Стайлз Стилински НЕ девственник

Только всё вроде бы, после стольких мучений и потраченных нервов, стало нормально, как всё тут же снова покатилось к чертям собачьим. Притащился стремный, покрытый стремными морщинами дед Эллисон и приволок с собой всю свою вооруженную охотничью шоблу-еблу, Дерек и Джексон оба хмуро ходили вокруг да около с исключительно загадочными ебалами, а влюбленный Скотт упорно, как приклеенный, лип к Арджент, несмотря на перманентную, висящую в воздухе угрозу мучительной смерти от рук её родственников. Стайлза в этом проклятом городе окружали просто какие-то беспросветные идиоты. Хотя с недавних пор он и сам начал смутно подозревать, что старая поговорка «скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты» имеет под собой весьма веское основание. Фиаско с этим дебильным ритуалом действительно сильно, до глубины души подкосило его уверенность в собственном интеллекте. Но ненадолго, слава богу, ведь Стилински не умел долго унывать. Уже через пару дней Стайлза отпустило, паника улеглась, и он даже смог спокойно прийти на тренировку по лакроссу без того, чтобы попытаться со стыда провалиться под землю при виде тренера. Ну было и было, дело прошлое, что теперь. Финстоку, кажется, было даже в сто раз некомфортнее, чем Стайлзу, — он всю тренировку, свистя без умолку, старательно избегал смотреть в его сторону, словно у Стилински на лбу написано, что он отсосал учителю. Тренировка сегодня, к слову, была самая обычная, рутинная беготня по полю, но Стайлз так измотался за последние недели, что едва осилил её, еле волоча ноги. Теперь он остался в пустой раздевалке совершенно один, в тишине под гул ламп вяло стягивая потную футболку, чтобы наконец пойти в душ. Даже Скотт уже умчался на своё очередное «тайное» свидание в лесу. А кто-то ещё говорит, что собаки самые преданные существа. Брехня чистой воды.

***

Стайлз был решительно настроен сегодня найти нормальный, человеческий секс. А не вот это вот всё дикое, травмирующее дерьмо, что было у него до этого. Раз уж никакого проклятья не существовало, он закупился презервативами разных размеров, от стандартных до XL, чтобы не повторить неудачу с большим членом, и теперь всегда носил их с собой в кармане рюкзака на всякий случай. Ладно, решить-то он в голове решил, а на кого запрыгнуть — так до сих пор и не придумал. В целом, всё ещё оставался вариант пойти в гей-клуб, но рожа его по-прежнему оставалась слишком детско-подростковой, и никакой поддельный ID тут не поможет пройти охрану. Ещё можно было снова подкатить к Дэнни, ведь они так и не дошли до самого главного, но Стайлз был уверен: тот точно почувствует, что задница Стилински уже много повидала, и тогда новой лекции о безопасном сексе и осуждающих взглядов не избежать. Моралист грёбаный. И вот Стайлз остался совсем один в гулкой раздевалке, полудохлый после тренировки, и решил, что раз уж все свалили, он может делать всё, что захочет. Например, подрочить в общественном душе под горячей водой. Или даже трахнуть себя пальцами в общественном душе, чего уж там. Взяв с собой гель для душа с ароматом персика, который он урвал по скидке в «Волмарте», Стайлз абсолютно голым, шлепая босыми ногами по кафелю, направился мыться, тихо насвистывая и помахивая полотенцем. Школьные душевые ему, к слову, не шибко нравились из-за ржавых труб, но если стоял выбор, где тратить горячую воду — в школе или дома, он всегда выбирал школу. Отец и так слишком много работает, чтобы оплачивать лишние кубометры. Не торопясь включив и настроив воду, Стайлз встал под тугие струи и ещё минут пять просто стоял, наслаждаясь ощущением тепла и расслабления мышц. Офигенно. Всё так же медленно он намылился гелем для душа и начал плавно водить руками по шее, постепенно сползая ниже, к соскам, легонько пощипывая и поглаживая их. А следом спустился к паху, начав неторопливо надрачивать уже полностью стоящий член. Надолго терпения Стайлза, конечно же, не хватило: выдавив в ладонь ещё геля, он завёл руку за спину и начал ласкать свою дырку, пока не вставляя пальцы, а просто поглаживая и разминая. В конце концов, хоть кто-то же должен относиться к ней с уважением, а не врываться своими огромными хуями с разбега! Стайлза немного передёрнуло — не то от воспоминаний о болезненном проникновении, не то от накатившего новой волной возбуждения. Недолго думая, Стайлз с мыслями о хейловских гигачленах вставил в себя два пальца и начал быстро трахать себя, уделяя максимум внимания простате и напрочь позабыв о планах на медленную, вдумчивую дрочку. Не сейчас. Возможно, вечером. Он упёрся лбом в облицованную кафелем стену и всё быстрее и быстрее трахал себя пальцами, которых было уже три. Он как раз подумывал о том, чтобы добавить четвёртый, когда позади в пару раздался удивлённый возглас: — Ну нихуя ж себе! Стайлз подпрыгнул от неожиданности, едва не поскользнувшись на мокром полу, а сердце заколотилось так, будто собиралось выпрыгнуть из груди. Он резко обернулся. Позади него стоял долговязый кудрявый парень в одном полотенце, под которым отчётливо угадывалась эрекция, и во все глаза пялился на задницу Стайлза, в которой только что были пальцы. Кажется, чувака звали Айзек. Стайлз был не совсем уверен на этот счёт, он даже не помнил, есть ли у них общие предметы. Айзек относительно недавно стал частью их команды по лакроссу и в основном полировал скамейку запасных. В общем-то, был точно таким же неудачником, как и Стайлз ещё несколько месяцев назад. — Чувак! Какого хрена?! Зачем так подкрадываться? — наехал на него Стайлз, разворачиваясь лицом. Теперь Айзек откровенно пялился на его всё ещё стоящий член. — Я... блин, прости, я от неожиданности? — каким-то странно вопросительным тоном повинился он, не отрывая взгляда. Ну что за крип. — Чел, а ты можешь поднять взгляд на мои глаза, когда разговариваешь со мной? — предпринял попытку достучаться Стайлз. — Нет... Прости, — ответил Айзек и продолжил пялиться. — Как это ты так засунул?... — Что? Пальцы в жопу? — уточнил Стайлз, начиная получать искреннее удовольствие от происходящего. — А-ага... — прошептал Айзек, медленно, но верно заливаясь краской так, что у него покраснели даже шея и грудь. — Очень просто: взял и засунул, — пожал плечами Стайлз. — Хочешь тоже попробовать? Он цинично рассудил, что раз Айзек сам приперся в душевые, когда Стайлз решил здесь подрочить, то он сам виноват. Будет теперь его трахать, ничего не поделаешь. Суровая жизненная необходимость. — Я... что?... Меня?... — запаниковал Айзек и начал отступать к выходу. Господи, кажется, он был ещё тупее Скотта. — Да нет же, чувак. Хочешь тоже засунуть в меня пальцы, ну? — вздохнув, объяснил ещё раз Стайлз. — Эм, да? Хочу... — с сомнением протянул Айзек, однако подходить не торопился. — Ну так подойди уже, блять, чего ты там встал? — недовольно бросил Стайлз, и Айзека как на поводке притянуло к нему под струи воды. Этот недоумок даже не снял полотенце. Закатив глаза к потолку, Стайлз содрал с него всё лишнее и не глядя отбросил куда-то в сторону скамейки. — Так-то лучше. Ухмыльнувшись, он схватил Айзека за скользкое от воды запястье и самостоятельно, без лишних прелюдий направил его влажные пальцы к своему анусу. Руки у Лейхи в этот момент дрожали так сильно, что эта крупная дрожь отчетливо отдавалась прямо во внутренностях Стайлза, когда Айзек, наконец, с тихим вздохом засунул в него один палец. — Ну как тебе? — всё так же нагло, сквозь пелену горячего пара ухмыляясь, спросил Стайлз, попутно уверенно добавляя второй палец Айзека внутрь себя. — Там так горячо... — задумчиво выдал Айзек, сглотнув попавшую на губы воду и начиная чуть смелее трахать Стайлза. — Ага, круто, да? А это твой первый раз? — под тугими струями душа продолжил неуемно допытываться Стайлз. — Нет? Ну почти... — как-то слишком туманно и неуверенно ответил Айзек, пряча глаза, и Стайлз решил больше не пытать его дальше расспросами. Он просто резко притянул мокрого Лейхи к себе за шею и поцеловал, с ходу пуская в дело свой горячий язык. Целовался Айзек, конечно, надо признать, весьма так себе. Кажется, он от волнения не до конца понимал, что ему вообще делать с собственными зубами, и целых два раза умудрился довольно ощутимо прикусить Стайлзу нижнюю губу. М-да. Ну да ладно, в конце концов, Стайлз не нежно лизаться его в душевые затащил. Оторвавшись от искусанных губ Айзека, Стайлз резко развернулся к нему спиной, уперся руками в стену и призывно прогнулся в пояснице. Они были практически одного роста, тютелька в тютельку, так что смущенному Лейхи не составило особого труда войти в него. Член у него, к слову и к огромному облегчению, оказался просто-таки идеальной, анатомически правильной формы и размера. Ровный, совсем не пугающе огромный, как у некоторых Хейлов, но и при этом совсем не маленький. Одним словом — настоящий эталон. Стайлз, чувствуя скольжение персикового геля, искренне порадовался такой удачной случайности. Всё-таки есть в этой проклятой жизни хоть какая-то высшая справедливость. Как только Айзек медленно вошел в него до самого конца, заполнив до предела, он вдруг застыл без движения и начал очень быстро, рвано дышать, уткнувшись Стайлза куда-то в мокрую шею. Стайлз немного повернул голову в его сторону, силясь рассмотреть лицо, и нетерпеливо поторопил: — Эй, чувак, ты чего там застыл, двигайся давай, — и едва он успел договорить эту фразу, как краем глаза в отражении влажной плитки уловил странную, яркую вспышку золота. Глаза Айзека на секунду дико загорелись и тут же послушно потухли. Вот же блять, чертово дерьмо. Этот хмурый засранец Дерек всё-таки пошел по кривой дорожке, проложенной его безумным дядей, и вовсю начал обращать местных подростков. Просто пиздец, приплыли. И один из этих грозных, новоявленных оборотней сейчас стоит, уткнувшись лицом ему прямо в шею, в опасной близости от сонной артерии, глубоко и плотно погрузившись в его задницу. К-комбо, как оно есть. Главное теперь, чтобы в процессе не произошло случайного фаталити. Сколько там этот Айзек уже полноценный оборотень? Один день? Два часа? — Айзек? Всё окей? — попробовал Стайлз еще один раз осторожно дозваться замершего оборотня. Тот лишь что-то невнятно, утробно прорычал в ответ и сделал мощный толчок бедрами, со звуком уперевшись когтистой рукой в стену прямо у самого лица Стайлза. Стайлз от греха подальше решительно отвернулся в сторону, зажмурившись. Мало ли что. Айзек все так же уткнувшись в мокрую шею Стайлза и глубоко, шумно дыша, согревая кожу, пытался успокоить бешено заколотившееся под ребрами сердце, а Стайлз изо всех сил пытался не заорать на всю раздевалку и не свалить как можно дальше от этого оборотня-дегенерата, который нагло вломился в душ к абсолютно невинному человеку, а теперь, зажав его в углу, просто не может справиться со своими дикими инстинктами. Кто так делает вообще в приличном обществе? Ну ладно, Скотт так делает регулярно, но он, прямо скажем, вообще не самый лучший пример для подражания. А Айзек под потоком горячей воды всё стоял и стоял без движения, щекоча кожу кудрями, как вдруг резко начал что-то активно и шумно вынюхивать у него за самым ухом, из-за чего в следующую секунду оглушительно чихнул, содрогнувшись всем телом. — Черт, прости, — растерянно пробормотал он, утирая нос ладонью и торопливо отодвигаясь под струями воды немного подальше. — Бля, чел, ты в следующий раз в такой ситуации хоть отвернись в сторону. Всю шею мне сейчас обдрызгал своими соплями. Фу, боже, какая мерзость, — недовольно пронудел Стайлз, смывая влагу рукой и подставляясь под тугие струи воды, шумно льющиеся на них сверху. — Да прости, я случайно, — еще раз шмыгая носом, повинился Айзек, неловко переступая босыми ногами по мокрому кафелю. — Просто от тебя сейчас реально воняет. — Чего, блять, ты сейчас сказал? — сквозь пелену горячего пара медленно обернулся Стайлз и в упор посмотрел прямо в бесстыжие глаза этого кудрявого говноеда. — Это от меня воняет? — Д... Нет! В смысле, ты вообще не воняешь! Просто запах от кожи какой-то слишком, ну... — мгновенно запинаясь и краснея, принялся лихорадочно оправдываться Айзек, справедливо и очень сильно опасаясь, что его за такие слова сейчас с позором выгонят из раздевалки в чем мать родила. — Какой еще, к черту, запах? — еще более угрожающе и тихо прошипел Стайлз, сузив глаза, и попытался силой вырваться из крепкой, стальной хватки парня. — Я только имею в виду, что это совсем не плохой запах, честно, просто он очень резкий, — продолжил с глупым видом закапывать себя все глубже и глубже Айзек, размахивая руками. Эти сраные, дикие оборотни просто охренеть какие бестактные со всеми этими своими супер-носами и чутким обонянием. Стайлз после этих слов начал вырываться уже всерьез, скользя грудью по скользкой стене. С него, блять, хватит всего этого зоологического говна. Новое железное правило жизни: никаких ебаных оборотней в постели. Никогда больше! — Нет-нет-нет, стой, подожди, пожалуйста! — испуганно завопил Айзек, перехватывая его поперек тела, с силой стиснув его в объятиях и намертво прижав обратно к холодной кафельной стене. — Я правда не имел в виду ничего плохого, клянусь! Просто от тебя пахнет какой-то химозой. Типа персика, но только очень резко бьет в нос. — Это вообще-то мой новый гель для душа. Есть какие-то проблемы? — ледяным, пронизывающим тоном спросил Стайлз, наконец переставая брыкаться. — Нет, абсолютно никаких проблем, что ты. Мне он даже очень нравится, правда. Такой сочный, свежий запах. Просто класс, — шмыгнув носом, позорно капитулировал Айзек, преданно заглядывая ему в лицо. — Вот и умница, вот и молодец тогда, хвалю. Трахай меня давай дальше, раз у нас с тобой больше нет никаких проблем. И Айзек, послушно рыкнув, трахнул. Немного придя в себя и поймав волну, Айзек начал очень быстро толкаться в Стайлза, чем-то до боли напоминая глупую соседскую собачонку, которая трахает ногу своего хозяина. Только Стайлз это наглядно себе представил, как тут же почувствовал непреодолимое желание заржать в голос на всю раздевалку от полной абсурдности ситуации. Черт возьми, ну не бывает так, что из всех парней в этой гребаной школе Стайлзом приспичило потрахаться именно с оборотнем. Что это вообще такое, если не проклятье? Перст судьбы? Злой рок? Может, не нужно было тогда выебываться, принять предложение Питера и стать оборотнем? А может, даже спасти Питера и продолжить регулярно спать с ним. Сейчас бы, наверное, как сыр в масле катался во всей этой стайной иерархии. «Блять, да какой нахер сыр, Стилински? Питер — гребаный психопат, он бы оторвал тебе голову в первый же раз, как ты достал бы его своей болтовней. И вообще, сосредоточься на происходящем: тебя там новоявленный оборотень трахает». А сосредоточиться и правда стоило бы, пока ноги не подкосились. Айзек всё разгонялся и уже жестко, до глухих шлепков вбивался в Стайлза, трахая его практически «навылет». Стайлз старался издавать как можно меньше звуков, до синяков вцепившись зубами в собственную руку, и только задушенно скулил под струями воды. Айзек же всё не кончал, а только долбился сзади как дятел и рычал. Буквально. Как злая собака. Да сколько ж можно, блять, у Стайлза скоро мозоль натрется в самом сокровенном месте! Решив пойти ва-банк, Стайлз начал самостоятельно себе надрачивать, одновременно с этим ритмично сжимая внутренние мышцы, как при упражнениях Кегеля. И не нужно его осуждать, он знает, что они для других мышц тазового дна, которых у него нет. Но он пока не планирует возвращаться в больницу из-за недержания, спасибо большое. Встряхнув головой и насильно отгоняя навязчивые мысли о проклятой центральной больнице Бейкон Хиллс, где не происходит ничего хорошего, он начал ускоряться, приближая свой оргазм. Айзек же совсем потерял ритм, толкался как попало и явно вот-вот собирался кончить. Прямо в него. И зачем Стайлз носит с собой несколько пачек презервативов, если в решающий момент просто забивает на них? На этой прекрасной ноте Айзек наконец кончил в него, намертво придавив Стайлза к холодному кафелю душевой, и Стилински тут же последовал за ним, доводя себя рукой. Немного отдышавшись, Стайлз повернулся лицом к Айзеку, вытирая капли со лба. — Было неплохо, а? — с нервным смешком спросил он, привалившись к стене. Айзек вроде бы уже выглядел вполне нормальным человеком без клыков, когтей и горящих глаз. Слава богу. — Ага, клево, — Айзек как-то смущенно улыбнулся в ответ, пряча взгляд. — А... можно задать тебе вопрос? — Ага, конечно, без проблем, — затараторил Стайлз. «Только не спрашивай, заметил ли я что-то странное». — Это тоже был твой первый раз? — еще сильнее смутился Айзек, но все же задал вопрос. — А? Да, — невозмутимо соврал Стайлз. Ну а что такого. Он не Питер, чтоб раскусить его ложь по сердцебиению. — Ого, вау, — удивленно пробормотал Айзек, отводя глаза в сторону. А это что еще нахрен значит? Увидев, с каким подозрительным лицом на него уставился Стайлз, Айзек быстро исправился: — Я не имею в виду ничего такого! Просто, ну, ты был таким уверенным. И я подумал, что у тебя уже есть опыт. — А. Не, я просто много смотрю порнухи. Это же классический сюжет, — в этот раз даже врать не пришлось. — Хах, ну да, логично, — хохотнул Айзек, неловко почесав макушку.

***

Они быстро помылись и прибрали за собой в душе, чтоб не оставлять никаких улик против себя. С каждой секундой, проведенной со Стайлзом в одном помещении, Айзек нервничал все сильнее. Так что, когда они наконец оделись и направились к выходу, он на Стайлза даже не смотрел, наглухо уткнувшись взглядом в пол. Реально странный тип. Стайлз прошел вперед, но не успел он потянуться к ручке, как дверь распахнулась сама. В проеме стоял Финсток. Едва увидев их, он нахмурился и громко рявкнул: — Какого это хрена вы двое тут делаете?! Отвечай, Билински! Только Стайлз открыл рот, чтобы выдать хоть какое-нибудь правдоподобное оправдание, как тренер его перебил. Взгляд Финстока на секунду метнулся к раскрасневшемуся лицу Айзека, затем к мокрым волосам Стайлза, и на его лице отразился абсолютный экзистенциальный ужас. — Хотя нет. Заткнись. Я ничего не желаю знать про твою личную жизнь. Пошли вон оба. И они пошли вон. Повезло сегодня Финстоку, он пропустил все самое горяченькое.