Стайлз Стилински НЕ девственник

Стайлзу просто смертельно, до зубного скрежета надоели эти бесконечные идиотские сверхъестественные разборки между оборотнями, охотниками и любыми другими жуткими тварями. Хватит с него, лимит терпения официально исчерпан. Его и так совсем недавно ни за что ни про что отмудохал ебучий дед Арджентов, оставив на теле кучу болезненных синяков. Не иначе как за поруганную честь своего сына отомстил, старый хрен. В общем, Стайлз уже несколько дней как мог отдыхал от всех этих ужасных людей и безумных нелюдей, плотным кольцом его окружавших со всех сторон. В самый первый день этого затворничества было довольно круто валяться часами на мягком диване в гостиной, устроив себе масштабный домашний марафон «Властелина колец» под чипсы и газировку, но уже на второй день такого безделья стало откровенно скучно, тоскливо и уныло. Любимый отец денно и нощно без вылазок пропадает в полицейском участке, блюдя закон и порядок, а грустное и виноватое лицо Скотта Макколла видеть пока еще не слишком сильно хотелось. Нужно было срочно придумать, чем же еще себя можно развлечь в пустом доме. Вообще-то, если говорить начистоту, Стайлз был бы очень даже не прочь хорошенько потрахаться с кем-нибудь, но для этого деликатного дела опять-таки нужно было как минимум выйти из дома. Трахать самого себя какими бы то ни было случайными продолговатыми предметами, попавшимися под руку, было чертовски опасно для здоровья — это он уже уяснил на собственном болезненном опыте, — а специализированных секс-игрушек у него не было, и заказать в интернете он их не мог. Не с отцовской же кредитной карты делать такой палевный заказ, в самом деле, посылка бы пришла прямо в руки шерифу. Хотя шериф Стилински после всего пережитого, наверное, уже ничему в поведении сына не удивится. Просто уныло растягивать себя собственными пальцами ему уже давно наскучило, да и вдобавок казалось, что этого объема теперь слишком мало. То ли дело жесткие, мозолистые пальцы Криса Арджента... Нет, нет и еще раз нет. Ни в коем случае не вспоминать больше про проклятых Арджентов и вообще всё, что хоть как-то связано с ними. Но, как назло, совсем не вспоминать об этом никак не получалось. В самой глубине своей мятежной души Стайлз на самом деле жалел, что суровый отец Эллисон в тот день так и не довел начатое дело до конца и не трахнул его своим огромным кулаком. Это по всем прикидкам должен был быть достаточно необычный, экстремальный и захватывающий опыт. Про то, что в тот самый момент на он всерьез думал, будто вот-вот порвется, Стайлз, конечно же, благополучно забыл. В конце концов, вдоволь послонявшись по комнатам и окончательно докрутив эту шальную мысль до неоспоримого аргумента «в этой жизни нужно попробовать всё», Стайлз решительно пошел в ванную готовиться к своему очередному постельному эксперименту. Этот-то домашний опыт уж точно должен будет закончиться для него вполне благополучно: его собственная рука всё-таки надежно прикреплена к плечу и внутрь задницы в процессе точно не провалится.

***

Подготовка к этому важному «эксперименту» в итоге не заняла слишком много времени — в конце концов, в подобных вопросах Стайлз уже давно был почти профессионалом. Сразу после горячего душа он оперативно вытащил из шкафа все свои запасы смазки, чистые махровые полотенца, плотную клеенку (не пойми откуда вообще взявшуюся в доме и зачем когда-то купленную) и аккуратно разложил все эти, без всякого сомнения, нужные для дела вещи прямо на покрывале. Раскатав прозрачную клеенку по всей кровати и тщательно застелив ее сверху несколькими полотенцами, чтобы быть полностью уверенным, что он случайно не изгваздает матрас, Стайлз привычно улегся на спину точно так же, как во время недавней съемки с Мэттом. Поза была довольно удобной для того, чтобы растягивать самого себя, а вот о самом факте той съемки любительской порнухи он в глубине души немного жалел. Само по себе видео получилось просто отпадным — всё-таки Стайлз чертовски секси в кадре, по-другому и быть не могло, — но вот личность оператора-режиссера вызывала слишком много вопросов. Ну да ладно, по крайней мере, теперь он может пересматривать ту часть, где есть только он один, без этого сталкера-психопата. Закрыв глаза и усилием воли выбросив ужасные события последних дней из своей головы, Стайлз максимально сосредоточился на главной цели. А именно: экспериментальным путем выяснить, влезет в него его собственная ладонь целиком или всё-таки нет. Взяв в руку початый тюбик жидкой смазки, он резким движением выдавил всё содержимое до самой последней капли себе в ладонь и обильно размазал всё это дело по промежности, стараясь не капать на полотенца и зря не растрачивать ценный ресурс. Аккуратно распределив смазку по ладони и чувствительному анусу, Стайлз неторопливо вставил в себя первый скользкий палец. Он твердо решил во что бы то ни стало сегодня не торопиться, сделать всё максимально вдумчиво, аккуратно и медленно. Естественно, эта прекрасная идея о неторопливости тут же предсказуемо пошла нахер, потому что один палец для его тела — это было уже совсем ни о чем. Вставив в себя одним махом еще два пальца за раз, Стайлз начал довольно интенсивно и глубоко трахать себя сразу тремя пальцами, мысленно удовлетворенно приговаривая, что вот это уже совсем другой разговор. Вскоре, отчетливо почувствовав, что оргазм уже не за горами, Стайлз притормозил, сделал дыхательное упражнение (которое вообще-то когда-то нашел в интернете для Скотта, чтобы тот научился быстрее успокаиваться во время полнолуния) и медленно, с нажимом протолкнул в себя четвертый палец. Снова аккуратно начав трахать себя, но на этот раз гораздо медленнее и осторожнее, он внимательно прислушался к ощущениям. Пока что всё было очень даже неплохо, хоть и ощущалось довольно узковато. Чтобы окончательно привыкнуть к четырем пальцам, понадобилось гораздо больше времени, чем Стайлз изначально рассчитывал. Ему даже пришлось свободной рукой вскрыть новый флакон со смазкой, чтобы они лучше и мягче скользили внутри, но, несмотря на это, Стайлзу в итоге пришлось настойчиво растягивать себя дольше десяти минут, прежде чем вообще попытаться вставить внутрь большой палец. Теперь продвижение шло по-настоящему тяжело и туго. Стайлз как мог компактнее сложил ладонь лодочкой, но, несмотря ни на какие его ухищрения, целиком она внутрь проходить не желала, а нормально вытянуть ее, чтобы наконец вошли широкие костяшки, не было вообще никакой физической возможности, даже если он поменяет позу. Стайлз предпринял последнюю отчаянную попытку сильно надавить и всё-таки пропихнуть костяшки внутрь, как вдруг отчетливо услышал прямо над собой самый лучший в мире голос. — И что это ты тут такое делаешь? — внезапно спросила Лидия Мартин, совершенно непонятным, мистическим образом материализовавшаяся прямо посреди его комнаты. — А-а-а-а-а! — оглушительно заорал Стайлз во всю глотку от неожиданности и кубарем, запутавшись в ногах, скатился с кровати прямо на ковер. — Ты там в порядке? — не слишком заинтересованно спросила Лидия, осторожно заглядывая сверху вниз за край кровати. — Что?.. Что ты вообще здесь делаешь? — тяжело простонал несчастный Стайлз с пола, в панике пытаясь придумать, как оправдаться перед своей прекрасной богиней. — У тебя входная дверь не заперта, — ровно сказала она, как будто это Стайлз был виноват в том, что она без всякого спроса вошла в чужой дом. — А вообще, я хотела с тобой поговорить. Обо всем, что произошло. Но теперь я в этом уже не уверена. Она внимательно осмотрела его разворошенную кровать, на которой всё ещё лежала перекошенная клеенка и пустая бутылка смазки на силиконовой основе. — Так что, ты говоришь, только что делал? — еще раз настойчиво задала вопрос Лидия, медленно обойдя кровать кругом и в упор уставившись на абсолютно голого, мокрого Стайлза. Он за эти секунды так и не придумал, что бы такого соврать. — Я... Эм... Ну, провожу тут один важный научный эксперимент? — глупо выдал он вопросительным тоном, будто и сам в этой версии не был уверен. — Эксперимент? — скептически переспросила Лидия, скрестив руки на груди. — И в чем же конкретно он заключается? — Ну... В общем-то... Насколько сильно физически может растянуться человеческий анус? — выдал Стайлз первую пришедшую в голову чушь и в ту же секунду до смерти захотел ударить себя ладонью по лицу. — И зачем тебе это вообще нужно знать? — продолжала спокойно допытываться Лидия, ни разу не смутившись. Кажется, ей теперь просто было интересно, к чему в итоге приведет этот безумный разговор. — Да просто стало интересно для общего развития. Недавно я в сети прочитал, что теоретически взрослый енот может без проблем пролезть в человеческий анус, потому что предел его максимального растяжения — целых десять сантиметров, как и предел узости пространства, в котором физически может поместиться средний енот. Лидия слушала весь этот бред с таким серьезным и сосредоточенным лицом, что Стайлзу самому стало дико неловко от своих слов, и он резко замолчал. Она молчала в ответ больше минуты, задумчиво глядя на него, и наконец выдала: — И как, получается? — Да не особо, если честно. Неудобно совать руку в самого себя, — уныло пожал плечами Стайлз и наконец решился встать с пола, кое-как выпутавшись из полотенца. — Действительно, неудобно. Давай тогда лучше я засуну, — как ни в чем не бывало, будничным тоном предложила Лидия. — Что?.. — заикаясь, выдавил из себя Стайлз, округлив глаза. — Что? — тут же передразнила его Лидия, приподняв бровь. — Ты сам только что сказал, что тебе неудобно. Не хочешь — как хочешь, я не настаиваю. — Нет, стой, я хочу! Очень хочу! — поспешил согласиться Стайлз, пока его прекрасная королева не передумала. Лидия на этот возглас так сильно и выразительно закатила глаза, что её зрачки практически полностью скрылись под верхними веками. — У тебя хотя бы есть перчатки? — Что? — снова откровенно затупил Стайлз, глупо улыбаясь от внезапно свалившегося на его голову счастья. — Обычные медицинские перчатки, — терпеливым тоном повторила Лидия. — Я не собираюсь лезть тебе в задницу голыми руками. — А! Точно! Сейчас, я мигом! — радостно воскликнул Стайлз и как был, голышом, весело ускакал вниз на кухню искать перчатки. Они точно должны были лежать в домашней аптечке.

***

Перчатки действительно без особых проблем нашлись на самой нижней полке в аптечке, но, судя по маркировке на штампе, их официальный срок годности благополучно вышел еще года два назад. Стайлз на секунду задумчиво завис, повертел упаковку в руках и резонно решил, что у обычного медицинского латекса в принципе не может быть никакого срока годности — они же с Лидией эти перчатки, в конце концов, не есть собрались. Схватив пачку, он во весь опор побежал обратно на второй этаж, опасаясь, что за время его недолгого отсутствия Мартин всё-таки передумает и уйдет. Лидия, к его огромному облегчению, не передумала и, едва он запыхавшийся влетел обратно в комнату, быстрым движением отобрала у него из рук картонную упаковку, после чего властно кивнула в сторону кровати. — Становись в коленно-локтевую, — четко приказала она и принялась деловито, с тихим шуршанием распаковывать коробку и натягивать тонкий белый латекс на свои изящные пальцы. Без лишних слов Стайлз послушно запрыгнул обратно на кровать, попутно одним движением поправив съехавшую клеенку, и встал ровно так, как ему было велено — уперся локтями в матрас и высоко задрал задницу вверх. Вскоре он почувствовал, как пружины матраса позади него слегка прогнулись под весом девушки, и услышал характерный щелчок пластикового флакона с лубрикантом. — А ты, я смотрю, сегодня перед моим приходом уже постарался на славу, — задумчиво похвалила его Лидия, в упор уставившись на его мокрую, блестящую от смазки дырку. — Спасибо, я старался, — тихо поблагодарил Стайлз и тут же резко выдохнул, почувствовав, как в него одним уверенным движением плавно вошли три её тонких, прохладных пальчика. Этого объема внутри было, конечно, катастрофически мало, но Стайлз благоразумно решил помалкивать и лишний раз не комментировать процесс, чтобы случайно не взбесить девушку, которая прямо сейчас орудует пальцами в самом «сокровенном» его месте. Лидия аккуратно просунула пальцы чуть глубже и тут же плавно вытащила их обратно, и повторила так несколько раз подряд, пока наконец не решила добавить к ним четвертый палец. Для разработанного Стайлза это всё равно было почти ни о чем, но зато она на удивление умело и точно массировала ему чувствительную простату, заставляя тело крупно дрожать, но при этом не давая ему кончить раньше времени. Внезапно Стайлз почувствовал, как Лидия надавила ладонью гораздо сильнее, и её узкие костяшки разом оказались внутри него, хотя большой палец пока всё ещё оставался снаружи. Она начала растягивать его изнутри гораздо интенсивнее, практически не вынимая ладонь наружу, а только ритмично двигая согнутыми пальцами внутри и тем самым вырывая из груди Стайлза всё более громкие, рваные стоны. Из его полностью вставшего члена капало густой смазкой без перерыва от такой активной внутренней стимуляции, и он в какой-то момент даже мельком подумал, что сумеет сегодня кончить без рук. — Стайлз, сейчас я просуну в тебя большой палец. Постарайся расслабиться и не зажиматься, — ровным тоном предупредила Лидия и тут же без промедления исполнила свою угрозу: на секунду вытащила ладонь обратно и с ощутимым трудом засунула её назад, но уже со всеми пятью пальцами. — А-ах... Ага, х-хорошо, я постараюсь, — с трудом выдавил из себя Стайлз, крепко цепляясь пальцами за махровое полотенце. Он до сих пор не мог до конца поверить в реальность происходящего — в то, что прямо в этот самый момент внутри него находится ладонь самой Лидии Мартин. Это казалось каким-то чудесным, совершенно нереальным сном. Она на секунду остановилась, давая его растянутым мышцам привыкнуть к чувству распирающей заполненности, и аккуратно, медленно сжала свою ладонь в кулак прямо внутри него. Чувство от этого внутри было очень странное, непривычное и отчасти даже пугающее. Как будто грудолом находится глубоко внутри твоего тела. «Господи, опять мне в голову всякая параноидальная хрень лезет, нужно меньше смотреть ужастики на ночь, — мысленно выругался Стайлз. — У меня и так вся жизнь как один сплошной, непроглядный ночной кошмар». Стайлз потряс головой, буквально физически выбрасывая дурные мысли из черепной коробки, и постарался полностью сосредоточиться только на приятных ощущениях от руки Лидии внутри себя. Пока он предавался этому короткому экзистенциальному кризису, Лидия начала медленно и размеренно трахать его своим кулаком, практически полностью вытаскивая его наружу и затем медленно, с силой проталкивая обратно. По пути она каждый раз слегка прокручивала свое тонкое запястье так, чтобы давить на его простату. Стайлзу в эти моменты казалось, что у него искры из глаз сыплются от такого напора. — С тобой всё хорошо? — заботливо спросила Лидия, замедляясь. — Д-да, всё просто отлично, — громко простонал Стайлз, еще сильнее прогибая поясницу навстречу её руке. — Ты... ты можешь двигать рукой резче. — Ты точно в этом уверен? — с легким сомнением переспросила Лидия, но при этом поступательные движения руки внутри него всё-таки заметно ускорила. — Да-да, быстрее, пожалуйста, еще быстрее! — уже совсем поплыл от наслаждения Стайлз, теряя связь с реальностью. Что ж. Лидию Мартин просить дважды о подобном явно было не нужно. Получив от него полный карт-бланш, она начала быстро и глубоко трахать его кулаком, с каждой новой секундой всё ближе и ближе подталкивая парня к неминуемому мощному оргазму. Всего спустя минуту такой интенсивной долбежки Стайлза внезапно затрясло как в настоящем припадке, а его задница сама собой сжалась так сильно, что Лидия даже не могла пошевелить рукой внутри. Накативший оргазм был такой сильный и концентрированный, что на секунду у Стайлза потемнело в глазах, его затекшие колени сами собой разъехались в стороны, и он обессиленно упал животом прямо на мокрую от выплеснувшейся спермы клеенку. Наконец судороги в теле полностью прекратились, мышцы расслабились, и Лидия смогла аккуратно вытащить свою ладонь наружу с громким, влажным хлюпаньем смазки. Брезгливо сняв с руки использованную перчатку, она молча развернулась и ушла в ванную комнату тщательно мыть руки.

***

Когда она вернулась обратно в комнату, Стайлз всё так же неподвижно лежал, распластавшись лицом вниз по всей кровати, и не подавал никаких видимых признаков жизни, кроме тяжелого дыхания. — Иди помойся, — привычным тоном приказала Лидия, аккуратно усаживаясь на его крутящееся компьютерное кресло у стола. — Не могу. У меня никаких сил не осталось, — глухо пробубнил Стайлз куда-то в подушку, но слабую попытку подняться на локтях всё же предпринял. Впрочем, попытка эта оказалась полностью провальной, и он снова рухнул вниз. Вместо того чтобы попытаться сделать над собой усилие и встать еще раз, Стайлз просто лениво потянулся в сторону, схватил с деревянной тумбочки пачку дежурных салфеток для дрочки и кое-как, на скорую руку вытер ими промежность и бедра. И так сойдет, не помрет. — Фу, боже мой. Стайлз, ты просто свинья, — в очередной раз за сегодня выразительно закатила глаза Лидия, тем не менее продолжая спокойно сидеть на его кресле и явно не собираясь никуда уходить. — Так о чем ты хотела поговорить? — спросил Стайлз, начисто игнорируя оскорбление. Параллельно он лениво раздумывал, нужно ли ему надеть хотя бы трусы перед богиней или в этом уже нет никакого смысла. Наверное, после кулака в заднице можно было и не надевать. — Джексон уехал жить в Лондон, — сообщила Лидия совершенно обыденным, холодным тоном, рассматривая свои безупречные ногти. — Реально?! Да ладно! — от такой шокирующей новости Стайлз мгновенно подскочил на кровати, позабыв про усталость. — Я был уверен, что вы двое снова встречаетесь. — Я тоже так думала. Но в итоге у нас как-то совсем не сложилось. — она на секунду задумчиво притихла и внезапно, без всякого стеснения выдала: — Знаешь, а я ведь несколько раз предлагала Джексону трахнуть его страпоном, но он почему-то всё время упирался. Как будто я не знаю, что ему на самом деле нравится анальный секс. Он кончает с пальцами в заднице раза в три быстрее, чем от простого минета. — Ладно… это довольно неожиданно. Но я почему-то даже не удивлен, — Стайлз наконец встал с кровати и принялся деловито собирать разбросанную по комнате одежду. — Слушай, давай я сейчас быстро помоюсь, и мы обо всем поговорим. — Окей, без проблем, — легко пожала худыми плечами Лидия, поднимаясь с кресла. — Тогда я подожду тебя в гостиной. И закажу нам какую-нибудь еду навынос. — Отличный план! — Стайлз искренне улыбнулся ей во все тридцать два зуба и наконец бодрым шагом отправился в ванную отмываться от смазки и спермы.