ROOMS

Добро пожаловать в Rooms. Если ты каким-то чудом нашел это приложение, значит, ты уже не просто у края — ты одной ногой в бездне. Если ты продрался через регистрацию и теперь тупо пялишься в ядовито-желтый экран с надписью «Ждите матча», поздравляю: ты в таком дерьме, что готов спустить тысячу баксов за призрачную надежду хоть кого-нибудь трахнуть. Хотя нет, не кого-нибудь. Кого-то, кто сможет возбудить твоего внутреннего урода. Позвольте отмотать назад, я начал не с того. Меня зовут Ли Ый Чжи. Мне двадцать пять. Я — сольный артист, лицо с обложек, «золотой мальчик» K-pop индустрии, взлетающий на самый пик своей чертовой карьеры. А еще я — отмороженный извращенец, который только что потратил четыре часа на заполнение анкеты из тридцати страниц, бесконечно повторяющихся вопросов. Тридцать страниц детального допроса который выявит то, насколько глубока моя кроличья нора. Почему я это делаю? Потому что я сломан. Мое тело — отказывается заводиться без правильного ключа. У меня не стоит просто так, от ваших ванильных порно и уродского бдсм. Я не просто подсел на "Тему", я иду во главе парада извращенцев. Меня не вставляет случайный секс в туалете клуба. Я раб сценария. Я прикипел к специфическому триггеру, которые нормальный человек здесь сочтет зашкваром. Если честно, мне плевать, что скажут психологи. В дешевых драмах всегда чуть что ищут первопричину: насилие в детстве, холодная мать, травма первой любви... Чушь. Я думаю, я всегда был таким. Моя ДНК уже была сформирована с готовым набором поломок в отделе отвечающего за сексульное поведение еще до того, как я научился ходить. С каждым годом неясный, мутный триггер внутри меня просто обретал резкость. Становился четче. Понятнее. Острее. И теперь я здесь. В этой цифровой камере пыток. Жду, когда алгоритм подберет мне такого же сумасшедшего, как и я. Желтый экран бликует в моих зрачках. Ожидание сводит с ума. Но за этот сценарий я готов заплатить любую цену. Я обновляю это чертово приложение каждый божий день. Каждую свободную минуту между дублями в студии и вспышками камер. Я жду чуда. Надеюсь, что этот метафорический перст бога, указующий в пустое небо, наконец нащупает там ту самую точку, из которой материализуется всё, что мне нужно. Мое спасение. Но сегодня — снова мимо. Навязчивый, ядовито-желтый экран дразнит меня своей стерильностью. «Ждите матча». Эта надпись выжжена на моей сетчатке. По правде говоря, никто и не обещал мне хэппи-энда. В пользовательском соглашении не было ни слова о гарантиях. Тысяча долларов, как заявляли эти подонки — это всего лишь входной билет. Налог на право существовать в их базе данных. Плата за то, чтобы твой профиль просто лежал мертвым грузом в цифровом склепе среди таких же отбросов. Я снова лезу в App Store. Страница приложения выглядит как насмешка. «1.000 скачиваний». Всего тысяча? На весь мир? Или на всю Корею? Или это тоже ложь? Внутри самого интерфейса — ни единой подсказки. Ни счетчика пользователей онлайн, ни карты, ни сраных уведомлений «кто-то рядом». Ничего. Только этот ебаный желтый прямоугольник, который съедает мою жизнь. Я чувствую себя идиотом, купившим лотерейный билет в очереди на эшафот. Но я нажимаю «обновить» снова. И снова. Потому что где-то там, среди этой тысячи скачиваний, должен быть кто-то, кто создал это приложение, возможно, так же от безысходности. Я медленно постукиваю пальцем по губам, прикидывая математические шансы. Какова вероятность, что в этом цифровом отстойнике найдется еще одна душа, чьи шестеренки сойдутся с моими? Ноль целых, хрен десятых. И тут происходит это чертово чудо. В тот момент, когда мой палец в очередной раз лихорадочно дергает экран вниз, желтый прямоугольник взрывается новой строчкой: МАТЧ НАЙДЕН. Чуть ниже корчится гнилостная, кривая стрелка: «Узнать подробнее». Я бью по ссылке, и меня выплевывает на бесконечную «портянку» текста, которая заканчивается двумя кнопками, похожими на смертный приговор: ПРИНЯТЬ или ОТКЛОНИТЬ. Я вчитываюсь. Это перечень. Мой личный список грехов, отраженный в ком-то другом. Я до крови прикусываю палец, вглядываясь в термины. Нужно отдать должное ублюдкам, создавшим этот сервис: они встроили глоссарий. Нажимаешь на термин — и перед тобой разворачивается бездна подробного описания. Это практически стопроцентное попадание. Не считая нескольких «но». Партнер требует полной депривации зрения, ориентацию на пассивную роль в актах анальной и оральной пенетрации. Встречная активность со стороны партнера не предполагается. И — вишенка на торте — право на фото- и видеосъемку процесса. Я шумно выдыхаю и закатываю глаза к потолку гримерки. Значит, повязка на глаза? Я буду беспомощным куском мяса, пока этот «кто-то» будет фиксировать меня на камеру. В моей анкете четкое ограничение на анал по состоянию здоровья. Вот они обоюдные уступки ради светлого будущего. Зубы сжимаются до хруста. Это подстава. Чистой воды шантаж в зародыше. Одно неверное движение — и моя карьера, мой «пик», всё это взлетит на воздух ярким пламенем. Но с другой стороны... в анкете нет ни имен, ни фамилий. Только мой возраст пол и этот чертов город, задыхающийся от ханжества. Я резко выхожу из приложения, не в силах нажать кнопку. Экран гаснет, оставляя меня в темноте наедине с собственным отражением. Принять или отклонить? Прыгнуть в эту пропасть или продолжать гнить в ожидании матча, который, возможно, никогда больше не повторится? К вечеру в интерфейсе активировалась дополнительная вкладка. ПРОТОКОЛ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ: ОБЯЗАТЕЛЬНЫЕ УСЛОВИЯ Страница развернулась полотном стерильного текста. Запрет физического контакта: Инициация тактильного контакта с партнером со стороны пользователя строго запрещена. Визуальная изоляция: Пользователь обязуется не предпринимать попыток удаления или смещения светонепроницаемой повязки до завершения сессии. Анонимность личности: Запрещена любая деятельность, направленная на идентификацию личности партнера. Коммуникационный режим: Вербальное взаимодействие (вопросы, уточнения, диалог) исключено со стороны партнера. Меня собирались использовать в абсолютном вакууме. Ни лица, ни голоса, ни тела. Я почувствовал, как кровь тяжелым импульсом прилила к паху. Алгоритм сработал безотказно: они считали мои ограничения и превратили их в закон. Условия расторжения: При любом нарушении вышеуказанных пунктов матч может быт аннулирован по требованию партнера. Технический регламент и безопасность: Конфиденциальность пространства: Rooms гарантирует отсутствие встроенных систем слежения в арендуемых локациях. Доступ в помещение организован по принципу раздельных временных слотов для обеспечения полной анонимности прибытия. Геолокация: Объект выбирается системой автоматически в момент подтверждения готовности обеих сторон. Экстренная помощь: В случае возникновения угрозы жизни или здоровью используйте функцию «SOS» на сопряженном носимом устройстве (смарт-часах). Отказ от ответственности: При попытке организации встречи вне рамок приложения, Rooms снимает с себя обязательства по сохранению анонимности пользователя. Медиаматериалы: В случае добровольного согласия на видео- и фотофиксацию, ответственность за хранение, возможную утечку или несанкционированное распространение данных материалов полностью ложится на пользователя. Я перечитал последний пункт дважды. Системе плевать на мою репутацию. Если завтра это видео окажется в сети и моя карьера превратится в пепел — это будет лишь «несоблюдением техники безопасности». Задаток не возвращается. Время пошло. Я замер, глядя на две стерильные кнопки внизу экрана: [ПРИНЯТЬ] или [ОТКЛОНИТЬ]. Повязка на глазах против объектива камеры. Мой личный ад против моей публичной святости. Я нажал «Принять». Экран моргнул, и меня снова вышвырнуло на анкету партнера. Никаких имен. Никаких «обо мне». Только сухая статистика, от которой веет холодом морга. Возраст: 25 лет. Пол: Женский. Локация: Тот же муравейник, в котором задыхаюсь и я. Остальные три страницы — это не биография. Это медицинский справочник извращений. Сплошные определения, латынь и диагнозы, от которых у обычного обывателя зашевелились бы волосы на затылке. Никакой шелухи, никакой романтики — только голая механика девиаций. Это была не женщина, это был зеркальный чертеж моих собственных патологий. Я листал эту «портянку», и внутри всё сжималось от ядовитого предвкушения. Ни черта больше. Никаких зацепок. Только эта гнилостная, мигающая пара кнопок в самом низу, как два выхода из горящего здания: ПРИНЯТЬ или ОТКЛОНИТЬ. Система как будто насмехалась надо мной. Я смотрел на кнопку «Принять», и в голове пульсировала только одна мысль: это либо конец всего, либо единственное, ради чего стоит жить. Я прикусил губу до металлического привкуса крови и ударил пальцем по стеклу. МИ ЕН Меня зовут Су Ми Ен. Мне двадцать пять. И всё, что я делаю свою сознательную жизнь — это маскируюсь под «нормального» человека. Я чувствую себя инопланетянином, которого забросили на эту планету, выдав в качестве инструкции обрывки старых черно-белых ТВ-шоу. Тех самых, чей сигнал случайно улетел в открытый космос ещё в начале шестидесятых, отразился от какой-то ледяной глыбы и вернулся назад в виде искаженного шума. Я — чужой, пытающийся имитировать человеческую мимику и нелепый социальный этикет. Массовая культура обожает таких, как я. В фильмах люди с РАС — это чертовы гении, милые чудаки с легким налетом странности. Шелдоны Куперы, Форресты Гампы... Эдакие интеллектуальные супергерои, которые просто немного смешно выглядят. Чушь. В реальности человек со спектром — это не «милый чудак». Это светящаяся радиоактивная жижа посреди стерильного офиса. Это аномалия. Я — персонаж из Sims в реальном мире, над головой которого вечно висит и пульсирует кроваво-красный ромб. Огромная стрелка с надписью: «Ударь меня. Я не такой». Мой мир — это бесконечная бомбардировка. Свет слишком яркий. Звуки слишком острые. Люди — слишком непонятные. Чтобы выжить, мне нужны правила, которые никто не потрудился мне объяснить, прежде чем запустил игру под названием жизнь, где каждое движение и каждое слово должны быть выверены мной до миллиметра. Мне нужны инструкции, правила, подсказки. Сейчас я просто новичок выброшенный на 20 уровень сложности, который не умеет отличать NPC от реальных игроков и пытается тянуть кадку на железе динозавров. Весь этот мир будто только и думает о том, как выдавить меня. Как выплюнуть инородное тело обратно в вакуум. Для нормальных людей одежда — это комфорт или мода. Для меня — это война. Ткань колется, вгрызаясь в кожу тысячей микроскопических игл, сводя с ума. Вещи мнутся, топорщатся, живут своей жизнью, саботируя каждую мою попытку выглядеть «обычно». Волосы путаются в неразрешимые узлы через пять минут после расчески. Поддержание себя в аккуратном виде — это не рутина. Это невыполнимая миссия, которую я проваливаю каждое чертово утро. Моя одежда саботирует мое тело, а мое тело саботирует мой разум. Говорят, в семидесяти процентах случаев такие как мы идем в комплекте с целым набором «подарков». Дислексия, дискалькулия, дисграфия — выбирай любое, всё равно проиграешь. Мой мозг просто не умеет обрабатывать реальность так, как ваш. Я живу в мире неясности и неопределенности, в мире адекватность которого заканчивается на расстоянии вытянутой руки. Всё, что дальше — серая зона. Моя врожденная неловкость не от того что я плохо чувствую свое тело, а от неумения определять дальность объектов и координировать конечности. Эти баги прошивки навсегда закрыли для меня двери в нормальное детство. Командные виды спорта, танцы? Даже сраный пинг-понг превращался в позорное шоу, где я — главная мишень для насмешек. Я социальный изгой не по выбору. Я просто не прошла калибровку. Когда природа вдоволь награждает тебя подобным набором «бонусов», глупо ожидать, что в сексе у тебя всё будет нормально. Я — испорченный радиоприемник, который вместо музыки ловит помехи и белый шум. Я не могу настроиться на вашу волну. Моя волна — это ультразвук, от которого у обычных людей лопаются перепонки. Знаете, сколько для меня стоит секс? Тысяча долларов за входной билет и полтора года в «предбаннике». Полтора года в невидимой очереди из таких же больных, ожидающих, когда алгоритм наконец соизволит выплюнуть что-то более менее подходящее в качестве лекарства. Особо умные сейчас скривят губы: «Можно ведь и потерпеть». Ха-ха! Нельсон! «Потерпи» — скажите это человеку со спектром. Вы, видимо, вообще не понимаете значение слова «озабоченность». Когда весь день тебя преследует одна-единственная навязчивая мысль, подгоняемая гормонами. Она стучит в мозгу, как отбойный молоток, прокручивая кадры порнухи, которую в нашем святом патриархальном обществе принято порицать. Это вам, блять, не веселый клуб любителей БДСМ. Где все девианты большая и дружная семья готовая взаимно чесать друг другу кинки. И это не сборище придурков, которые насмотрелись «50 оттенков серого» и теперь воображают себя доминантами, похлопывая кого-то лаковой плеткой по заднице в перерывах между офисной работой. Мои девиации — это не ролевая игра для разогрева аппетита. Это жизненная необходимость. Это единственный способ заставить мой перегруженный мозг замолчать хотя бы на пятнадцать минут. Мне не нужна портупея из секс-шопа за углом. Мне нужно то, что я не в силах сформулировать сама... Я не сильна в терминах. Мне нужен «матч» из этой чертовой системы. И вот я здесь. В Rooms. Мой главный страх — это физический сбой. Тотальное, до рвоты, неприятие партнера. Я даже не могу толком предсказать, что именно станет триггером: чей-то голос, специфический запах кожи или случайная черта лица. Мои претензии могут казаться невъебенно охуевшими, учитывая, какую аномалию я сама представляю, но у меня нет выбора. Мои рецепторы не знают пощады. Мы в Корее. Здесь культ совершенства возведен в абсолют. Мужчина в городе обязан быть картинкой: безупречная кожа, выверенный стиль, идеальные манеры. Стандарты давят на горло. И на фоне этого глянцевого рая я — та самая радиоактивная жижа. Ошибка в коде. Понимаете теперь, зачем мне на самом деле нужна повязка на его глазах? Не только для того, чтобы отсечь лишний свет. Повязка — это мой щит. Я хочу, чтобы этот человек никогда не увидел того, что скрывается в этой комнате. Я хочу, чтобы он не смог опознать меня в толпе. Я добровольно выбираю слепоту, чтобы он не увидел мою «красную стрелку». В темноте мы оба — просто две сущности. В темноте я могу надеяться, что в его голове не завизжит серена сигнализирующая о том, что приближается радиоактивное нечто. Я пытаюсь стать невидимкой в процессе интимной близости... И вот, спустя полтора года ожидания в этой цифровой очереди, мой телефон завибрировал, говоря что дарит мне надежду. 25 лет. Мужчина. Принято. Игра началась.