Цена Учихи

Утро после битвы Утро в Учихагакуре наступило беспощадно. Солнечные лучи освещали банкетный зал, который теперь больше напоминал поле битвы после очень странной войны. Похмельный балаган Гости, изрядно перебравшие с праздничным саке Орочимару, живописно рассредоточились по всей резиденции: Цунаде, которая в три часа ночи пыталась вызвать Кацую, чтобы та «разнесла эту змеиную нору», была аккуратно, но плотно замотана Орочимару в тяжелую парчовую занавеску. Теперь она мирно посапывала в углу, напоминая огромный, дорогой кокон. Какаши и Ирука обнаружились под главным столом. Ирука, даже во сне продолжая всхлипывать о «своем мальчике», крепко прижимался к Какаши, а тот, закинув руку на плечо наставника, использовал его вместо подушки. Копия «Приди, приди» сиротливо валялась рядом в луже пролитого вина. Гаара уснул прямо на своем песчаном облаке, которое зависло в метре от пола, из-за чего Темари и Канкуро не могли его достать и просто легли рядом на ковре. Шикамару и Чоджи спали спина к спине. Шикамару даже во сне бормотал: «Какая морока... эти Учихи... биология — это слишком сложно...» Рок Ли и Майто Гай застыли в позе «упор лежа». Видимо, они пытались протрезветь через отжимания, но выключились на пятисотом повторе. Собрание «пострадавших» Пока резиденция погружалась в тяжелый утренний сон, две тени с трудом прокрались в дальнюю беседку сада. Наруто и Кабуто выглядели так, будто по ним прошелся кавалерийский полк. Наруто шел, заметно прихрамывая и придерживая рукой пояс своих новых шорт. Его косы, которые Саске так бережно плел, превратились в гнездо, а воротник футболки не мог скрыть багровое «творчество» Учихи. — Ну и... как ты? — просипел Наруто, усаживаясь на скамью с тихим ойканьем. Кабуто, чей хвостик со змейками теперь уныло висел на бок, медленно снял очки и начал протирать их дрожащими пальцами. Его шея и ключицы были буквально размечены укусами — Орочимару явно не сдерживал свои инстинкты. — Ужасно, Наруто, — Кабуто со стоном откинулся на спинку. — Орочимару-сама... он не просто медик. Он одержимый. Он всю ночь комментировал, как реагируют мои показатели чакры на каждый его... жест. Я чувствую себя не женой, а лабораторным журналом, который решили заполнить за один присест. Наруто в ответ лишь оттянул край футболки, демонстрируя на плече четкий след от зубов Саске. — Это еще что! Саске вообще сошел с ума! Он заставил меня три раза повторить, что я теперь «Учиха Наруто». А потом... — блондин густо покраснел. — В общем, Курама в какой-то момент просто заблокировал мои чувства, чтобы я не слышал, как Саске нашептывает планы на пятерых детей! Пятерых, Кабуто! — Мои соболезнования, — Кабуто горько усмехнулся. — Мне Орочимару-сама вообще заявил, что первая фаза зачатия прошла «удовлетворительно» и теперь мне нужно лежать по три часа в день с поднятыми ногами. Тяжелая участь Оба «пассива» замолчали, глядя на просыпающуюся деревню. Синяки, засосы и ломота во всем теле были ярким напоминанием о том, что их мужья перешли от слов к делу. — Знаешь, — вздохнул Наруто, — я думал, что самая страшная битва была с Пейном. Но теперь я понимаю: настоящая война только начинается. Теперь нам придется как-то выживать в роли «хранителей очага». — И не забудь о диетическом рамене, — напомнил Кабуто. — Орочимару уже составил нам меню на ближайшие девять месяцев. В этот момент на террасе показались две высокие фигуры. Саске и Орочимару, выглядящие на удивление бодрыми и довольными, искали своих «потеряшек». — Наруто! Кабуто-кун! — раздался вкрадчивый голос Саннина. — Пора на утренний осмотр! Наруто и Кабуто синхронно вздрогнули. — Бежим? — шепнул Наруто. — Смысла нет, — обреченно отозвался Кабуто. — Они быстрее. И у них наши медицинские карты.