След в глазах твоих

Сборы вещей проходят в тумане. Родители пытаются задавать вопросы, но Тэхен их полностью игнорирует, предпочитая раз за разом прокручивать в голове момент брошенного напоследок безразличного взгляда. Он явно проявлял интерес, с чего вдруг он стал таким холодным? Вопросы без ответов только сильнее злили. Омега с надрывным рыком бросает на пол льняные светлые брюки, что до этого держал в руках и пытался сложить. Горечь жасмина снова звенела в воздухе, из-за чего отец пошёл в который раз за день открывать окно. Нежный ирис, слегка придушенный отчаянием, пробирается в лёгкие быстрее вместе со свежим воздухом. Папенька поднимает брошенную вещь и осторожно складывает в котомку сына. — Тэхени, мы понимаем, что ты расстроен. Но может расскажешь в чём дело? Альфа показался нам довольно сдержанным. Да и не скажешь со стороны, что он выглядел каким-то жестоким. — Жестоким?! — омега вскрикивает так резко, что отшатывается даже отец, осторожно складывающий кофту. — Да этот…этот! Он!.. Альфа! Эмоции захлёстывают так стремительно, что Тэхен задыхается и глотает воздух как выброшенная на берег рыба. Мозг снова и снова прокручивает воспоминания о том, как сладковатый запах земляники дразнит обоняние, а в глазах напротив блестит что-то до боли знакомое. Из груди вырывается разочарованный стон. Тэхен сжимает кулаки и раскачивается из стороны в сторону, словно маленький ребёнок, которому не дали игрушку. — Он уже был жесток со мной… — канючит омега и выпячивает нижнюю губу. — Когда?! — как и подобает отцу, желающему защитить своё чадо, Джимин подскакивает к омеге и начинает рассматривать его с головы до ног. — Он с тобой что-то сделал? Как-то повлиял на тебя своим волчьим проклятием? Тэхен отрицательно качает головой и тяжело вздыхает, продолжая собирать вещи уже более вяло. Горечь белых цветов сменилась печальной влажностью и прелостью листьев. Обида тянула тяжестью под рёбрами. — У него в глазах было что-то… И я хотел спросить в чём дело, но он даже не поговорил со мной. Просто развернулся и молча ушёл. Кто так поступает? Я не понимаю! — в голосе снова появились силы, а жасмин загорелся праведным огнём. — Он ведь должен был выбрать того, кто ему интересен? Тогда почему нужно было вот так смотреть на меня?! Отцовский шалфей и папенькин ирис резко меняются в эмоциях, как и их выражения лиц. Тэхен непонимающе смотрит на родителей несколько мгновений, ожидая объяснений, но те лишь переглядываются между собой и продолжают молча помогать со сбором вещей. А омега… Он слишком сильно был занят мыслями об одном ненавистном альфе, чтобы понять, что старшие как-то странно себя ведут.

🌺🌺🌺

Конечно же, надеяться на то, что волк обратит на него внимание, когда они снова встретятся, было пустой затеей. Вожак даже не повернул голову в его сторону, зато появился ещё один альфа, который помог с вещами. Омега ощущал всем своим нутром, что веселье только начинается. И, кажется, это веселье устроит именно он этому несносному вожаку. Одно радовало: он чувствовал его запах, от этого злость и обида немного поутихла. Жасмин больше не держал всех окружающих в своем удушающем захвате. Родители попрощались с сыном, но Тэхен не нашёл в их глазах тревоги, и это было удивительно и как-то подозрительно. Казалось, все вокруг сопереживали, будто он отправляется на верную смерть, и только его близкие знали то, что было скрыто от остальных. Напоследок даже староста сказал какие-то слова напутствия, но омега их уже не слышал. Его внимание снова было приковано к вожаку волков, старательно игнорирующего его. Когда они вышли по дороге в сторону леса, их было четверо. Присмотревшись поближе, Тэхен понимает, что тот, кто стоял и что-то говорил вожаку перед смотринами, был похож на шамана. На его шее висело несколько амулетов из дерева, оленьих рогов и костей. Аура от него исходила тёплая, несмотря на слегка устрашающий вид и медовый запах воска. Их небольшая компания разделилась на двое: вожак снова о чём-то тихо переговаривался с шаманом, а третий альфа, что забрал вещи, шёл рядом с омегой. Чтобы не буравить взглядом чернявый затылок, Тэхен обратился к своему спутнику, стараясь звучать максимально ненавязчиво и не агрессивно, хотя раздражённый собственный запах выдавал его. Может поэтому с ним не спешили говорить. — Как вас всех зовут? Волк на удивление мягко улыбнулся и охотно ответил. От него приятно пахло влажным мхом. Только сейчас омега заметил, что у всех волков были запахи леса, поэтому их присутствие ощущалось ненавязчивым, как было среди людей. Будто они сама часть окружающей природы, и это гармонично дополняло картину. — Меня зовут Юнги, шамана нашего Хосок, а вон того, кажущегося непоколебимой скалой, Чонгук. Наш вожак, Чон Чонгук. Волк явно гордился своими собратьями, отзываясь о них с теплотой в голосе. И омега не сказал бы, что они все казались какими-то страшными, как все вокруг рассказывают. Разговаривают нормально, пахнут не агрессивно. Тэхен надул губы и снова вперил глаза в знакомый затылок, подавляя вспыхнувшую искру злости. Чонгук, значит. Ну ничего. Ты ещё ответишь у меня за молчание. Было бы отлично, если бы вы, волки, умели читать мысли. Всё о себе узнаешь. Юнги искоса рассматривал омегу, шагающего рядом, но вслух ничего не говорил. Путь на своих двух длился недолго, вскоре они остановились, сойдя с основной дороги в лес. Тэхен озадачено поднял взгляд на Юнги, который поспешил всё объяснить. — Мы сейчас обратимся и пойдём домой. На четырёх лапах будет быстрее, — мягкий голос не давал лишнего повода нервничать, но омега расширил глаза от удивления. — А я? Я же не волк. — Сядешь ко мне на спину, я тебя повезу. Не волнуйся, просто держись за шерсть за загривке руками и ногами, словно на лошади. Ездил когда-то верхом? Тэхен глупо похлопал глазами, пытаясь представить картину, но кивнул. Несколько лет назад он любил ездить на лошади дяди Намджуна, пока тот не уехал в другое поселение жить. — А почему не он? —тонкий пальчик указал на вожака. — Он… — Юнги замялся, бросив взгляд на Чонгука, стоящего и оглядывающего местность вдали от их небольшой компании. — Пока что не может. — Не может обращаться? Или он не волк? Как тогда он может быть вашим вожаком? — Слишком много вопросов, омега. Духи рады, что выбор пал на тебя, но даже это не означает, что нужно глушить их своим любопытством, — Хосок строго посмотрел на возмутившегося омегу. — Но… — Никаких но, Тэхен. Свои ответы ты получишь позже. Сейчас нам нужно добраться домой. И чем раньше, тем лучше. Дела стаи не ждут. В то время, как Тэхен возмущенно сопел, шаман обернулся в тёмно-рыжего волка. Его сумка, висящая через плечо, теперь лежала на холке, а ремень комфортно пересекал грудь между лапами. Пока Юнги ставил на пол котомку с вещами омеги, Чонгук запрыгнул на спину Хосоку и они сорвались с места. Омега успел только охнуть. Вскоре и рядом с ним стоял чёрный волк с рыжими пятнами на боках. Залезать на него было немного страшно, но Юнги явно стоял на лапах крепко, это и добавило уверенности. Пальцы ухватились за мягкую шерсть на загривке, а ноги сжали бока. Волк забрал в зубы вещи, и они сорвались следом. Ветер с непривычки ударил в лицо, и омега задохнулся от восторга. Ощущения были схожи с ездой верхом, но из-за другого телосложения дорога показалась мягче. Вскоре они нагнали Хосока с Чонгуком, но вожак продолжал игнорировать само существование Тэхена, что снова вызвало лёгкое раздражение.

🌺🌺🌺

Домой, Тэхен сразу обозначил это домом, почему-то мыслей сбежать отсюда не было, они прибыли на рассвете. Омега даже смог немного поспать в пути. Их не встречали всем поселением, с дороги все были уставшие, поэтому они сразу пошли отдыхать. Хосок остановился возле добротного двухэтажного здания, оказавшегося домом Чонгука. Вожак поблагодарил шамана поглаживанием за ухом, а затем каждый ушёл в своём направлении без оглядки. Юнги же подошёл к дому, стоящему рядом. Тэхен слез, забрал свои вещи, но отпускать волка не спешил. Игнорировавший Чонгук только доливал масла в огонь, омега и так был слегка раздражён из-за усталости.  — Хочешь сказать, что я должен жить здесь? — Тэхен оборачивается на одноэтажный компактный домик. Волк кивает головой и фыркает, показывая свою вымотаность дорогой тоже. — Нет, Юнги. Так не пойдёт. Через мгновение перед омегой стоял уже не волк, а человек. Причём запах мха, смешанного с влажной землёй, явно свидетельствовал о том, что Юнги был недоволен, но сдерживался из последних сил. Он старался звучать спокойно. — Что не пойдёт? — Чонгук ведь выбрал меня, так? — Ну, верно. — И я буду жить отдельно? — Предполагалось, что так. Что-то не так? — волк тяжело вздыхает и разминает шею поворотами головы в стороны. — Я знаю, для чего он выбирал омегу. Если он выбрал меня, тогда я обязан жить с ним под одной крышей. Что это за нарушение договора такое? — Тэхен прижимает котомку к груди и строит серьёзное лицо, хмуря брови. — Какой договор… — Юнги запрокидывает голову и прикрывает устало глаза, тяжело выдувая воздух сквозь зубы. Повисает напряжённая тишина на несколько мгновений. — Так, ладно. Ты прав. Он тебя выбрал, пусть разбирается с последствиями. Иди к нему в дом. Дай мне пару минут, я подойду, чтобы всё объяснить. Впервые Тэхен искренне улыбнулся, если не считать момента удовольствия во время поездки от ветра в лицо и волосах. Хоть какая-то радость за последние два дня. Мысль о том, что омега напрашивается сам к альфе, которого, вообще-то должен остерегаться и избегать, явно не посещала милую головку. Хотелось наоборот, словно на зло, мелькать перед глазами чаще, чтобы Чонгук наконец обратил внимание. Зачем? Кто его знает. Волк устало улыбнулся, глядя на идущего вприпрыжку омегу к дому вожака.

🌺🌺🌺

— Юнги, у нас был другой план, — звенящий от напряжения голос приятно ласкал уши. Тэхен расхаживал по дому альфы, словно жил здесь уже несколько лет. Любопытный взгляд скользил по каждой мелочи в обстановке вокруг, пока внутри омега радостно злорадствовал от реакции Чонгука. Запах соснового леса, пропитавший каждый уголок этого дома заставлял чувствовать себя комфортно, несмотря на то, что в данный момент владелец явно был недоволен. Горечь смолы оседала на языке, словно Тэхен облизал шишку. Хотя жасмин явно пестрил сладостью, вряд ли кто-то это заметил. — Он не будет здесь жить. — Ты сам выбрал его. Это твой омега. Тэхен прав в этом. Хватит убегать, словно щенок. Ты уже не маленький. Вожак, а ведёшь себя как… Волки замолчали и омега бросил на них беглый взгляд. Альфы сцепились глазами и были явно напряжены, судя по их телам. Но запахи выдавали усталость и то, что ничего опасного в этих переглядках нет. — Где я буду жить? — бодро решил прервать молчание Тэхен. Он внимательно смотрел то на одного, то на второго. Наконец-то Чонгук посмотрел на него. И от раздражения, плескавшегося на дне зрачков, на душе потеплело. — В нашей спальне? Где она? Впрочем, я сам найду, не переживай, – не унимался. Омега подхватил свои вещи, лежащие возле ног Юнги, и направился в сторону лестницы, чтобы попасть на второй этаж. Мысль о том, чтобы спать вместе вызывала странное приятное зудение в теле, отпечатывающееся в жасмине ощущением сладковатой пыльцы. — В нашей… что? Эй, ты куда пошёл? — Чонгук бросился следом, догоняя Тэхена, успевшего пройти больше половины лестницы наверх. Шустрый какой. Каким-то внутренним чутьём Тэхен направился прямо в сторону спальни волка, хотя все немногочисленные двери на этаже были закрыты. Вот только порог переступить не дал сам Чонгук, появившись из неоткуда и закрыв своей спиной вход. — Ты не будешь здесь спать, — едва сдерживаемая злость сквозила не только в голосе, но и в хвое. Пытаясь спрятать самодовольную улыбку и странное ощущение взволнованности поглубже, омега невинно хлопает ресницами. Альфа так очевидно защищает свою территорию. — Как это: я не буду здесь спать? Я теперь твоя пара. Где мне ещё спать, как не рядом с тобой, Чонгук-и? От милого прозвища уголок губ волка дёрнулся в оскале. Тэхен понимал, что сам подкидывает дров, но не может остановится. Дразнить серьёзного и сильного альфу оказалось очень даже забавно. Особенно, когда на тебя наконец-то реагируют. Внутри всё ликовало от того, что Чонгук смотрел на него прямо. Они были ещё ближе, чем в поселении Тэхена, когда их взгляды только пересеклись. И расстояние меньше, и глаз нету лишних. Прямо как тогда хотел омега. Что-то тянуло прикоснуться к сильной груди волка, почувствовать его тепло и наверняка быстрое сердцебиение. Маленькая ладошка несмело поднимается вверх, но Чонгук не дает дотронуться до него, перехватывая руку и опуская её с раздражением вниз. От контакта с тёплой кожей пробегают мурашки. Дыхание сбивается, а сладковатый жасмин гаснет в смущении. — Будешь спать в соседней комнате. И не прикасайся ко мне. Попытки звучать угрожающе провалились, когда едва уловимая сочная земляника приятно защекотала нос. Хвоя всё ещё оставалась настороженно колючей и приторной. Альфа явно был в замешательстве от действий Тэхена. Тёмные глаза внимательно следили за каждым движением, но в них не было угрозы, только уверенность, которую, скорее всего, легко пошатнуть. Нужно только дать нужную мысль и создать повод. Но это не сейчас. Пришлось подыграть, показав, что слова поняты. Во всём нужно знать меру. Омега кивает, надувая обиженно губы и чувствуя разочарование, что волк отпустил его руку. Он был бы не против, если бы его и дальше держали, пусть даже и в желании защитится от его касаний. Чонгук показал на дверь слева, говоря, что теперь это комната Тэхена, и поспешил скрыться у себя. Такое странное поведение сбивало с толку, но говорило о том, что это не просто так. Альфа и избегает омегу? Что-то здесь явно не так. Но в этом только предстоит разобраться. Сейчас же хочется только оказаться на мягкой кровати и уснуть после долгой дороги спокойным сном.