внутрь, в кости, меридианы, под кожу. Шёпот мгновенно заполнил голову. «Убивай.» «Убей их.» «Разорви.» «Уничтожь.» «Кровь.» «Больше крови.» Голоса накладывались друг на друга, превращаясь в безумный гул. Шэнь Цзю сжал голову руками, пытаясь удержаться в сознании. Не дать этой дряни захватить разум, но боль становилась только сильнее. Будто его душу разрывали на куски, а У Янцзы уже спокойно разворачивался чтобы уйти. — Только не долго в этот раз. Он лениво махнул рукой. — Снова ждать пять часов я не вынесу. И ушёл оставив Шэнь Цзю одного внутри ритуала. Среди обезумевших духов, криков, шёпота, который становился всё громче. Ему оставалось лишь с ненавистью смотреть тому в след пока шепот в голове кричал: «Убивай.» «Убей.» «Уничтожь их всех.» Всё закончилось слишком резко. Будто кто-то просто вырвал его из боли. Шэнь Цзю резко вдохнул и тут же понял, что лежит на мягкой постели. Тяжёлый сладкий запах благовоний, шелковые занавеси, тусклый красный свет фонарей. Это был бордель. Где-то рядом тихо играла музыка. Несколько девушек тут же оживились, заметив, что он проснулся. — Наконец-то! — Господин, вы нас напугали… — Вы спали почти двадцать часов. Шэнь Цзю медленно сел. Голова всё ещё гудела после духов. — Где он? Одна из девушек тут же понимающе улыбнулась. — Ваш учитель сказал, что раз вы всё равно без сознания, то он останется ещё на одну ночь. Небольшая пауза. — С куртизанками. Шэнь Цзю только прикрыл глаза. — Мгм. Абсолютно безразличный тон, будто ничего другого он и не ожидал. — А собрание? — Вечером, — быстро ответила девушка. — У вас есть время подготовиться. Шэнь Цзю молча поднялся. Тело ломило и каждый шаг отдавался тупой болью в рёбрах. Он подошёл к зеркалу и на секунду замер. Лицо выглядело ужасно уставшим. Слишком бледное на фоне контрастных кругов под глазами, а губы искусаны почти до крови. Девушки за спиной обеспокоенно переглянулись. — Вы опять ранены?.. — Нам принести мази? — Да. Они тут же ушли и дверь закрылась. Комната погрузилась в тишину. Шэнь Цзю медленно снял верхние чёрные одежды и зеркало мгновенно показало правду. Его тело выглядело страшно. Повсюду были шрамы, старые ожоги, следы когтей, порезы и много синяков с ссадинами. Где-то кожа уже начинала чернеть от техник У Янцзы. Где-то раны плохо заживали и медленно гнили. Синяки покрывали рёбра и бока почти сплошь. Любой другой человек уже давно бы не смог нормально двигаться, но Шэнь Цзю только спокойно смотрел на своё отражение. Потому что хуже всего было другое. Лицо. Оно оставалось идеальным. Ни шрамов, ни ожогов, ни следов боли. Будто чужое. Будто маска, натянутая поверх гниющего тела. И только одна вещь всё ещё выделялась особенно ярко. Метка Цю. Тёмный след на коже словно отпечаток чужих пальцев, который невозможно смыть. Шэнь Цзю медленно коснулся его и зеркало вдруг дрогнуло. Поверхность пошла рябью. Трещины поползли по отражению, а его лицо было искажено черными силуэтами. А потом из глубины снова появились они. Духи. Чёрные силуэты медленно выползали прямо из зеркала. Их лица дёргались, искажались, а шёпот становился всё громче. «Убивай.» «Отомсти.» «Они все тебя ненавидят.» «Убей их.» «Никто не будет добр к тебе.» «Они используют тебя.» «Уничтожь их всех.» Шэнь Цзю резко отвернулся и отошел от зеркала. Будто уже слишком привык к этим голосам и происходящему. Он вдруг закашлял и из него вышла какая-то черная жидкость. Он смотрел на свои черные руки где-то пару секунд как вдруг чернота превратилась в черную маску. Теперь вокруг было огромное тёмное помещение. Шэнь Цзю почти сразу натянул маску на лицо. В центре стояли взрослые тёмные заклинатели и рядом с ними вдоль стен такие же как Цзю подростки в масках. Все стояли так тихо, будто их вообще не существовало. Шэнь Цзю встал среди них на привычное место. Как будто уже давно был частью этого места. Рядом вдруг раздался тихий голос: — Сколько тебе? Шэнь Цзю не повернул головы. — Тринадцать. Небольшая пауза. Потом мальчишка рядом нервно усмехнулся. — Блин. Завидую. Шэнь Цзю молчал. — Если бы меня забрали в тринадцать… я бы уже убил своего и сбежал. Он чуть опустил голову. — Но мне было только десять. Тихий смешок. Очень пустой. — Скорее всего, это мой последний год. Пауза. — Может даже до зимы не доживу. Шэнь Цзю спокойно ответил: — Я тоже. Мальчик аж повернулся к нему. — А? Шэнь Цзю смотрел неподвижно вперёд. — Тогда давай убьём их и сбежим. Голос мальчика вдруг стал почти отчаянно живым. — Нам осталось совсем немного, если мы— — Нет. Тот замер. — Почему? Шэнь Цзю очень медленно прикрыл глаза. — Я ищу кое-кого. — О… — Мне плевать, если сдохну. Спокойный голос. — Но я продолжу искать. Мальчик некоторое время молчал, а потом тихо сказал: — Завидую. Шэнь Цзю наконец повернул голову и увидел такую же маску. Были видны лишь темные глаза того мальчика. — У тебя есть кто-то дорогой. — Он мне не дорог. Пауза. — Наверное, уже мёртвый где-то валяется. Шэнь Цзю отвернулся. — Я просто хочу убедиться в этом. — А… Мальчик вдруг резко закашлялся. Сначала тихо, потом сильнее. Нечто черное брызнула прямо на маску. Он согнулся пополам и в следующую секунду рухнул на пол. Мёртвый. Никто даже не посмотрел. Ни один взрослый заклинатель не обернулся, только сидящий неподалёку мужчина лениво цыкнул языком: — Блин. Опять нового искать. Будто речь шла о сломанной вещи. Мир снова исказился. Теперь вокруг было поле. Тёмное и мокрое от крови. Повсюду лежали тела. Гора трупов поднималась почти до колен. Шэнь Цзю стоял посреди этого ужаса. А напротив него — мальчик. Он смотрел на Шэнь Цзю так, будто боялся даже дышать, но взгляд был очень виноватый. Шэнь Цзю сделал шаг вперёд. — Почему? Тишина. — Почему ты бросил меня? Мальчик вздрогнул. — Прости… Шэнь Цзю резко сорвался. — Снова «прости»?! Голос эхом разнёсся по полю. — Просто скажи причину! Он начал подходить ближе. — Зачем мне твои «прости»?! Мальчик только смотрел на него с болью, виной и отчаянием. В этот момент Шэнь Цзю вдруг почувствовал чужую Ци сбоку. У Янцзы медленно шел с мечом прямо на мальчика. Всё произошло мгновенно. Шэнь Цзю оказался быстрее. Меч сверкнул и вдруг хруст. Голова У Янцзы слетела с плеч, а тело рухнуло в кровь. Мальчик перед ним застыл в шоке. А где-то вдали уже раздался крик: — НА ПОМОЩЬ!! Шэнь Цзю резко дёрнулся. Посмотрел на мальчика ещё секунду и просто убежал. Снова. Как делал всегда. Но бежал он недолго. Пространство снова начало искажаться. Сначала просто стало тяжело дышать, потом — двигаться, а потом правая нога вдруг исчезла. Без боли, крови, будто её просто стёрли. Шэнь Цзю резко рухнул в грязь. Пальцы судорожно впились в землю. Он попытался подняться и тут же исчезла левая рука. Мир вокруг начал разваливаться. Небо трескалось чёрными полосами, а земля вдруг стала камнем. Шэнь Цзю инстинктивно пополз вперёд. Потому что останавливаться было страшнее, но пространство уже окончательно ломалось. Тьма резко сомкнулась вокруг него. Холод, звон цепей. Шэнь Цзю дёрнулся и понял, что висит. Руки были подняты над головой и закованы в тяжёлые цепи. Ноги…он резко опустил взгляд вниз и ничего не увидел. Пусто, только обрубки чуть ниже колен. Сердце резко провалилось куда-то вниз, а потом впереди послышались шаги. Медленная походка. Шэнь Цинцю поднял голову. Ло Бинхэ. Взрослый, высокий, спокойный и слишком знакомый. Он подошёл почти вплотную и мягко улыбнулся. — Учитель. Шэнь Цинцю резко дёрнул цепи. Металл болезненно впился в запястья. Ло Бинхэ лишь чуть склонил голову набок. — Без ног теперь не сбежите от меня. Тихий голос, почти ласковый. От этого становилось только страшнее. Он осторожно коснулся подбородка Шэнь Цинцю. — Теперь я вам за все отомщу. Шэнь резко дёрнулся в сторону. Цепи загремели. Ло Бинхэ только улыбнулся шире. — Я ведь все таки вернулся. Темнота вокруг зашевелилась. Из стен начали тянуться чёрные руки и появился шепот. «Не сбежишь.» «Теперь не сбежишь.» «Он нашёл тебя.» «Тебе некуда идти.» И в этот момент Шэнь Цинцю резко проснулся. Он дёрнулся так сильно, что едва не упал с кровати. Дыхание сбилось сразу. Сердце колотилось где-то в горле. В комнате было темно, только лунный свет слабо падал через окно Цинцзина. Никаких цепей, тюрьмы и прошлого в переменку с его жизнями. Ноги были на месте, но ощущение металла на запястьях всё ещё будто оставалось. Шэнь Цинцю судорожно вдохнул и только сейчас понял, что его руки дрожат. Он медленно провёл ладонью по лицу. Холодный пот. Тишина вокруг казалась слишком громкой. Спать снова уже не хотелось совершенно. И почему-то именно сейчас Цинцзин ощущался особенно пустым. Ночь обещала быть долгой.

***

Собрание проходило спустя два дня после того сна. Шень Цинцю больше не пробывал засыпать и был слегка уставшим, но странно было другое. На собрании все были какие-то подавленные. Слишком тихо. Даже Вэй Цинвэй почти не шутил. Ци Цинци сидела с мрачным лицом, раздражённо постукивая пальцами по столу. Му Цинфан выглядел уставшим ещё сильнее обычного. А Юэ Цинъюань вообще несколько раз терял мысль посреди разговора. Шэнь Цинцю медленно обвёл всех взглядом и тут же нахмурился. — Что происходит? Почему вы все выглядите так, будто кто-то умер? Шан Цинхуа, сидящий чуть поодаль, вяло подпёр щёку рукой. — А? Не знаю. Пофиг. Наверное, опять нас не посвятили. — Пф. А ты чего такой убитый? Шан тут же оживился: — Оййй. Это что, забота от великого Шэнь Цинцю? — Не надумывай. Я просто пытаюсь понять, что происходит. — Да-да, конечно. Шан тяжело вздохнул. — Я просто не спал нормально. Мне приснилась какая-то ебанина. Шэнь Цинцю слегка замер. — …Какая именно? — Ну… Шан нахмурился, вспоминая. — Сначала был Цинцзин. Потом Ло Бинхэ уже взрослый. Улыбался так крипово говоря что-то типа «я нашёл вас»… Шэнь Цинцю резко сжал веер. Так сильно, что ближайшие лорды сразу невольно повернули головы. Шан тем временем продолжал, всё сильнее хмурясь. — Потом почему-то поместье какое-то… там какой-то мужик головой об стол уебал… потом душил… Шэнь Цинцю медленно прикрыл глаза. Шан уже как будто начал понимать. — Потом пожар… В комнате стало слишком тихо. — А потом какой-то ебанутый старик с призраками… Шан резко замолчал. Очень медленно выпрямился. Осознание происходящего вдруг дошло до него. — ТВОЮ МАТЬ. Шэнь Цинцю молчал. — ЭТО БЫЛ НЕ МОЙ СОН. — … — Шэнь Цинцю. — … — БЛЯТЬ. На этот раз тишина в зале стала почти физической. Лордов тоже посетило неприятное осознание происходящего. Шан Цинхуа вообще сидел так, будто ему прямо сейчас сообщили о конце света. А Шэнь Цинцю выглядел…хуже. Он конечно же пытался скрыть свой шок, но бледное лицо и пустой взгляд выдавали. Юэ Цинъюань очень медленно нахмурился. Му Цинфан побледнел ещё после момента с призраками. А Лю Цингэ сидел неподвижно. Теперь слишком многое внезапно начинало обретать смысл. Почему Шэнь Цинцю иногда неделями почти не спал. Почему временами выглядел так, будто вот-вот сорвётся. Почему постоянно был насторожен даже в спокойные дни. Вэй Цинвэй нервно кашлянул, но так ничего и не сказал. Говорить тут было нечего. Шан же уже почти паниковал. — Нет-нет-нет. Это хуйня. Это очень плохая хуйня. Это был твой сон!? — Я заметил. — Успокой меня и скажи, что это просто плод твоей ебанутой фантазии. Шэнь Цинцю замолчал на пару секунд слишком долго. Потом всё-таки устало прикрыл глаза. — …Ну. Почти. Шан Цинхуа застыл. — Твою мать. Он медленно сполз ниже по столу. — То есть мне теперь придётся видеть что-то такое каждый раз пока ты спишь?! — Это в целом не самое худшее, что ты мог увидеть. Шан резко повернул голову к нему. — ДА КУДА ХУЖЕ-ТО????!!! Несколько лордов вздрогнули от всплеска духовной энергии. Шэнь Цинцю лениво подпёр висок рукой. — Поверь. Есть варианты намного хуже. Му Цинфан после этих слов выглядел так, будто вообще больше не хотел ничего узнавать. А Юэ Цинъюань очень медленно отвёл взгляд. Почему-то эта фраза прозвучала страшнее всего. Шан Цинхуа тем временем уже почти умирал морально. — Всё. Ни ты ни я больше не спим. — Гениальное решение. — Я серьёзно! Мне хватило твоих мыслей и обрывков воспоминаний! Я не хочу ещё и совместные кошмары смотреть! — Как будто я хочу видеть твои. — У меня хотя бы нет флешбеков длинной в ебаную жизнь! Шэнь Цинцю тихо фыркнул. — Теперь ты понял, почему я не люблю спать. Шан замер. А потом совсем тихо пробормотал: — Бля… На этот раз даже у Ци Цинци пропало привычно раздражённое выражение лица. Все присутствующие вдруг прекрасно поняли одну очень неприятную вещь. Это был не просто кошмар…это были воспоминания. И судя по реакции Шэнь Цинцю —далеко не самые худшие. Лю Цингэ сидел с абсолютно каменным лицом. Только пальцы едва заметно сжались на подлокотнике кресла. Он видел, как у Шэнь Цинцю побелели костяшки на веере и как тот уже несколько минут смотрел в одну точку, будто всё еще пытался осознать происходящее. Шан же снова схватился за голову. — Всё. Решено. Мы не спим. — Ты сдохнешь через неделю. — Зато без этой хуйни в голове! — Сомневаюсь. — АААААААА. Шан уронил голову на стол. — Сколько там осталось? Пять месяцев? — Если Ло Бинхэ вернётся ровно спустя три года — примерно да. — …Бля. Небольшая пауза. — Ну… пять месяцев без сна наверное пережить можно… — Нет. — Почему нет?! — Потому что ты начнёшь видеть галлюцинации ещё быстрее. — Да они у меня уже начались после твоего сна! Шэнь Цинцю наконец слегка усмехнулся. — Слабак. — Иди нахуй со своими ебанутыми снами! Я теперь тоже кошмары буду видеть… С другого конца зала внезапно послышался голос Юэ Цинъюаня: — …Таким образом обмен учениками между другими пиками прошел также удачно. Все присутствующие мгновенно сделали вид, что внимательно слушают. Очень внимательно. Настолько внимательно, что Вэй Цинвэй уже минуту держал бумаги вверх ногами. Му Цинфан устало потёр переносицу. А Шан снова подал голос по сети: — Всё. После собрания идём пить. — Ты идёшь пить. А у меня ещё дела есть. — ПОСЛЕ ТАКОГО?! Ты больной. — Это давно известно. — Нет серьёзно. Как ты вообще ещё спишь? Шэнь Цинцю лениво прикрыл глаза. — Плохо. Шан резко заткнулся. Сказано это было слишком спокойно и честно. Он просто не знал, что на это ответить. Юэ Цинъюань наконец закончил собрание: — На сегодня всё. Шан Цинхуа вскочил так быстро, будто ждал этих слов всю жизнь. — Всё. Бежим. — От чего? — От реальности. — У тебя не получится. — Дай хотя бы помечтать. Шэнь Цинцю только тихо фыркнул и поднялся следом. В итоге они как всегда ушли самыми первыми, а остальные лорды молча проводили их взглядами. С очень тяжёлым ощущением того… что до возвращения Ло Бинхэ осталось всего пять месяцев. Юэ Цинъюань ещё несколько секунд смотрел в одну точку. Потом медленно произнёс: — Мы слишком долго позволяли происходить вещам, которые не должны были происходить. Му Цинфан тихо выдохнул: — Если всё действительно каждый раз начиналось после суда… значит мы просто не допустим его. Вэй Цинвэй нахмурился: — А если Хуаньхуа всё равно полезет? — Полезет, — спокойно ответил Юэ Цинъюань. — Вопрос лишь в том, насколько далеко ему позволят зайти. Ци Цинци раздражённо фыркнула: — Раньше они могли обвинять Шэнь-шисюна как угодно. Слухи, репутация, старые истории… всё работало против него. Но сейчас? Она обвела взглядом остальных. — Сейчас Цанцюн уже не тот. И это была правда. Потому что раньше многие действительно смотрели на Шэнь Цинцю через слухи. Но за эти года всё изменилось слишком сильно. Ученики Цинцзин стали сильнее. Другие пики начали работать вместе. Миссии проходили успешнее. Сама секта стала куда стабильнее, чем раньше и во всём этом слишком часто мелькал именно Шэнь Цинцю. Даже если сам он делал вид, будто ему плевать. Му Цинфан задумчиво произнёс: — Если Хуаньхуа попробует обвинить его сейчас… мы сможем ответить фактами. — И свидетелями, — холодно добавил Лю Цингэ. Вэй Цинвэй хмыкнул: — Да уж. Теперь уже не выйдет просто ткнуть пальцем и сказать “он злодей”. Юэ Цинъюань медленно кивнул. — Поэтому продолжаем собирать всё, что осталось. Документы, свидетельства, информацию о старом дворцовом мастере, его связи и нарушения. Его голос стал тише, но почему-то от этого только тяжелее. — Если история действительно повторяется снова и снова…тогда в этот раз мы изменим хотя бы её конец. Лю Цингэ впервые за всё собрание заговорил снова: — Если суд всё же будет… Он на секунду замолчал. — …Шэнь Цинцю туда не пойдёт один. После этих слов в зале повисла очень странная тишина. Ещё несколько лет назад никто из них даже представить не мог подобного. Что они все вместе вдруг начнут собирать доказательства, чтобы оправдать Шень Цинцю. Не из-за вины или угроз, а потому что действительно этого хотят. Юэ Цинъюань прикрыл глаза и впервые за очень долгое время в его голосе прозвучало что-то опасно похожее на решимость: — В этот раз…мы не позволим ему остаться одному.

***

Следующие месяцы проходили почти… нормально. Настолько нормально, насколько вообще могла быть нормальной жизнь секты Цанцюн за несколько месяцев до предполагаемого возвращения Ло Бинхэ. Пики продолжали работать, ученики тренировались, совместные занятия Байчжаня и Цинцзина давно перестали быть чем-то удивительным. Даже лорды начали чаще собираться не только ради проблем. Иногда — просто обсудить дела секты, а иногда просто попить чай. Всё выглядело почти спокойно. Почти, потому что чем ближе подходил срок возможного возвращения Ло Бинхэ…тем хуже становился Шэнь Цинцю. Сначала это замечал только Му Цинфан. Тот всё ещё пытался заставить его хотя бы иногда нормально спать. Таскал лекарства, успокоительные благовония, какие-то редкие травы. Даже специальные настойки для стабилизации духовной энергии, но каждый раз всё заканчивалось одинаково. — Это поможет вам уснуть. — Не нужно. — Шисюн. — Я сказал — не нужно. — Вы так скоро до искажения дойдёте. — Пф. Не драматизируй. Му Цинфан после этого обычно долго и очень устало смотрел в пустоту. Потому что прекрасно понимал: Шэнь Цинцю не просто не хочет спать. Он боится. После того совместного сна всё стало ещё хуже. Теперь дело было уже не только в кошмарах. Теперь существовал риск, что Шан Цинхуа снова их увидит, а этого Шэнь Цинцю не хотел категорически. Поэтому просто продолжал делать вид, что всё нормально. Хотя выглядел с каждым днём всё хуже и это начал замечать уже не только Му Цинфан. Лю Цингэ тоже. Сначала — по мелочам. Шэнь Цинцю стал дольше реагировать на вопросы, чаще зависал посреди разговора. Иногда смотрел в одну точку слишком долго. Поэтому Лю всё чаще заходил на Цинцзин. Иногда — просто принести лекарства от Му, иногда — проверить документы, а иногда — вообще без причины. И каждый раз всё заканчивалось примерно одинаково. — Тебе нужно поспать. — Не нужно. — Ты выглядишь ужасно. — Завидуешь? — Шэнь Цинцю. — Лю Цингэ. — Я серьёзно. — А я нет. И вот именно это раздражало больше всего. Шэнь Цинцю явно уже держался чисто на упрямстве. В тот вечер всё было особенно тихо. Цинцзин давно уснул, но в доме Цинцю привычно горел свет. Ветер едва шевелил бамбук. Лю Цингэ привычно поднялся к дому главы пика. Постучал, но в ответ тишина. Ещё раз. Ничего. Он нахмурился. Обычно Шэнь Цинцю хотя бы язвил в ответ. Поэтому спустя пару секунд Лю просто открыл дверь сам. Внутри горела только одна лампа. На столе были разбросаны свитки, отчёты, документы. Половина уже явно проверена. Половина — нет. А сам Шэнь Цинцю… уснул прямо за столом. Лю замер. Это выглядело так неправильно. Шэнь Цинцю никогда бы не заснул вот так. Тем более — посреди работы. Он подошёл ближе и сразу понял почему. Даже во сне лицо Шэнь Цинцю было напряжённым. Брови хмурились, пальцы слегка дрожали, а духовная энергия вокруг…начала искажаться. Совсем немного, но достаточно, чтобы Лю сразу напрягся. И в следующий момент перед глазами вспыхнуло чужое воспоминание. Тёмный коридор, ребёнок, Цю Цзянло. Лю Цингэ резко помрачнел. — …Опять. Он уже понял. У того снова начался кошмар. И судя по тому, как дрожала Ци Шэнь Цинцю — очень плохой. В комнате стало холоднее. Бамбук за окнами начал тревожно шуметь. Ещё немного и снова начнётся искажение. Лю тихо выдохнул. Потом подошёл ближе и осторожно взял Шэнь Цинцю за руку. Тёплая Ци медленно потекла по меридианам. Совсем немного, просто чтобы успокоить его. Перед глазами тут же начало расплываться чужое воспоминание. Коридор исчез, кровь — тоже и искажённая Ци постепенно выровнялась. Дыхание Шэнь Цинцю стало спокойнее. Пальцы наконец перестали дрожать, а спустя ещё несколько секунд… он впервые за долгое время просто нормально спал. Лю Цингэ молча сидел рядом ещё какое-то время продолжая удерживать чужую руку. И почему-то впервые за последние месяцы… Шэнь Цинцю выглядел не уставшим. А просто… спокойным. Он по-настоящему спал. Без резких судорожных вдохов, дрожи, кошмаров и хмурых бровей. Просто… спал. Лю Цингэ сидел рядом молча. Его ладонь всё ещё удерживала запястье Шэнь Цинцю, медленно пропуская через него тонкий поток своей Ци. Совсем немного. Ровно столько, чтобы удерживать чужое сознание в стабильности. Комната была тихой, только свеча на столе иногда едва слышно потрескивала. Перед Лю всё ещё лежали разбросанные свитки, отчёты, карты. Шэнь Цинцю действительно вырубился прямо во время работы. Как будто тело просто больше не выдержало. Лю опустил взгляд ниже. Тонкие тени под глазами, бледное лицо, слегка расслабленная прическа и даже сейчас упрямо сжатые губы. Будто этот человек и во сне продолжал с кем-то спорить. Лю Цингэ неожиданно вспомнил слова Му Цинфана. «Он так долго не спал, что организм уже сам начал отключаться.» Тогда это звучало раздражающе. Сейчас — почему-то злило ещё сильнее. Как вообще можно было довести себя до такого состояния? Почему этот идиот никогда не умеет остановиться вовремя? Почему всегда делает вид, будто всё нормально? Лю нахмурился, а потом вдруг понял, что всё ещё продолжает держать чужую руку слишком долго. Но отпускать почему-то не хотелось. Потому что стоило потоку Ци чуть ослабнуть — Шэнь Цинцю почти незаметно нахмурился во сне. Лю тихо цыкнул. — Проблемный. Спящий Шэнь Цинцю, разумеется, ничего не ответил. Только слегка выдохнул и почему-то…чуть ближе придвинулся к источнику тёплой Ци. Лю Цингэ замер. Потом медленно отвёл взгляд в сторону. Сделав вид, что вообще ничего не заметил. Абсолютно. Несколько минут он ещё сидел так. Просто молча наблюдая пока не понял одну очень неприятную вещь. Он тоже устал, а отпустить руку было страшно. Лю прикрыл глаза и тихо выдохнул. И, так и не отпуская руку Шэнь Цинцю, просто лёг рядом на стол. Чисто чтобы не тащиться обратно ночью. Да. Именно поэтому. Не больше. Свеча догорала медленно, а за окном было тихо. На пике Цинцзин впервые за долгое время Шэнь Цинцю спал без кошмаров.

***

Снаружи уже начинал светлеть рассвет. Тонкие лучи медленно пробирались сквозь бумажные окна, ложась на стол, свитки, разбросанные кисти и чужие рукава. В кабинете было тихо. Лю Цингэ проснулся первым. Сначала лишь слегка нахмурился от света, бьющего прямо в глаза. Потом медленно поднял голову со сложенных рук. Шея тут же неприятно заныла — спать за столом оказалось отвратительной идеей, но почти сразу он забыл об этом. Потому что напротив всё ещё спал Шэнь Цинцю. Так же сидя. Голова лежала на руках прямо среди документов. Несколько прядей выбились из хвоста и упали на лицо. Вчерашняя бледность никуда не делась, но хотя бы сейчас он выглядел спокойно. Без нахмуренных бровей, дрожащей Ци и этого болезненного напряжения, которое преследовало его последние месяцы. Лю машинально опустил взгляд ниже и только сейчас понял, что всё ещё держит его за руку. Именно в этот момент Шэнь Цинцю тоже медленно открыл глаза. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Потом Лю Цингэ почти сразу отпустил его руку. Слишком быстро, будто его поймали за чем-то незаконным. — Я пришёл вчера, — ровно сказал он раньше, чем Шэнь успел что-либо выдать. — У тебя уже начиналось искажение. Поэтому я остался. Шэнь Цинцю медленно моргнул. Словно мозг после нормального сна отказывался работать. — …Понятно. И всё. Ни привычного: «Какого чёрта ты тут делаешь?» Ни: «Кто разрешал трогать меня?» Просто тихое:« Понятно.» От этого почему-то стало ещё страннее. Повисла неловкая тишина. Шэнь Цинцю первым отвёл взгляд и наконец поднял голову со стола и потер висок. Потом всё-таки спросил: — А зачем ты вообще вчера пришёл? — Был на миссии. После зашёл к Му Цинфану спросить про демона. Он сказал, что лучше узнать у тебя и попросил передать новые лекарства. Лю кивнул куда-то рядом с собой. Только сейчас Шэнь заметил рядом с ним несколько свёртков с травами. — У тебя горела лампа, — продолжил Лю. — Поэтому я зашёл. Шэнь Цинцю замолчал. И вот тут стало совсем плохо. Он вдруг понял одну очень неприятную вещь. За все свои жизни… он ни разу не засыпал рядом с кем-то спокойно. Особенно рядом с мужчиной. Никогда. Всегда было чувство опасности, страха, кошмары. Только в борделе он мог спать по-настоящему спокойно. А тут…Он просто уснул. И даже проспал почти всю ночь без этого бесконечного ада в голове. Из-за Лю Цингэ. Осознание было настолько абсурдным, что мозг буквально отказался нормально реагировать. И мысли сами полезли в сеть. «Пиздец, я в ахуе.» Лю Цингэ едва заметно дёрнул бровью. «И что сказать?.. Спасибо? Нет. Ни за что.» Шэнь Цинцю застыл. Он правда не знал что сказать. Мысли так и кружились в голове. «Что вообще происходит? Похоже, мне правда надо почаще спать. У меня уже мозг не работает.» Пауза. «Или меньше пить.» Ещё пауза. «Хотя одно другому не мешает.» Лю уже откровенно не знал, куда смотреть, а поток мыслей всё продолжался. «Нет, правда. Что вообще происходит? Почему все такие странные? Я бы быстрее поверил, что Лю Цингэ попытается перерезать мне горло, чем вот в это всё. Почему всё так поменялось вдруг?..» И прежде чем он успел мысленно заткнуться— Шэнь Цинцю вдруг очень тихо, почти неразборчиво произнёс вслух: — …Спасибо? Тишина. Абсолютная. Лю Цингэ уставился на него так, будто только что услышал конец света. Потому что Шэнь Цинцю. Сказал. Спасибо. Ему. Без угроз и сарказма? Без: «Но не привыкай.» Шэнь, кажется, сам понял, что только что сделал. И теперь выглядел так, будто хотел немедленно выпрыгнуть в окно. Поэтому почти сразу отвернулся сделал вид, что очень внимательно рассматривает бумаги. Лю Цингэ молчал ещё пару секунд. Потом всё-таки произнёс: — …Пожалуйста. И почти сразу добавил уже привычным тоном: — Но начни нормально ходить к Му Цинфану. Шэнь Цинцю тихо фыркнул. — Опять ты за своё. — Неадекватно, что у тебя начинаются искажения из-за сна. — Это временно. — Ты говорил так же про раны. — И что? Я же жив. — К сожалению. Шэнь всё-таки покосился на него и неожиданно уголок губ едва заметно дёрнулся вверх. Очень слабо и незаметно. Но Лю это увидел и, кажется, окончательно перестал понимать происходящее. Он сидел после бессонной ночи в кабинете Шэнь Цинцю, держал его за руку, успокаивал искажение Ци…и получал за это спасибо. Мир явно сошёл с ума. Лю резко поднялся. — В любом случае, лекарства не забудь принимать. — Мг. — И спать тоже попробуй. — Не командуй. — Тогда хотя бы не умирай. — Ничего не могу обещать. Лю Цингэ помолчал. Потом коротко кивнул и буквально сбежал из кабинета быстрее, чем успел услышать ещё хоть одну мысль из сети. Дверь захлопнулась и Шэнь Цинцю остался один. Сидел молча ещё секунд десять. Потом медленно опустил взгляд на собственную руку, которую тот держал всю ночь. И снова задумался. «…Очень странный человек.» Пауза. «Все вокруг стали какими-то странными.» Ещё пауза. «Наверное, это всё из-за недосыпа.» Да. Определённо. И никак иначе.